Маскарад

Бяша, лежа на кровати, покуривал сигарету, растягивая момент. У него было ощущение: если он бросит, то весь мир рухнет.

— Бяша, может, хотя бы в окно курить? — недовольно пробормотала Лола, крася губы в нежно-розовый оттенок.

— Блин, сорян, Синичка. Дай я уже докурю, а? — ответил он, не оборачиваясь.

— Ну тогда побыстрее, я уже готова.

Девушка встала со стула и подошла к Бяше. На ней было короткое нежно-голубое шёлковое платье с небольшим вырезом. Глаза парня округлились, взгляд был прикован к Лолите, он разглядывал в ней каждую деталь.

— Ты такая красивая... — выдохнул он.

— Спасибочки, — улыбнулась она. — Ну что, пошли к... как его хоть?

— К Илье.

— Да-а-а, точно. А там точно будет ну... весело?

— Ну, алкашки дохрена, как и людей, значит, будет. Забей, — отмахнулся он.

— Ну тогда пошли.

— Лолка, подожди, сигарету выкину.

Подойдя к окну и открыв его, парень засмотрелся в лесную чащу. Она манила его, ему мерещились силуэты. Лолита подкралась к нему и одернула за рукав. Бяша вздрогнул и, быстро выкинув сигарету, взял девушку за руку и направился к выходу.

***

Катя быстрой рукой наносила макияж: яркая красная помада, светлые тени. На ней была короткая чёрная юбка, а сверху — нежно-зелёный топ со стразами.

— Екатерина, ты куда намылилась? — крикнула ей мать с кухни. У девушки рефлекторно закатились глаза.

— Я же говорила, мам: мы с девочками идём к Илье. Однокласснику, ну, Березину.

— А с чего ты взяла, что я тебя отпущу? — проговорила мать, подходя к Смирновой. — Мы с тобой договаривались о посиделках с девочками.

— Ма-ам, прошу! Там все будут, тем более сегодня тридцатое декабря, Новый год, и...

— Нет.

— Пожалуйста, я прошу! Я дома весь год сидеть буду, честно.

— Нет, Кать. Ты слышала, сколько уже детей пропало за месяц? Почти весь посёлок.

— Вообще-то не весь посёлок, а детей ну... пятнадцать вроде.

— Вот именно, Катя. Это считай весь первый класс. Один мальчик из твоего класса пропал.

— Мам, он сбежал. Не пропал, он вроде бабушке звонил.

— Кать, это слухи, и...

— Мам, я иду.

— Катя, если ты куда-то пойдёшь, я тебя в дом не пущу.

— Мам!

— Ты как со мной разговариваешь!?

— Никак, — пробормотала Катя, опуская глаза вниз. Перед матерью язвительность исчезала, оставляя только былой след яда.

Захлопнув дверь, женщина села на кухне, помешивая тёплый чай, согревающий её тело. Страх за дочь медленно, но верно отпускал. Однако плохое предчувствие за Катю не пропадало, а усиливалось.

Девушка наматывала круги по комнате. В окне она заметила двух подружек — Юлю и Настю. Подозвав их, она открыла окно.

— Девочки, меня не отпустили.

— Блин, и че делать? — спросила Юля.

— Ну, короче: вы её отвлекаете, а я тихо выпрыгиваю из окна.

— Ну давай, мы пошли, — пролепетала Настя.

Спустя несколько минут девушки уже разговаривали с матерью Кати, пока сама виновница покидала свою комнату.

— Девочки, ну вы-то куда? А ваши родители знают?

— Да-да! Всё там нормально будет, — заметив Катю, Настя переменилась в лице. — Ну, ладно, мы пойдём.

— Ну идите. После каникул вас двоих первых спрошу.

Когда женщина закрыла дверь, Катя быстро подбежала к девушкам и обняла их.

— Спасибо, девочки! Я вам... я не знаю, как вас отблагодарить.

— Придумаем, — улыбнулась Юля. — А ты в осенней куртке не замёрзнешь? — поинтересовалась Юля.

— Ну, извините, это единственное, что было у меня в шкафу, а зимняя в прихожей. Хватит уже болтать, погнали, пока мама не заметила.

— Ха-ха, ну пошли.

***

У Антона всё плыло, а голова трещала. После той встречи со «зверями» его отношения с Алисой поменялись: она стала более настороженной, а самочувствие парня желало лучшего. Накинув белую футболку, парень вышел из комнаты, протирая глаза.

