28. Дева Мария
POV: Mireya
Я поднялась из-за стола раньше, чем успела нормально обдумать, зачем вообще это делаю.
Внутри уже неприятно тянуло — то самое чувство, которое появлялось каждый раз, когда рядом оказывался Брок. Будто воздух вокруг становился грязнее.
— Сейчас вернусь, — бросила я Айвори и Кэрри.
Айвори сразу посмотрела на меня тем самым взглядом, который говорил: «если он начнёт творить херню — я вмешаюсь», но я только качнула головой.
Не здесь и не при Кэрри.
Я вышла за ним в узкий коридор возле туалетов. Здесь пахло старой сыростью, сигаретным дымом и дешёвым освежителем воздуха, который не перебивал запахи, а только делал их ещё отвратительнее.
Брок остановился у стены, сунув руки в карманы куртки. Я осталась стоять напротив, не подходя ближе.
— Ну? — сухо спросила я. — Что тебе надо?
Он медленно окинул меня взглядом с головы до ног и криво усмехнулся.
— Бля, посмотрите-ка... — протянул он. — Мирея теперь приличная девочка.
Я закатила глаза.
— Если это всё, то я ухожу.
— Не-а, — лениво протянул он. — Не всё.
Он качнул головой и сделал шаг ближе. Так, что теперь стоял на расстоянии двадцати сантиметров от моего лица. От Брока пахло табаком, влажной тканью и чем-то химическим, от чего внутри сразу сработало старое чувство тревоги.
— Ты меня игноришь уже сколько? Три недели?
Я промолчала, потому что он был прав.
Три недели я не отвечала на сообщения. Не приходила. Не брала ничего у него лично. И именно это, похоже, бесило его сильнее всего.
Брок цыкнул языком.
— Нет, мне правда интересно, — продолжил он с этой отвратительно липкой улыбкой. — Ты теперь что? Спасаешь потерянных школьниц? Водишь их кушать рамён и рассказываешь, как плохо употреблять?
Он тихо засмеялся.
— Это очень смешно слышать от тебя, Мирея. Особенно если вспомнить, как ты сама выглядела пару месяцев назад. Не девушка, а ходячий трип в человеческий рост.
Я почувствовала, как внутри медленно начинает подниматься раздражение.
Нет. Даже не раздражение.
То вязкое, тяжёлое чувство, которое появлялось каждый раз, когда кто-то слишком близко подходил к тем версиям меня, о которых я сама старалась не думать.
— Смешно получается. Ты вроде как «завязала», да?
Он пальцами показал кавычки в воздухе.
— Но выглядишь ты нихера не как человек в завязке. Айвори, может, и делает вид, что ничего не замечает... но я-то вижу.
Конечно он заметил. Люди вроде Брока всегда замечали такие вещи, особенно если сами годами жили в этом дерьме..
Он склонил голову набок, разглядывая меня с мерзким интересом.
— Дай угадаю... ты решила стать экономной наркоманкой?
Я молчала и этого оказалось достаточно. Ухмылка на его лице стала шире.
— О-о-о, — протянул он почти довольно. — Так у тебя всё ещё что-то лежит дома.
Он снова тихо рассмеялся себе под нос.
— То есть меня ты морозишь, но дома всё равно что-то лежит, да? На чёрный день?
Я стиснула зубы.
— Следи лучше за собой.
— Да я-то слежу, детка. А вот ты, кажется, начинаешь забывать, сколько дерьма у меня на тебя есть...
Улыбка медленно сползла с моего лица.
Вот теперь он перешёл к сути.
Брок заметил это сразу и, довольный этим, наклонился ближе.
— Серьёзно? — протянул он тихо. — Ты теперь святая? Дева Мария с ореолом над головой? А не ты ли та самая обдолбанная сучка, которая полгода назад прятала у себя меф, потому что мне нельзя было светить адрес?
Я медленно выдохнула.
— Тише говори.
— А то что? — он почти улыбался. — Услышат?
Он специально говорил громче, потому что ему нравилось смотреть на то, как люди вокруг напрягаются.
— Не строй из себя невинность, Мирея. Ты по локоть в этом говне вместе со мной.
