Семья Санзу

Тьма рассыпалась на миллионы холодный искр. Чувство падения, разрывавшее сознание, сменилось резким, оглушительным звуком - стена проливного дождя барабанила по крышам, а ноги ощутили твердый, мокрый асфальт.

Такемичи Ханагаки стоял посреди детской площадки. Прошлое. Он снова вернулся в прошлое.

В его носу всё еще стоял удушливый запах пороха и железа. На ладонях, казалось, до сих пор горит липкая, остывающая кровь Наото. Наото, который умер у него на руках. Наото, который принял пулю, предназначавшуюся ему.

(Если Наото мертв в будущем... то я больше никогда не смогу вернуться назад, - эта мысль, подобно раскаленному лезвию, полоснула по сердцу Такемичи. - Это был мой последний прыжок. Больше нет никакой точки возврата. Нет безопасной гавани. Если я проиграю здесь, все останутся мертвыми навсегда. Мицуя, Дракен, Чифую, Хаккай... и Майки-кун...)

Перед глазами стояла улыбка Сано Манджиро на руинах Манилы за секунду до того, как его сердце остановилось. Улыбка человека, который умолял убить его, потому что больше не мог нести груз своей сломанной души.

- Черт... ЧЕРТ! ЧЕРТ! - закричал Такемичи в серое, плачущее небо.

Его взгляд упал на старую, тяжелую автомобильную покрышку, вкопанную в землю на краю площадки. Она казалась огромной, жесткой и равнодушной, как и весь этот жестокий мир.

Такемичи рванулся вперед. Сжав кулак, он со всей силы ударил по грубой резине.

БАМ!

Отдача отозвалась тупой болью в запястье, но он даже не поморщился.

- Почему?! Почему я такой слабый?! - закричал он, ударяя снова и снова. - Я ничего не смог сделать! Я только смотрел, как они умирают!

БАМ! БАМ!

Дождь забивал глаза, смешиваясь с горячими, нескончаемыми слезами. Кожа на кастетных костяшках пальцев лопнула почти сразу. Алая кровь смешивалась с дождевой водой, стекая по мокрой резине, но Такемичи не останавливался. Он бил покрышку снова и снова, вкладывая в каждый удар всё свое отчаяние, всю ярость на свою беспомощность.

- Если бы я был сильнее... если бы я мог драться, как Майки или Дракен! Наото был бы жив! Чифую был бы жив! Я должен стать сильнее! Я должен рознести всех этих ублюдков! Кисаки... Идзана... я не дам вам прикоснуться к ним!

Его кулаки превратились в сплошную кровавую мешанину. Каждый новый удар отзывался дикой болью, но внутри горело лишь одно желание - сломать свою слабость, вытравить из себя то трусливое существо, которое всегда плакало и убегало.

- Прекрати, Такемичи! Ты же себе руки в мясо раздробишь!

Чья-то сильная рука резко перехватила его занесенный для нового удара запятнанный кровью кулак. Второй рывок за плечо заставил Такемичи развернуться.

Перед ним под проливным дождем стоял Чифую Мацуно. Его светлые волосы промокли насквозь, челка прилипла к лбу, а в обычно спокойных зеленых глазах застыл нескрываемый шок. На земле рядом лежал брошенный им зонт.

- Чи... Чифую?.. - выдохнул Такемичи. Напряжение, удерживавшее его все эти минуты, мгновенно спало. Ноги подкосились, и он завалился вперед, уткнувшись лбом в мокрое плечо своего замкапитана.

Чифую едва удержал его на ногах. Он посмотрел на израненные, окровавленные руки напарника, и его сердце сжалось.

- Что с тобой происходит, партнер? - тихо, но с глубоким волнением спросил Мацуно, придерживая Ханагаки за дрожащие плечи. - Ты же только что вернулся, да? Из будущего?

Такемичи содрогнулся в рыданиях. Слышать этот знакомый, живой, теплый голос Чифую - того самого Чифую, чье тело в будущем лежало на портовом складе с простреленной головой - было почти невыносимо.

