Печать алого сердца

Через два часа Т/и пришла в общий зал, тихо закрыв за собой тяжёлую дверь. Та глухо ударилась о раму, и звук разнёсся под высоким потолком, смешавшись с гулом голосов.

Внутри уже собрались студенты.

Зал был просторный, с длинными рядами скамеек и балконом наверху. Высокие окна пропускали холодный вечерний свет, который ложился на пол бледными пятнами. Где-то под потолком скрипнули балки, от ветра едва заметно дрогнули занавеси.

Воздух был тёплым от количества людей, но всё ещё чувствовалась осенняя прохлада, тянущая от каменных стен.

Т/и прошла вдоль стены, почти не задевая никого плечом, хотя вокруг постоянно кто-то двигался — кто-то оборачивался, кто-то отступал, кто-то, наоборот, замедлялся, чтобы посмотреть.

— Это она… — тихо прошептала девушка в стороне, наклонившись к подруге.

— Да, та самая…

Т/и не реагировала.

Она встала в конце зала, скрестив руки на груди. Пальцы легли на локти, слегка сжимая ткань, плечи чуть напряжены, но внешне — спокойно.

Взгляд направлен вперёд.

На сцену.

На ней уже стояла директор — Маргарита Раур.

Женщина средних лет, с ровной осанкой и холодным, собранным выражением лица. Её руки были сложены за спиной, подбородок слегка приподнят. Она не двигалась лишний раз — только взгляд скользил по залу, оценивая, отмечая.

Когда шум стал чуть тише, она сделала шаг вперёд.

Каблук чётко ударил о пол.

— Студенты, добрый вечер, — начала она громко, её голос легко перекрыл гул, заставляя его постепенно стихнуть.

Кто-то ещё шептался, но уже тише, оглядываясь.

Маргарита слегка повела плечом, будто стряхивая остатки шума, и продолжила:

— Все мы помним, что послезавтра у нас будет соревнование.

В зале прошёл лёгкий ропот.

Кто-то тихо выдохнул, кто-то скрестил руки, кто-то, наоборот, выпрямился, напрягшись.

— Снова… — пробормотал парень слева, потирая шею.

— В прошлый раз нас размазали… — ответили ему шёпотом.

Т/и стояла неподвижно.

Только пальцы на её рукаве чуть сильнее сжались.

Маргарита сделала паузу, давая словам осесть.

Её взгляд скользнул по залу, на секунду задержался на группе студентов у центра, затем переместился дальше.

— Завтра с утра к нам приедут Неверморцы, — она чуть склонила голову вбок, как будто пробуя это слово на вкус.

В зале сразу стало тише.

Реакция была заметной.

Кто-то перестал двигаться.

Кто-то резко обернулся к соседу.

— Серьёзно?.. — шёпот справа.

— Невермор?..

— Мы не потянем…

Т/и едва заметно нахмурилась.

Взгляд чуть потемнел.

Маргарита продолжила, не повышая голос, но делая каждое слово чётким:

— Так как они сильнее, — она сделала короткую паузу, давая залу отреагировать, — сейчас мы выберем трёх.

Она слегка повернулась, и в этот момент к ней подошла Оливия, держа в руках лист. Бумага тихо зашуршала, когда она протянула её.

— Список, — негромко сказала Оливия.

Маргарита кивнула, взяла его, пальцы быстро пробежались по краю, выравнивая.

Её взгляд опустился на строчки.

Глаза двигались быстро, цепко.

В зале кто-то перестал дышать.

Кто-то, наоборот, начал нервно постукивать пальцами по скамье.

— Маркус Блэк, — произнесла она, поднимая голову.

В центре зала парень резко выпрямился, поднял руку.

— Здесь, — коротко сказал он, кивнув.

Его друзья рядом зашевелились.

— Давай, Маркус…

Маргарита слегка кивнула.

— Теодор Хейс.

— Да, — сразу отозвался другой парень, подняв руку, чуть откинув назад волосы. Его плечи были напряжены, но он старался держаться уверенно.

Маргарита снова кивнула, отметив что-то в списке взглядом.

Пауза.

Лёгкая.

Но ощутимая.

