Найти Вишню

Амелия

С утра я просыпаюсь под пение петухов, доносящееся из окна. Видимо Даша открыла форточку. Сколько время вообще?
Переворачиваюсь с живота на спину и сажусь в кровати. Белова стоит у зеркала, весящего у шкафа, и расчесывает свои светлые волосы и без того, практически всегда прямые, в отличие от моих, которые постоянно вьються.
Солнечные лучи падают на столик у окна, на котором стоит ваза с ромашками. Я встаю с кровати и подхожу к окну. Лёгкий ветерок, доносящицся из открытой форточки, приятно обдувает лицо и слегка колышет пряди волос. Небо все еще окрашенно в оранджево розовые оттенки, от сюда видно восходящее солнце.
– Сколько сейчас времени? – спрашиваю я, повершувшись к подруге.
– Восемь утра. – отвечает она, собирая волосы крабиком.
– Зачем ты так рано встала, выходной ведь? – кошусь я на Дашу.
– Проснулась, а заснуть уже не получилось, решила уже вставать, тем более Светлана Викторовна уже завтрак готовит. – пожимает плечами Белова.
– И почему в деревне всегда так рано встают? – вздыхаю я отходя от окна и сажусь обратно на кровать.
– Это риторический вопрос. – говорит она. – Пошли на вниз, мы сегодня в гостиной будем завтракать, в честь нашего приезда.
Я встаю с кровати и иду за подругой оставляя телефон в комнате. Мы спускаемся на первый этаж, откуда уже доносятся разговоры, голоса из телевизора и звуки помешивания чая.
За столом уже сидят все. Анатолий Геннадьевич читает газету и пьёт чай, как и Светлана Викторовна, Даня и Кирилл едят бутерброды и пьют чай. Муся, вытянув лапки лежит на диване. По телевизору идёт какая то передача, которую никто не смотрит о чем то болтая между собой. Мы садимся за стол и Светлана Викторовна тут же предлагает нам бутерброды, пирожки и свежий пирог с малиной. Мы с Дашей берём по кусочку и начинаем завтракать, запивая пирог свежезаваренным ягодным чаем.
– Дед, когда мангал будем ставить? Уже шашлыков хочется. – спрашивает Громов. На его лице довольная улыбка, никакого признакам обиды или напряженности.
– Сейчас позавтракаем, курей покормим, да будем ставить. – весело отзывается Анатолий Геннадьевич.
– Мы же ещё маршмеллоу взяли, будем жарить на огне. – говорит Белова.
– Да, сто лет не ела! – улыбаюсь я. Последний раз я жарила зефирки на костре когда мы с родителями ездили в лес на пикник несколько лет назад.
– Кстати, сколько лет этой программе? Каждый раз как приезжаю к вам она по телевизору идёт. – говорит Быков, глядя на телевизор.
– Так ей лет десять, если не больше. – отвечает Светлана Викторовна.
– Там ещё такой мужчик раньше лысый снимался. – замечает Анатолий Геннадьевич.
– Да, точно помню. – говорит Светлана Викторовна.
– И женщина ещё другая была. – подмечает Анатолий Геннадьевич.
– Нет, женшина та же самая. – не соглашается Светлана Викторовна.
– Да нет же, у нее ещё волосы такие, коротенькие чёрные были.
– Так она покрасилась, дурачок, ты старый!
– А помоему там вообще раньше один мужчина снимался. – говорит Громов.
– Точно, да! – соглашается Анатолий Геннадьевич.
– Так, вы все несёте какую то чушь! Я эту праграму, в отличии от вас, смотрела, так что не надо тут. Я лучше знаю. – спорит Светлана Викторовна.
– Как скажешь, бабуль, ты у нас королева телевизионных передач! – восклицает Громов.
