Джейн
— Арес... — услышала я голос.
И в эту секунду внутри всё оборвалось.
Мы одновременно повернули головы.
И я замерла.
Нет.
Только не сейчас.
Только не он.
Я не хотела верить своим глазам.
С каждым его шагом к нам внутри поднималась паника, тяжёлая, вязкая, как будто меня снова затягивало туда, откуда я так долго выбиралась.
Я столько раз представляла эту встречу.
Сотни раз.
Тысячи.
Но не так.
Никогда не так.
Не здесь.
Не сейчас.
Не когда я... вообще не готова.
Он тоже замедлил шаг.
Будто не верил.
Будто видел призрака.
Мы смотрели друг на друга.
И в этот момент всё исчезло.
Люди. Музыка. Голоса.
Комната растворилась.
Остался только он.
И мой страх.
И бешеный стук сердца, который глушил всё вокруг.
— Джейн?..
— Леон?..
Имя сорвалось само.
И стало только хуже.
Потому что это было реально.
Не сон.
Не воспоминание.
Он стоял передо мной.
Я резко вцепилась в руку Ареса.
Сильно.
Слишком.
Как будто тонула... и он был единственным, за что можно было удержаться.
Мой взгляд начал метаться. Дыхание сбилось.
Я не знала, как себя успокоить.
Я не умела.
Без таблеток — это было невозможно.
Слишком сложно.
— Эй... ты в порядке? — встревоженно спросил Арес, наклоняясь ко мне.
В порядке?..
Как мне объяснить ему, что передо мной стоит человек, который разрушил мою жизнь?
Который предал.
Бросил.
Стал причиной всего.
Моих страхов.
Моих ночных кошмаров.
Моих попыток закончить всё.
Моей боли.
Того, как мои родители смотрели, как я умираю.
Как врачи пытались вернуть меня обратно.
Как?..
— Да... да, всё хорошо... — я с трудом выдавила из себя, заставляя голос не дрожать. — Можно... я отойду на секунду?
— Конечно, ты что. Может, помочь?
— Нет... я сама...
Я уже шла.
Куда угодно.
Лишь бы не там.
Лишь бы подальше от него.
— Не подскажете, где здесь туалет? — быстро спросила я у официанта.
— В конце коридора налево.
— Спасибо.
Я почти вбежала внутрь.
Закрыла дверь.
И опёрлась руками о раковину.
Дыхание сбилось окончательно.
Я не могла вдохнуть нормально.
Снова.
И снова.
Будто воздуха не существовало.
— Дыши... просто дыши... — прошептала я себе, сжимая край раковины.
Слова Ареса.
Той самой ночи.
Но сейчас они почти не помогали.
Меня трясло.
Паника накрывала всё сильнее.
И самое страшное — у меня не было ни одной таблетки.
Ни одной.
— Чёрт...
Я закрыла глаза, пытаясь удержаться.
— Ты знала... — прошептала я себе. — Ты знала, что это может случиться... ты сама согласилась... ты не слабая... ты справишься...
Я открыла кран, намочила шею, лицо.
Холод немного привёл в чувство.
Я стояла ещё пару минут, заставляя дыхание выровняться.
Пока не стало чуть легче.
Совсем чуть-чуть.
Но достаточно, чтобы выйти.
⸻
Музыка. Смех. Разговоры.
Как будто ничего не произошло.
У каждого — своя жизнь.
Свои проблемы.
Никому нет дела до меня.
И это... даже успокаивало.
Значит, и мне должно быть всё равно.
Я вышла на террасу.
Там было пусто.
Тихо.
Огромное чёрное небо над головой и россыпь звёзд.
Я замерла.
С детства любила их.
В городе их почти не видно.
Но сейчас...
Они были.
И на секунду мне стало легче.
Я глубоко вдохнула.
Раз.
Ещё раз.
— Джейн?..
Я резко обернулась.
Он.
Леон.
Стоял в нескольких шагах.
Смотрел на меня так, будто боялся, что я исчезну.
— Да.... Чем могу помочь? — я старалась говорить ровно, но внутри всё сжималось.
Он резко подошёл.
Схватил меня за руку.
И увёл дальше, вглубь террасы.
— Ты что творишь?! — его голос был напряжённым.
— Джейн, где ты была всё это время?
Я выдернула руку.
Резко.
— Жила жизнь.
Он сжал челюсть.
— Я искал тебя. Ты просто пропала. Никто не мог сказать, где ты. Все делали вид, будто тебя нет!
Я усмехнулась.
Горько.
— Леон, ты сейчас серьёзно?