Она подняла глаза.

— И, наконец… — её голос стал чуть медленнее.

Несколько человек в зале напряглись.

Кто-то тихо выдохнул:

— Только не я…

Маргарита посмотрела прямо вглубь зала.

— Т/и Т/ф, — она чуть сузила глаза, — так как ты самая сильная.

На секунду тишина стала почти полной.

Кто-то обернулся.

Кто-то сразу посмотрел назад.

Т/и медленно подняла руку.

Не спеша.

Чуть качнув головой.

— Я, — коротко сказала она.

Несколько студентов переглянулись.

— Конечно…

— Кто бы сомневался…

Маргарита кивнула.

Её взгляд задержался на Т/и на долю секунды дольше, чем на остальных.

Оценка.

Интерес.

— Хорошо, — спокойно сказала она, складывая лист. — Послезавтра в главном дворе будьте готовы к любым выпадам.

Она слегка подалась вперёд.

— Это не тренировка.

Пауза.

— Это проверка.

Её взгляд снова нашёл Т/и.

Чуть дольше.

— Все свободны.

Она отступила назад.

Сцена снова стала просто возвышением.

Зал ожил почти сразу.

Шёпоты, шаги, движение.

— Чёрт…

— Невермор…

— Нам конец…

— Может, не всё так плохо…

— Ты видел, как она его сегодня?.. — кто-то кивнул в сторону Т/и.

Т/и уже развернулась.

Не дожидаясь.

Она пошла к выходу, легко обходя людей, не задевая, но заставляя их невольно расступаться.

Плечи ровные.

Шаги уверенные.

Она вышла одной из первых.

Дверь снова глухо закрылась за её спиной.

Снаружи было холоднее.

Воздух сразу ударил в лицо.

Т/и остановилась на веранде.

Деревянные доски под ногами тихо скрипнули. Она подошла ближе к перилам, положила на них руки, пальцы чуть сжали холодное дерево.

Во дворе стоял фонтан.
Вода тихо текла, отражая тусклый свет фонарей. Ветер проходил по поверхности, разбивая отражение. Лист упал в воду, круги разошлись в стороны. Т/и смотрела.

— Невермор… — прошептала она, едва слышно.

Пальцы на перилах чуть сжались сильнее. Взгляд стал более сосредоточенным.

— Что-то знакомое… — добавила она тише, будто пытаясь ухватить ускользающую мысль.

Ветер прошёлся сильнее.
Вода в фонтане дрогнула и  на секунду её отражение в ней исказилось. Она продолжала смотреть на воду. Круги от упавшего листа уже исчезли, поверхность снова стала ровной, но отражение всё ещё дрожало — от ветра, от лёгкой ряби.

Т/и нахмурилась чуть сильнее.

Между бровями легла тонкая тень, взгляд стал более сосредоточенным, будто она пыталась разглядеть что-то внутри себя, а не перед глазами.

Пальцы на перилах медленно разжались, прохладное дерево скользнуло под кожей, затем снова сжались — уже сильнее, костяшки едва заметно побелели, будто она пыталась удержать мысль, которая ускользала.

Ветер прошёлся по веранде, зашуршал листвой во дворе, качнул воду в фонтане.

— Невермор… — повторила она тише, почти беззвучно, губы едва шевельнулись.

Слово растворилось в воздухе.

За спиной послышались шаги.

Сначала — приглушённые, за дверью.

Потом ближе.

Доски тихо скрипнули.

Но она не обернулась сразу.

Сначала выпрямилась.

Плечи чуть расправились, подбородок поднялся на долю выше.

И только потом медленно повернула голову.

— Не холодно?

Голос был спокойный.

Без давления.

Маркус вышел на веранду, прикрыв за собой дверь плечом — та глухо стукнула, на секунду перекрыв шум ветра. Он сунул одну руку глубже в карман, другой подтянул ворот куртки выше, прикрывая шею от холода.

На секунду остановился.

Оглядел двор.

Фонтан.

Пустые дорожки.

И только потом перевёл взгляд на неё.

Т/и снова отвернулась к фонтану.

Слишком быстро.

— Нет.

Ответ короткий.

