Вкус Мяты или Клубники?
Санни бежала сломя голову. Через минут двадцать она добежала — ресторан оказался недалеко. Она вошла внутрь и замерла на пороге.
На стенах висели пластинки от граммофона, создавая красивый чёрный узор. А поверх столов — скатерти, углаженные так ровно, что напоминали морскую гладь. За четвёртым столиком сидел Луна.
— Приветик, Луна! — выдохнула Санни, подходя.
— Привет, — он кивнул на стул напротив. — Садись. Что-то случилось? К чему эта встреча?
— Просто позвала, не более, — Санни ухмыльнулась. — А ты что подумал?
Луна хотел что-то возразить, но тут подошёл официант.
— Вот ваше меню, — он положил две папки на стол. — Ознакомьтесь. Как будете готовы — позовите, я рядом.
— О, Луна, смотри! — Санни ткнула пальцем в меню. — Тут есть краб в соусе беарнез!
— Заказывай что хочешь, — махнул рукой Луна. — Я оплачу.
— Откуда деньги? — удивилась Санни.
— Я подменяю пиццерию после закрытия как охранник, — объяснил он. — За это мне дают деньги.
— Понятно, — кивнула она.
Через полчаса всё принесли. Луна ничего не заказывал — только взял воду и сидел, наблюдая, как Санни с аппетитом уплетает краба.
После трапезы они отправились на речку, которая была неподалёку. Сидели на пристани, свесив ноги, болтали обо всём подряд. Всё было хорошо.
До одного момента.
Луна вдруг отпустил руки от пристани — они сидели на самом краю — и в следующую секунду с громким всплеском упал в воду.
Санни замерла на мгновение, а потом до неё дошло: Луна не умеет плавать.
Он сам говорил об этом дня два назад: "Не предпочитаю плавать. Это сложно. И никогда не пригодится".
А сейчас тонул.
Санни рванула с места и нырнула за ним. Она занималась плаванием несколько лет — тело сработало на автомате.
Она вытащила его на берег. Луна не приходил в себя.
— Эй! Луна! Очнись! — кричала она, тряся его за плечи.
Ни души вокруг. Связи нет. Телефон не ловил.
— Блять! — выдохнула она.
И тут вспомнила. В университете их учили искусственному дыханию. Слава богу, она помнила.
Она сделала вдох, наклонилась…
И почувствовала приятный запах мяты.
---
—Луна—
— Да вот так бывает, — подумал я за секунду до того, как отпустить руки.
А потом — холод. Вода везде. Я пытался выплыть, дёргался, но тело не слушалось. Несколько отчаянных движений — и всё. Я погружаюсь на дно. В глазах мутнеет…
А потом резко — я оказываюсь в доме родителей.
Я маленький. Всё вокруг просторное, в белых тонах. Навстречу идёт мама.
— Эй, сынок, иди уже кушай! Там всё готово.
Я иду. На кухне за столом сидит бабушка. Она же умерла у меня на глазах в госпитале… А рядом — отец. Тот, кого я ненавижу больше всего. Он всегда пил, не работал. Мама пахала день и ночь.
На столе — блинчики и банка малинового джема. Моего любимого.
Я сел и начал есть.
Мама подошла, села рядом. И вдруг все — мама, бабушка, отец — уставились на меня и закричали:
— Эй, Луна! Очнись!
Во рту резко появился запах клубники. Странно… это же малиновый джем.
Я открываю глаза.
Лежу в кровати. В комнате Санни. Её нет. Пытаюсь вспомнить, что было — не помню. Сколько времени прошло — непонятно. Пытаюсь встать — ноги не слушаются. Голова трещит. Жарко. Очень жарко.
И темнота.
---
—Санни—
Как только появилась связь, я сразу вызвала скорую. Луну откачали, довезли до пиццерии. Врачи сказали: с ним всё хорошо, но он сильно простудился. Велели следить.
Я позвонила Фредди — попросила помочь донести. Он спокойно донёс Луну до моей комнаты и заодно сказал, что Грегори нашли. Он просто прятался. И почему-то чего-то боялся.
Я кое-как донесла Луну до кровати, сгрузила его и хотела выйти за таблетками. Но на пороге обернулась.
Волосы у него разметались по подушке, больше не закрывали лоб. И ему это очень шло.
Я подошла, аккуратно потрепала его по волосам. Улыбнулась.
И вышла.