13 часть.
Тишина, воцарившаяся после ухода Уилла, казалась почти осязаемой - тяжелой и вязкой, как тот самый туман, что запер нас внутри этого железного склепа. Я чувствовала на себе взгляд Беллами: пытливый, обжигающий, наполненный вопросами, которые он пока не решался озвучить. Моя собственная истерическая усмешка все еще эхом отдавалась в ушах, оставляя после себя лишь пепел и холод.
- Майя, - негромко позвал он. Его голос в замкнутом пространстве корабля звучал непривычно мягко, лишившись своей обычной стальной жесткости. - Ты побледнела. Ты знала его раньше? Там, на Ковчеге?
Я отвела взгляд, уставившись на свои дрожащие пальцы. Свет внутри корабля был тусклым, болезненно-желтым, и тени от оборудования ложились на стены причудливыми, пугающими узорами.
- Нет, не знала, - сказала я и это была правда, только то что на Ковчегея знала другого Уилла, который очень напоминала мне этого, отдавало внутри меня плохим предчувствием. - Просто... осознание того, что мы заперты в одной консервной банке с такими людьми, пугает больше, чем любое облако радиации.
Я подошла к Джасперу, делая вид, что поправляю его повязку, лишь бы не смотреть Беллами в глаза. Раненый парень снова глухо застонал во сне, и этот звук стал для меня спасательным кругом, поводом сменить тему.
Беллами подошел ближе. Я кожей чувствовала его присутствие - он стоял так близко, что тепло его тела пробивалось сквозь прохладу отсека. Он не был похож на того лидера-тирана, которым пытался казаться внизу перед толпой. Сейчас, в полумраке, он выглядел просто человеком, на чьи плечи внезапно свалилась непосильная ноша ответственности за сотню жизней.
- Я не позволю ему подойти к тебе снова, - произнес он, и в его интонации проскользнула не просто уверенность, а клятва. - И Мерфи тоже. Я разберусь с ними.
Я подняла голову и встретилась с ним взглядом. В его карих глазах отражалось пламя ламп, и на мгновение мне показалось, что я вижу там нечто большее, чем просто заботу о «ценном кадре» лагеря. Это была первобытная, защитная реакция, которая пугала и притягивала одновременно.
- Почему, Беллами? - прошептала я, и мой вопрос повис в воздухе, тонкий и хрупкий. - Почему тебе не все равно? Ты ведь сам говорил, что здесь каждый сам за себя.
Он на мгновение замер, словно мой вопрос застал его врасплох, сорвав маску безразличия. Его челюсть сжалась, а взгляд на мгновение смягчился, прежде чем он снова взял себя в руки.
- Правила меняются, Майя, - ответил он, едва слышно. - Земля меняет нас всех.
Внизу послышался какой-то шум, чьи-то приглушенные ругательства и смех Мерфи, но здесь, наверху, мы словно находились в другом мире. Мире, где старые обиды и споры о браслетах на мгновение отступили перед лицом общей угрозы и чего-то нового, что только начинало зарождаться между нами.
Тишина в отсеке стала почти невыносимой, густой и тяжелой, как свинец. Беллами стоял так близко, что я чувствовала ритм его дыхания. Его слова о том, что Земля меняет всех нас, повисли в воздухе, словно невидимая нить, связывающая нас в этом тесном, пропитанном болью пространстве.
- Ты не ответил на вопрос, - прошептала я, и мой голос, надтреснутый и слабый, показался мне чужим. - Ты защищаешь меня, потому что я «полезна» для твоего лагеря? Или потому что ты боишься остаться здесь один, без тех, кто помнит, что значит быть человеком?
Беллами сделал шаг вперед, сокращая то ничтожное расстояние, что еще оставалось между нами. Его тень полностью накрыла меня, отрезая от остального мира. В полумраке его глаза казались двумя бездонными колодцами, в которых плескалось нечто темное, первобытное и пугающе искреннее.
- Ты думаешь, я такой расчетливый? - его голос опустился до едва различимого рокота. Он поднял руку, и я вздрогнула, ожидая, что он отстранится, но его пальцы лишь слегка коснулись моей щеки, едва задевая кожу. Это прикосновение было обожигающим, как раскаленный уголь на морозе. - Я сам не знаю, что происходит, Майя. Но когда я увидел этого ублюдка рядом с тобой... мир просто перестал существовать. Осталась только ярость. И ты.