Ровный.

Маркус хмыкнул тихо, уголок губ едва дёрнулся, и он сделал шаг вперёд. Его шаги были тяжелее, доски под ним отзывались громче, с протяжным скрипом.

Он встал рядом, но не вплотную.

Оперся локтями на перила, чуть наклонился вперёд, глядя вниз на воду.

— Врёшь, — сказал он без насмешки, спокойно, будто просто озвучил очевидное.

Т/и не ответила.

Её взгляд скользнул по поверхности воды, где отражение фонаря дрожало от ветра.

Ветер прошёлся между ними, растрепал волосы, заставил ткань курток зашуршать, холод коснулся щёк.

Маркус покосился на неё.

Задержал взгляд.

— Ты слышала про Невермор раньше? — спросил он, чуть нахмурившись, как будто сам не был до конца уверен в том, что спрашивает.

Т/и медленно кивнула.

Едва заметно.

Движение почти неуловимое.

— Может быть.

Маркус повернул голову полностью, теперь уже прямо на неё.

Брови чуть сдвинулись.

— Может быть?.. — переспросил он. — Либо да, либо нет.

Т/и выдохнула.

Глубже.

Пар вышел изо рта и тут же растворился в холодном воздухе.

Она провела языком по губам, на секунду сжала их.

— Я не помню, — сказала она, тихо, но чётко. — Но… звучит знакомо.

Маркус провёл языком по внутренней стороне щеки, задумчиво сдвинув челюсть в сторону.

— Говорят, они… другие, — он пожал плечом, чуть скосив взгляд вниз. — Быстрее. Жёстче.

Он перевёл взгляд на фонтан, наблюдая, как капли воды разбиваются о поверхность.

— Без тормозов.

Т/и тихо усмехнулась.

Звук был короткий.

Почти пустой.

— Тогда это честно.

Маркус посмотрел на неё.

Прищурился.

— В каком смысле?

Она чуть повернула голову, глядя на него краем глаза. Взгляд скользнул, задержался на секунду и снова ушёл.

— Без тормозов — это проще, — спокойно сказала она. — Не нужно думать.

Маркус задержал на ней взгляд.

Дольше, чем обычно.

Будто пытался понять, шутит она или нет.

— Ты правда так думаешь? — спросил он тише.

Т/и снова отвернулась.

Плечи чуть напряглись, как будто она закрылась от этого вопроса.

— Я так живу, — ответила она.

Тишина.

Только звук воды.

И ветер.

Маркус выпрямился, потер затылок ладонью, сдвинул капюшон чуть назад, затем снова посмотрел на неё.

На этот раз — внимательнее.

— Слушай… — начал он, чуть неловко, слова давались не сразу, — если что… мы всё-таки команда.

Он пожал плечами, будто сам не был уверен, зачем это говорит.

Т/и не сразу ответила.

Её пальцы медленно отпустили перила и почти машинально поднялись к груди.

К подвеске.

Она коснулась её.

Провела большим пальцем по холодному металлу, задержалась на крае.

— Команда… — тихо повторила она.

Слово прозвучало непривычно.

Чуждо.

Она чуть покачала головой, едва заметно.

— Послезавтра каждый будет сам за себя, — сказала она.

Маркус нахмурился, плечи чуть напряглись.

— Не обязательно.

Она посмотрела на него.

Прямо.

Без уклонения.

— Возможно, — спокойно ответила она. — Но так проще.

Пауза повисла между ними.

Тяжёлая.

Маркус выдохнул, отвёл взгляд, сильнее опёрся на перила, пальцы сжали дерево.

— Ладно… — пробормотал он. — Посмотрим.

Он оттолкнулся от перил, выпрямился, поправил куртку, на секунду задержался.

— Не опоздай послезавтра, — добавил он уже обычным тоном, чуть живее. — Я не хочу тащить всё на себе.

Т/и едва заметно кивнула.

— Не придётся.

Маркус задержался на секунду.

Словно хотел что-то ещё сказать.

Губы приоткрылись.

Но он передумал.

Кивнул сам себе и развернулся.

Шаги снова заскрипели по доскам.

Дверь открылась.

