Вспомнить всё

На равнинах уже виднелся первый снег, что в скором времени накроет все поверхности. На Хоккайдо всегда были снежные зимы. Ночь давно вступила в свои владения, застилая мраком все, до чего доберется.

Девочка шла быстро, хотелось поскорее вернуться домой после почти двухнедельного отсутствия. Уже представляла, как будет хвастаться отцу званием мечницы.

Клан должен быть уже близко, только вот дурное предчувствие поселилось в душе и никак не хотело уходить. Знакомая тропинка вела ее мимо домов.

Что-то не так.

В темноте было невозможно разобрать ничего, кроме знакомой тропы под ногами.

Наконец, одинокий фонарик около дома стал виден. Блондинка ускорила шаг.

Неприятный запах бил в нос.

Тревога накрывала все сильнее по мере приближения к дому. Через несколько часов должен быть рассвет.

Она подбежала к крыльцу, открывая сёдзи нараспашку. Весь восторг от пройденного испытания на Горе Глицинии моментально исчез.

Ноги подкосились, из-за чего девочка больно упала на колени.

Кровь. Много. Слишком много.

Внутри все сжалось от ужаса.

– Пап?... – она на ватных ногах попыталась пройти вглубь помещения, видя вокруг лишь обезображенные трупы некогда знакомых людей.

Ее вот-вот вырвет от отвратного запаха и зрелища.

Увидела на полу знакомый отцовский клинок. Подняв его в немеющих руках, она выбежала из дома. Ноги несли прочь, перепрыгивая корни деревьев. Найти кого-нибудь. Нужно найти кого-нибудь... живого.

Выступившие на глазах слезы мешали обзору, катились с красных от холодного ветра щек и падали на листву под ногами, что мешалась со снегом.

Быстрее.

Ни одного человека на пути. В домах, куда она успевала заглянуть, только трупы.

Во всем поселении ни единой живой души.

Нет. Это кошмар. Не может быть правдой. Нет...

Девочка услышала детский плач. Резко остановилась, пытаясь определить, откуда звук. Сарай. Старый сарай, где кроме соломы ничего не хранили.

Со всех ног рванула туда, чуть ли не выбив дверь.

Маленький конвертик, спрятанный в соломе, около которой лежала мертвая женщина. Ребенок плакал, будто искал мать.

Наоко подняла малыша, после чего он моментально успокоился.

Только вот ощущение приближающейся смерти заставило задержать дыхание и забиться в самый темный угол помещения.

Она скрыла присутствие с помощью Дыхания.

Вовремя.

Внутренности сжало от страха, когда в проходе появился он.

Демон.

Радужные глаза светились в темноте, осматривая сарай. Надпись на глазном яблоке врезалась в память.

Вторая Высшая Луна.

Влажные клыки опасно блеснули в темноте.

– Чего встал? – фигура сзади недовольно встала за спиной первого демона, – Нам пора.

– Здесь кто-то был, – голос сладко обволакивал уши, отчего становилось только дурнее.

Аура страшная, давящая на тело изнутри. Она сжала губы, боясь даже дышать.

Такое ощущение близкой смерти невозможно забыть.

Желтые глаза заглянули внутрь, направляя взор точно в тот угол, где сидела девочка с младенцем на руках.

Она готова поклясться, что даже кровь остановилась.

Третья Высшая Луна.

Две Высшие Луны в паре метров от нее.

– Тут никого, – и он ушел.

– Ладно, тогда возьму эту красотку на закуску, – рука схватила мертвую женщину за лодыжку, утаскивая из сарая прочь, оставляя кровавый след.

А девочка все сидела в углу, пытаясь не потерять сознание от страха.

Так и ощущается смерть.

Обволакивающая холодом и страхом. Давящая на тело изнутри, пытаясь проломить все кости.

***

Наоко подскочила с места.
Грудь нервно вздымалась, глаза широко распахнуты.