За столом царит приятная атмосфера. Все общаются, шутят, между нами с Даней нет никакой напряженности, которой я боялась. Про песню он не вспоминает, кажется будто и не было вчерашнего вечера. Громов ведет себя как ни в чем не бывало. Может он и не придает этой песне такое значение? От этой мысли почему то становится грустно. Может он просто не хочет обсуждать это при всех? И вообще, почему я решила, что он делает что-то ради меня? Может ему тоже нравится эта песня и он решил её сыграть. Но как могло та совпасть, что это моя любимая песня?
После завтрака все начинают заниматься своими делами. Светлана Викторовна выходит на улицу чтобы покормить куриц, свиней и прочий домашний скот. Анатолий Геннадьевич, дочитав газету, тоже выходит во двор для того чтобы наколоть дрова на продажу (как он рассказывает на этом они зарабатывают небольшие деньги) и для сегодняшнего шашлыка, магазинные углям он не доверяет. Даня с Кириллом пошли помогать дедушке Громова, ведь у того возраст уже не тот и с помощниками ему будет проще, к тому же дров сегодня много. Мы с Дашей остаемся дома, чтобы помочь Светлане Викторовне приготовить салаты и прочую еду. Хоть она всячески нас уверяла, что справится одна и мы приехали сюда отдыхать, а не работать, мы все равно остаемся, ведь нам не сложно, да и делать все равно нечего, пока ждём шашлыки.
– Ой, спасибо, девчонки, что помогаете. Еды правда  приготовить нужно много, не знаю как бы я без вас справилась. – все благодарила она.
– А что, к нам какие-то гости придут? – спрашиваю я, глядя на количество продуктов лежащих на столе.
– Нет нет, только мы будем. Просто я решила побольше приготовить в честь вашего приезда. Мальчики невест привезли, повод то какой! – восклицает она.
Мы с Дашей переглядываемся. Светлана Викторовна думает, что мы с Гроиовым пара, как и Даша с Кириллом. Быков полюбому уже рассказал, что они с Дашей встречаются и с её стороны это выглядит так, что раз Кирилл приехал с девушкой, то и Даня взял свою.
– Светлана Викторовна, вы не так поняли, мы с Даней не вместе. – объясняю я, оторвавшись от нарезки помидора. – Мы просто дружим вчетвером. Даша с Кириллом пара, но мы с Даней просто друзья.
– Конечно, я так и поняла. – спешно произносит она. – Амелия, будь добра, передай пожалуйста открывашку для банок.
Я берю металлический инструмент и протягиваю его Светлане Викторовне. Она явно не верит моим словам, но я решаю с ней не спорить. Если пожилые люди что-то решили, то их уже не переубедишь.
К тому же мне почему то забавно с того, как Светлана Викторовна и Анатолий Геннадьевич искренне считают, что мы настоящая, но скрываем это. Как они кидают на нас много значительные взгляды, когда видят нас вместе. И почему все так явно видят в нас любовь? И они, и Белова, неужели я одна её не вижу?
– А вы вообще чем занимаетесь в свободное время, девочки? – спрашивает она, переводя тему.
– Делаем уроки, готовимся к экзаменам, все как всегда. Я ещё веду социальные сети, публикую посты. – рассказывает Белова.
– Что публикуешь? – не понимает Светлана Викторовна.
– Ну в общем показываю свою жизнь, рассказываю о чем то, мотивируют других учится и ухаживать за собой. – объясняет подруга.
– Это в этих ваших телефонах? Ну понятно, и много людей твою передачу смотрят? – спрашивает она.
– Относительно. – улыбается Белова.
– И ты там показываешь как ты учишься? – уточняет Светлана Викторовна.
– Да, я стараюсь мотивировать людей учится, так же рассказываю про уход за собой.
– Это интересно. А то я про эти интернеты вообще же ничего не знаю. Мне вот дочка с зятем, родители Дани, подарили телефон на день рождения, а пользоваться то вашими сетями я не умею. Мне ведь тоже интересно, что у вас там происходит, а научить и некому. Говорю ведь, дочка единственная редко приезжает, работает все время. – жалуется Светлана Викторовна.
