Блок 502

Понедельник в офисе отца Насти напоминал похоронное бюро, пока дверь не распахнулась с вихрем, игнорируя протесты секретаря. Марина влетела внутрь, благоухая новыми духами и энергией, способной запитать небольшой город.

— Так, Настя, вылезай из своего склепа! — Марина решительно захлопнула чужой ноутбук. — У тебя вид такой, будто ты цифры не считаешь, а ешь их на завтрак. Мы идем гулять. Это не просьба, это рейдерский захват.

— Марина, у меня отчетность… — попыталась вставить Настя, поправляя очки своим фирменным жестом «строгого бухгалтера», но её уже тянули за руку к выходу.

— Твоя отчетность подождет, а эти туфли в «Центральном» — нет! — отрезала Марина.

Через двадцать минут они уже прочесывали торговый центр. Марина вихрем носилась между рядами, прикладывая к Насте самые безумные наряды.

— Глянь, Насть! Если ты наденешь это кожаное платье, Макс не просто дар речи потеряет, он забудет, как дышать! — Марина хихикнула, заставляя подругу зайти в примерочную.

Настя, ворча под нос про «нецелевую трату времени», всё же примерила пару вещей. В зеркале на неё смотрела не сухая карьеристка, а всё та же девчонка из общаги.

— Слушай, — Настя вышла из кабинки, разглаживая складки на юбке. — Костя вчера к Максу сорвался. Там у 502-го блока искры летели такие, что даже в соседнем районе свет мигал. Медведев предложил Арине съехаться, а та… ну, ты её знаешь. Включила «холодную леди» и выставила парня с ключами.

Марина на мгновение перестала перебирать вешалки и грустно вздохнула.

— Ох уж эти наши следователи… Всё им надо по полочкам разложить. Костя ведь её на руках носит, а она как будто боится сойти с дистанции. Знаешь, я иногда смотрю на них и думаю: мы с тобой хоть и вредные, но, если бы Макс или кто-то другой предложил мне нормальную жизнь, я бы, наверное, не раздумывала месяц.

— Ты — это ты, — Настя криво усмехнулась, возвращаясь к зеркалу. — А Арина… она слишком сильно привязалась к этому своему Волкову. Он для неё — зона комфорта, где не надо ничего строить. А Костя — это ответственность. Семья, быт, планы. Она к этому не готова.

Марина подмигнула ей через зеркало.

— Ладно, философ, хватит грузить. Бери — это платье, в нем ты выглядишь как богиня. Идем, я угощаю кофе и самыми калорийными пирожными, которые найдем. Нам обеим нужно заесть стресс от того, что наши друзья — идиоты.

После того как Настя была успешно извлечена из офиса, а пакеты с обновками надёжно спрятаны в багажник машины, Марина затормозила у входа в университет.

— Так, Насть, держи оборону у входа, а я за нашей «железной леди», — Марина поправила берет и решительно направилась к кафедре криминалистики.

Арину она застала в коридоре — та с отрешённым видом листала материалы дела, привалившись к подоконнику. Увидев Марину, Арина попыталась изобразить рабочую занятость, но против розового урагана это не сработало.

— Ардова, даже не надейся! — Марина выхватила папку из её рук и захлопнула её. — Твои вещдоки никуда не убегут, а вот твоя кукушка скоро улетит в тёплые края от такой нагрузки. Настя уже в машине, мы едем пить кофе и примерять помады.

— Марин, у меня пара через час… — попыталась возразить девушка, но Марина уже тащила её к выходу, игнорируя протесты.

— Пара отменяется по причине экстренной необходимости заземления! — отрезала Марина.

Через десять минут троица сидела в том самом кафе, где они когда-то, будучи первокурсницами, отмечали первый зачёт. Арина выглядела бледной, а её взгляд то и дело возвращался к телефону — она явно ждала сообщения, но не от Кости, а из 502-го блока.

— Так, — Настя отодвинула в сторону свой идеальный эспрессо и в упор посмотрела на Арину. — Хватит гипнотизировать мобильник. Медведев тебе не напишет первым после того, как ты его «заморозила» на месяц. А Волков… Волков вообще в другом измерении живёт. Рассказывай, ты реально собираешься тянуть время, пока Костя не найдёт себе кого-то попроще?

Арина тяжело вздохнула и уронила голову на руки.

— Девчонки, я не знаю. Я его люблю, правда. Но когда он пришёл с этими ключами… мне стало страшно. Как будто если я соглашусь, моя жизнь закончится и начнётся «быт домохозяйки». А в общаге… там всё понятно. Да и жить с Лешей спокойно. Он ничего не требует от меня.