Она обернулась, хватая клинок и убирая за пояс. Туда, где он и должен быть. Руки тряслись, а взгляд бегал по вагону.

– Уже очнулась? – перед глазами вспыхнуло пламя, а в следующую секунду перед самым носом появился Ренгоку, – Ты долго не приходила в себя. Все в порядке?

Он обратил внимание на нервно вздымающуюся грудь и испуганный взгляд.

Испугалась демона-поезда?

Он снова исчез, нанося обжигающие удары в пяти последних вагонах, и вернулся обратно.

Девушка даже клинок не успела обнажить. Больно ударила себя по щеке, пытаясь прийти в себя. Сон. Просто сон. Она на задании. Сейчас все в порядке, нужно лишь разобраться с демоном.

– Поезд... это демон? – она прокашлялась в кулак. Совсем забыла про концентрацию.

Промотала в памяти события до сна. Билетер... Что-то в нем было не так. Девушка достала убранный в карман проколотый билет. Неужели техника крови?...

– Все верно! Камадо и юноша-кабан уже пошли отрубать ему голову, – мужчина отрубил щупальце за спиной девушки.

– Так значит... он сойдет с рельс! – блондинка подбежала к Аико с плачущим ребенком на руках, билеты для таких малышей не продают, вот и не уснул, – Потерпи, маленький.

Ями сняла хаори, приматывая малыша к маме.

Руки мелко потряхивало, пока девушка затягивала тугой узел из рукавов.

Столп снова исчез на несколько секунд.

– Нужно обеспечить пассажирам мягкое приземление.

– Каким образом? – спросила голубоглазая, пытаясь справиться с трясущимися руками.

Мужчина замер на пару секунд, оглядывая людей. Лязг металла не дал ему сказать. Пришлось использовать Дыхание.

Девушка в последний момент ухватилась за деревянный край сидения, стараясь держаться на ногах. Поезд перевернулся, прокатываясь боком по земле. Блондинка успевала замечать лишь пылающее рядом пламя.

Понятное дело, поймать всех не получилось. Многие скатились по полу, словно бесформенные мешки. Ухватившись за собственное хаори, девушка обеспечила Аико мягкую посадку и сама приземлилась рядом.

Поезд тряхнуло, окончательно остановливая, из-за чего девушка чуть не упала. Благо сильные руки мужчины успели ухватиться за рукав рубашки.

– Не ушиблась? – Кёджуро мельком осмотрел ученицу. Глаза все еще напуганы.

– Нет... Все нормально, – и снова трясет. Плечи мелко дрожат.

– Что-то приснилось? – мужчина под руку вывел младшую из поезда, помогая спуститься.

Та лишь кивнула. Перед глазами стояла картина окровавленных людей в поместье. Она сдержала рвотный позыв, и приложила ладонь ко рту.

А он все вел ее под руку.

Они направлялись к Камадо, что лежал около поезда чуть дыша.

– Используешь концентрацию постоянно? Это похвально, – Ренгоку склонился над юношей, словно учитель.

А голубые глаза смотрели вокруг. Что-то не так. Знакомое, до ужаса пугающее ощущение становилось все сильнее.

– Ренгоку... – договорить она не успела.

Грохот сзади заставил обернуться.

Кровь в жилах застыла, стоило ей только увидеть отливающие золотом желтые глаза. Присела на колени рядом с Танжиро, готовясь обнажить лезвие.

Дышала глубоко и часто, глазами нервно очерчивая фигуру напротив. Это точно он. Та же аура, те же ощущения.

А он и внимания на нее не обратил. Метнулся к раненному, но был отбит Столпом.

Страшно.

До онемения пальцев страшно.

Она не может сконцентрироваться. Легкие просто не слушаются.

– Танжиро... – голос дрогнул, – Это не сон?

Может она еще спит?

– Нет... Это Третья Высшая Луна...