— Мам, я пойду.

Родители парня не слышали его — их мысли были заняты скандалом, который произошёл на днях. Антон вышел из дома. Проходя мимо леса, он почувствовал приятный сладковатый запах.

***

В просторном доме было полно гостей. Каждый — с бутылкой, стаканом крепкого алкоголя в руках, а кто-то — с пакетиком «дури». Рома, облокотившись на диване, в толпе высматривал Полину, часто отвлекаясь от разговора с ребятами. Заметив её, парень ухмыльнулся и продолжил наблюдать.

Девушка уверенной походкой подошла к столу и, взяв бутылку крепкого шампанского, осушила половину. Все удивлённо посмотрели на неё. Та была одета в чёрные капроновые колготки, на них были надеты короткие шорты, сверху — белая майка, а на ней — серо-красная футболка. Копна густых тёмных волос рассыпалась по её плечам, глаза были подчеркнуты тёмным карандашом.

— День выдался... не очень, — сказала девушка, ища взглядом Рому.

Все засмеялись и продолжили танцевать под песню «Короля и Шута» — «Лесник». Кто-то подпевал знакомый мотив, а вместе с ними и Полина:

— Будь как дома, путник, я ни в чём не откажу! Эй! Множество историй, коль желаешь, расскажу...

Громкая музыка заглушала громкий стук сердца и гнетущие мысли. Рома изредка поглядывал на девушку, которая весело танцевала с Катей, громко смеясь и трепля по волосам. Смирнова пару раз стукнула Полину, и девушка угомонилась.

— Ромка, угомони свою, а то мне от неё уже плохо, — подошла к нему Катя.

— Катюх, а я-то сделаю что? Мозги не еби. А за своим полудурком следи, — огрызнулся он.

— А вы что, с Полиночкой не вместе? А то я такие слухи слышала...

— Не вместе мы... — буркнул Рома. — А ты с Тохой?

— Ну... Мы пока что не вместе, но скоро будем. Просто и у него, и у меня проблемы.

— Понятно, — усмехнулся Рома. — Мальчик тебе отказал, а ты и не поняла, дура.

— Пятифан, я не дура, в отличие от тебя.

Заметив Антона, оба замолчали. Тот потоптался на месте и подошёл к Полине.

— Полин, привет. Ты как?

— Привет, — улыбнулась она. — Немного выпила... Кстати, как тебе КиШ?

— Ну, прикольная группа.

— Да-а-а, мне дико нравится «Кукла колдуна» и «Лесник».

— Хах, да, я понял. Кстати... — воспоминания проникли в голову парня. Что-то внутри противилось, говорило, что это неправильно, но Антон был уверен в Алисе.

***

— Алиса, всё нормально? Ты какая-то ну... странная, что ли.

— Антон... послушай. Ты должен дать вот это, — девушка потрясла рукой перед лицом парня. В руках девушки был странный пакетик. — Полине и отвести её к Роме.

— В смысле?

— Тоша, давай сейчас без вопросов, прошу. Ты же мне веришь?

— Верю.

— Тогда делай то, что я говорю.

— Хорошо, только прошу, объясни мне.

— Я тебе всё позже расскажу, а сейчас пойдём погуляем вдвоём по лесу?

***

— Тебе налить?

— Да, давай, только немного.

Парень отошёл от девушки, быстро добавил содержимое пакетика в стакан с крепким алкоголем и, вернувшись, поднёс ей.

— Спасибо большое, — быстро выпила девушка.

Поболтав ещё немного с Антоном, девушка становилась всё более и более вялой. Парень уже хотел окликнуть Пятифанова, но что-то из глубин прорычало, стало сопротивляться. Антон выхватил стакан Полины и допил содержимое. Вмиг Антон почувствовал, что его тело ему больше не принадлежит. Оно подчинялось чему-то мерзкому, таинственному, как таёжный лес. Взяв Полину за руку, он повёл её в свободную комнату.

— Антон... ты чего? — испуганно спросила она.

— Алиса... я так по тебе скучал... — прошептал он, сжимая её руку.

— Чего? Антон, ты путаешь меня с ней... я не она...

— Заткнись.

Парень кинул девушку на старый и скрипучий диван. Забравшись на беспомощную Полину, он опустил руку на её ляжку и стал поглаживать, подбираясь всё выше и выше. Девушка пыталась сопротивляться, но парень был сильнее.