- Чифую... - задыхаясь от слез, выкрикнул Такемичи. - Всё кончено... Это ад! Будущее... оно стало еще хуже!

Чифую молча сжал его плечи крепче, тяжело вздохнул и помог Ханагаки дойти до небольшого навеса возле детской площадки. Они сели на деревянную скамейку, укрытую от пролевного дождя, но холодный ветер всё равно заставлял их дрожать. Мацуно достал из кармана чистый носовой платок и аккуратно, с поразительной нежностью начал промокать окровавленные костяшки Такемичи.( Редактор очень любит шип ЧифуМичи)

- Рассказывай, - коротко бросил Чифую, не поднимая глаз от его рук. - Всё расскажи. До самых мелочей. Я слушаю.

Такемичи сглотнул сгусток подступившей к горлу горечи, вытер мокрое от дождя и слез лицо и заговорил. Слова вырывались из него сплошным, безудержным потоком.

- Я... я прилетел в Манилу, - зашептал Такемичи, и его голос дрожал. - Майки-кун прислал мне письмо. Чифую... он изменился. Он покрасил волосы в черный цвет, на нем была татуировка Дракена... И его eyes... в них не было ничего. Вообще ничего живого.

Чифую замер, держа платок у раны Такемичи.
- Майки... - тихо повторил он.

- Он сам рассказал мне, - продолжить Ханагаки, уткнувшись взглядом в мокрый дощатый пол. - Он сказал, что убил всех вас. Всех членов Томана! Что он задушил Мицую, сожги Хаккая, зарезал Дракена... и что он застрелил тебя, Чифую! В упор! Он сказал, что черный импульс полностью поглотил его, и умолял... умолял меня застрелить его самого!

Чифую сжал зубы так, что на скулах заиграли желваки. Но он не перебивал, дав напарнику выплеснуть всю накопившуюся боль.

- Майки достал пистолет и навел его на меня, чтобы спровоцировать, - сквозь слезы продолжал Такемичи. - И тут появился Наото... Наото выстрелил в Майки, защищая меня. Майки упал... А потом... потом Наото поднял его пистолет. Чифую! Пистолет Майки был на предохранителе! Он никогда не собирался стрелять в меня! Он просто хотел умирать... Он искал способ уйти из этого мира, потому что больше не мог выносить того, что совершил!

Такемичи зажал лицо разбитыми ладонями, заходясь в тихом плаче.
- Он умер у меня на руках, Чифую... С улыбкой на губах. Просил прощения у всех вас...

Чифую опустил голову. Из его груди вырвался тяжелый, рваный вдох. Ему было неимоверно больно слышать о такой судьбе их лидера, но он держался, понимая, что сейчас он - единственная опора для Такемичи.

- А дальше? - спросил Мацуно. - Как вы вышли на тех, кто за этим стоит?

- Мы вернулись в Токио и пошли к Тайджу Шибе, - вытирая рукавом глаза, проговорил Такемичи. - Тайджу остался жив. Он рассказал нам, что Майки был всего лишь марионеткой. Что на самом деле верхушку Томана сломали и подчинили себе люди из другой группировки... Тэнджику! Во главе с Курокавой Идзаной и Кисаки!

При имени Кисаки челюсти Чифую сжались с такой силой, что раздался хруст.
- Кисаки... Опять этот ублюдок, - процедил Мацуно.

- Тайджу пытался защитить нас, когда Коко и Инуи пришли расправиться с ним, - закончил Такемичи, и его голос окончательно сорвался на шепот. - Мы с Наото бежали... Но в переулке Кисаки и Идзана подстерегли нас. Кисаки выстрелил... А Наото... Наото закрыл меня собой! Пуля попала ему прямо в грудь! Наото умер, Чифую... Он умирал на мокром асфальте, но успел протянуть мне руку, чтобы я совершил прыжок!

Такемичи поднял на Чифую полные ужаса глаза.
- Понимаешь, что это значит, Чифую?! Наото мертв в будущем! Я не смогу вернуться! Я больше никогда не смогу пожать ему руку! Это моя последняя попытка! Я застрял здесь!

