27 часть.
Мы возвращались в лагерь, когда ночная тьма уже окончательно затянула небосвод своим тяжёлым, непроницаемым бархатом. Воздух сделался сырым и холодным, он пах прелой листвой, мокрой хвоей и далёкой грозой, которая всё ещё ворчала где-то за горизонтом. Мы шли, согнувшись под тяжестью своей добычи, бережно неся на плечах и в руках тяжёлые металлические ящики, доверху забитые автоматическими винтовками и патронами. Плечи ныли от невыносимой свинцовой усталости, но эта ноша казалась нам самым драгоценным сокровищем в мире. Мы смогли унести так много оружия, и это было настоящим триумфом, нашей первой реальной гарантией безопасности на этой дикой, враждебной планете.
Однако стоило нам переступить невидимую границу лагеря, как хрупкое ночное спокойствие рассеялось без следа. Лагерь не встретил нас умиротворённым треском вечерних костров или тихим шёпотом засыпающих подростков. Напротив, мы с ходу погрузились в бурлящий, безумный хаос, который застали в самый момент его пика. Люди лихорадочно метались между палатками, тени от костров испуганно метались по стенам фюзеляжа корабля, а в воздухе висел удушливый, липкий страх.
- Землянин сбежал! Дикарь вырвался на свободу! - донёсся истошный, перепуганный крик откуда-то со стороны корабля.
Подростки тут же засуетились, паника, словно лесной пожар, мгновенно охватила толпу. Каждый кричал своё, лица ребят были бледными и испуганными в неровных отблесках пламени.
- Что если он приведёт сюда остальных? Что если они уже окружают нас в темноте? - Джаспер стоял посреди поляны, его глаза были округлены до предела то ли от жуткого страха, то ли от шока, вызванного этой новостью. Он судорожно сжимал кулаки, мелко дрожа всем телом.
- Они придут и просто убьют нас всех. Нам не выстоять против них, - напрямую сказал Финн, его голос звучал пугающе ровно и обречённо, лишая оставшихся ребят последней надежды.
- Пусть идут сюда! - звучный, властный голос Беллами подобно тяжелому стальному клинку рассек панический гул толпы, заставив испуганные крики мгновенно затихнуть.
Мы с трудом протиснулись сквозь плотную толпу испуганных подростков, и сотни глаз тут же устремились на нас, ловя каждое движение.
- Мы слишком долго дрожали перед ними, прячась в углах, как затравленные лесные звери! - продолжал он, и его темные глаза горели яростным, притягательным огнем прирожденного лидера. - А все почему? Из-за их ржавых ножей и примитивных деревянных копий? Не знаю, как вам, а мне уже до смерти надоело бояться! - жестко и бескомпромиссно отрезал он.
С глухим, тяжелым металлическим грохотом мы сбросили автоматические винтовки прямо на сырую земную твердь, к ногам онемевших ребят. На секунду воцарилась оглушительная тишина, а затем лагерь буквально взорвался диким, ликующим ревом. Увидев у своих ног это грозное, спасительное оружие защиты, подростки заликовали, и на их лицах впервые вспыхнула безумная радость - осознание того, что теперь у них наконец-то появился шанс дать жестокий отпор этой враждебной планете.
- Это настоящее боевое оружие, а не игрушки для ваших развлечений! - твёрдо огласила я, заставив ребят притихнуть и вслушаться в мои слова. - И когда к нам наконец-то прилетят люди с Ковчега, нам, без сомнения, придётся передать всё это оружие под их строгий контроль. В том заброшенном месте, где мы его нашли, таких винтовок ещё очень много. Но до того самого момента, как к нам прибудет официальная подмога, у нас наконец-то есть чем обороняться от землян, и бояться их больше не стоит! Но запомните раз и навсегда: то, что у нас теперь есть автоматы, вовсе не означает, что каждый из вас получит его в руки. Оружие будет надёжно заперто в определённом, строго охраняемом месте и будет выдаваться только тем людям, которых мы выберем для несения караула.