– А хотите мы вас научим? – предалаю я. Мне вдруг становится жалко её. Дочь редко приезжает, да и внук тоже, ведь у нас много учёбы, особенно сейчас. Наверняка она тоже хочет быть в курсе событий и через соцсети узнавать что происходит в жизни близких людей.
– Да, точно, давайте мы вам покажем как всем пользоваться, это совсем не сложно. – поддерживает Даша.
– Ой, правда что-ли? – удивляется Светлана Викторовна.
– Конечно, без проблем. – говорю я.
- Ну впринцепе мы уже закончили. – говорит она, глядя на наши блюда, которые мы приготовили.
– Где ваш телефон? – спрашивает Белова.
– У меня в комнате, на верху. – говорит Светлана Викторовна. – Сейчас принесу.
Мы располагаемся в гостиной на первом этаже. Светлана Викторовна приносит свой телефон, на удивление довольно неплохой модели, одной из новых. Как сказала бабушка Громова его подарила ей дочь вместе с зятем на день рождения, поэтому тут не удивительно. Мы с Дашей скачиваем ей все социальные сети какими пользуемся сами и постепенно показываем как ими пользоваться, стараясь объяснять каждую деталь. Ведь то, что для нас элементарно по умолчанию, потому что мы пользуемся всем этим каждый день и просто привыкли, то для пожили людей в новинку и многое им не понятно.
Светлана Викторовна довольно быстро все понимает и запоминает. После наших объяснений она уже самостоятельно подписываться на канал с кулинарными рецептами и восхищено рассказывает сколько тут всего полезного, а так же на наши соцсети и говорит, что будет следить за нами каждый день, хотя все из нас, кроме Даши, публикуем что либо довольно редко.
– Толя, ты посмотри, я теперь тоже разбираюсь в интернете! Молодёжь оказывается столько всего показывает интересного. – хвастается Светлана Викторовна перед мужем, когда тот заходит в дом за мясом для шашлыка.
– Ой, я ничего в этом не смыслю. Мне лучше газету почитать или новости по телевизору посмотреть. А эти ваши интернеты, не понимаю я. – бурчит Анатолий Геннадьевич. – Так где мясо?
– На столе вот лежит, - раздражённо отвечает Светлана Викторовна, недовольная тем, что муж не оценил её новые знания. – И ничего ты не понимаешь, Толя!
Анатолий Геннадьевич выносит мясо, нанизанное на шампура, на улицу и они, вместе с Даней и Кириллом, начинают потихоньку его жарить, а мы с Дашей отдыхаем сидя на лавочке во дворе и пьём ягодный компот, наслаждаясь прохладным ветерком. На самом деле мы тоже предлагали помочь, но Анатолий Геннадьевич сказал, что девочки не должны выполнять такую грязную работу, вымазывая свои руки и что для этого есть они с мальчиками.
Погода сегодня прекрасная. Освежающий ветерок, приятно обдувающий лицо, ясное солнце, окидывающее своими лучами деревья и заливая двор. Запах леса слышно повсюду. Делаю глубокий вдох, наполняя лёгкие этим ароматом. Находится на природе весной и просто сидеть, ничего не делая, очень приятно.
Из Дашиного телефона, лежащего справа от неё на лавочке, доносится ринтон.
– Мне мама звонит, я пойду поговорю с ней. – говорит Даша.
– Отнеси мой стакан, раз в дом идёшь. – говорю я протягивая пустой стакан, в котором до этого был компот.
Даша уходит в дом, разговаривать с мамой по телефону, а я остаюсь сидеть одна. Посидев пару минут становится скучно и я решаю пойти посмотреть как там жарятся.
Около мангала стоит Громов, наблюдая за мясом и время от времени заботливо покручивая шампура, чтобы оно прожарилось равномерно. Выглядит он очень соосредоточенно, но при этом раслабленно и не напряжённо.