В воздухе повисла тяжелая, звонкая тишина, нарушаемая лишь шумом дождя за пределами навеса.

Чифую медленно закончил перевязывать руку Такемичи носовым платком, завязав аккуратный узел. Затем он поднял глаза на Ханагаки. В них больше не было ни испуга, ни растерянности. Только стальная, несокрушимая решимость.

- Какая разница, можешь ты вернуться или нет? - спокойно и твердо произнес Чифую.

Такемичи опешил- Что?..

- Тебе и не нужно возвращаться в то будущее, Такемичи, - Чифую поднялся со скамейки, встал прямо перед ним и положил руку ему на плечо. - Зачем тебе возвращаться в мир, где все мертвы? Твоя задача - сделать так, чтобы то будущее вообще никогда не наступило. Ты вернулся сюда, в настоящее. Ты жив. Я жив. Мицуя, Дракен, Хаккай, Наото... все они сейчас живы!

Чифую наклонился ближе, вглядываясь в глаза напарника:
- Послушай меня внимательно, Такемичи. Ты - герой. Ты спасал нас снова и снова. Ты спас Хинату, ты пытался спасти Баджи-сана, ты остановил Черных Драконов. Ты думаешь, ты один? Ты забыл, кто я такой? Я - твоя правая рука! Твой замкапитан! И мы пройдем через этот ад вместе.

Такемичи смотрел на Чифую, и с каждым словом друга тяжелый, ледяной ком в его груди начал медленно таять.

- Мы должны выяснить всё про Кисаки и этого Курокаву Идзану, - продолжал Чифую, натягивая на голову капюшон. - Кто такой Идзана? Почему он так ненавидит Майки? Как он связан с Кисаки и почему они нацелились на Томан? Мы соберем всю информацию. Мы не дадим им сломать Майки-куна. И мы уничтожим Тэнджику до того, как они расставят свои сети!

- Чифую... - прошептал Такемичи, и в его глазах снова появился живой блеск.

- Вставай, партнер, - Чифую протянул ему руку. - Хватит бить покрышки. От этого твои кулаки крепче не станут, а вот мозги нам сейчас понадобятся чистые как никогда. У нас полно работы.

Такемичи посмотрел на протянутую ладонь Чифую, сжал ее своей перебинтованной рукой и поднялся со скамейки. Боль в руках никуда не исчезла, но страшное ощущение одиночества и безысходности отступило.

---------------------------------------------------------

Спустя несколько дней Утреннее солнце пробивалось сквозь плотные шторы новой квартиры, освещая тихую комнату. В воздухе еще пахло свежей краской и чистым постельным бельем. Посторонний человек никогда бы не догадался, где находится это место - Санзу выбирал жилье с особой тщательностью, подальше от шумных улиц и внимания как Томана, так и Поднебесья.

Судзуя сидел на краю мягкого дивана, свесив ноги. На нем была свободная домашняя кофта, а белоснежные волосы слегка растрепались после сна. Его правый глаз - чистый, живой - любопытно следил за каждым движением брата. Левый глаз все еще оставался болезненно чувствительным, но благодаря вовремя начатому лечению воспаление спадало, хотя врачи пока велели оберегать его от яркого света и регулярно капать специальные лекарства.

- Замри и не дергайся, - тихо проговорил Санзу, аккуратно придерживая подбородок мальчика пальцами.

В другой руке Харучиё сжимал флакон с глазными каплями, принесенный из аптеки. Он осторожно приподнял веко брата и точным движением пустил каплю. Судзуя зажмурился, с тихонечко шипя от легкого жжения.

- Могучий рыцарь терпит, верно? - Санзу погладил его по голове, слегка взъерошив белые пряди.

- Ж-жется, хару-аники... - пробормотал Судзуя, но тут же улыбнулся и потер нос ладонью. - Но уже намного лучше, правда! Я уже отлично вижу правым глазом, а левый почти не болит.

- И будет еще лучше, если ты будешь слушаться меня и врача, - ответил Санзу, убирая капли на столик. В его голосе не было и тени той жестокости, которую знали на улицах Токио. Для него этот уютный уголок был единственным местом, где можно было сбросить маску.