- Завтра утром мы начнём первые тренировки, - добавил Беллами, обводя толпу своим тяжёлым, решительным взглядом. - И если земляне решат напасть на нас, они увидят, что мы полностью готовы к бою.
Подростки, которые ещё минуту назад испуганно озирались по сторонам, вздрагивая от каждого шороха в темноте леса, теперь радостно и оживлённо продолжали суету этого беспокойного вечера. В них проснулась уверенность в собственных силах.
- Вы всё-таки смогли отыскать там настоящее оружие... - Кларк подошла ко мне, её бледное лицо светилось неподдельной радостью и облегчением.
- Да, там его ещё предостаточно, - ответила я, вытирая пот со лба. - Мы просто физически не смогли утащить всё за один раз на себе. Завтра нужно будет обязательно сходить туда ещё раз и забрать оставшееся.
- А как сам бункер? - с надеждой спросила она, заглядывая мне в глаза. - Там действительно можно будет укрыться? Мы сможем переждать в нём суровую земную зиму и холода?
- Нет, Кларк, у нас ничего не получится сделать с этим местом, - горько выдохнула я. - Этот бункер совершенно не герметичен. Внутри него царит жуткая, пронизывающая сырость, а стены сплошь покрыты ядовитой плесенью. Там просто невозможно находиться долгое время без риска для здоровья, не то что жить месяцами.
- Это очень плохо... - Кларк тяжело вздохнула, её взгляд на миг потух, но она быстро взяла себя в руки и сосредоточенно посмотрела на меня. - Слушай, Майя, ты должна поговорить с Ковчегом на сегодняшнем совете. Радиосвязь всё ещё работает, ребята сейчас как раз заканчивают разговаривать со своими родителями. Я могу созвать экстренное заседание совета, и ты лично расскажешь им обо всей обстановке. Пожалуйста.
- Давай ты лучше сама расскажешь им всё, что нужно, - резко отрезала я, чувствуя, как внутри закипает глухой протест. Во мне не было ни малейшего желания общаться с теми, кто сидел на Ковчеге. Сама мысль о том, что мне придётся разговаривать с людьми, которые хладнокровно обрекли на смерть моего отца, причиняла мне физическую боль. - Перескажи мои слова, и всё.
- Майя, я не смогу объяснить им все технические детали, - упрямо настаивала Кларк, не собираясь отступать от своей просьбы. - Я не знаю, как там устроена вентиляция, в каком состоянии двери и сколько там свободного места. Ты лично была в этом бункере, видела всё своими глазами, а я - нет. Совет должен услышать доклад от первоисточника.
- Хочешь, я подробно опишу тебе каждую мелочь, запишу на листке бумаги, а ты просто зачитаешь им это? - я продолжала отчаянно защищать свои личные границы. Моё нежелание связываться с лидерами Ковчега было гораздо сильнее, чем страх перед возможным нападением землян.
- Майя, я прекрасно всё понимаю, поверь мне, - Кларк мягко положила руку мне на плечо, заглядывая прямо в душу. - Но тебе действительно нужно поговорить с ними лично на совете. Это важно для всех нас.
Поняв по её непреклонному взгляду, что она всё равно не отстанет от меня и будет стоять на своем до последнего, я лишь обречённо вздохнула и нехотя кивнула в знак согласия.
Кларк быстро созвала совет. Спустя десять минут я зашла в тесную палатку связи, изо всех сил сжимая кулаки, чтобы унять дрожь в руках и сдержать подступающий гнев. Я села на жесткий стул прямо напротив мерцающего экрана радиоприемника. Кларк устроилась рядом со мной, готовая поддержать в любой момент, а Беллами остался стоять у самого входа в палатку, умышленно не появляясь в кадре камеры. Он замер в тени, напряжённый и бледный, ожидая своего судьбоносного часа, чтобы наконец признаться в содеянном.