Когда я подхожу он оборачивается и кидает взгляд на меня. В его глазах проскальзывает тот самый весёлый огонёк, который я привыкла видеть, благодаря чему я оканчательно убеждаюсь, что между нами нет никакой напряженности. Хватает одного взгляда.
– Скоро будет готово? – спрашиваю я, притворяюсь, что пришла только ради шашлыка.
– Скоро, ещё чуть чуть. – отвечает Даня.
– Понятно. – говорю я, думая что ещё можно сказать, но чего не придумал, просто разглядываю деревья вокруг.
– А ты ничем не занята? – спрашивает он.
– Нет, а ты что, намекаешь на то, что я бездельница? – возмущаюсь я.
– Нет, что ты! – наигранным голосом отвечает он. Я бью его кулаком в бок, чтобы знал. – Ай! Да я шучу!
– А нечего про меня так говорить.
– Так я вроде и не говорил ничего. – ухмыляется он. – Я хотел тебе одно место показать, думаю тебе понравится.
– Какое место? – удивляюсь я.
– Красивое, пойдёшь – увидишь. –  улыбается он. Заметив выходяшего из дома Быков, поворачивакт голову в его стортну: - Кир, иди сюда!
Быков с яблоком в руке неспеша подходит к нам.
– Что такое? – спрашивает он.
– Постой здесь, последи за мясом. – просит Громов.
– А ты куда? – удивляется Быков.
– В одно место. Кир, не важно, все. Просто последи за мясом, я и так тут все время стоял, теперь твоя очередь. – бросает Даня в ответ.
– Ну ладно. – пожимает плечами Кирилл.
– Пошли. – говорит он мне.
Я иду за Громовым не зная куда мы направляемся. Чувствую небольшое  предвкушение. Что за место Даня хочет мне показать?
Мы подходим к калитке, Громов открывает ее и мы входим со двора. Сначала идём вдоль забора, затем сворачиваем и переходим пещаную дорогу по которой ездят машины. Дойдя до края деревни, где начинается лес, мы начинаем пробираться внутрь него.
– Ты точно уверен, что нам сюда? – неуверенно спрашиваю я, переступая корень большого дерева.
– Точно. – отвечает он. – Вот увидишь, мы скоро придём.
Мы продолжаем пробираться сквозь разные деревья и кусты. Путь ужасно узкий, везде какие-то ветки, кусты, деревья, видно что здесь мало кто ходил. И куда это Громов меня ведёт? Мы постоянно проходим сквозь высокую траву, приходится отодвигать ветки кустов и Несколько раз едва не спотыкаюсь.
– Долго ещё идти? – спрашиваю я.
– Почти пришли. – говорит он.
Мы натыкаемсчя на какой то ограмынй куст, за которым не видно дороги и перелезть его точно не получится.
– Ну вот пришли. – улыбается Даня.
– Ты меня какой то куст привёл посмотреть?! – возмущаюсь я. И ради этого я шла пол часа через какие то карчи?!
– Нет, - смеётся он. – Сейчас мы его обойдёмся и увидишь.
Я пытаюсь отодвинуть ветви куста, чтобы протснутсья между им и деревном, но острая колючка больно проназает кожу, оставляя царапину.
– Ай! – вскрикиваю я.
– Что такое? – испуганно спрашивает Громов, поворачивааясь ко мне.
– Пацарапалась об какую то колючку. – отвечаю я, глядя на небольшую царапину на запястье.
– Дай посмотрю. – он подходходит ко мне, наклоняется и смотоит на царапину. Когда он бережно проводит по ней пальцем по моей руке пробегает мурашки, я даже сама не понимаю от чего. – Просто царапина, кровь не течёт. Жить будешь. – улыбается он, его голос звучит как то нежно.
Громов отодвигает длинные ветви куста так, что образовывается широкий проход. Я пробираюсь через него, а Даня следом за мной.
Перед нами открывается картина, при виде которой я открываю рот от удивления. Вокруг нас большое количество вишневых деревьев высаженых кругом так, что получается просторная полянка. Солнечные лучи падают на деревья, покрытые маленькими цветочками. Белые лепестки, упавшие с деревьев, валяются на траве.