У ног Судзуи крутился Кэй, мурча как маленький мотор и треплясь о домашние штаны мальчика. А в углу комнаты, в просторной клетке с открытой дверцей, шуршал опилками Зуя. Санзу поставил перед клеткой кролика свежую упаковку специального корма и насыпал премиальный сухой корм в миску кота.

- Кэй! Зуя! Смотрите, аники принес вам вкусностей! - радостно воскликнул Судзуя, наклоняясь, чтобы почесать кота за ушком.

Харучиё наблюдал за этой картиной, и на его лице под черной маской скользнула теплая, почти невидимая улыбка. Мальчик ничего не знал о надвигающейся катастрофе. Он не ведал о мрачных планах Мучо, об играх Кисаки и о той тени, что нависла над Токийской Мандзи. И Санзу был готов сжечь весь мир дотла, лишь бы Судзуя никогда этого не узнал.

Санзу подошел к двери, надевая тяжелую черную куртку пятого отряда.

- Я ухожу по делам Томана, Судзуя, - произнес Харучиё, его голос стал серьезным и строгим. - Запомни: из квартиры ни шагу. Дверь никому не открывать, даже если будут стучать и звать по имени. На звонки с незнакомых номеров не отвечать. Еда в холодильнике, корм у зверей есть. Ты меня понял?

- Понял, хару-аники! - Судзуя поднял руку к голове, как маленький солдат. - Я буду присматривать за Кэем и Зуей! Возвращайся скорее!

- Ага. Смотри чтобы они за тобой не присматривали~

Санзу запер тяжелую бронированную дверь на три оборота ключа, проверил замок и, спустившись на улицу, мгновенно изменился в лице. Из заботливого старшего брата он снова превратился в безжалостного, холодного Пса Пятого Отряда. Он отправился на встречу с Мучо. Наступало время для операции, которая должна была перевернуть баланс сил в Токио.

-------------------------------------------------------

В то же самое утро в одном из тихих переулков Токио раздался визг тормозов. Черный минивэн без номеров перекрыл дорогу Коконое Хаджиме и Инуи Сейшу. Из машины выскочили люди в форме пятого отряда Томана во главе с Ясухиро Мучё и Санзу Харучиё.

Нападение было внезапным и жестоким. Не успели Коко и Инуи выхватить оружие, как тяжелый кулак Мучё сбил Сейшу с ног, а подбежавшие бойцы скрутили Коко. Их затолкнули в фургон, связали и повезли на заброшенный строительный склад на окраине города.

Когда Коконой пришел в себя, он обнаружил себя привязанным к металлическому стулу посреди огромного, пыльного ангара. Рядом на полу, весь в крови и с тяжелыми гематомами на лице, лежал Инуи. Над ними со сложенными на груди руками стоял Мучё, а чуть позади, облокотившись о бетонную колонну, молча играл со складным ножом Санзу.

- Мучё... ты совсем из ума выжил?! - выплюнул Коко, звеня цепями. - Мы же в одной банде! Что за херню вы устроили?!

Мучё медленно подошел к Коко и посмотрел на него сверху вниз своими тяжелыми, невыразительными глазами.

- Томан - это лишь временный этап, Коко, - спокойно ответил Мучё. - Моя настоящая верность принадлежит не Майки. Мой истинный король - Курокава Идзана. Я - основатель Поднебесья. И мы пришли за тобой.

- За мной? - Коко оскалился. - Я не собираюсь примыкать к вашему сраному Поднебесью!

Мучё не стал спорить. Он лишь сделал шаг в сторону и с силой наступил тяжелым армейским ботинком на израненную руку Инуи. Сейшу зубами сдержал дикий крик боли, но из его горла вырвался тяжелый, рваный стон.

- Инупи! - закричал Коко, дергаясь на стуле.

- Твой финансовый гений нужен Поднебесью, Коконой, - холодно продолжал Мучё, увеличивая давление на руку Сейшу. - Нам нужны твои схемы и твои деньги для постройки идеальной криминальной империи. У тебя простая альтернатива. Ты вступаешь в Поднебесье и работаешь на Идзану... или я пробиваю голову Инуи арматурой прямо у тебя на глазах. Прямо сейчас.