— Я... я буду кричать.

— У тебя язык заплетается... Ты же не хочешь, чтобы я рассказал ему? — прошипел он.

На глазах девушки навернулись слезы. Когда парень прижался к девушке и стал целовать, у той не было никаких сил. Единственное, что она могла сделать, — это молить о том, что Рома заметит её отсутствие и успеет до того, как случится нечто мерзкое и противоестественное.

***

Рома сидел на диване, покручивая нож-бабочку в руке, пока рука Кати не выхватила предмет из руки парня.

— Отдай.

— Не-а.

— Ты реально такая сука? Отдай ножик.

— Это я-то сука? Пятифан, как можно так говорить с девушкой?

— Ну я же говорю: ты не девушка, а сука.

— Критин ты, забирай свой нож, он всё равно мне не нужен.

— Ага, спасибо. А чё ты не с подружками?

— Не хочу.

— Понятно. Катюх, слушай, ты это... короче, извиняюсь за базар, про Антона и ваши мутки. Короче, сорян.

— О, боже! Сам гроза района передо мной соизволил извиниться?

— Я могу тебе и въебать.

— Ой, боюсь, боюсь!

— Ну правда, сорян.

— Да всё, всё поняла, я простила... — вздохнула Катя. — Ну вообще, ты наверное прав. Если бы я реально была ему нужна, он бы не заперся с Полиной в комнате.

— Что? — насторожился Рома.

— Да сидят они там уже минут 15, что ли. Знаешь, мне реально обидно. Мне он правда понравился... Знаешь, когда с человеком строишь планы на жизнь, а тут...

— Знаю, — тихо ответил Рома.

— Рома...

— Чего тебе, Смирнова?

Катя пристально посмотрела на парня, а после медленно и осторожно поцеловала. Сначала парень не понимал толком, что она делает, а после углубил неряшливый поцелуй девушки. Мерзкое чувство пронзило его голову, а после — образ связанной Полины, рыдающей и просящей о помощи. А после Рома ощутил возле себя чьё-то холодное дыхание.

— Ромэо, иди спасай свою Джульетту от верной гибели, — прошелестел голос.

Парень отдёрнул от себя Катю. Девушка изумлённо уставилась на парня.

— И ты уходишь?

— Катюх, сорян, мне моя Джульетта нравится. Сейчас этих голубцов проверю, а то я не доверяю этому твоему.

— Но...

Не успев договорить, Рома уже скрылся из виду.

Зайдя в комнату, Рома увидел Антона и Полину. Его окутала ярость, зрачки расширились, взгляд прикипел. Он увидел безвольно свисающую руку Полины и её жалкие попытки вырваться.

Рома подошёл сзади к парню и отдёрнул от девушки, швыряя на пол. Парень достал из кармана нож и стал медленно вводить его в живот парня. Острие ножа вошло в плоть.

— Ты сукин сын! КТО ТЕБЕ ТАК ПОЗВОЛИЛ ДЕЛАТЬ, А?

— Волчонок злится... Как это мило... — прохрипел Антон, не испытывая боли. — Забавно, что я везде забираю у тебя всё.

Руки Ромы сомкнулись на шее Антона. Нож валялся на полу. Парень хрипло шептал мерзкие фразы, доводя Пятифанова до предела.

— Сейчас я бы её трахнул... медленно, чтобы эта сука запомнила каждый сантиметр моего члена, — выплюнул Антон.

— Играть со мной решил, а? Значит, поиграем, зайчик, — говорил уже не Рома, а зверь внутри него, который также жаждал крови.

— Я тебя убью. И мне насрать на хозяина, на то, что она обо мне подумает. — Волчик отпустил шею парня и стал медленно водить лезвием по телу Антона.

— Рома... Ромочка, прошу, хватит... помоги... мне... — донёсся слабый голос Полины.

Тот не слышал, а только откинул ослабевшую девушку, продолжая свои истязания, пока Полина не подползла к парню и не стала выхватывать нож из его рук.

— Рома! Ром! Прошу! Волчик, остановись! Верни ему контроль над телом, прошу!

Вмиг Рома отдёрнулся от парня. Его взгляд был рассеянным. Тот не знал, что сделать первым: подойти к Полине или к Антону. Пятифанов быстро подошёл к Полине.