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты меня тогда бросил.
Тишина.
— Мне чудом удалось сбежать. Ты вообще понимаешь, что со мной сделали?
Голос дрогнул.
— Из-за тебя.
— Джейн, не говори так... — он сделал шаг ко мне. — Я не хотел... я не знал, что так выйдет... как я мог тебя бросить? Мы же выросли вместе...
— Ты это и сделал, — холодно ответила я. — Просто оставь меня в покое. Я как-то десять лет без тебя жила.
Он смотрел.
Долго.
— Что ты делаешь с моим братом?
Я напряглась.
— Тебе какая разница?
— Джейн, что ты делаешь с моим братом?! — он схватил меня за руку снова . — Ты так решила мне отомстить?
Боль.
Резкая.
Я сжалась.
— Убрал руку.
Голос.
Жёсткий.
Холодный.
Это было что-то близкое
Арес.
Он появился резко.
Подлетел.
И буквально выдернул его руку с меня.
— Ты как? Всё в порядке?
— Да... — выдохнула я, хотя внутри всё уже снова рушилось.
— Леон, разве так приветствуются? — спокойно сказал Арес, но в голосе было напряжение. — Забыл вас познакомить... хотя вы и так знакомы, да?
Леон смотрел на меня.
Не отрываясь.
Слишком внимательно.
— Леон — мой брат, — сказал Арес.
Пауза.
— Джейн — моя жена.
Тишина.
— Что?.. — Леон отшатнулся. — Арес, ты шутишь?
Его взгляд опустился на мою руку.
Кольцо.
И в этот момент я впервые была благодарна за него.
— Я похож на шутника? — спокойно ответил Арес.
— Ты серьёзно?.. — Леон провёл рукой по лицу. — Ты скрывался столько времени, а теперь... это? Моя подруга — твоя жена?
«Моя подруга...»
Господи, как же это звучит.
Цинично. Грязно. Будто он сейчас не человека назвал, а какую-то старую, забытую вещь, которую можно достать, встряхнуть от пыли и снова использовать, когда удобно.
А ведь когда-то... я правда верила ему.
В тринадцать лет он был для меня всем — другом, опорой, человеком, которому можно рассказать всё и не бояться, что тебя предадут. Я помню тот день до мельчайших деталей, как будто он выжжен внутри меня — мы смеялись, бегали, играли в это глупое «слабо — не слабо», где всё казалось таким лёгким, безобидным, где нет последствий, где нет боли... и когда мне сказали поцеловать Леона, я даже не задумалась ни на секунду. Просто подошла, посмотрела ему в глаза и сделала это, как делают дети — без подтекста, без чувств, просто потому что «надо».
А он...
Он посмотрел на меня тогда так, будто я дала ему что-то большее, чем просто поцелуй. Будто я дала ему надежду. Будто я выбрала его.
И я этого не заметила.
Или не захотела замечать.
Потому что для меня он всегда был... как брат.
Родной.
Безопасный.
Тот, кто не причинит боль.
И, наверное, именно поэтому всё это сломало меня так сильно, потому что когда тебя предаёт чужой — это больно, но ожидаемо, а когда тебя ломает тот, кому ты доверяла больше, чем себе... это уже не просто боль, это ощущение, что у тебя вырвали что-то жизненно важное и бросили гнить.
Он решил отомстить.
За что?
За то, что я не ответила взаимностью? За то, что не увидела в нём мужчину? За то, что не полюбила так, как он хотел?
Я до сих пор не понимаю.
Но я до сих пор живу с этим.
Каждый день.
Как в клетке, которую он для меня построил.
— Леон, тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов? Это моя жена, и я прошу уважения, — голос Ареса звучит жёстко, ровно, но я почти не слышу его, потому что всё внимание уже приковано к одному — к его рукам.
— Джейн, скажи, что он шутит! — Леон хватает меня за плечи, резко, грубо, и встряхивает, как будто я вещь, как будто я обязана дать ему ответ, который его устроит. — Почему ты молчишь?!
Меня передёргивает от его прикосновения, по коже будто проходит ток, мерзкий, липкий, и я не успеваю ничего сделать — слеза сама срывается и катится по щеке, и я ненавижу это, ненавижу себя за эту слабость, за то, что моё тело снова меня предаёт, за то, что он видит это.
Я не хочу, чтобы он видел мои слёзы.
Никогда.
Но он уже слишком близко.
Слишком.
Он взял меня за руку.
За ту самую.
И в этот момент мир просто рушится.