- Здравствуйте, - раздался из динамика сухой, официальный голос канцлера Джахи. Его лицо на экране казалось маской безразличия. - Представьтесь, пожалуйста, совету Ковчега.
- Я Майя Хантер, - сквозь плотно сжатые зубы произнесла я, чувствуя, как внутри всё переворачивается от ненависти к этому человеку.
- Хорошо, Майя. Что именно ты хочешь рассказать совету о проделанной вылазке? - спросил он, слегка наклонившись к экрану.
- Сегодня я лично обследовала аварийный бункер по тем координатам, которые вы передали Кларк для проверки, - заговорила я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально ровно и сухо. - Мы нашли там достаточное количество огнестрельного оружия для обороны лагеря, кое-какие тёплые одеяла и немного полезных вещей. Но жить там и переживать земную зиму мы не сможем. Этот бункер абсолютно не герметичен. Внутри него царит ужасающая сырость, всё покрыто толстым слоем плесени. Там стоит невыносимая вонь, а воздух буквально пропитан вековой пылью и вредными примесями. Если мы попытаемся укрыться там от холодов, то от мороза мы, возможно, и спасёмся, но точно погибнем от токсинов и спор грибка. Наши лёгкие просто не выдержат такой нагрузки. Мы либо задохнёмся там в первые же недели, либо все сляжем с тяжелейшим воспалением лёгких.
- Хм, мы тебя поняли, Майя, - канцлер задумчиво почесал подбородок, обдумывая услышанное. - То, что вы смогли раздобыть боеспособное оружие - это, несомненно, отличная новость. Но вот ситуация с бункером действительно плоха. Что ж, наш научный отдел продолжит искать другие варианты укрытий на вашей территории, и как только мы что-то найдём, мы сразу сообщим вам. На этом наше экстренное собрание окончено. Спасибо за подробный доклад.
На экране было видно, как люди, заседавшие в совете, начали молча собирать свои вещи и один за другим покидать зал заседаний.
- Я отключаю связь, - произнёс канцлер, устало вздыхая. - У вас на Земле уже, должно быть, глубокая ночь. Ложитесь спать и хорошенько отдохните. Передай тем ребятам, которые ещё не успели поговорить со своими родными, что они смогут сделать это завтра утром.
Он уже потянулся рукой к пульту управления, чтобы разорвать соединение, как я резко подалась вперед.
- Стойте! - быстро выкрикнула я, заставив его замереть на месте.
- Да? Что-то ещё, Майя? - спросил Джаха, убирая руку от тумблера и удивлённо прищурившись.
Я медленно обернулась и посмотрела на стоявшего в тени Беллами. Сердце в моей груди бешено заколотилось. Я поняла, что этот момент настал, пути назад больше нет. В его тёмных глазах сейчас бушевало сложное, неистовое пламя, в котором смешались дикий, первобытный страх за свою жизнь и яростная, отчаянная решимость воина. Кларк, мгновенно всё поняв без лишних слов, молча поднялась со своего места и вышла из кадра камеры, давая Беллами возможность сесть перед экраном.
Парень сделал глубокий вдох, шагнул из тени и тяжело опустился на стул.
- Я Беллами Блейк, - твёрдо произнёс он, глядя прямо в глаза человеку, который правил Ковчегом.
- Вот так неожиданная встреча, Беллами Блейк, - на лице канцлера отразилось искреннее изумление, сменившееся холодной строгостью. - А наши гвардейцы уже обыскали всю станцию в твоих поисках.
- Подождите! - быстро перебила его я, не давая ему возможности произнести слова обвинения или отдать приказ об аресте. - Перед тем как вы огласите своё решение или вынесете приговор, вы должны выслушать меня. Когда вы сослали нас на Землю, вы отправили сотню беззащитных подростков на верную, мучительную смерть в неизведанном мире. Но каким-то невероятным чудом мы всё ещё живы, здоровы и держим оборону лагеря. И это по большей части - исключительная заслуга Беллами. Он стал нашим лидером, он защищал нас с первого дня. Он один из нас, и он заслуживает прощения и помилования точно так же, как и все остальные дети в этом лагере!
