Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Стены качалки
Март только казался мягким. На самом деле под талым снегом прятался всё тот же холодный бетон. Валера не мог долго сидеть на месте — старые привычки вырывались наружу, как только я уходила на уроки. В тот день я почувствовала неладное ещё на физике. Сердце колотилось, и перед глазами вместо схем стояло лицо Валеры в тот момент, когда он закрыл глаза в ангаре.
Я не пошла домой. Ноги сами понесли меня к качалке. Я знала, что он там.
Внутри было накурено и непривычно тихо. Пацаны не шумели, не толкались — они стояли полукругом, глядя на Валеру, который сидел на скамье для жима, перематывая руку свежим бинтом. Адидас стоял напротив, прислонившись к стене, и курил одну за другой.
— ...Ты не понимаешь, Валера, — голос Вовы был охрипшим. — «Хадишевские» не шутят. Они поставили ультиматум. Либо мы отдаем тебя на «разговор» за то, что случилось в «Востоке», либо они начинают отстреливать нашу скорлупу прямо у школ. Сегодня утром пырнули пацана из седьмого класса. Просто за то, что он был в нашей куртке.
Валера поднял голову. Его взгляд был пустым.
— И ты пришел ко мне за разрешением? — тихо спросил он. — Ты же старший, Вова. Ты должен решать, кто живет, а кто — нет.
— Я не могу тебя отдать! — Адидас швырнул окурок на пол. — Но и смотреть, как детей режут, я тоже не могу.
Я сделала шаг из тени. Все головы тут же повернулись ко мне. Валера вздрогнул, и в его глазах на секунду промелькнула боль, которую он так тщательно прятал от пацанов.
— Лена, уходи, — бросил он, снова опуская взгляд на бинты. — Тебе здесь не место.
— Нет, — я подошла почти вплотную к Адидасу. — Ты обещал, Вова. Ты обещал, что с этим покончено. Ты сказал, что он своё отвоевал.
Адидас отвел глаза. Ему было стыдно, но «понятия» района давили на него сильнее совести.
— Лена, это улица. Тут долги платят кровью. Если Турбо не пойдет на встречу, прольется еще больше крови. Другой.
— Я пойду, — Валера резко встал. — Но при одном условии.
Пацаны замерли.
— Завтра утром Лена должна быть в поезде. Ты лично, Вова, посадишь её в вагон до Москвы, к моей тетке. И пока она не позвонит, что доехала, я к «Хадишевским» не выйду.
— Валера, нет! — я схватила его за куртку, но он мягко, но решительно убрал мою руку.
— Всё, отличница. Сказка кончилась. Я не могу позволить, чтобы из-за меня убивали детей. И не могу позволить, чтобы они добрались до тебя.
Он посмотрел на меня так, будто запоминал каждую черточку моего лица. В качалке повисла тяжелая, густая тишина. Я поняла: он уже всё решил. Он снова шел в огонь, чтобы спасти меня. Но на этот раз он не собирался возвращаться.
___________________________
Это жесть... Валера жертвует собой ради района и Лены. 😭 Как думаете, Адидас действительно отправит Лену в Москву или она найдет способ остаться и вмешаться? Пишите свои догадки! 👇
Комментарии