— Полин, ты как? Что ты... блин...

— Рома, мне плохо... Голова и... всё болит... — всхлипнула она.

— Я тебя домой отведу.

— Нет! Нет... прошу, только не туда, — прерывисто говорила Полина. Из её глаз текли ручьи слёз.

— Хорошо, тогда ко мне. Мать всё равно с кем-то отмечает. Тебя понести?

Девушка уже не отвечала — усталость полностью накрыла её. Рома обернулся, почувствовав холод за спиной. Окно в гостиной было раскрыто нараспашку. Парня не было.

Взяв девушку на руки, парень покинул комнату. Ему навстречу выбежала Лолита с размазанной помадой.

— Где Бяша?

— А я ебу? Тут Полина... перепила... да, перепила. Мне сейчас не до него.

— То есть он не с тобой? Круто.

Парень быстро покинул дом, оставляя за собой гнетущую атмосферу.

***

Катя испуганно озиралась. В ней что-то кричало: если не уйдёшь сейчас — умрёшь. Схватив сумку с вещами, девушка направилась к Юле и Насте.

— Юль, Насть, ну что, пойдём?

— Не, прости, я тут с Ваней познакомилась. Такой парень классный, — отмахнулась Юля.

— Понятно. А ты, Насть? Можно к тебе?

— Блин, Кать, тут такое дело...

— Понятно, — горько усмехнулась Катя. — Классные вы подруги. Вот если со мной что-то случится, виноваты будете вы. Суки.

— Пиздец! Мы тебе помогали, а ты от нас сбегаешь, как Золушка к двенадцатому часу? Ну и вали! — крикнула Настя.

Катя быстро накинула на себя куртку и покинула дом быстрым шагом, направляясь к своему дому. Атмосфера нагнетала, голова гудела, сердце бешено билось. Услышав хруст снега, девушка замерла, готовая умереть прямо сейчас. Страх сковал тело.

— Бу! Испугалась, Катюш? Это я, Антон, — раздался голос из темноты.

— Блин... напугал, — выдохнула она.

— Куда направляемся?

— Никуда. Антон, честно, меня это достало. Ты ведёшь себя странно, не хочешь, чтобы мы встречались, и...

Парень заключил девушку в болезненный поцелуй и долго не отпускал, пока не насытился полностью.

— Я... Антон, а почему ты в футболке и какого хера на тебе кровь? — отстранилась она, разглядывая его.

— Проницательная, Катюш. Ну так что, ко мне?

— Ну, я домой хотела.

— Зачем? Она на тебя орать будет и, как она там сказала, домой не пустит?

— Да... Откуда? — удивилась Катя.

— Подружки разболтали.

— Суки, ну и суки, — выдохнула она. — Ладно, пойдём, уговорил.

Идя по тихому лесу, девушке становилось всё хуже и хуже. Пиком стало, когда у девушки затряслись руки и появилось странное ощущение бабочек в животе.

— Антон... я эм... тебе не холодно? — спросила она, пытаясь скрыть дрожь.

— Нет, Катюш, совсем нет. И тебе скоро будет не холодно, — усмехнулся он. — Трупам же не бывает холодно, да?

— Что?

— Ничего... Это из-за сна тебе всякая дичь мерещится. Всё же не каждый день снятся друзья в криповых масках.

— Антон, откуда ты это знаешь? Я это никому не говорила.

— Катюш, тебе все кричали: не иди сюда. Даже Алиса, будь она неладна. И ты проигнорировала всё, даже своё нутро... Ты такая дура, Катенька.

— Нет... Нет, — прошептала она, начиная понимать.

— Да, Катюша. А знаешь, что я делаю с жертвами? Краду в чёрный гараж и засовываю в мясорубку, и перемалываю. А потом готовлю блюда. От них остаются только ручки да ножки. От тебя бы осталась милая коса с такой же милой резинкой в виде клубнички, — ласково проговорил он.

— Я буду кричать! И звать на помощь! Тупой ты...

— Тупая здесь только ты.

Подбежав к Кате, парень заломил ей руки. Та сопротивлялась, но одним нехилым ударом он на время дезориентировал девушку, дав себе манёвр.

— Издашь хоть звук — ногу сломаю.

— Нет! Помо... — не успев договорить, девушка почувствовала адскую боль в ноге. Из глаз потекли ручьём слёзы.