- Я прекрасно понимаю твои благородные переживания, Майя, - спокойно ответил Джаха, но в его голосе послышались железные нотки закона. - Но совершённое им преступление на Ковчеге слишком серьёзно. Всё не так просто, как тебе кажется из вашего лагеря.
- Всё предельно просто, - резко перебил его Беллами, подаваясь вперёд. Его голос звучал хрипло и решительно. - Особенно если вы действительно хотите узнать, кто именно из вашей личной гвардии на Ковчеге дал мне это оружие и кто на самом деле желает вашей скорой смерти на станции.
Канцлер мгновенно замолчал. На его лице отразилась глубокая, напряжённая работа мысли. Он застыл перед экраном, пристально вглядываясь в лицо Беллами, словно взвешивал на невидимых весах его жизнь и ту смертельно опасную информацию, которой тот обладал. В палатке повисла звенящая, удушливая тишина. Мы с Беллами переглянулись, затаив дыхание, и с замиранием сердца ждали его окончательного вердикта. Вдруг Джаха придвинулся ещё ближе к объективу камеры.
- Беллами Блейк, - медленно и отчётливо произнёс он. - Я официально гарантирую тебе полное помилование и прощение всех твоих прошлых преступлений перед Ковчегом. Но взамен я хочу знать имя того человека, который вложил пистолет в твои руки.
Услышав эти спасительные слова, я невольно почувствовала, как по моему телу разливается невероятное облегчение. Тяжёлый камень, давивший на грудь все эти дни, наконец-то рухнул вниз. Мои губы сами собой расплылись в широкой, счастливой улыбке. Мы прошли через этот ад. Он спасён. Всё будет хорошо.
Беллами без проблем назвал имя того самого гвардейца, который снабдил его оружием и помог проникнуть на корабль. Он подробно рассказал, какими именно угрозами его прижали к стене и что пообещали в обмен на смерть канцлера. Джаха внимательно выслушал его, сухо поблагодарил за содействие и отключил связь. Экран радиоприёмника мгновенно погас, погружая палатку во тьму.
Мы вышли на улицу. Ночной воздух показался мне удивительно чистым и лёгким. Я повернулась к Беллами и увидела, что его лицо буквально сияет от счастья. Улыбка на его губах в этот миг казалась ярче и теплее, чем все звёзды, рассыпанные по ночному небу.
- Ты... ты действительно заступилась за меня сейчас перед канцлером, - произнёс он, и в его голосе слышались нотки искреннего, торжествующего удивления. Он сделал шаг ближе, заглядывая мне в лицо.
- Не льсти себе слишком сильно, Блейк, - фыркнула я, поспешно отводя взгляд в сторону, чтобы скрыть вспыхнувшие щёки. Моё сердце предательски заколотилось в груди. Конечно, я соврала ему - на самом деле я безумно, до дрожи в коленях переживала именно за его жизнь, но признаться в этом вслух было выше моих сил. - Я сделала это вовсе не из-за тебя одного.
- Да неужели? - Беллами тихо рассмеялся, и этот его бархатистый смех заставил меня затаить дыхание. Он упрямо следовал за мной по пятам, не отставая ни на шаг. - И какая же тогда была истинная причина того, что я удостоился таких горячих слов в свой адрес перед самым грозным человеком Ковчега?
- Ну, во-первых, ты и сам прекрасно понял, как сильно я презираю Джаху и всю его бездушную систему, - я резко остановилась у своей палатки и повернулась к нему лицом, пытаясь придать своему облику максимально строгий вид. - Я готова спорить с ним до хрипоты по любому поводу, просто ради того, чтобы доказать его неправоту, даже если он трижды прав.
