8
Офис Григория находился не в сверкающем небоскребе «Москва-Сити», как ожидала Каролина, а в приземистом, отреставрированном здании бывшего завода на территории промзоны. Снаружи — глухой бетонный забор и колючая проволока, внутри — торжество стиля лофт, хай-тека и безупречной безопасности.
Когда внедорожник въехал на территорию, Каролина заметила, что количество охраны здесь утроилось. Мужчины с короткой стрижкой и внимательными взглядами провожали машину, касаясь гарнитур. Здесь Григорий был не просто бизнесменом — он был королем своей личной армии.
— На выход, — коротко бросил он.
Они поднялись на последний этаж на отдельном лифте. Офис встретил их тишиной и запахом дорогого кофе. Стены из темного кирпича, панорамные окна, выходящие на серую промзону, и массивная мебель из черного металла и дерева.
В переговорной их уже ждали трое. При виде Григория они синхронно встали. Это не были типичные клерки: один — седой, с лицом, изрезанным морщинами и старым шрамом через всю щеку; второй — молодой, спортивного телосложения, с бегающими глазами; третий — мужчина средних лет в дорогом костюме, который выглядел наиболее «легальным» из всех.
— Знакомьтесь, — Григорий прошел к главе стола, небрежно бросив телефон на поверхность. — Моя невеста, Каролина Юрьевна Кравцова. Она будет представлять юридические интересы своего отца в этой сделке. И её слово имеет вес.
Седой мужчина, которого Григорий представил как Хмурого, окинул Каролину оценивающим, тяжелым взглядом.
— Красивая кукла, Грэг. Но уверена ли она, что хочет лезть в эти дебри? Здесь пахнет не духами, а порохом и тюрьмой.
Каролина почувствовала, как внутри всё напряглось, но она вспомнила слова отца: «Веди себя достойно». Она медленно положила папку на стол и села в кресло, изящно скрестив ноги.
— Господин Хмурый, кажется? — её голос звучал ровно и холодно. — Если бы меня интересовали запахи, я бы открыла парфюмерный бутик. Но меня интересует сохранность активов семьи Кравцовых. И если вы считаете, что схема, которую вы набросали в этом черновике, безопасна, то у меня плохие новости для вашего юриста. Она дырявая, как рыболовная сеть.
В комнате воцарилась мертвая тишина. Григорий замер с чашкой кофе у губ, в его зеленых глазах промелькнула искра — то ли гнева, то ли восхищения.
— О чем это она? — рыкнул Хмурый, глядя на Григория.
— О том, — Каролина открыла папку на нужной странице, — что использование компании «Стил-Трейд» как основного хаба для перевода средств — это прямой путь под прицел финансового мониторинга. Эта фирма уже светилась в деле о обналичке три года назад. Если мы прогоним через неё пять миллиардов отца, через два дня к нам придут из ФСБ.
Молодой парень с бегающими глазами побледнел. Мужчина в костюме — главный юрист Ляхова — начал судорожно перелистывать свои бумаги.
Григорий медленно поставил чашку на стол. Он смотрел на Каролину так, словно видел её впервые.
— Продолжай, Каролина Юрьевна, — тихо произнес он.
Она чувствовала на себе взгляды этих опасных людей, но страх уступил место азарту. Весь следующий час она методично разносила их схему, указывая на юридические ловушки и предлагая более изощренные, чистые пути легализации. Она говорила на их языке — языке цифр и рисков, — но с изяществом, которого им не хватало.
Когда она закончила, в переговорной повисла пауза. Юрист Ляхова кивнул, признавая поражение.
— Она права. Мы не учли последние поправки в банковском законодательстве. Схема со «Стил-Трейд» действительно под ударом.
Григорий встал. Его присутствие заполнило комнату.
— Слышали? Переделывайте. С учетом всех замечаний Каролины. К вечеру мне нужен новый вариант.
Хмурый поднялся, всё еще с недоверием глядя на девушку.
— Зубастая принцесса тебе досталась, Грэг. Смотри, как бы она не перекусила тебе горло, пока ты спишь.
— Я умею приручать хищников, Хмурый, — отрезал Григорий. — Свободны.
Когда дверь за мужчинами закрылась, Григорий подошел к окну. Он долго молчал, глядя на город. Каролина собирала бумаги, стараясь не выказывать своего волнения.
— Ты превзошла мои ожидания, Лина, — сказал он, не оборачиваясь.
— Я просто делаю свою работу. Чтобы мой отец остался жив.
— Ты сделала больше. Ты заставила этих волков замолчать. Хмурый не уважает никого, кроме силы, но сегодня он увидел силу в тебе.
Григорий обернулся. В его взгляде больше не было того ледяного безразличия, что утром. Он подошел к ней вплотную, упираясь руками в стол по обе стороны от её кресла, снова заключая её в своеобразную ловушку.
— Ты играешь с огнем, Каролина. Теперь они знают, что ты не просто декорация. Теперь ты часть игры. И если что-то пойдет не так, они спросят с тебя так же жестко, как с меня. Тебе не страшно?
— Мне было страшно, когда я переезжала в твой дом, — честно ответила она, глядя в его зеленые глаза. — Сейчас я просто хочу довести дело до конца.
Григорий наклонился ниже. Его лицо было в сантиметрах от её лица.
— Умная, красивая и бесстрашная. Опасное сочетание.
Он вдруг протянул руку и медленно провел большим пальцем по её нижней губе, напоминая о вчерашнем поцелуе.
— Знаешь, Лина… иногда мне кажется, что наш фиктивный брак — это самое настоящее, что случалось со мной за долгое время. Но помни: в этом мире нельзя доверять никому. Даже мне.
Он отстранился, его лицо снова стало маской.
— Идем. У нас еще одна встреча. С твоим отцом. И я хочу, чтобы ты посмотрела ему в глаза, когда мы будем подписывать финальные документы.
Каролина встала, поправляя пиджак. Она чувствовала, как грань между «жертвой» и «партнером» окончательно стерлась. Она входила в логово зверя не как добыча, а как равная. И это пугало её сильнее всего на свете.
Продолжение следует...