Я почувствовала, как ногти сильнее впиваются в кожу ладоней. Полгода назад это действительно казалось не такой уж проблемой.
«Пару дней подержать.»
«Ничего серьёзного.»
«Потом заберу.»
Только вот у таких историй никогда не бывает нормального «потом». И хуже всего было то, что он прав: если копнуть, меня реально можно было утащить вместе с ним.
Даже сейчас.
Потому что дома у меня всё ещё лежала заначка. Немного травки. Пара таблеток. Остатки того, что я упорно растягивала последние недели, делая вид, будто полностью контролирую ситуацию. Хотя контроль давно стал иллюзией.
Брок внимательно следил за моим лицом. Наслаждался.
— Вот, — почти ласково протянул он. — Теперь узнаю старую Мирею. А то сидишь там со своими новыми подружками такая тихая, будто тебя уже можно в церковный хор записывать.
Я медленно подняла на него взгляд.
— Чего ты хочешь?
— Ничего особенного.
Он почесал подбородок.
— В пятницу будет вечеринка. Нужны люди.
— Для чего?
— Атмосфера, — усмехнулся он. — Новые лица, новые знакомства. В конце концов, новые покупатели... Всё как ты любишь. Не уж то нужно объяснять?
— Я не приду и никого не притащу.
— Придёшь и притащешь.
— Нет.
Он усмехнулся снова, а потом очень спокойно сказал:
— Или мне придётся сделать один звоночек.
У меня внутри всё резко сжалось.
Он заметил это сразу и улыбнулся ещё шире.
— Не смотри так. Ты же знаешь, как всё работает. Если начнут копать меня — я потяну за собой всех. Абсолютно всех. А если копнут тебя, — продолжил он, — то дома могут найти много интересного.
— Ты больной ублюдок.
— А ты всё ещё разговариваешь со мной.
Он сделал ещё один шаг ближе, понизив голос:
— Расслабься, Мирея. Никто не заставляет твою новенькую нюхать дорожки прямо с порога. Просто приводи её. И Айвори тоже.
Теперь всё окончательно встало на свои места. Не вечеринка, а очередное сборище, где половина «случайных знакомств» закончится тем, что кто-то впервые попробует что-нибудь потяжелее алкоголя.
Я смотрела на него и впервые за весь разговор действительно почувствовала желание ударить. Сильно. Так, чтобы стереть с его лица эту мерзкую улыбку. И, кажется, он это понял, потому что в следующую секунду улыбнулся ещё довольнее.
Он прошёл мимо меня, специально задев плечом, а уже уходя, бросил через плечо:
— Пятница. Восемь вечера. Я скину адрес.
На секунду остановился и добавил:
— И, Мирея... не заставляй меня думать, что я зря столько времени в тебя вкладывал.
После этого он ушёл, а я так и осталась стоять в этом узком полутёмном коридоре, чувствуя, как внутри медленно поднимается знакомое липкое ощущение.
***
Телефон Кэрри завибрировал как раз в тот момент, когда я вернулась к столику.
Я успела заметить, как Айвори коротко подняла на меня взгляд. Всего на секунду, но этого хватило, чтобы понять: она сразу увидела, что что-то не так.
Я села обратно на своё место. Пальцы всё ещё неприятно подрагивали после разговора с Броком, и я спрятала руки под стол раньше, чем кто-то успел бы это заметить. Хотя Айвори, скорее всего, всё равно заметила.
Кэрри тем временем уже смотрела на экран телефона.
— Это папа, — тихо сказала она, будто немного извиняясь за сам факт звонка.
Айви сразу отвела взгляд, давая ей пространство ответить. В этом была вся она — никогда не лезла в чужие разговоры слишком явно, но всегда оставалась достаточно внимательной, чтобы уловить детали.
Кэрри поднялась из-за стола и отошла ближе к окну.
Айвори сразу спросила:
— Что он хотел? — спокойно спросила она.
Я потянулась за стаканом с водой, хотя пить совершенно не хотелось.
— Ничего особенного.
Айвори медленно приподняла бровь.
— Мирея.
Я тихо выдохнула через нос.
Ненавижу, когда она произносит моё имя вот так: спокойно, почти ласково. Потому что это всегда означало одно и то же: она уже всё поняла и просто ждёт, скажу ли я правду сама.
