7.
У школы было шумно ещё до того, как я успела нормально проснуться. Люди стояли компаниями возле автобусов, кто-то таскал огромные сумки, кто-то уже включил музыку на колонке, а учителя пытались всех пересчитать, хотя половина класса всё равно продолжала ходить туда-сюда вместо того, чтобы стоять на месте.
Я остановилась возле забора, поправляя лямку сумки, которая с каждой секундой казалась тяжелее.
Наверное, брать с собой три худи всё-таки было перебором.
— Ты собираешься в поездку на два дня или переезжаешь?.
Я повернула голову и увидела Итана. Он выглядел так, будто спал примерно столько же, сколько и я: волосы слегка растрёпаны, худи надето кое-как, взгляд ещё сонный. Но при этом каким-то образом он всё равно выглядел нормально. Нечестно вообще-то.
— Между прочим, я собиралась очень ответственно, — сказала я, снова пытаясь поднять сумку повыше. — Просто я не знаю, какая будет погода. Или настроение. Это важные вещи.
Итан посмотрел на сумку, потом снова на меня.
— Лея, там внутри будто кирпичи. Ты точно не взяла с собой половину комнаты?.
— Только самое необходимое.
— Я боюсь спрашивать, что у тебя считается «необходимым».
Я уже открыла рот, чтобы начать защищаться, но в этот момент сумка снова сползла вниз, чуть не утащив меня за собой. Итан тихо засмеялся и, не дожидаясь разрешения, забрал её из моих рук.
— Всё, хватит. Иначе ты ещё до автобуса не дойдёшь.
— Я вообще-то сама могла донести.
— Конечно могла. Я видел. Особенно вот этот момент, где тебя чуть не победил рюкзак.
— Это была случайность.
— Это было очень смешно.
Я закатила глаза, но всё равно улыбнулась.
— Не понимаю, почему тебя это так радует.
— Потому что ты каждый раз уверенно говоришь, что со всем справишься сама, а потом стоишь посреди улицы и воюешь с собственными вещами.
— И ты каждый раз слишком наслаждаешься этим.
— Ну а что мне ещё остаётся?.
Он закинул сумку себе на плечо так легко, будто она и правда ничего не весила, а я вдруг поймала себя на том, что рядом с ним даже утро ощущалось не таким раздражающим.
— ЛЕЯ!
Я едва успела повернуться, как Мия налетела на меня с объятиями.
— Господи, ты холодная! — возмутилась она. — Ты вообще завтракала сегодня?.
— Это первое, что ты спрашиваешь после встречи?.
— Конечно. Ты либо не ешь, либо питаешься кофеином.
— Неправда.
Итан рядом тихо хмыкнул.
— Ты сейчас буквально держишь в руках кофе вместо завтрака.
Я посмотрела на стаканчик.
— Ладно. Возможно, сегодня не лучший пример.
Мия довольно улыбнулась, будто только что выиграла спор, и наконец отпустила меня.
Следом подошёл Райан с рюкзаком за спиной и пакетом чипсов в руках.
— Если кто-нибудь ещё раз скажет мне «доброе утро», я развернусь и поеду домой.
— Какой ты нежный с утра, — сказала Мия.
— Я встал в шесть утра ради этой поездки. У меня есть право страдать.
— Ты сам вчера писал в чат, что «будет легендарно».
— Вчера я был полон надежд. Сегодня я просто хочу спать.
Я засмеялась, а Итан рядом покачал головой.
— По ощущениям, весь автобус через два часа будет выглядеть так же.
— Нет, — Мия сразу подняла палец вверх. — Потому что у меня есть плейлист.
Райан обречённо прикрыл глаза.
— Опять.
— В смысле «опять»? Он идеальный.
— Мия, в прошлый раз ты включила песню, под которую начала орать половина автобуса. Учительница потом смотрела на нас так, будто мы её личная трагедия.
— Но было весело.
— Весело было тебе.
Пока они спорили, я заметила, что Итан всё ещё держит не только мою сумку, но и пакет с вещами, который я даже не помнила, когда успела ему отдать.
— Слушай, ты можешь хотя бы что-то вернуть мне обратно. Я начинаю выглядеть бесполезно.
Он посмотрел на меня с лёгкой улыбкой.
— Тебе правда сейчас принципиально тащить это самой?.
— Нет... но мне неловко.
— Из-за чего?. Из-за того, что я донесу сумку до автобуса?.
— Когда ты так говоришь, звучит глупо.
— Потому что это и есть глупо.
Я тихо фыркнула и отвернулась, пряча улыбку.
Возле автобуса становилось всё шумнее. Кто-то уже занимал места, кто-то пытался засунуть огромные чемоданы в багажное отделение, а учитель физики стоял рядом со списками и выглядел так, будто уже пожалел, что вообще согласился ехать.
— Так, — Райан хлопнул в ладони. — Самый важный вопрос. Кто что взял из еды?.
Мия сразу оживилась.
— Я взяла мармеладки, шоколад, печенье, кислые ленточки и ещё—
— Короче, — перебил Райан, — она ограбила магазин.
— А вдруг нам станет грустно в дороге?.