— В следующий раз оторву язык. Так... один я тебя... А вот и Совушка пришла, да гостинцев принесла, — довольно оскалился Антон.

— Ху-ху... Здравствуй, Заяц. Я тебя услышала и пришла на твой зов, — из темноты выступил силуэт.

— Бяша! Бяша, молю, помоги! Этот чокнутый пидор детей ворует! — закричала Катя в отчаянии.

Существо рассмеялось и улыбнулось.

— Милая, я Сова... И знай: тебе ничто и никто не поможет. Время уже двенадцать, все спят. Твоя мать думает, что ты спишь, а другим плевать... Печально, да? — прошелестела Сова.

— А я представиться забыл, — усмехнулся Антон. — Я Заяц, а не Антон Петров.

Девушка зарыдала. Больше она не сопротивлялась, а только горько плакала.

— Ну что ты, рёва-корова... — лениво сказал Медведь, выходя из-за деревьев.

— Как хорошо, что вы здесь, — обратился к ним Антон. — Я принёс последнюю.

— Ты ко-о-нечно молодец, но нам нужна ещё одна, — протянул Медведь.

Парень хитро улыбнулся, поглядывая на Катю.

— Оу, ху-ху, а это не сильно жестоко? — спросила Сова.

— Ни капли, Совушка. Вы пока тащите вместе с Косолапым эту. А я домой, к семье.

— По-о-онял тебя. А кто тебя так? — кивнула Сова на его раны.

— Волчонок разозлился, — на лице парня появилась лёгкая усмешка. — Вы бедолагу к остальным отнесите, а я пойду готовиться к завтрашнему дню. Будет о-о-очень весело.

Белая окровавленная футболка развевалась по ветру. Аромат крови был ощутим по всему лесу. Глаза горели в ожидании следующего дня.

Зайдя в дом, парень быстро заскочил в ванную. Умывшись, он увидел своё расцарапанное лицо и грязную от крови футболку. Не зная о том, что Антон в ванне, Оля зашла и, увидев данную картину, вскрикнула и побежала к родителям.

— Мам, пап! Там, там Антон весь в крови!

— Антон! — приближающийся крик матери застал парня врасплох.

— Мам, Олька бредит. Всё со мной хорошо, — крикнул он, пытаясь замести следы.

— Покажись.

— Мамуль, если бы я реально был в крови, я бы к тебе пошёл, — неглубокая, но кровоточащая рана на животе давала о себе знать, и парень скривился, закусив губу. — И ты правда веришь ей? Которая всё время видит какую-то сову? Мам, ты же вроде у меня адекватная.

Зверь улыбнулся, понимая, что ситуация сходит с рук. Мать, поняв, что сын не выйдет, решила уйти.

— Ну и сука, — прошептал он, когда дверь закрылась. — Как же я давно не видел свою прошлую носительницу... Стала строгой... А в его возрасте она похлеще творила.

Сходив в душ и приведя себя в порядок, быстро обработав раны, Антон стал искать сестру.

— Сестрица, ты где? Поговорить нужно.

— Зачем? — раздался тихий голос из её комнаты.

— О, вот ты где. Скучаю просто, давно не общались. Как ты? Как дела?

— Ну... — оглянувшись и поняв, что их никто не подслушивает, продолжила: — Родители совсем разругались. И Сова... она... — посмотрев в большое окно в их комнате, девочку передёрнуло. — Я так её боюсь, Тош.

— Не бойся, знай: у тебя есть брат. И... хочешь с моими друзьями познакомиться?

— В смысле? Я с ними знакома.

— С другими. Они гораздо лучше... Они веселее.

— Ну, не знаю.

— Ну а ты что, Новый год с родителями отмечать хочешь?

— Нет!

— Ну, я просто с друзьями буду отмечать и тебя хотел взять и познакомить. Там весело будет.

— Они же меня не отпустят.

— У меня уже есть идея. Ты притворяешься больной, они едут в магазин, они тебя оставляют со мной, потому что с больным ребёнком по гостям ходить не будут. А я с тобой останусь. Когда они уйдут, мы пойдём к ним.

— Тоша, ты гений!

— Всё, ложись спать, сестричка.

Встав с кровати сестры, Антон лёг в свою холодную постель. Лесной дух ушёл куда-то глубоко, оставляя Антона в полном неведении и дикой боли во всём теле.