— Айви, не начинай.
Она откинулась на спинку стула, продолжая смотреть на меня тем самым внимательным взглядом, от которого становилось не по себе.
— Это был Брок.
— Был.
Несколько секунд между нами висела тишина, наполненная шумом кафе, звоном посуды и приглушёнными разговорами вокруг. Но внутри этой тишины всё равно ощущалось напряжение.
Айвори знала меня слишком долго. Дольше, чем иногда хотелось бы. Она видела меня в такие периоды, о которых я сама предпочла бы забыть. Видела мои срывы, мои истерики, мои отвратительные попытки делать вид, будто у меня всё под контролем, пока я буквально рассыпалась по кускам. И хуже всего — она всегда понимала, когда я снова начинаю скатываться. Даже раньше меня самой.
— Что он хочет? — она спросила ещё раз.
Я нервно усмехнулась.
— Как обычно. Контроль, внимание и ощущение собственной важности. В пятницу будет вечеринка, — наконец сказала я, разглядывая разводы от влаги на столе.
Она сразу напряглась.
— И?
— И он хочет, чтобы я пришла.
— Нет.
— Всё немного сложнее, — пробормотала я.
Я провела ладонью по лицу, чувствуя, как усталость вдруг резко наваливается сверху.
— Помнишь, полгода назад я говорила, что сделала одну очень тупую вещь?..
На секунду лицо Айвори стало совершенно неподвижным.
— Мирея...
— Обойдёмся без нотаций, ладно?— быстро перебила я. — Я и так знаю, насколько это было дерьмово.
— Что именно ты хранила?
— Как будто вариантов было много...
Её челюсть едва заметно напряглась.
Вот и всё. Она поняла окончательно.
Несколько секунд мы обе молчали.
Кэрри всё ещё разговаривала по телефону у окна, слегка улыбаясь чему-то, что говорил её отец. И это делало происходящее ещё хуже, будто между нами и ею существовала огромная разница, которую невозможно нормально объяснить.
Айвори тихо провела пальцем по краю чашки.
— Ты ведь не завязала полностью, да?
Голос дрогнул и прозвучал тише, чем мне хотелось.
— Я пыталась, Айви.
Она посмотрела на меня уже совсем иначе. Без раздражения, без давления. Просто внимательно. Как человек, который слишком хорошо знает, насколько паршиво тебе внутри.
— Я знаю, — спокойно сказала она.
И вот это «я знаю» чуть ли не добило меня окончательно, потому что она правда знала. Знала, как тяжело мне дались эти три недели, как меня ломало по ночам, как я психовала из-за любой мелочи, как сидела на полу ванной в четыре утра, пытаясь убедить себя, что мне не нужно снова писать Броку. Айвори была единственным человеком, который видел всё это. И всё равно остался рядом.
— Он сказал привести новых людей.
— Мирея, нет.
Я сразу покачала головой.
— Я не хочу втягивать Кэрри в это дерьмо.
— Тогда не втягивай.
— Я же сказала, всё не так просто.
Я наклонилась ближе, понизив голос:
— Он знает, что у меня до сих пор кое-что осталось.
Взгляд Айвори стал тяжелее.
— Я не беру у него сейчас ничего, Айви. Вообще ничего. И как раз поэтому он всё понял.
Слова начали вылетать быстрее, чем я успевала их нормально обдумывать.
— Он смотрит на меня и видит, что я всё ещё не чистая. А значит, где-то есть запас. И если он захочет устроить мне проблемы — он их устроит.
Айвори медленно закрыла глаза на пару секунд.
Я знала этот жест. Она пыталась не сорваться.
— Господи...
В этот момент Кэрри наконец вернулась к столику, убирая телефон в карман.
— Папа предлагает отвезти нас по домам, если мы уже собираемся домой, — сказала она, переводя взгляд между нами. — Но если вы хотите ещё посидеть, я могу добраться сама.
Айвори повернулась к ней слишком быстро. Слишком спокойно.
— Нет, всё нормально, — мягко сказала она. — Мы с Миреей тоже уже собирались.
Я заставила себя кивнуть, хотя внутри у меня уже медленно начинала разрастаться паника от одной мысли о пятнице.