Воздух разом выбило из легких. Девушка уперлась в землю руками, пытаясь вдохнуть.

Фантомное ощущение смерти не покидало тело, бросало в дрожь, в холод и жар.

Он убьет его... Точно убьет...

Сердце колотилось, как бешенное. Она схватилась за рубашку. Холодный пот выступил на лице и спине.

Танжиро пытался ее окликнуть. Дергал за края одежды в надежде докричаться. Но Наоко не слышала.

Слышала лишь обрывки фраз, которыми перекидывались Столп и демон. И все понять не могла, тот сон... воспоминания?

Из всех присутствующих только демон знал ответ.

Вдохнула полные легкие воздуха, унимая дрожь в теле. Ями тихонько встала, обнажая катану. Руки все еще потряхивало.

Они дерутся слишком быстро. Она успевает разглядеть лишь яркие языки пламени, что контрастировали с голубой магией крови.

Слишком далеко. Девушка подкралась на пару десятков метров ближе.

Столп сражался на равне с Высшей Луной. Наносил удары, блокировал ответные и все отказывался стать демоном. А Аказа бесился, кричал что-то о бессмысленности его тренировок, раз Кёджуро умрет.

Умрет? Нет, сегодня Кёджуро не умрет.

Словно сглазила, почти пропустил удар в голову, из-за чего половина лица залита кровью.

Мужчина кинулся за демоном в лес, но через несколько секунд был откинут обратно.

Девушка заслонила лицо от поднявшейся пыли.

Ему тяжело. Опирался на клинок и глубоко дышал, фокусируя взгляд на демоне в чаще.

Сейчас.

Она сорвалась с места, вставая перед мечником. Катану вытянула вперед, а ногу отвела назад.

Ей непростительно стоять в стороне. Не может позволить умереть еще одному человеку от рук этого демона...

А Аказа будто только сейчас заметил девичью фигуру. Хитро прищурил глаза, отводя взгляд от Ренгоку.

– Давно девушки взяли оружие в руки? Отойди в сторону, будь послушной. Мы с твоим товарищем еще не договорили.

– Ты был на Хоккайдо шесть лет назад? – она пропустила просьбу мимо ушей. Дышать от тяжелого взгляда стало труднее.

– Я много где был, давай конкретнее, – он заинтересованно поставил руки в бока, направляясь в ее сторону.

– Наоко, не лезь! – Ренгоку встал на ноги, игнорируя боль в сломанных ребрах.

– Кёджуро, погоди немного. Что-то интересное намечается, – Столп уже был готов к рывку, – Я не сражаюсь с девушками.

– Вторая Высшая Луна...– она все не знала, как объяснить. А как это сделать, если сама почти ничего не поняла? – Клан Ями. Самурайский клан на севере.

– Хм, – он улыбнулся, оголяя белоснежные клыки, – Припоминаю.

– Зачем вы там были? Вас подослали?

– Можно и так сказать, – он рывком оказался около мечницы, вплотную разглядывая черты лица, – Так ты из этих? Уж слишком знакомо выглядишь.

– Не слушай его! – Ренгоку рывком оказался рядом, отрубая протянутую к девичьему лицу руку, а девушку за шиворот откинул назад, – Аказа, я твой противник! Наоко, уходи к Танжиро! Это приказ!

Они снова скрестили оружие. Один — солнечный клинок, а другой — кулаки.

Он не трогает девушек.

Девушка исчезла в темноте ночи на долю секунды, появляясь между мужчинами.

– А ты интересная, – он обвел девушку взглядом, – И аура хорошая. Даже получше тех самураев. Так ты хочешь узнать подробности той ночи?

Голубые глаза смотрели точно в золотые напротив, пока Столп пытался отодвинуть девушку в сторону.

– Наоко, не создавай проблем, – голос был суровый, совсем не тот, которым он обращался к ней раньше. Говорил мужчина над самым ухом, вызывая табун мурашек на бледной коже, – Уйди.