Я даже не думаю — я инстинктивно вцепляюсь в Ареса, почти до боли, как утопающий хватается за воздух, потому что это единственное, что сейчас удерживает меня здесь, в реальности, не даёт окончательно провалиться.
— Я же сказал — не трогай её, — голос Ареса становится холодным, опасным, таким, от которого по коже идут мурашки, и он резко отталкивает Леона, и я понимаю, что если бы не он, я бы, наверное, уже не стояла на ногах.
Но уже поздно.
Слишком поздно.
Потому что это прикосновение...
оно как спусковой крючок.
И я снова там.
Снова в том чёртовом месте, откуда я выбиралась годами.
Холод подвала буквально впивается в кожу, я чувствую его так же ясно, как тогда — будто он не исчезал никогда. Я сижу прикованная к стулу, запястья ноют от металла, тело дрожит не от страха даже, а от холода, который пробирает до костей, потому что на мне только шорты и тонкий топ, и я не чувствую ни пальцев, ни ног, только эту бесконечную дрожь и боль в челюсти от того, как сильно я сжимаю зубы, чтобы не заплакать, чтобы не показать слабость.
Дверь открывается.
Скрип.
И этот звук я ненавижу до сих пор.
Три силуэта.
Я не вижу лиц, только тени, но этого достаточно.
Смех.
Мерзкий, тянущийся, липкий, как грязь.
— Маленькая птичка в клетке... не можешь выбраться?
Я хочу что-то сказать, но голос застревает в горле.
Я вижу, как один из них поднимает руку.
Проволока.
Скрученная.
И в этот момент внутри что-то ломается.
— Не захотела подчиниться... значит, мы сломаем тебя.
Сердце бьётся так быстро, что становится больно.
Я не успеваю даже вдохнуть, как первый удар обрушивается на руку.
Левую.
Резкая, оглушающая боль пронзает всё тело, будто через кожу проходит электричество, я вскрикиваю, но он не останавливается, второй удар, третий, четвёртый... каждый раз только по руке, будто специально, будто это какая-то игра для них, и через несколько ударов я уже не чувствую пальцев, только боль, сплошную, пульсирующую, невыносимую.
Кровь течёт по коже.
Я кричу, но голос ломается, становится хриплым, почти беззвучным, и в какой-то момент я понимаю, что не выдержу.
Что я сейчас просто... исчезну.
И где-то на фоне одна мысль, самая страшная —
если бы не он...
если бы не Леон...
этого бы не было.
Никогда.
⸻
И я возвращаюсь.
Но на самом деле — нет.
Потому что это всё здесь.
Во мне.
Всегда.
На моей руке — татуировка, красивые линии, цветы, аккуратные узоры, которые скрывают шрамы, но не стирают их, и дата — тот день, который я не забуду никогда, день, когда моё сердце остановилось и меня вытаскивали с того света, день, когда я умерла... и почему-то вернулась.
Когда он прикоснулся к этой руке...
он не просто дотронулся.
Он сорвал всё.
Слой за слоем.
И я снова там.
Я никому не позволяю трогать меня.
Никому.
Потому что каждое прикосновение — это возвращение.
И сейчас меня накрывает полностью.
Тошнота подступает к горлу, дыхание сбивается, я пытаюсь вдохнуть, но не могу, как будто воздух исчез, как будто лёгкие не работают, как будто меня снова бьют, снова ломают, и я хватаю этот чёртов воздух ртом, но его нет, нет, нет...
Я вцепляюсь в Ареса так сильно, что, наверное, делаю ему больно, но это единственное, что удерживает меня здесь, потому что если отпущу — я упаду, я исчезну, я снова окажусь там, в этом подвале, в этой темноте, в этой боли, из которой нет выхода.
— Джейн?..
Я слышу его голос, но он как будто издалека, приглушённый, размытый.
Он поворачивает меня к себе, и я вижу, как он замирает, как в его глазах появляется что-то, чего я раньше не видела — страх, настоящий, острый, живой.
— Эй... ты меня слышишь? Джейн!
Он держит меня за лицо, заставляет смотреть на него, его голос становится громче, жёстче, но в нём уже паника, и он повторяет снова и снова:
— Дыши... слышишь? Дыши... медленно... со мной... глубокий вдох...
Но я не могу.
Я не слышу.
Не чувствую.
Мир плывёт, распадается, звуки исчезают, и я проваливаюсь глубже, туда, где нет ни света, ни воздуха, ни выхода.
Только боль.
И темнота.
Жду вас в своем тгк, там будет много спойлеров и отвечаю на все вопросы 🫂
https://t.me/alisajein