— Тогда мы откроем окно и подышим.
— Ты ничего не понимаешь в жизни.
Я подняла пакет.
— У меня тоже есть сладкое.
— Всё, — Райан ткнул в меня пальцем. — Вот с кем я сяду.
— Вообще-то она сидит со мной, — спокойно сказал Итан.
Я машинально посмотрела на него.
Это прозвучало так естественно, будто вопрос даже никогда не обсуждался.
Мия с Райаном переглянулись, но, к счастью, промолчали. Только Мия слишком подозрительно улыбнулась.
Когда мы наконец зашли в автобус, внутри уже стоял привычный дорожный шум: шуршание пакетов, смех, музыка из чьих-то наушников и бесконечные разговоры.
Я плюхнулась возле окна и сразу вытянула ноги.
— Всё. Теперь я официально отказываюсь двигаться ближайшие часа три.
Итан поставил сумки наверх и сел рядом.
— Ты так говоришь, будто только что пробежала марафон.
— А ты попробуй проснуться в шесть утра.
— Я тоже проснулся в шесть.
— Да, но ты хотя бы выглядишь живым. Это раздражает.
Он тихо засмеялся.
— Спасибо. Наверное.
Автобус медленно тронулся с места, и по салону сразу прошёл довольный шум. Мия почти сразу перегнулась через сиденье.
— Так, давайте сразу решим, во что играем потом.
— А можно сначала просто доехать?. — спросил Райан. — Мы выехали тридцать секунд назад.
— Нужно планировать заранее.
— Ты пугаешь меня своей организованностью.
— Это потому что у тебя её нет.
Я слушала их вполуха, наблюдая в окно за тем, как школа постепенно остаётся позади, а потом почувствовала, как Итан слегка толкнул меня плечом.
— Ты чего зависла?.
— Да так... ничего.
— Врёшь ведь.
Я повернулась к нему.
— Может быть чуть-чуть.
Он несколько секунд смотрел на меня, а потом вдруг протянул мне упаковку жвачки.
— Держи. Это, конечно, не решит все жизненные проблемы, но хотя бы сделает их мятными.
Я не удержалась от смеха.
— Это самая странная попытка поднять настроение, которую я слышала.
— Зато ты улыбнулась.
И тогда я поняла, что поездка уже начинает мне нравиться.
***
Дорога тянулась удивительно быстро. Наверное, потому что в автобусе почти никогда не становилось тихо. Кто-то постоянно ходил между сиденьями, кто-то менялся местами, кто-то включал музыку на колонке так громко, что учителя уже перестали делать замечания. В какой-то момент даже они, кажется, смирились с тем, что контролировать тридцать подростков в поездке — задача нереальная.
Сначала все были слишком бодрые. Мия заставляла половину автобуса угадывать песни по первым секундам, Райан спорил с кем-то через проход о том, какой вкус чипсов лучший, а я пыталась объяснить Итану, почему ананасы в пицце — это нормально.
— Нет, подожди, — он повернулся ко мне с таким серьёзным лицом, будто мы обсуждали что-то жизненно важное. — Ты правда считаешь, что фрукты должны лежать на расплавленном сыре?.
— Это вкусно.
— Это преступление.
— Ты просто боишься пробовать что-то новое.
— Лея, я пробовал. И после этого ещё неделю думал о своих ошибках.
Я засмеялась, отпивая газировку.
— Ты слишком драматизируешь.
— А ты защищаешь ананасовую пиццу. У нас обоих проблемы.
Час спустя половина автобуса уже выглядела уставшей, но почему-то именно тогда атмосфера стала ещё лучше. Солнце медленно село, за окнами потемнело, фонари на трассе мелькали длинными размытыми полосами, а внутри автобуса остался только мягкий жёлтый свет лампочек над сиденьями.
Стало уютно.
Окно рядом со мной было приоткрыто, и прохладный ночной воздух приятно бил в лицо. Где-то впереди тихо играла музыка, кто-то уже спал, накрывшись худи, а остальные постепенно перебрались ближе друг к другу.
В какой-то момент Райан резко развернулся к нам с картами в руках.
— Всё. Я придумал, чем мы займёмся.
— Это никогда не заканчивается нормально, — пробормотал Итан.
— Именно поэтому будет весело.
Через десять минут мы уже сидели вокруг маленького раскладного столика посреди автобуса. Точнее, пытались сидеть, потому что места было катастрофически мало. Я почти упиралась коленями в Итана, Мия постоянно наваливалась на Райана, когда смеялась, а карты всё время разъезжались из-за движения автобуса.
— Напоминаю правила, — важно сказал Райан. — Проигравший выполняет желание.
— Насколько адекватное?. — спросила я.
— Это уже зависит от нашей фантазии.
— О нет, — Итан откинул голову назад. — Я уже жалею, что согласился.
— Ты ещё даже не проиграл.
— С вами это вопрос времени.
Мы начали играть, и первые минут пятнадцать всё было относительно спокойно. Ну... насколько вообще может быть спокойной игра с Мией, которая каждый раз эмоционально реагировала так, будто её жизнь зависит от карт.