Холодный воздух на секунду ворвался внутрь.

И закрылась.

Т/и осталась одна.

Она медленно опустила взгляд на воду.

Фонтан продолжал шуметь, равномерно, почти убаюкивающе.

Пальцы снова нашли подвеску.

Она резко выдохнула и отвернулась.

Шаги были тихими, когда она направилась обратно к двери.

Рука легла на холодную ручку.

Она открыла её, на секунду задержавшись на пороге и  вошла внутрь.

Дверь за её спиной закрылась мягче, чем в прошлый раз — Т/и удержала её рукой, не давая громко хлопнуть. Щелчок замка прозвучал приглушённо, и шум веранды окончательно остался снаружи.

Внутри коридора было теплее.

Но не уютнее.

Жёлтый свет ламп тянулся длинной полосой по каменному полу, отбрасывая вытянутые тени. Где-то впереди слышались голоса — приглушённые, сдержанные, с редкими всплесками смеха.

Т/и пошла вперёд.

Шаги эхом отдавались в пустоте между стенами. Она держалась ближе к краю, почти скользя вдоль стены, пальцы иногда едва касались холодного камня, будто проверяя, что он здесь, что всё реально.

Из-за угла показались двое студентов.

Они разговаривали вполголоса, но, заметив её, сразу замолчали. Один чуть толкнул другого локтем.

— Т/и… — шёпотом.

— Тихо ты…

Они расступились, давая ей пройти.

Она прошла мимо, даже не взглянув.

Только уголок её взгляда на секунду задел их — достаточно, чтобы они сразу отвернулись.

— Она сегодня его одним движением… — донеслось ей в спину.

— Я видел…

Голоса быстро стихли.

Т/и не замедлилась. Просто шла дальше.

Коридор стал тише.
Почти пустым. Она остановилась. Неожиданно для самой себя.

Прямо перед окном.
Стекло было холодным, слегка запотевшим по краям. За ним — тот же двор, фонтан, оголённые деревья, свет фонарей.

Т/и подошла ближе.

Ладонь легла на стекло.

Холод сразу прошёл по коже.

Она не убрала руку.

Смотрела.

В отражении на секунду наложились два мира — двор снаружи и её собственное лицо.

Подвеска едва заметно покачивалась на груди.

Т/и опустила взгляд.

Пальцы снова коснулись её.

Провели по шестерёнкам.

Тихий металлический звук.

— Айзек… — едва слышно.

Она закрыла глаза на секунду.

Когда она открыла их — взгляд снова стал холоднее.

Она убрала руку от стекла.
Развернулась и  пошла дальше.

Комната встретила её той же тишиной.

Она вошла, не включая свет, закрыла дверь, на этот раз не удерживая — та тихо, но ощутимо стукнула.

Т/и остановилась у кровати.

Секунду стояла.

Потом резко сняла куртку, бросила её на стул. Ткань соскользнула, повисла неровно, рукав почти коснулся пола.

Она провела руками по лицу.
Дыхание стало глубже.

— Невермор… — тихо повторила она, глядя в пол.

Память не откликалась.

Но внутри что-то цепляло.

Как заноза.

Она прошла к столу, опёрлась на него руками, наклонившись вперёд. Голова чуть опустилась, пряди волос упали на лицо, закрывая глаза.

— Где я это слышала?.. — прошептала она, сжав край стола пальцами.

Тишина.

Ответа не было.

Только её дыхание и  слабый стук ветки о стекло.

Т/и резко выпрямилась.

Глаза чуть расширились.

Она повернула голову к окну.

На секунду показалось, будто там кто-то есть, но за стеклом — только темнота и редкие блики света.

Она выдохнула. Слабо качнула головой.

— Соберись… — тихо сказала себе.

Голос был жёстче.

Она отошла от стола, провела рукой по волосам, убирая их назад.

Взгляд снова стал ровным.

Закрытым.

Она подошла к кровати и села, затем медленно опустилась назад, уставившись в потолок.

Подвеска легла на грудь.
Тихо. Едва ощутимо.
Пальцы снова нашли её.

Сжали и  на этот раз —чуть сильнее, как якорь.

За окном ветер усилился.