***

(За час до)

Бяша нежно целовал девушку. Его руки скользили по её телу, аккуратно снимая платье. С губ девушки сорвался тихий стон, что усилило напор Игоря.

— Бяша... я... так тебя люблю... — томным голосом прошептала девушка.

— Я... тоже... — Игорь тяжело и прерывисто дышал, его речь была нечленораздельной.

Голова кружилась от новых ощущений, мурашки пробирали обоих. Бабочки в животе порхали, как в последний раз. Лолита тяжело вздохнула, медленно раздвинув ноги. Поцелуи стали более страстными и горячими. Из-за алкоголя её тело не слушалось, желание и яркие трепетные чувства к Бяше охватили её.

Вдруг парень услышал тихий голос, молящий о помощи.

— Лолит... Я пойду, мне эм... ну...

— Что? Куда?

— Прости, мне очень нужно, — отстранился он.

— То есть ты меня бросаешь? Я сделала что-то не так?

— Не еби себе мозги, всё нормально. Ты просто... — запнулся он. — Но мне нужно идти.

— Ну класс.

— Не обижайся, ты ещё мелкая для таких страстей.

— Да пошёл ты! — с уст девушки фраза звучала неестественно грубо, но парень будто её не слышал. Голова была занята одной мыслью: помочь ему. А после Игорь отключился, и нечто тёмное управляло им.

***

Рома нёс Полину, иногда спотыкаясь о собственные ноги. Голова гудела, и он будто отключился.

— Волчик, я знаю, что ты меня слышишь. Прошу, поговори со мной, ты мне нужен как никогда.

— Спустя столько вре-р-ремени тебе нужен я. Не Зайчик, не Антон, не хозяин леса, а я, — раздался внутренний голос.

— Прошу, выслушай меня.

— А что мне тебя слушать? Отведу тебя хозяину и сдам, — хладнокровно произнёс парень.

— Волчик, у тебя ко мне же остались чувства. Если да, то ты меня хотя бы выслушаешь.

— Ну, начинай. У тебя не мно-о-ого вре-р-ремени.

— Хозяин не такой простой, понимаешь? Он говорил, что мы помогаем лесу, зверям. Говорил, что люди плохие. Это ложь.

— Ага, конечно.

— Волчик, ему плевать на лес. Он, как и тогда, хотел власти, так и сейчас. Ты же знаешь, как ему нравилось, когда к нему каждый подходил и ноги вылизывал, спрашивал совета. Ему этого не хватает. Понимаешь?

Волчик остановился. Взгляд стал задумчивым, губа скривилась от отвращения. Ведь единственное, что он искренне презирал, — это деспотичные и авторитарные. Он пытался мириться с ним, с его правилами, веря в то, что всё, что говорит хозяин, — правда.

— Помнишь, когда он устроил метель страшную и ему на зверей было всё равно? Понимаешь, о чём я?

— Ладно, лисичка, сестр-р-рица, я тебя понял.

— Значит, ты на моей стороне?

— Наверное, да. Поживём — увидим.

— Я рада, что у тебя головушка на месте.

— Я и пере-р-редумать могу.

— Да-да, поняла.

— А своему принцу что не скажешь?

— Он такой же, как и хозяин.

— Значит, ты ошиблась с выбо-о-ором?

— Нет. Я встретила Антона, и он очень хороший человек.

— Понял. А если бы не было этого всего, ты была бы со мной? Если бы мы были обычными людьми?

— Может быть. Кто его знает. Если бы хозяин дал нам жизнь человечью, а не давал пустые обещания, я была бы за него.

— И я.

— Волчик, ты мне дорог. Очень.

— Я знаю. Мы почти пришли.

Зимний пейзаж дурманил голову. Ночь окутывала, как мать, которая бережно накрывает одеялом ребёнка. Снежинки медленно падали на их усталые лица, глаза у обоих блестели, как звёзды на небе.

Дойдя до четырёхэтажного старого здания, они поднялись по лестнице. Он открыл дверь и зашёл в квартиру. Она была пуста, вся заваленная бутылками из-под алкоголя, пахло перегаром. Сняв верхнюю одежду с себя и девушки, он занёс её в комнату — единственное место в квартире, где было не так мрачно.

Рома резко пришёл в себя. Тело ныло, голова раскалывалась. В руках была Полина. Он погладил её по голове и положил рядом с собой. Сняв с себя штаны, он лёг спать, накрывая себя и девушку тёплым пледом, стараясь не задеть девушку. Сон окутывал его, забирая в свои тенета.