- Сука! Оставь его! - глаза Коко налились кровью от ярости и бессилия.

В этот момент тяжелые ворота ангара с грохотом приоткрылись, и в помещение влетел Такемичи Ханагаки. Он задыхался, его форма была растрепана, но в глазах горело непреклонное пламя. Узнав от членов отряда о странном исчезновении Коко и Инуи, Такемичи бросился на их поиски, сумев отследить след пятого отряда.

- Прекратите! - закричал Такемичи, вбегая в центр ангара. - Мучё-сан! Что вы делаете?! Почему вы нападаете на своих же капитанов?!

Мучё медленно повернулся к Такемичи. На его лице не было ни удивления, ни страха.
- Такемичи... Тебе не следовало сунуть сюда свой нос. Ты ничего не понимаешь в делах верхушки.

- Я всё понимаю! - Такемичи сжал кулаки, вставая в боевую стойку между Мучё и лежащим Инуи. - Вы предаете Томан! Вы предаете Майки-куна! Я не позволю вам навредить им!

Завязалась короткая, но отчаянная потасовка. Такемичи бросился на Мучё, но разница в габаритах и физической силе была колоссальной. Мучё принял удар Ханагаки на блок, после чего ответил сокрушительным ударом в корпус, от которого Такемичи отлетел на несколько метров, выбивая пыль из старого бетона. Санзу наблюдавший за этим сбоку, даже не шелохнулся, держа руку на рукояти своего клинка на случай, если придется вмешаться.

Такемичи поднимался снова и снова. Он сплевывал кровь, шатался, но вставал между Мучё и Инуи, закрывая собой товарищей.

- Прекрати, Такемичи... - прохрипел Инуи с пола, с трудом поднимая голову. - Ты же умрешь... Он сломает тебя...

- Я... я не отступлю! - закричал Такемичи, вытирая кровь с подбородка. - Я капитан первого отряда! Я защищаю своих людей!

Коконой смотрел на избитого, окровавленного Такемичи, который продолжал заслонять собой Инуи, и в его душе что-то окончательно надломилось. Он понял: Мучё не блефует. Мучё действительно убьет Инуи, а затем забьет насмерть и этого безумного Ханагаки. Единственный способ спасти жизнь Сейшу - сдаться.

- СТОЙТЕ! - огласил ангар истошный крик Коко.

Мучё остановил занесенный кулак над Такемичи и повернулся к Коконою.

- Хватит... - Коко опустил голову, его плечи дрожали. Слезы бессилия смешивались с грязью на его щеках. - Я согласен. Я пойду с вами в Поднебесье. Я буду работать на Идзану. Сделай всё, что хочешь. Только... отпусти их. Не трогай Инупи. И оставь Ханагаки в покое.

- Коко, нет! Не делай этого! - закричал Инуи, пытаясь потянуться к другу. - Не продавайся им ради меня!

- Заткнись, Инупи! - перебил его Коко, и в его голосе звучала глухая, разбитая боль. - Я делаю то, что должен! Мое решение окончательное!

Мучё ухмыльнулся. Он сигнализировал своим людям, чтобы те развязали Коко.
- Разумный выбор, Коконой. Ты сделал правильную ставку.

Мучё и Санзу забрали Коко с собой. Уходя, Санзу на секунду замер у выхода, бросив быстрый, читающий взгляд на лежащего в крови Инуи и тяжело дышащего Такемичи. В его голове на мгновение проскользнула мысль о Судзуе - о том, как важно закончить всю эту грязь до того, как она придет к порогу его собственного дома. Поправив черную маску, Санзу вышел вслед за Мучё, и ворота ангара со скрипом закрылись.

---

Такемичи упал на колени рядом с Инуи.
- Инуи... ты как? Держись!

- Коко... - шептал Сейшу, сжимая кулаки до белых костяшек и глядя на закрытые двери. - Этот дурак опять жертвует собой ради меня...

