Стены лабиринта

Когда проснулась, часы показывали шесть вечера.
Галли спал, обнимая меня за талию. Его рука лежала на мне тёпло и уверенно, будто он даже во сне не собирался отпускать. Я не хотела его будить, поэтому просто рассматривала его. Он был таким спокойным — непривычно спокойным. Я подняла руку и легко провела пальцами по его щеке. Под моими пальцами кожа чуть дрогнула, брови еле заметно дёрнулись, но он не проснулся.

Хотелось, чтобы этот момент был вечным.
Чтобы ничего нигде не рушилось.
Чтобы были только мы вдвоём.

Я ошеломлённо замерла, когда поняла:

Я люблю Галли.

Парня, который всегда был рядом.
Который защищал, поддерживал, помогал — даже когда я сама не понимала, что мне нужно.
Мне казалось, я должна была быть счастлива... но почему-то меня накрыло беспокойство, будто это что-то неправильное, будто я не имею права так чувствовать.

Глаза защипало, слёзы подступали всё сильнее.
Я попыталась аккуратно выбраться из его объятий, стараясь не разбудить. Вроде получилось: он не пошевелился. Я тихо направилась в ванную и закрылась.

Села прямо на холодный кафель.
Меня затрясло.
Воздуха стало меньше.

Слёзы летели градом, дыхание сбилось — паническая атака.
Я схватилась за рукава кофты, перебирать ткань было единственным, что давало хоть какую-то опору. Через минуту стало чуть легче, но чувство вины всё равно давило, будто я живу неправильно.

Боль в животе только усилилась.
Я, держась за стену, медленно поднялась, чтобы пойти к шаманам за таблеткой. Но когда вышла из ванной, увидела, что Галли уже не спит. Он сидел на кровати и смотрел на меня с тревогой.

— Адалин... — начал он осторожно.

— Я не хочу... — пробормотала я и начала искать резинку для волос, лишь бы не смотреть ему в глаза.

— Куколка, что ты делаешь? — голос его был мягким, но напряжённым.

— Можешь уйти? — тихо сказала я.
Он нахмурился, не понимая.
— Пожалуйста. Мне это нужно.

Он замолчал, будто пытаясь решить, что правильно.

— Хорошо, — наконец сказал он и начал обуваться. — Я приду через полтора часа. С ужином. Тебе что-то нужно?

— Таблетка от живота... — от бессилия я села на кровать.

— Принесу. И воду принесу тоже, — он вышел.

Мне стало только хуже.
Слёзы обожгли лицо, дыхание снова сбилось. Вторая паническая атака накрыла резко, холодной волной. Я выпила воду из стакана, стоявшего на столе, попыталась перебрать на руке браслет — и это немного помогло.

Через какое-то время Галли постучал и зашёл.

— Держи, — он дал таблетку, я сразу выпила. — Джефф сказал, что живот может болеть, потому что ты давно не ела. Поэтому ты сегодня должна поесть.

— Мг... — только и смогла сказать я, снова ложась на кровать и сворачиваясь клубочком.

— Я пойду, — мягко сказал он, подошёл, укрыл меня одеялом и тихо вышел.

Я лежала, смотрела на браслет. Мысли не давали уснуть.

Сестра.
У меня есть сестра.

Слёзы внезапно остановились.
Боль в животе, паника — всё ушло на второй план. Я приподнялась, ошеломлённо глядя на браслет. Потом резко встала, обулась и вышла из хижины.

Мне нужен был Алби. Он должен знать.

Я пошла к Фраю на кухню.

— Ты не знаешь, где Алби? — аккуратно спросила я.

— Адалин, ты же должна быть у себя... — Фрай явно не ожидал меня увидеть.
— Это важно.

— Он шёл в сторону плантаций.

Я сразу пошла туда. И увидела его.

— Алби! — позвала я. Он обернулся. — Можно тебя?

— Адалин, ты ещё не окрепла. Почему ты здесь? Где Галли? Я думал, он будет с тобой.

— Это не важно. Я вспомнила, — я смотрела на него с надеждой. — Я вспомнила, что у меня есть сестра. Она старше меня. Она похожа на меня, копия... только глаза у неё голубые.

Алби внимательно, серьёзно смотрел.

— Как это вспомнила? Адалин, последние дни были тяжёлыми. Может, тебе приснилось? — осторожно спросил он.

— Нет. Это было воспоминание. Такое же, как моё имя. Я уверена.

Он вздохнул.

— Думаю, тебе лучше пойти и прилечь. Я тебя услышал. Спасибо, что сказала, — он осторожно положил руку мне на спину и направил к хижине.

— Завтра я хочу вернуться на работу, — остановилась я.

— Я поговорю об этом с Галли.

— При чём здесь он? Это моё решение. Уверена, что Фрай сейчас зашивается.

— Адалин, если я разрешу тебе вернуться и не скажу Галли — это будет неправильно. Сейчас ты под его защитой. Если хочешь вернуться — поговори сама с ним.