Даже в воздухе витает запах вишни. Я делаю глубокий вдох, наслаждаясь этим ароматом.
– Нравится? – спрашивает Даня, наблюдавший за моей реакцией.
– Очень! – восклицаю я. – Тут так красиво, я ни разу не была в таком месте.
– Дедушка посадил эти деревья ещё когда я не родился. Ты же как ни как Вишневская и я подумал, что просто обязан показать это тебе.
– И ты был прав. – улыбаюсь я, все ещё оглыдываясь вокруг.
Передо мной словно открывается кадр из диснеевского мультфильма. Солнце проникает сквозь верхушки деревьев и изогнутыми формами падает на траву. Хоть я не очень люблю фоткаться и делаю это редко, этот момент мне почему то очень хочется запечатлить.
– Даня, сфоткай меня, срочно! – восклицаю я.
– Что? – не сразу понимает он.
– Сфоткай меня говорю, на фоне этих деревьев. – говорю я, а я потом вспоминаю, что телефон остался в доме. – Блин, только я телефон забыла.
– Я могу на свой тебя пофоткать, а потом отправлю. – предлагает он.
– Давай.
  Я становлюсь на фоне вишневого дерева и стараюсь красиво позировать. Мне кажется, что выходит не очень, но Громов убеждает меня, что получается отлично. Солнечный свет хорошо падает, освещая белые цветочки и делая мои волосы ещё ярче.
– Покажи что получилось. – говорю я.
– Вот смотри. – Даня протягивает мне телефон.
Фотографии выглядят яркими и насыщеными. Моя белая футболка хорошо сочетается с белыми цветочками на деревьях. Кадры выглядят такими неждыми и почему то на них я кажусь какой-то особенно красивой, хотя наверно в дело в красоте природы.
– Классно получилось. – говорю я, разглядывая получившиеся фотографии. – Не забудь мне потом прислать.
– Постараюсь не забыть. – хмыкает он и в его глазах появляется весёлый огонёк.
– Пришли лушче сейчас. – говорю я.
– Не буду. – заявляет он.
– Чего? Давай присылай. – говорю я. Опять решил меня доставать.
– Говорю же не буду. Ты тут такая смешная получилась, еще добавлю тебе зайчьи зубы и…
– Я тебе сейчас добавлю зайчьи зубы! – возмущаюсь я, пытаясь выхватить у него телефон, но он уворачиваться и у меня не получается это сделать.
– Так, сейчас ещё обезьяньи уши добавлю и выложу в соцсети. – продолжает издеваться он.
– Не смей! – кричу я.
– А то что? – смеётся он, а я продолжаю попытки выхватить у него телефон.
– А то я…
Я оглядываюсь вокруг пытаясь придумать с помощью чего можно заставить Громова отдать телефон. В голову ничего не приходит, кругом лишь деревья и трава. Как раз в траве я вдруг замечаю какую то ветку, хватаю её и начинаю лупить ей Даню. Будет знать как издеваться над моим прекрасным лицом!
– Эй, так нечестно! – восклицает он и начинает закрываться руками. – Нельзя бить людей!
– Наглых как ты можно! – отвечаю я и продолжаю его бить палкой.
– Ах так? – он хватает ещё одну палку, валявшуюся в траве и начинает атаковать меня в ответ. – Я буду защищаться.
– Ещё посмотрим кто кого!
Мы начинаем битву на мечах, только вместо мечей у нас ветки. Это оказывается безумно весело и мы как будто попадаем в детство, помню я так же когда то дралась с двоюродными братьями. Я бью Громова не желея и у меня как то получается выбить из его руки палку, хотя я это делаю даже не специально.
– Ну все теперь у тебя нет оружия! – радуюсь я и пользуясь случаем луплю его по плечу.