- И ты совсем не боишься, что он прилетит сюда и лично казнит тебя за такую дерзость? - Беллами лукаво прищурился, и на его лице появилась его привычная, сводящая меня с ума полуулыбка. - Ведь у него, как у канцлера, есть на это полное законное право.
- Ни капли не боюсь, - гордо вскинула я подбородок. - В крайнем случае, я всегда могу просто сбежать в лес и жить там, разве нет?
Услышав мою иронию, Беллами тихо и искренне рассмеялся, его плечи расслабились.
- Что ж, раз уж меня теперь официально помиловали, то если ты решишь сбежать в лесную глушь, мне, без сомнения, придётся отправиться вместе с тобой, хотя в этом я уже не нуждаюсь, - тихо произнёс он, делая ещё один шаг ко мне, сокращая расстояние между нами до минимума.
- Не стоит утруждать себя, Блейк, - прошептала я, слегка упираясь ладонью в его грудь и мягко отодвигая его назад.
Я понимала, что если позволю ему подойти ближе, то окончательно потеряю контроль над собой. Он снова пытался заворожить меня своей милой кудрявой физиономией, своим тихим бархатистым голосом и теми сладкими словами, которые так легко слетали с его губ.
- А во-вторых? - Беллами усмехнулся моим робким попыткам держать дистанцию, его глаза блестели от нежности. - Это ведь явно не единственная причина, Майя. Моя неприязнь к Джахе - слишком слабый аргумент для того, чтобы ты так отчаянно защищала меня перед советом. Что ещё?
- А во-вторых... - я замялась, судорожно пытаясь придумать хоть какое-то правдоподобное оправдание. Мой уставший, измученный за день мозг наотрез отказывался работать и подбрасывать спасительные идеи.
- Я жду, - поддразнил он, наклоняя голову набок.
- А во-вторых, я безумно переживала за Октавию! - наконец-то выпалила я первую пришедшую в голову мысль. - У неё ведь на этой планете нет абсолютно никого близкого, кроме твоего глупого упрямого лица. Если бы тебя казнили, она бы просто сломалась.
Услышав моё нелепое оправдание, Беллами лишь тихо и тепло рассмеялся, качая головой.
- Хорошо, Ангелочек, твой ответ принят, - мягко произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренняя, щемящая забота, от которой у меня сжалось горло. - А теперь иди и обязательно поешь перед сном. Не вздумай ложиться спать голодной, тебе нужны силы.
С этими словами он развернулся и быстро скрылся в ночной темноте лагеря, оставив меня стоять в полном оцепенении и шоке от его невероятного обаяния.
Я тихо улыбнулась, чувствуя, как внутри распускаются невидимые цветы. Я снова и снова прокручивала в голове его слова, его интонацию, его тёплый взгляд. Он произнёс это с такой неподдельной нежностью, что я просто не могла думать ни о чём другом. Вроде бы это было самое обычное проявление заботы, но я стояла посреди пустого лагеря, а в моем животе ожили и бешено затрепетали крыльями те самые глупые бабочки, заставляя меня чувствовать себя по уши влюблённой, наивной дурой.
Я послушно пошла к костру и быстро перекусила остатками ужина. Мой желудок действительно тихо урчал, требуя подкрепления после тяжелого дня в лесу. Наскоро покончив с едой, я направилась к своей палатке, мечтая лишь об одном - завернуться в тёплый спальный мешок и наконец-то дать отдых своему измученному телу.
Глубокая ночная тишина окончательно опустилась на наш лагерь. Все ребята уже разбежались по своим укрытиям и мирно спали после этого сумасшедшего, полного потрясений дня. Я шла по абсолютно пустой, затихшей поляне, наслаждаясь прохладой ночи, и тихо скользнула внутрь своей палатки.