А она не слушала, стояла на своем, хмуря брови и вытягивая клинок вперед. А демон напротив все улыбался.

– Тогда покажи свое мастерство, – он отпрыгнул назад, вставая в стойку, – Я буду аккуратен.

– Где гарантия, что ты расскажешь то, что я прошу? – Ями выскользнула из крепкой хватки старшего товарища, словно растворяясь в воздухе, оказываясь в паре метров от него.

– Ух, так ты владеешь тем Дыханием? Из всего клана только Глава его использовал, но ему не помогло. Какая жалость, – он снова обнажил клыки, – Я воин, поэтому держу свое слово.

– Хорошо, – она направлялась к Высшей Луне, набирая полные легкие воздуха. Почему-то сейчас ей не было страшно.

Крепкая хватка на запястье заставила остановиться. Ее рывком развернули на сто восемьдесят градусов, отчего она чуть не впечаталась в чужую грудь носом.

– Ты что творишь? Помереть вздумала? – Ренгоку очень зол. Это он должен всех защищать. Ему эта защита ни к чему.

– Я творю то, что считаю нужным, – она попыталась вырвать руку из стальной хватки. Теперь он держит крепче, – Отпусти.

– Да черта с два я тебя к нему отправлю, – взгляд пламенных глаз метался от девушки к демону и обратно, но видимо Высшая Луна готова подождать, – Иди к ребятам. Я справлюсь один.

Рядом с ним было невыносимо жарко. Он пылал изнутри так, что, казалось, можно и самой загореться. Запястье начинало покалывать.

– Ренгоку, отпусти, – а она сердится на него. Какая разница умрет она сейчас или через год? – Мне нужно узнать.

– Это не дороже твоей жизни.

– А вот и дороже, я даже до двадцати не доживу, – она снова попыталась вырваться, упираясь второй рукой в широкую грудь, – Мое время почти вышло, какая к черту разница, пойду я или нет?!

– Я съезжу с тобой на Хоккайдо, да куда угодно, только вернись к поезду.

– Нет!

– Эй, вообще-то ваш противник я!

На демона никто не обратил внимание.

– Я прошу тебя, уйди, – взгляд смягчился.

– Ну, как хотите, – Аказа сделал рывок.

Столп оттолкнул девушку в сторону, встречая на этом месте кулак клинком.

– Ты же не сражаешься с девушками.

– Для нее могу сделать исключение, – он зыркнул на блондинку, что подскочила с земли, крепко сжимая катану в руках, и кинулся в ее сторону, – Слишком хочется увидеть это Дыхание в бою снова.

Кёджуро кинулся за ним, отсекая часть руки, что тут же отросла обратно.

Наоко успела выставить катану перед собой, только от силы удара все равно отлетела в сторону. Успела приземлиться  на ноги, проезжая полметра по рыхлой земле.

Демон тут же оказался рядом, игнорируя Столпа. Занес кулак для нового удара. Девушка отскочила, вставая в защитную стойку.

– Поглядите-ка, чего не нападаешь? – он шел в развалку, расставив руки в стороны, – Ты же дочь Главы Клана, верно? Слишком похожи.

А блондинка дышала глубоко, ловя каждое произнесенное демоном слово. Она уступает ему во всем, глупо идти на рожон, логичнее будет держать защиту.

– Знаешь, я ведь его обратил. Силой, конечно, но суть одна. Только вот он оказался не из робкого десятка, сразу же срубил себе голову, – он обернулся к мечнику, – Может тебя тоже обратить силой, Кёджуро?

Голубые глаза широко распахнулись, разглядывая приближающуюся фигуру.

– С чего бы мне тебе верить? – ладонь крепче сжала клинок.

– Ты все же вышла со мной на бой, зная, что намного слабее. Такое я уважаю, поэтому буду с тобой честен.