Воздух между нами, казалось, наэлектризовался, превратившись в невидимое силовое поле. Страх перед Уиллом, стоны Джаспера, ядовитый туман за стенами - всё это вдруг отошло на задний план, стало неважным и далеким. Мое сердце забилось в грудной клетке, как пойманная птица, отчаянно и быстро. Я видела, как его взгляд переместился на мои губы, и время окончательно замерло.
Это не было похоже на сказочный поцелуй. Это было столкновение двух стихий, отчаянная попытка найти опору в рушащемся мире. Беллами подался вперед, и его губы накрыли мои - требовательно, почти грубо, с привкусом соли, металла и того самого отчаяния, которое мы оба так старательно скрывали. Я ответила на этот поцелуй, зарываясь пальцами в его жесткие волосы, ища в нем спасения от холода этой планеты. В этот миг мы были не лидерами и не преступниками - мы были просто двумя живыми существами, вцепившимися друг в друга посреди хаоса.
Он отстранился так же внезапно, как и начал. Его дыхание было тяжелым, а взгляд - затуманенным. Секунду он смотрел на меня, словно не узнавая или, наоборот, увидев слишком много, а затем, не проронив ни слова, развернулся. Металлические ступени лестницы жалобно простонали под его весом, когда он стремительно спустился вниз, оставляя меня одну в удушающей тишине, со вкусом его поцелуя на губах и гулким эхом собственного сердца.
От лица Беллами:
- Ты думаешь, я такой расчетливый? - мой голос прозвучал тише, чем я ожидал, и в нем не было привычной стали.
В этот момент внутри меня происходила настоящая катастрофа. Где был мой план? Где был тот хладнокровный лидер, который еще час назад убеждал Мерфи, что Майя - лишь ключ к доверию и снятию браслетов? Всё это рассыпалось, превратилось в бесполезный прах, стоило мне оказаться в этой тишине рядом с ней. В моей голове не было ни единой мысли о Ковчеге, о власти или о том, как заставить её подчиниться. Был только её прерывистый вдох и запах дождя, который, казалось, исходил от её кожи.
- Я сам не знаю, что происходит, Майя. Но когда я увидел этого ублюдка рядом с тобой... мир просто перестал существовать. Осталась только ярость. И ты. - и это была самая пугающая правда, которую я когда-либо произносил.
Я сделал шаг вперед, и это движение не было частью сценария. Мои пальцы, коснувшиеся её щеки, жили своей жизнью. Я чувствовал её тепло, и в этот миг маска жестокого, безжалостного лидера, которую я так долго и мучительно ковал, просто треснула и осыпалась к моим ногам. Под ней не осталось ничего, кроме парня, который до дрожи в руках боялся за неё. Когда я увидел того ублюдка, Уилла, рядом с ней, я не думал о «стратегическом преимуществе». Я хотел свернуть ему шею просто за то, что он посмел дышать тем же воздухом, что и она.
Поцелуй случился внезапно, как удар молнии. Это не было завоеванием или попыткой вскружить ей голову. Это было столкновение двух одиночеств. В этот момент я не был Беллами Блейком, который хочет захватить власть. Я был просто человеком, который отчаянно нуждался в чем-то настоящем на этой мертвой планете. Её губы были ответом на все мои вопросы, которых я боялся. Я чувствовал, как теряю контроль, как мои щиты рушатся, обнажая всё то, что я так тщательно прятал.
А потом пришел страх. Удушающий, липкий страх от того, насколько я стал уязвим. Я отстранился, чувствуя, как внутри всё горит. Я не мог смотреть ей в глаза, потому что боялся увидеть в них отражение собственной слабости. Не сказав ни слова, я развернулся и почти бегом спустился по лестнице, надеясь, что грохот моих сапог по металлу заглушит неистовый стук моего сердца. Я должен был снова стать тем, кем меня видели остальные. Но я уже знал - вернуться назад не получится.
От лица автора:
Пока на корабле кипели скрытые страсти, в нескольких милях от него, в тесном и мрачном каменном бункере, воздух был пропитан совершенно другим напряжением - едким, как сам ядовитый туман, заперший ребят внутри.
Кларк прижалась спиной к влажной стене старого заброшенного бункера, который они чудом успели найти. Рядом с ней, тяжело дыша, сидел Финн, его лицо было бледным, а на куртке остались капли ядовитой росы. Уэллс замер у входа, сквозь узкую щель наблюдая за тем, как изумрудная смерть медленно облизывает деревья.
- Мы не можем здесь долго сидеть, - голос Уэллса звучал глухо, подавленно. - Если этот туман просочится внутрь...