Я вздохнула с облегчением, скинула тяжёлую куртку и аккуратно отбросила её. Сделав несколько шагов в темноте по направлению к своему спальному месту, я внезапно замерла на месте. Прямо из моего спального мешка, сиротливо сбившись в кучу, торчала чья-то темная шевелюра.
По этой непослушной, хаотичной структуре волос я мгновенно, без секундного колебания поняла, кто именно решил оккупировать мою постель. Густые, темные кудри какого-то несносного брюнета тихо копошились под одеялом, словно он пытался затаиться и незаметно наблюдать за моим возвращением.
Я бесшумно опустилась на корточки рядом с постелью, стараясь не выдать своего присутствия ни единым звуком. Выждав секунду, я резко и уверенно сдернула тёплое одеяло в сторону, являя миру его нарушителя.
Беллами Блейк тихо лежал на моем месте, сжавшись в комок и, кажется, боясь сделать даже вдох, чтобы его не обнаружили раньше времени. Увидев меня, он мгновенно расплылся в своей самой обезоруживающей, широкой улыбке.
- Блейк, чёрт тебя дери, что ты здесь делаешь? - шёпотом спросила я, стараясь придать своему голосу максимальную строгость, хотя моё сердце уже готово было выпрыгнуть из груди от радости.
- О, так ты всё-таки заметила меня? - усмехнулся он, приподнимаясь на локтях.
- Твои торчащие во все стороны кудрявые волосы просто невозможно было не заметить, умник, - фыркнула я, упирая руки в бока. - Что ты снова здесь забыл? Или на этот раз ты окончательно перепутал палатки в темноте?
- Вовсе нет, - Беллами принял максимально серьезный вид, хотя в его глазах плясали веселые чертики. - Я здесь исключительно по делу. Охраняю наше новообретенное оружие. Сама ведь сказала - оно на вес золота.
Я невольно обернулась назад. В самом дальнем углу моей палатки действительно аккуратной стопкой виднелись автоматы, которые мы притащили из бункера.
- А нельзя ли было перенести это оружие в любое другое место лагеря и охранять его там, а не раскладывать свои конечности на моей постели? - спросила я, вновь поворачиваясь к нему.
- Конкретно этой ночью - абсолютно исключено, - ухмыльнулся он, устраиваясь на моей подушке ещё удобнее. - Слишком опасно оставлять его без присмотра лидера. Завтра я обязательно подумаю над другим местом, обещаю.
- Ты просто невыносим, Блейк, - я демонстративно закатила глаза, чувствуя, как улыбка упрямо лезет на лицо. - А ну-ка вставай с моей постели и иди охраняй автоматы прямо там, где они стоят, на холодном полу, а не разлеживайся здесь как король!
Я попыталась силой стащить его за руку, но он даже не шелохнулся. Вместо этого он резко потянул меня на себя.
- Ложись уже, ты ведь безумно устала за этот день, - тихо произнёс он, увлекая меня за собой на мягкое одеяло. - Но я всё равно буду рядом. Я никуда не уйду.
- Что ты творишь? Немедленно встань с моей кровати! - прошептала я, предпринимая слабую, заведомо обреченную на провал попытку вытолкнуть его локтем из спального мешка.
- Ну тише, Ангелочек, имей хоть немного уважения к чужому труду, - тепло проворчал он, заглядывая мне в лицо. Он улыбался во все тридцать два зуба, и эта его искренняя детская радость мгновенно обезоружила меня. - Я ведь тоже устал за сегодня. Мне ведь полагается заслуженный отдых и немного тепла?
- А-а-а! - простонала я от бессилия и послушно улеглась на подушку, демонстративно отвернувшись от него к стене палатки.
Я совершенно не понимала, что он делает со мной. Не понимала, как вести себя рядом с ним, чтобы не выдать ту бурю, которая бушевала в моей душе. Мне безумно хотелось, чтобы он остался, но в то же время я панически боялась, что он слишком быстро поймет, насколько сильно я его люблю.