Аказа резко увернулся от удара. Ренгоку двигался быстрее, чем раньше, пытаясь снести голову демона.

– Отстань от нее, демон! – он злостно наносил удары, создавая ранения, что тут же затягивались.

– Ну так защищай девчонку, Кёджуро, – клыки опасно блеснули, отражая яркое пламя.

Она слилась с ночной мглой, стараясь зайти за спину демона. Нужно лишь подобраться ближе и...

Девушка коротко вскрикнула, когда ее с силой потянули за волосы.

– В прошлый раз ты спряталась лучше, –  хватка разжалась, выпуская блондинку, – Это ведь ты была в том сарае, верно?

Ее закрыли от демона спиной.

– Наоко, уходи, – мужчина будто рычал на нее, огоньки ненависти плясали в глазах, что смотрели точно в глаза Третьей Высшей.

– Вы меня утомили, – он оглянул небо, что скоро должно окрасится рассветными лучами солнца, – Что ж... тогда умрете оба.

Демон снова кинулся вперед, стараясь задеть сначала девушку. Столп отсекал руку снова и снова, пока блондинка вставала с земли, прижимаясь своей спиной к спине Кёджуро.

– Я вспомнила, – уголки губ слегка дрогнули, не время улыбаться.

– Просто не вмешивайся, я справлюсь, – мечник кинулся в бой, игнорируя возмущения со стороны младшей по поводу ранений. Какая ему разница до сломанных ребер, если на нем ответственность за двести жизней?

Боль отошла на второй план благодаря концентрации. Кровь попадала в левый глаз, мешая обзору.

Быстро, насколько это возможно, стерев алую жидкость с лица, он снова ухватился второй рукой за клинок, прокручивая вокруг себя.

Аказа слишком быстро регенирируется. Если бы только можно было его замедлить...

– Вторая ката, – раздалось под левым боком, заставляя на долю секунды опустить взгляд.

Белокурая макушка появилась словно из воздуха.

Нанесла удар по демону, лишь слегка задевая, и снова отскочила в сторону, чтобы не мешать товарищу.

– И это все? – Аказа рассмеялся, залечивая неглубокий порез вдоль живота, – Я ожидал чего-то большего, пусть ты и девчонка.

Она увела клинок в сторону, словно смахивая с него что-то.

– Ничего не заметил? – девушка хитро улыбнулась, прищуривая глаза.

А демон лишь сейчас опустил взгляд на порез, что затягивался подозрительно долго для такой незначительной царапины.

Ренгоку не терял времени зря, пользуясь моментом, пока представитель Высших Лун отвлекся.

Приставил лезвие к самой шее, нанося удар. Послышался слабый хруст. Давил двумя руками, все силы вкладывая в клинок.

Прорезал.

Почти половина шеи была отсечена, когда демон занес кулак для нового удара. Кёджуро не успеет отбить, ему попросту нечем.

Мечник приготовился к боли, уже готовый умереть на этой поляне. Только он не почувствовал удара, лишь что-то теплое, прижимающееся близко к сломанным ребрам.

Она проскочила в самый последний момент. Выставила катану перед самым носом, в надежде, что металл выдержит еще одного удара.

Солнце начало вставать из-за горизонта.

Ногой уперлась в клинок, мысленно прося прощения у Кёджуро за то, что использует его в качестве опоры. Резко вдавила катану в несущийся в ее сторону кулак.

Клинок глубоко вошел в кулак под углом, когда демон занес второй. Мечник схватил демоническую плоть рукой, не давая задеть девушку.

– Да сдохните уже наконец! – он попытался достать рассеченную руку. Застряла. Слишком изогнутый угол.

Задержать его на солнце.

Наоко снова прокрутила клинок, не давая вырвать руку.

Ее с силой толкнули в Столпа, из-за чего тот отпустил руку, а после дернули на себя, отрывая от мечника. Она упала на спину. Еле увернулась от занесенной над головой ноги, выпуская катану из рук.