Полине снились звери в масках. Все кружили вокруг неё и пели странную считалочку. А после она увидела связанную Олю, кричащую: «Помоги мне!». Бежа к ней навстречу, ей путь перегородил Антон в заячьей маске: «Сучка, тебе и здесь помогают? Ну что ж, поиграем». И стал медленно душить девушку.

Полина резко проснулась. Во рту была сухость. Встав с кровати, девушка заметила раны и гематомы на ногах. Полина осмотрелась — глаза быстро привыкли к темноте, она сразу поняла, что она явно дома у Ромы, хоть и была тут пару раз. Она стала осматриваться, замечая разбросанные вещи. В глаза ей бросилась тумбочка. Подойдя ближе, она увидела свою фотографию. Её рука невольно потянулась к дверце, чтобы узнать, что там лежит.

— Ты что там делаешь? — раздался голос из темноты.

— Ой... я воду искала.

— Там?

— Ага.

— Пойдём на кухню, налью тебе воды.

— Да, давай, — девушка проследовала за парнем. — Я на самом деле у тебя давно не была.

— Ну да. Ты это... Как себя чувствуешь?

— Я... — воспоминания пронеслись в голове девушки, она вздрогнула. Глаза наполнились слезами, тело била мелкая дрожь. Девушка тяжело вздохнула и заставила себя часто моргать и вытирать слёзы. — Рома, давай не об этом.

— Ты уверена?

— Да, Ром. Пойдём к тебе. И спасибо за то... что помог.

Вернувшись в комнату, они сели на кровать. Пока Полина разглядывала комнату, Рома смотрел на Полину и увидел на её коленях раны.

— Полин, у тебя на ногах раны. Давай я ну... это...

— Да, давай.

Рома быстро зашёл в ванну и взял перекись, вату и бинт.

— Полька, я тут. Ща тебя полечим.

— Или покалечим, — слабо улыбнулась она.

Парень усмехнулся и подошёл к девушке. Сев на кровать, он придвинулся поближе. В комнате был полумрак. Девушка положила свои ноги на его и заинтересованно смотрела. Рома полил перекись на вату и стал обрабатывать раны девушки. Та скривилась и прикрыла глаза.

— Сорян.

— Да ничего, терпимо. Просто неприятно.

Продолжая обрабатывать раны на ногах, парень иногда бросал взгляд на Полину. Она смотрела на него завороженными глазами.

— Ну я всё.

— У тебя тоже рана небольшая, ну, на руке.

— Да этот гандон видимо... Забей.

— Ну давай и я обработаю?

— Как хочешь.

Полина обмакнула ватку и прикоснулась к небольшой ране парня. Рома старался не шевелиться, его взгляд был прикован только к ней.

— Рома... я всё, принимай работу.

— Ну... спасибо.

Повисла тянущаяся тишина. Глаза девушки заблестели, по щеке покатилась слеза. Полина легонько приобняла парня.

— Ром... я... ты... мне нравишься. Я люблю тебя, — произнесла тихо девушка. — Прошу, не бросай меня никогда... Я очень сильно тебя прошу.

Рома молчал, а потом его как током ударило. Он крепко обнял девушку.

— Обещаю.

Девушка отодвинулась от парня. Он поцеловал её в губы — легко, трепетно, будто спрашивая разрешения, ожидая отказа. Но девушка с жадностью впилась в его губы, стирая все прежние границы, которые были у них выстроены годами.

Он притянул её к себе. Парень думал только о Полине. В голове вертелся её образ, вкус её губ напомнил лесную ягоду. Она лежала на спине, смотря на него. Его глаза горели, сердца обоих быстро бились, тела сплелись, чувства смешались. Тихие ритмичные стоны девушки. На спине парня красовались царапины от ногтей. Бабочки внутри девушки порхали. Девушка вжалась в подушку, откидывая голову назад. Губы парня прикоснулись к её шее, девушка простонала, впиваясь ногтями в его спину. Их обоих накрыла волна приятного и трепетного чувства. Их сердца быстро бились, дыхания сбились, губы сплелись в жаркий поцелуй.

^^^
Прошу ребяточки подпишитесь на мой тгк,вы мне очень сильно поможете в продвижение https://t.me/pollisolli
Спасибо большое:^