Даня изображает испуг и начинает убегать, а я гонюсь за ним. Может со стороны мы выглядим глупо, бегая как маленькие дети, в этот момент лично мне жутко весело. А вот Громову, оставшемуся без своего меча, походу не очень!
– Ты меня не догонишь! – кричит он убегая.
– Ещё как догоню! – кричу я, задыхавшись от бега.
– Не-а, тут трава высокая. – смеётся он.
– Мне это не мешает!
Всё таки в один момент я запинаюсь и едва не падаю, а Даня, пользуясь моментом, поднимает с земли свою ветку, которую он выронил из рук.
– Эй, так нечестно! – вкрикиваю я, заметив это.
– Ещё как честно, мы ведем равный бой! – заявляет он и начинает на падать.
Теперь убегаю я, а Громов пытается меня догнать. Потом я его догоняю, заливая с смехом от которого наверно все птицы в радиусе километра разлетаются. Сердце стучит так, будто сейчас выпрыгнет из груди от долгого бега, но я не собираюсь сдаваться. Мы продолжаем битву, то сражается мечами-вестками, то гоняемся друг за другом.
В конченом итоге вымотав все силы мы уставшие падаем на траву, которая проминается под нами. На нас падают солнечные лучи, лаская лицо, кожу приятно обдувает ветерок и шелестит деревьями.
– Признаю, ты победила. – вздыхает Громов.
– Я же говорила, лошара! – смеюсь я, пытаясь отдышаться.
– Это кто ещё из нас лошара? – возмущается Даня.
– Я бы тебе показала, но извини, ноги болят. – отвечаю я.
– Предлагаю ничью. – говорит Громов.
– Согласна.
Мы просто молча лежим на траве рядом, глядя на облока проплывающие по небу. Сердце потихоньку успокаивается, а дыхание выравнивается. На душе легко и спокойно, как и почему то всякий раз, когда рядом оказывается этот клоун.
Я поворачиваю голову с его сторону и невольно начинаю разглядывать его профиль. Длинный нос с небольшим бугорком, карие глаза, отблескивающие на солнце оранджевыми бликами, темные взлохмаченные волосы, насмешливый взгляд. Он поворачивается ко мне, протягивает руку к волосам и убирает с них какой то листочек, от чего по телу снова пробегают мурашки.
– Мне понравилось как ты вчера играл на гитаре. – неожиданно для себя говорю я.
Не знаю что на меня нашло, но почему то хочется это сказать сейчас. До этого было как то страшно, вернее я просто не знала как себя правильнее вести, а сейчас я чувствую себя раслабленно и легко.
– Правда? – спрашивает Даня, словно слегка удивившись.
– Да. – улыбаюсь я.
От куда то сбоку слышаться шаги и шелест травы. Я резко поднимаюсь, немного испугавшись. Из-за деревьев высовывается знакомая светлая голова. Я с облегчением выдыхаю, когда понимаю, что это Даша. На лице подруги замешательство и удивленность, но когда она видит нас с Громовым её губы растягиваются в двухсмысленной улыбке.
– Вот вы где, а я вас везде ищу. – говорит она. – Светлана Викторовна просила вас позвать, шашлыки уже готовы, она уже накрывает на стол. Ну вы, если хотите, можете здесь остаться, вижу вам тут хорошо. – снова улыбается она, наверняка думая, что мы сбежали, чтобы побыть вдвоём.
– Нет, мы идём. – поспешно говорю я и встаю с травы.
Я иду в сторону Даши а Громов молча плетется за мной. Белова как всегда наверняка уже напридумывала лишнего и когда мы будем в нашей комнате начнёт меня допрашивать.
– Если что, он просто меня фотографировал. – шепчу я, чуть наклонившись к подруге, чтобы слышать могла только она.
– Ну да, я так и поняла. Случайно не на твой телефон, который лежит у нас в спальне?
– Нет, он фоткал меня на свой! – воскицаю я от возмущения.
– О чем вы там шепчетесь? – спрашивает Громов.
– Ни о чем! – в голос отвечаем мы.