Мы лежали в полной, звенящей тишине. Я упрямо смотрела в темноту перед собой, но каждая клеточка моего тела обостренно чувствовала его близкое присутствие. Я ощущала его тепло, улавливала его неповторимый аромат пороха, кострового дыма и хвои, слышала его ровное, спокойное дыхание над своим ухом.
- Спишь? - тихий, бархатистый шёпот Беллами разрезал ночную тишину палатки, заставив меня вздрогнуть.
- Нет, - выдохнула я, медленно переворачиваясь на спину и устремляя взгляд в темный потолок над головой.
- Ты ведь прекрасно понимаешь, Майя... - он повернулся на бок, подпирая голову рукой и всматриваясь в мой профиль. - Что мне абсолютно наплевать на это оружие, когда прямо здесь, рядом со мной, лежишь ты.
Его простые, тихие слова эхом отозвались в моей груди, заставив по телу пробежать сладкую, волнующую дрожь.
- По твоим глупым и совершенно нелепым отмазкам про охрану я всё прекрасно поняла с первой секунды, Блейк, - тихо ответила я, поворачивая голову и встречаясь с ним взглядом.
- Я просто хочу быть рядом с тобой, Майя, - произнёс он, и его голос зазвучал удивительно серьезно и искренне. Он смотрел прямо мне в душу, лишая меня последних крох защиты. - Хочу оберегать тебя от всех опасностей этого мира, хочу стать тем самым человеком, рядом с которым ты наконец-то сможешь почувствовать себя счастливой и защищенной.
- Беллами... - только и смогла прошептать я. У меня перехватило горло от его неожиданного признания, от той непередаваемой нежности, которая светилась в его глазах.
- Майя, я действительно хочу быть только с тобой, - продолжал он, его ладонь осторожно коснулась моей щеки, очерчивая линию скулы. - Первое, что я хочу видеть каждое утро, открывая глаза - это твое милое, заспанное личико. Первое, что я хочу слышать на рассвете - твой нежный голос. Первое, что я хочу чувствовать каждым днем - твои теплые прикосновения. Майя, ты просто сводишь меня с ума.
Я больше не могла и не хотела сопротивляться этому чувству. Вся моя напускная броня, весь мой страх и гордость рассыпались в прах перед его искренностью. Я медленно придвинулась к нему вплотную, приподнялась на локте и нежно, трепетно коснулась его теплых губ своими в коротком, но безумно сладком поцелуе.
- Беллами Блейк, - прошептала я, отстранившись всего на миллиметр и глядя в его расширившиеся зрачки. - Просто знай... что всё это абсолютно взаимно.
Я тихо улеглась головой на его широкую, теплую грудь, чувствуя, как под моей щекой мерно и сильно бьется его сердце. Мои пальцы сами собой запутались в его мягких, непослушных кудрях, ласково перебирая их.
- Майя... - выдохнул он, пытаясь сказать что-то еще, его голос дрожал от переполнявших его эмоций.
Но я мгновенно остановила его, нежно прижав указательный палец к его теплым губам.
- Давай просто побудем вместе в этой тишине, Беллами, - тихо попросила я. - Без лишних слов. Нам больше ничего не нужно говорить.
Он всё понял без лишних объяснений. Беллами нежно поцеловал меня в макушку, вдыхая запах моих волос, и крепче прижал к себе, окутывая своими сильными, надежными объятиями. Одну руку он осторожно запустил под мою кофту, его теплая ладонь медленно и нежно поглаживала мою спину, убаюкивая и прогоняя последние остатки дневных тревог.
Мы лежали в полной гармонии. Я жадно вдыхала его родной запах, слушала мерный стук его сердца в своих ушах, кожей ощущала его горячее дыхание и всем телом впитывала его нежные, успокаивающие прикосновения.
- И знай еще кое-что, Беллами, - тихо произнесла я, сильнее прижимаясь к его груди и прикрывая глаза. - Когда я сегодня заступилась за тебя перед канцлером на совете... я думала и безумно переживала только за тебя одного. И ничто другое в тот момент меня не волновало.