Мы дошли до моей хижины, он открыл дверь и впустил меня.

Когда я осталась одна — впервые за эти дни я улыбнулась сквозь слёзы.
У меня есть сестра. Родная.
Человек, который был моей кровью.

Минут через десять дверь снова приоткрылась. Галли вернулся с ужином.

— Я поставлю здесь, хорошо? — спросил он тихо.

Я кивнула и села. Он сел рядом, молча наблюдая, чтобы я точно начала есть.
И я начала — маленькими кусочками, но ела.

— Я вспомнила кое-что... — сказала я неожиданно для себя самой.

Галли поднял глаза.

— Сестру. У меня есть сестра. Голубые глаза. Старше меня.

Он не удивился — скорее, обеспокоился тем, как я это говорю.

— Это важно, — мягко ответил он. — И хорошо, что ты вспомнила. Правда.

Его голос успокаивал лучше любых таблеток.

Когда я доела, я утомлённо легла на кровать. Галли хотел встать, но я тихо сказала:

— Останься. Пожалуйста.

Он лёг рядом, осторожно, будто боялся задеть. Я положила руку ему на грудь, и он обнял меня — так естественно, будто мы всегда так делали.

— Хочешь, расскажу что-то... личное? — тихо спросил он.

— Хочу, — ответила я едва слышно.

Он замолчал, собрал мысли и начал тихо, почти шёпотом:

— Когда я попал в Глейд... я был совсем другим.
Неумелым. Злым. Я дерусь со всеми, кто пытался приблизиться. Даже с теми, кто хотел помочь.
И никто не пытался меня понять.
Я всегда был один.
Никто не выбирал меня. Никто не заботился.

Он посмотрел на меня, но не встретился глазами, будто боялся показать слишком много.

— А потом... — он слегка усмехнулся, но без радости — появились люди, которым можно было доверять. Но таких немного.
Я... я привык быть один.
И честно говоря, я не знал, как быть другим.

Я слушала, прижавшись к его груди, чувствуя каждое слово.

— Но когда ты появилась... — он наконец поднял взгляд на меня — я понял, что можно быть кем-то нормальным. Не только злым, не только закрытым. Можно заботиться и доверять. Даже если это страшно.

Я молча смотрела на него, не веря, что слышу это от него.

— Ты... не должна была меня выбирать, Адалин, — тихо сказал он. — Но ты это сделала. И я благодарен.

Я осторожно сжала его руку. Он почувствовал это и слегка улыбнулся, медленно повернувшись ко мне ближе.

— Всё нормально, куколка, — прошептал он. — Просто спасибо, что ты есть.

В этот момент мне стало тепло. Я опустила голову на его грудь, и весь мир вокруг исчез.

Мы лежали так несколько минут, пока я не подняла взгляд.

Он смотрел на меня. Я на него.
Сначала просто молча. Потом дольше, чем нужно.

Его дыхание касалось моей кожи.
Я сжала его пальцы сильнее. Он замер.

— Если это неправильно... останови меня, — прошептал он.

Я не остановила.

Он медленно наклонился — и его губы коснулись моих.

Поцелуй был мягким, тёплым, долгим. Не резким, не жадным — а настоящим.

Когда мы отстранились, он тихо выдохнул:

— Ты меня сводишь с ума...

Я улыбнулась сквозь лёгкий тремор.

После паузы я прошептала:

— Завтра я хочу вернуться на работу.

Он нахмурился.

— Нет. Ты ещё слабая. Дай пару дней, ладно? Я прошу.

— Галли, мне нужно чем-то заниматься. Я нормально себя чувствую.

— Ты говорила это утром, а потом сидела на полу в ванной, не могла дышать, — мягко напомнил он. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Он коснулся моего лба своим лбом.

— Куколка... пожалуйста. Дай себе время.

Я не ответила, но почувствовала, что, возможно... он прав.

Я лежала прижавшись к Галли, чувствуя его тепло и ровное дыхание. Каждое его движение было настолько привычным, что казалось — мы всегда были рядом. Тишина вокруг не пугала, а успокаивала.

Мы уже не говорили. Не нужно было слов. Достаточно было просто быть. Чувствовать его руку на своей спине, ощущать биение сердца, слышать тихие вдохи и выдохи.

Я закрыла глаза и впервые за долгое время позволила себе просто расслабиться. В голове мелькали воспоминания о сестре, о том, что я сегодня пережила, о том, что наконец смогла довериться. И рядом был человек, которому я могла это доверие дать.

Я думала о работе, о завтрашнем дне, но теперь эти мысли были мягкими, почти далёкими. Сейчас важнее было одно: этот момент, эта ночь, это чувство безопасности.

Я притянулась к нему чуть ближе, и Галли обнял меня сильнее. Мне стало тепло и спокойно, словно никакая буря больше не могла меня достать.

И впервые за долгое время я уснула, спокойно, с ощущением, что не одна.

——
1369 слов