6
Тишина в салоне бронированного внедорожника была почти осязаемой, тяжелой, как свинец. Григорий молчал весь путь от особняка до своего поместья, лишь изредка отдавая короткие, резкие команды по телефону. Его голос, холодный и лишенный эмоций, когда он говорил о Соколове («Найдите его. Мне плевать, где он будет прятаться»), заставлял Каролину внутренне содрогаться.
Когда машина остановилась у крыльца, Григорий вышел первым, даже не взглянув на неё. Каролина выбралась сама, чувствуя, как тяжелые бриллианты на шее теперь действительно тянут вниз, словно могильная плита.
Она вошла в дом следом за ним. Григорий направился прямиком в свой кабинет на первом этаже, на ходу сбрасывая пиджак и расстегивая манжеты рубашки. Каролина, вместо того чтобы уйти к себе, замерла в дверях его кабинета. Ей нужно было знать. Слова Соколова о «предыдущей пассии» занозой сидели в её голове.
Григорий подошел к бару, плеснул себе виски и выпил залпом, даже не добавив льда. Его спина, обтянутая тонким шелком рубашки, была напряжена до предела.
— Кто она была? — тихо спросила Каролина, нарушая тишину.
Григорий замер. Его рука, державшая пустой стакан, едва заметно дрогнула. Он медленно повернулся к ней. В полумраке кабинета его зеленые глаза казались почти черными, а лицо — высеченным из камня.
— Иди спать, Каролина. Сегодня был длинный вечер, — его голос звучал предупреждающе низко.
— Соколов сказал, что я должна знать, что с ней случилось. Что это за история, Григорий? Почему люди смотрят на меня с такой смесью жалости и ужаса, когда думают, что я не вижу?
Ляхов поставил стакан на стол с таким стуком, что Каролина вздрогнула. Он двинулся к ней — медленно, по-кошачьи, сокращая расстояние с той самой хищной грацией, которая всегда пугала её.
— Ты действительно хочешь знать правду? — он остановился в шаге от неё, и от него пахло алкоголем и опасностью. — Её звали Елена. Она была из «вашего» мира. Дочь чиновника, красивая, изящная… почти как ты. Она думала, что жизнь со мной — это захватывающий боевик.
Он протянул руку и схватил Каролину за локоть, не больно, но властно, притягивая ближе.
— Она решила поиграть за моей спиной. Передала информацию моим конкурентам, думая, что сможет купить себе свободу. Она не понимала, что в моём мире за предательство платят не деньгами.
— И что ты сделал? — прошептала Каролина, боясь услышать ответ.
Григорий наклонился к её лицу, так близко, что его дыхание коснулось её губ.
— Я не успел ничего сделать. Мои враги использовали её, а потом выбросили. Её нашли на пустыре через неделю после того, как она исчезла. Соколов прав — я не смог её защитить, потому что она сама открыла дверь волкам.
Он отпустил её локоть и вдруг резко потянулся к её шее. Его пальцы коснулись бриллиантового колье.
— Ты боишься, что с тобой случится то же самое? — прошипел он. — Что я не уберегу тебя или что ты сама окажешься такой же глупой?
Каролина почувствовала, как по щеке потекла слеза. Не от страха за свою жизнь, а от той бездны боли и ярости, которую она увидела в его взгляде. За этой маской бандита скрывался человек, который однажды уже потерял всё.
— Я не она, Григорий, — твердо произнесла она, глядя ему прямо в глаза.
Ляхов вдруг замер. Его взгляд смягчился на долю секунды, а пальцы, всё еще лежавшие на колье, переместились на её шею, поглаживая пульсирующую вену.
— Да. Ты не она, — его голос стал хриплым. — У тебя глаза человека, который готов драться.
Он вдруг резко дернул её на себя, сокращая последние сантиметры. Каролина ожидала гнева, крика, чего угодно, но не того, что произошло дальше. Григорий впился в её губы поцелуем — жестким, требовательным, со вкусом виски и отчаяния. Это не было похоже на те нежные прикосновения, что он демонстрировал в зале. Это была борьба.
Каролина попыталась оттолкнуть его, но его руки сомкнулись на её талии, прижимая к столу. На мгновение она забыла, кто он и как они здесь оказались. В этом поцелуе было слишком много правды, которую они оба пытались скрыть за фиктивным браком.
Григорий отстранился так же резко, как и начал. Он тяжело дышал, глядя на её припухшие губы и растрепанные волосы. В его глазах полыхало зеленое пламя, но он взял себя в руки.
— Сними это, — он указал на колье. — И уходи в свою комнату. Если останешься здесь еще на минуту… я не гарантирую, что завтра ты сможешь смотреть мне в глаза.
Каролина, дрожащими руками расстегнув замок, бросила бриллианты на стол. Она развернулась и почти выбежала из кабинета.
Уже в своей спальне, прижавшись спиной к двери, она почувствовала, как колотится её сердце. Она узнала тайну Григория Ляхова. Он был не просто преступником. Он был раненым зверем, который поклялся больше никогда не подпускать никого близко.
И самое страшное было в том, что Каролина, вопреки здравому смыслу, начала чувствовать к нему не только ненависть.
Продолжение следует...