— Лёшка — это удобно, — ядовито заметила Настя. — Но он — это не жизнь, Арин. Это капсула времени. Марина, скажи ей!

— А что я? — Марина активно жевала круассан. — Я считаю, что Костя — золото. Он вчера у Макса полбутылки вина выпил от горя. Макс говорит, Медведев в таком ауте, что даже на пожары выезжает с лицом камикадзе. Ты его ломаешь, Арин. А он не железный.

Арина молчала, размешивая сахар в остывшем чае. Слова подруг били в цель. Она понимала, что её «преданность» Косте превратилась в привычку, а настоящая близость осталась где-то там, в комнате Алексея, под запахом озона.

- А вообще, не тебе меня судить. – Язвительно произнесла Арина, смотря на Настю. – Сама-то не перестаешь морозить Макса.

Этот выпад Ардовой заставил Марину подавиться круассаном, а в воздухе повисла такая тишина, что было слышно, как работает кофемашина за барной стойкой. Настя медленно отставила чашку, и её взгляд стал острым и холодным, как лезвие скальпеля.

— Не судить? — Настя прищурилась, поправляя очки. — Арина, дорогая, давай не будем путать божий дар с яичницей. Макс — это ходячий аттракцион «американские горки». Он сегодня клянется в вечной любви, а завтра подмигивает студенткам на физкультуре. Моя дистанция — это здравый смысл. А твоя? - Настя подалась вперед, переходя на опасный шепот. — Твоя дистанция с Костей — это просто трусость. Ты боишься признаться себе, что тебе удобнее сидеть в своем 502-м блоке под боком у Волкова, чем строить реальную жизнь с Медведевым. Ты используешь Костю как «безопасную гавань», пока сама витаешь в озоновых облаках своего соседа. Так кто из нас кого морозит? Я Макса, потому что не верю ему, или ты Костю, потому что боишься его?

Арина вспыхнула. Слова Насти попали в самую болезненную точку, которую она сама так старательно прятала за горой уголовных дел.

— Да что ты знаешь о Волкове? — язвительно бросила Арина. — Он мой друг. Он единственный, кто не требует от меня отчетов о каждом шаге!

— Друг? — Настя горько усмехнулась. — Арин, ты будущий следователь, а ведешь себя как героиня дешевого романа. Мужчины не смотрят на подруг так, как он смотрит на тебя. И Костя это чует. Именно поэтому он притащил те ключи. Это был не ультиматум, это был крик о помощи.

Марина, видя, что обстановка накалилась до предела, робко вставила:

— Девочки, ну мы же гулять вышли... Давайте не будем ссориться?

Арина резко отодвинула стул.

— Знаете что? Спасибо за прогулку. И за «ценные советы». Пойду лучше в отдел, там хотя бы преступники предсказуемые.

Она подхватила сумку и быстрым шагом вышла из кафе, оставив подруг за столиком.

Ардова шла по тротуару, не замечая прохожих. Слова Насти хлестали наотмашь, заставляя заново прокручивать в голове последние три года. «Твоя дистанция — это трусость». Она злилась на подругу, на Костю с его ключами, на Алексея с его тайнами и больше всего — на саму себя.

Она свернула в узкий проулок, срезая путь к главному корпусу университета. Здесь всегда было тихо, только редкие машины шуршали шинами по мокрому асфальту.

Внезапно за её спиной послышался негромкий, почти бесшумный рокот мотора. Арина, как будущий следователь, инстинктивно напряглась и хотела обернуться, но не успела.

Рядом с ней резко затормозил черный микроавтобус с наглухо тонированными стеклами. Боковая дверь отъехала в сторону с сухим щелчком.

— Арина Ардова? — голос мужчины в сером костюме был лишен эмоций, как у робота.

Она успела увидеть только холодные глаза и странный прибор в его руке, похожий на широкий сканер.

— Кто вы? Что вам...

Договорить ей не дали. Сильные руки в перчатках обхватили её за плечи, втягивая в темное нутро машины. Девушка попыталась ударить нападавшего локтем, вырываясь, но в воздухе мгновенно распространился резкий, сладковатый запах химикатов. Перед глазами всё поплыло.

Последнее, что она запомнила — это как её сумка упала на асфальт, а из неё выпал тот самый учебник по криминалистике, который она так старательно штудировала всё утро. Дверь захлопнулась, отрезая звуки города.