- Не просочится, - перебила его Кларк, хотя в ее глазах плясали тени сомнения. Она судорожно сжимала в руках карту, которая теперь казалась бесполезным куском бумаги. - Мы успели закрыть заслонку. Главное - чтобы остальные в лагере успели.
- Ты видела, как птицы падали с неба? - Финн поднял на нее глаза, полные немого ужаса. - Они просто сложили крылья и рухнули в эту зелень. Кларк, это не просто радиация. Это... что-то другое.
Снаружи сирена, которая так напугала их в лесу, начала стихать, оставляя после себя звенящую, мертвую тишину. Зеленый туман, словно живое существо, прижался к стеклу крохотного смотрового окна, окрашивая всё внутри в призрачный, болезненный свет.
- Они на корабле, - Кларк пыталась убедить саму себя, стараясь не думать о сотне подростков, оставшихся на открытом месте. - Беллами и Майя... они должны были сообразить. Они должны были всех укрыть.
Уэллс тяжело вздохнул, опускаясь на холодный бетонный пол рядом с ними.
- Беллами думает только о себе. А Майя... - он замолчал, подбирая слова. - Надеюсь, ее силы духа хватит, чтобы сдержать его панику.
Кларк закрыла глаза, прислонив голову к холодному металлу. Перед ее мысленным взором стояло лицо Майи - решительное и усталое. Где-то там, за завесой ядовитого дыма, решалась судьба их крохотного человечества, а они могли лишь ждать, когда природа позволит им снова сделать вдох. Теснота бункера давила на легкие, а неизвестность казалась куда страшнее самого тумана.
Кларк сидела в самом дальнем углу, прижавшись затылком к холодному бетону. Её взгляд, полный ледяного безразличия, был прикован к Уэллсу, который пытался разжечь остатки старого факела. Между ними стояла стена из несказанных слов и старых обид, которая с каждой минутой становилась всё выше.
- Перестань на меня так смотреть, Кларк, - не выдержал Уэллс, бросая обгорелую щепку на пол. Его голос эхом отразился от стен. - Мы здесь заперты, и твоя ненависть нам не поможет.
- Моя ненависть - это всё, что у меня осталось благодаря тебе, - отрезала Кларк. Её голос дрожал от сдерживаемой ярости. Каждое воспоминание о смерти отца, о том, как его вытолкнули в шлюз, жгло её изнутри. - Ты предал его, Уэллс. Ты предал меня. Мой отец доверял твоему, а я доверяла тебе. И где он сейчас? Каково это - знать, что твой отец - убийца, а ты - его соучастник?
- Ты не знаешь всего! - выкрикнул Уэллс, но тут же остановился, встретив её полный презрения взгляд. - Я пытался спасти его!
- Хватит лгать! - в этом крохотном пространстве их конфликт казался взрывоопасным. - Ты рассказал Канцлеру о его планах. Ты подписал ему смертный приговор.
Финн, до этого момента молча наблюдавший за этой сценой из тени, внезапно поднялся. В его руках была пыльная стеклянная бутылка, которую он откопал под грудой старой ветоши в углу бункера.
- Эй, психологи, может, сделаете перерыв? - он ловко выбил пробку, и по помещению распространился резкий, бьющий в нос запах спирта. - Кажется, старые обитатели этого места оставили нам прощальный подарок. Самогон или что-то покрепче. В любом случае, это лучше, чем убивать друг друга до того, как туман доберется до наших легких.
Он протянул бутылку Кларк. Она на мгновение замешкалась, глядя на мутную жидкость, а затем сделала крупный глоток. Обжигающая влага потекла по горлу, на мгновение притупляя душевную боль. Она передала бутылку Финну, принципиально игнорируя протянутую руку Уэллса.
Напряжение не исчезло, оно просто сменило форму, став тягучим и тяжелым. Финн сделал глоток и присел у входа, прислушиваясь к звукам снаружи. Сирена смолкла, но зеленый морок всё еще лизал щели тяжелой двери, напоминая о том, что мир снаружи больше им не принадлежит.
Они были одни - со своими призраками, алкоголем и горьким осознанием того, что на Земле выживание требует гораздо большего, чем просто умение дышать. Кларк чувствовала, как алкоголь начинает туманить разум, но даже это не могло стереть перед её глазами образ отца, исчезающего в темноте космоса по вине того, кто сейчас сидел всего в паре метров от неё. Дикая планета за стенами бункера была опасна, но демоны внутри них самих пугали куда сильнее.
Вот и новая часть) Жду ваши звёздочки и комментарии)
1938 слов
Люблю ❤️