Я почувствовала, как грудь Беллами тихо вздрогнула от беззвучного смеха, и как на его лице появилась счастливая улыбка. Я тоже расплылась в улыбке и крепко заснула, чувствуя себя в полной безопасности впервые за долгое время.
Утро наступило пугающе мгновенно, словно солнечные лучи торопились разрушить наше ночное волшебство. Мне безумно не хотелось открывать глаза, не хотелось покидать это теплое, уютное гнездышко и возвращаться к суровым реалиям лагеря. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы время просто остановилось прямо сейчас, заперев нас в этой палатке навсегда.
Беллами мирно спал рядом, его рука по-прежнему крепко, но бережно обнимала меня за талию, не отпуская ни на сантиметр даже во сне. Я долго лежала неподвижно, любуясь его спокойным, расслабленным лицом, словно смотрела на величайшую драгоценность в мире. Для меня он теперь именно такой драгоценностью и являлся.
Я не удержалась и нежно, почти невесомо чмокнула его в теплую щеку.
Почувствовав мое прикосновение, Беллами тут же открыл свои темные карие глаза. Увидев меня так близко, он мгновенно расплылся в своей самой нежной, сонной улыбке.
- Это именно то, что я хочу чувствовать и видеть каждое утро своей жизни, Ангелочек, - тихо и хрипло произнес он, его голос спросонья звучал потрясающе притягательно.
Мы осторожно выбрались из палатки. На улице пока царило относительное затишье, сильного шума не было, и мы решили, что лучше поскорее разойтись по своим делам, чтобы скрыть все следы нашего ночного совместного пребывания, пока весь лагерь окончательно не проснулся. Но как же жестоко мы ошибались в своих расчетах!
Да, на самой поляне действительно почти никого не было из подростков, но лишь почти...
Кларк, Рейвен и Октавия собрались в тесный кружок у остывшего костра, о чем-то оживленно перешептываясь. Но стоило нам с Беллами сделать буквально пару шагов наружу из палатки, как они в ту же секунду синхронно замолчали и уставились прямо на нас. В их взглядах читалось такое красноречивое понимание, словно они стояли здесь всё утро исключительно в ожидании нашей триумфальной презентации.
Миллер и Уилл стояли чуть поодаль у векового дуба, увлеченно метая самодельные ножи в толстую кору дерева. Финн стоял рядом с ними, бледный, но уже уверенно держащийся на ногах. Еще несколько ребят сонно бродили между палатками, только-только просыпаясь после тяжелой ночи.
- Ладно... думаю, мне пора идти помогать ребятам с дровами, - неловко пробормотал Беллами, мгновенно оценив всю деликатность сложившейся ситуации. Он бросил на меня последний, полный нежности взгляд и быстро зашагал в сторону Миллера и Уилла.
Я проводила его фигуру долгим взглядом, а когда обернулась к девчонкам, то окончательно пришла в себя от их пристального внимания. Мне безумно хотелось незаметно проскользнуть мимо них, сделать вид, что я очень спешу по важным медицинским делам, и избежать любых неловких расспросов. Я попыталась пройти мимо них с максимально безразличным выражением лица, словно их там вообще не существовало. Но у меня ничего не вышло.
Как только я поравнялась с их компанией, Октавия стремительно сделала шаг вперед, крепко схватила меня за локоть и упрямо остановила на месте. Похоже, это была их общая семейная черта Блейков - бесцеремонно хватать людей за руки в самый неподходящий момент, когда те отчаянно пытаются уйти от неудобного разговора.
Мой тик ток: bell51809. Обязательно переходите и подписывайтесь, там интересно)
Как вам часть. Мне безумно понравилось, то, что я написала. Ставьте звездочки и пишите в комментариях как вам!
4358 слов
Люблю ❤️