- Мы вернем его, - твердо сказал Такемичи. - Я обещаю тебе, Инуи, мы вытащим его из Поднебесья! Но сейчас тебе нужна помощь.

Такемичи аккуратно приподнял Инуи, заставив того обхватить его за шею, и взвалил израненного парня себе на спину. Ноги Ханагаки дрожали под весом Сейшу, но он упрямо шагнул вперед. Избитый, весь в синяках и ссадинах, Такемичи тащил Инуи через весь город, прочь от заброшенного склада.

Спустя час они добрались до старого, полузаброшенного здания. Это был легендарный гараж-мастерская, когда-то принадлежавший Сано Шиничиро - старшему брату Майки и основателю первого поколения «Черных Драконов».

Такемичи толкнул тяжелую дверь и занес Инуи внутрь. В помещении пахло машинным маслом, бензином и старым железом. В углу под чехлом угадывались силуэты старых мотоциклов. Такемичи аккуратно опустил Инуи на диван и достал аптечку, стоящую на стеллаже.

Пока Ханагаки обрабатывал раны Сейшу дезинфицирующим средством и накладывал бинты, в мастерской царила тишина, нарушаемая лишь треском старой лампы.

- Почему именно сюда? - тихо спросил Такемичи, завязывая узел на бинте вокруг ребер Инуи.

Инуи взглянул на старый плакат Черных Драконов, висящий на стене, и в его глазах зажглось глубокое, почти священное чувство.

- Это место... где всё началось, Такемичи, - заговорил Инуи, его голос эхом разносился по мастерской. - Здесь собиралось первое поколение Черных Драконов. Здесь работал Сано Шиничиро.

Такемичи замер, держа в руках вату с антисептиком.
- Шиничиро-сан... Брат Майки-куна?

- Да, - Инуи тяжело вздохнул, оперевшись спиной о стену. - Шиничиро-сан был человеком, за которым люди шли не потому, что он был самым сильным бойцом. Наоборот... он ужасно дрался, Такемичи. Его избивали постояннее, чем кого-либо другого. Но он никогда не сдавался. У него было сердце, способное объединять самых разных людей. Он был истинным лидером. Он создал Черных Драконов такими, какими они должны быть - бандой, основанной на чести, дружбе и защите слабых.

Инуи повернул голову и уставился прямо на Такемичи. В его взгляде проскользнуло нечто, от чего у Ханагаки побежали мурашки по коже.

- Когда Шиничиро умер, Черные Драконы начали гнить изнутри, - продолжал Сейшу. - Девятое поколение, десятое поколение под руководством моего бывшего командира Тайджу... банда превратилась в сборище бандитов и вымогателей. Но я всегда мечтал возродить тех самых, настоящих Драконов Шиничиро-сана.

- Инуи... - выдохнул Такемичи.

- Я искал человека, который сможет повести за собой Черных Драконов. Человека, в котором горит тот же огонь, что был у Шиничиро-сана, - Инуи поднялся с дивана, несмотря на боль, и встал перед Такемичи, низко склонив голову в знаке глубочайшего уважения. - Такемичи. Ты не обладаешь невероятной силой, как Майки или Дракен. Но ты никогда не отступаешь. Ты встаешь снова и снова, даже когда тебя ломают. В тебе я вижу тень Сано Шиничиро.

Такемичи распахнул глаза от изумления.

- Я, Инупи Сейшу, официально передаю тебе право возглавить Одиннадцатое Поколение Черных Драконов! - громко и четко произнес Инупи. - Стань нашим лидером, Ханагаки Такемичи! Поведи нас за собой! Встань во главе Черных Драконов и помоги нам вернуть Коко и разгромить Поднебесье!

Такемичи стоял посреди пыльной мастерской Шиничиро, чувствуя, как на его плечи ложится огромный груз ответственности. Наследие легендарной банды, судьба Коко, спасение Майки и защита друзей - все эти нити сходились прямо сейчас, в этом заброшенном гараже.

- Я... я сделаю это, Инуи, - твердо ответил Такемичи, сжимая окровавленные кулаки. - Я принимаю Одиннадцатое Поколение Черных Драконов. Мы спасем Коко и остановим Идзану!