У Аказы нет времени разбираться с этими двумя. Солнце вставало, из-за чего пришлось в срочном порядке бежать в лесную чащу.

Она дышала глубоко, разглядывая звезды на небе, что понемногу меркли от встающего солнца. Резкое осознание боли заставило зашипеть и схватиться ладонью за пораненное место.

– Наоко! – мужчина подскочил к ней, приземляясь на колени перед блондинкой, – Ты в порядке?

Она не отреагировала на его появление, как и на прикосновение теплой ладони к плечу.

Мечник перевел взгляд на руку девушки. Небольшое кровавое пятно все больше расплывалось по некогда белой рубашке.

Он положил ладонь на девичью, стараясь осторожно убрать ее в сторону.

– Я посмотрю. Позволишь? – голос хрипел.

Она убрала руку, обессилено прикрывая глаза. Дышать. Нужно просто дышать.

Мужчина протер лицо рукавом пиджака, пытаясь убрать попавшую в глаз кровь. Бесполезно. Одним глазом осмотрев место повреждения, он положил свою ладонь на рану.

– Постарайся остановить кровотечение, – он говорил тихо, сил говорить в обычной манере давно не было, – Сфокусируйся на поврежденной артерии.

– Где демон? – а блондинка и не старалась сделать так, как сказал старший.

Столп поднял взгляд, замечая лишь бегущего навстречу Камадо с чужим клинком в руках.

– Мальчик мой, зачем ты встал? Твоя рана может открыться.

– Я... – мальчишка упал на колени перед молодыми людьми, глаза блестели от скопившихся слез, – Я так рад, что все живы...

Девушка вдруг закашлялась. Хрипела, пытаясь вдохнуть больше воздуха. Перевернулась на здоровый бок, сворачиваясь калачиком.

– Концентрация, – тихо напомнил Кёджуро, опуская свободную руку на девичью спину.

– Наоко-сан, – Камадо заметил испачканную ладонь девушки, – Вы ранены?

Ренгоку взглянул на девичье лицо. Бледнеет все больше, но губы расплылись в мягкой улыбке.

– Я... тоже рада, – она снова прикрыла глаза.

– Смотри на меня, – он взял лицо в ладони, снова переворачивая ее на спину, – Найди поврежденный сосуд и останови кровотечение.

Блондинка мутным взглядом вглядывалась в «желтое пятнышко» напротив. Найти сосуд...

– Что?

– Ренгоку-сан, ей нужно сделать перевязку, – юноша кинулся искать какую-нибудь ткань, которая сгодится для бинтов.

Такими темпами девушка не дотянет до прибытия Какуши, до Поместья уж точно, это понимали все присутствующие. Слишком быстро вытекает кровь.

– Там наверное осколок лежал, – она попыталась обернуться, но щеки крепко держали, – На него напоролась...

– Вижу, – он заметил лежавший рядом крупный осколок, что был испачкан кровью.

– Зато я вспомнила новую кату, – она расплылась в улыбке, жмуря глаза от вышедшего солнца. Тело пробила крупная дрожь, отчего зубы начали стучать друг об друга, – Холодно..

Мечник без слов снял хаори и накрыл им девушку.

– Зачем полезла в самый разгар битвы? – он игнорировал нарастающую боль в ребрах, чувство вины ее перекрывало. Ранения всех людей здесь по его вине. Он не смог защитить всех.

– Он бы Вас убил, – слова эхом отозвались в голове. Так его еще не оскорбляли, – А так он отвлекся на меня. Хоть и ненадолго.

Она куталась в белую ткань, стараясь согреться.

– Но Вы отлично справились, – она прикрыла глаза. Спать хотелось до ужаса. Но ее легонько толкнули в бок, не давая это сделать.

– Какуши уже здесь, – он помахал рукой людям в черной форме.