— ДА НУ НЕЕЕТ! — она драматично уронила голову на стол. — Почему мне постоянно так не везёт?.
— Потому что ты орёшь на карты, — сказал Райан. — Они тебя боятся.
— Это неправда.
— Ты только что угрожала валету.
Я уже смеялась так сильно, что едва держала карты в руках.
Итан сидел рядом, лениво потягивая газировку из банки, и выглядел подозрительно расслабленным для человека, который обычно делал вид, что слишком взрослый для всего этого.
— Ты слишком довольный, — сказала я, щурясь.
— Потому что пока проигрываете вы.
— Не сглазь.
— Я просто наблюдаю.
Через пару минут проиграл Райан.
— Отлично, — Мия сразу выпрямилась. — Я ждала этого момента.
— Мне уже страшно.
— Тебе нужно пройти по автобусу и каждому человеку сказать комплимент, но максимально странный.
Я согнулась от смеха ещё до того, как он начал.
— Это ужасно.
— Это прекрасно, — возразила Мия.
И Райан действительно пошёл.
— У тебя очень... уверенная походка.
— Твои уши выглядят дружелюбно.
— Мне нравится, как ты держишь бутылку воды.
Автобус начал ржать уже через минуту, а учительница где-то впереди только устало закрыла лицо рукой.
Следующей проиграла я.
— О-о-о, — протянул Итан, наконец оживившись. — У меня есть идея.
— Мне не нравится твой тон.
— Тебе нужно следующие пять минут разговаривать так, будто ты героиня очень драматичного сериала.
— Это легко.
— Нет, прям максимально.
И это было ужасно.
— Райан... передай мне газировку... если в твоём сердце ещё осталось сострадание...
— Господи, — Мия уже плакала от смеха.
— Итан... как ты мог предать меня...
— Я начинаю понимать, почему это было ошибкой, — сказал он, смеясь.
Но хуже всего стало потом.
Потому что спустя ещё несколько раундов проиграл Итан.
Все сразу оживились.
— Так-так-так, — Мия медленно улыбнулась. — Настал наш час.
— Я уже ненавижу ваши лица.
— Это взаимно, — сказал Райан. — У меня есть желание.
Итан подозрительно прищурился.
— Насколько оно ужасное?.
— Очень.
Я уже начала смеяться заранее.
— Тебе нужно...
Райан выдержал драматичную паузу.
— ...встать посреди автобуса и признаться в любви.
— Чего?.
— Но! — Мия подняла палец. — Максимально театрально. Как в фильмах.
Я чуть не подавилась газировкой.
— Нет-нет-нет, это слишком хорошо.
Итан медленно посмотрел сначала на них, потом на меня.
— Вы психи.
— Правила есть правила, — довольно сказал Райан.
— Я могу выйти в окно вместо этого?.
— Нет.
Весь автобус уже начал оборачиваться, потому что все услышали слово «признание».
— Давайте выберем кого-нибудь другого, — попытался Итан.
— Поздно! — Мия хлопнула в ладоши. — Народ, сейчас будет шоу!
— Я вас ненавижу.
— Неправда, — сказала я сквозь смех. — Ты нас обожаешь.
Он посмотрел на меня пару секунд с таким видом, будто сейчас скажет что-то очень опасное, но вместо этого только обречённо выдохнул.
Потом всё-таки встал.
Автобус сразу начал шуметь громче.
— О БОЖЕ, — кто-то крикнул с задних сидений.
— Тишина, — сказал Итан, уже смеясь. — Мне и так достаточно стыдно.
— Неправда! Тебе нравится внимание! — крикнула Мия.
— Замолчи.
Он провёл рукой по волосам, явно пытаясь не засмеяться, а потом вдруг посмотрел прямо на меня.
И вот это уже было опасно.
Потому что улыбка у него стала слишком хитрой.
— Лея.
— Нет, — сразу сказала я, уже чувствуя подвох.
— Цветочек... — начал он с максимально драматичным лицом. — С того самого дня, как ты заставила меня купить носки с утками...
Автобус взорвался смехом.
Я закрыла лицо руками.
— ...я понял, что моя жизнь уже никогда не станет прежней.
— Я НЕ МОГУ, — Мия буквально задыхалась.
— Ты украла моё сердце так же внезапно, как мой пауэрбанк...
— Итан, хватит! — я уже смеялась так сильно, что у меня болел живот.
— ...и теперь я обречён...
Он приложил руку к груди.
— ...любить тебя и твою ананасовую пиццу до конца своих дней.
Автобус просто разорвало.
Кто-то начал хлопать, кто-то свистел, а я сидела красная, смеясь так сильно, что уже не могла нормально дышать.
Итан наконец сел обратно рядом со мной, всё ещё улыбаясь.
— Всё. Я надеюсь, вы довольны.
— Это было лучшее, что я видел в жизни, — сказал Райан.
— Я хочу это записать на диктофон, — добавила Мия.
Я повернулась к Итану.
— Ты ужасный человек.
— Но тебе понравилось.
И, к сожалению, он был абсолютно прав.
——————
( Итан и Лея )
( Райан и Мия )
Фото были сделаны посредством ИИ.