Лихорадочные сны
Санни вернулась в комнату с таблетками и стаканом воды. Луна лежал на её кровати, свернувшись калачиком, и тихо постанывал во сне. Колпак съехал набок, пижама со звёздами промокла насквозь и прилипла к телу.
- Боже, ты ещё и не переоделся, - вздохнула она.
Она поставила воду на тумбочку, нашла в шкафу своё запасное одеяло (тёплое, оранжевое, с рисунком солнца) и аккуратно накрыла Луну. Потом замялась.
- Чёрт, а пижаму?.. - пробормотала она. - Ладно, потом.
Она дала ему таблетки - пришлось поднимать голову и вливать в рот почти силой. Луна скривился, но проглотил.
- Ты как ребёнок, честное слово, - фыркнула Санни, но без злости.
Она села на пол рядом с кроватью, прислонилась спиной к тумбочке и уставилась в потолок. За окном уже давно была ночь. Пиццерия молчала. Только вентиляция тихо гудела где-то в стенах.
- Слушай, Луна, - тихо сказала она. - Ты, конечно, странный. Но я... я рада, что ты не сдох там, в реке.
Луна дёрнулся во сне, что-то пробормотал.
- Мама... - прошептал он. - Бабушка... не уходи...
Санни замерла. Она смотрела на его лицо - бледное, с острыми чертами, с тёмными кругами под глазами. Он был совсем не страшным сейчас. Просто уставшим. Просто сломанным.
- Всё хорошо, - тихо сказала она. - Ты не один. Я здесь.
Она взяла его за руку. Холодную, металлическую, но - дрожащую.
И сидела так до самого утра.
---
Утром Луна проснулся первым.
Он открыл глаза и долго не мог понять, где находится. Потом увидел Санни - она спала на полу, положив голову на край кровати, и всё ещё держала его за руку.
Он осторожно выдернул пальцы.
- Дурында, - прошептал он. - Пол холодный. Простынешь.
Он попытался встать, но голова закружилась, и он снова упал на подушку.
- Чёрт...
- Ага, - открыла глаза Санни. - Чёрт. Лежи.
- Как ты узнала, что я... проснулся?
- Ты завозился. И руку отдёрнул.
Луна отвернулся к стене.
- Спасибо, - сказал он глухо.
- Не слышу, - прищурилась Санни.
- Спасибо, - повторил он громче.
- То-то же.
Она встала, размяла шею и потянулась.
- Так, сейчас я принесу тебе что-нибудь поесть и сухую одежду. А ты будешь лежать и поправляться. Понял?
- Понял, - буркнул Луна.
Санни вышла. А он остался лежать, глядя на дверь, и впервые за долгое время у него не было желания улететь в темноту.
Он хотел остаться.
---
Санни пришла через полчаса с подносом: горячий суп, хлеб, чай с мёдом и странная мягкая пижама в красно-белую полоску (она стащила её у Фредди, тот всё равно не носил).
- На вот, переоденься, - она бросила пижаму на кровать и отвернулась к стене.
- Ты... отвернись, - попросил Луна.
- Я уже отвернулась.
- Ещё больше.
- Боже, какой ты стеснительный, - засмеялась Санни.
Когда шуршание закончилось, она повернулась. Луна сидел, поджав колени к подбородку, в полосатой пижаме. Колпак он надел обратно - криво, но старательно.
- Смешно выглядишь, - сказала Санни.
- Сам такой, - ответил Луна.
Она села рядом и протянула ему ложку.
- Ешь. И не спорь.
Луна взял ложку, но не стал есть.
- Санни... - начал он.
- М?
- А если бы ты не умела плавать?
- Не парься, я умею, - отмахнулась она.
- Нет, серьёзно... - он посмотрел ей в глаза. - Что тогда?
- Тогда я бы прыгнула в любом случае, - просто ответила Санни. - И мы утонули бы вместе. Весёлая была бы новость: "Двое идиотов утонули в реке, потому что один не умел плавать, а вторая не умела, но прыгнула".
Луна сглотнул. Отвёл взгляд.
- Странная ты, - прошептал он.
- Уже говорил. И я знаю, - она ткнула его в плечо. - А теперь ешь, пока суп не остыл.
Луна подчинился.