глава 23
—Ты слышала? — прошептала я.
—Слышала, — ответила Билли.
—Ты пойдёшь сегодня к моим родителям на ужин? — спросила я.
—А ты как думаешь? — она взяла моё лицо в ладони, — я пойду с тобой куда угодно. Даже если там будет твой отец с ружьём.
—Дома у него нет ружья, — я улыбнулась.
—Тогда тем более.
Мы вышли из-за угла. Мэгги и Патрик стояли на крыльце и увидели нас.
—Всё слышали? — спросила Мэгги.
—Да, — я кивнула.
—Он старается, — сказал Патрик, — дай ему шанс.
—Я уже даю, — ответила я.
Весь день я ходила сама не своя. Мы с Билли сидели на качелях под дубом, качались и молчали. Я думала о вечере. О том, как зайду в свой дом не одна, а с ней, и сможет ли Билли почувствовать себя там комфортно.
—Боишься? — спросила она, будто прочитала мои мысли.
—Очень, — призналась я.
—Я тоже, — она взяла меня за руку.
К вечеру я надела простое льняное платье Билли, которое она достала из своего шкафа и заставила меня померить. Айлиш посмотрела на меня и присвистнула.
—Ты уверена, что мы идём к моей семье, а не на красную дорожку? — спросила я, оглядывая себя в зеркале,
—Заткнись, — сказала Билли, — ты потрясна.
Мы пошли пешком. Дорога до моего дома заняла минут двадцать. Я держала Билли за руку и чувствовала, как её ладонь потеет. Или моя.
Мы остановились у калитки. Из двора доносился дым — пахло мясом, углями, чем-то копчёным. Я толкнула калитку, и мы зашли.
Отец стоял у гриля в фартуке с щипцами в руках. Увидел нас и замер. Перевёл взгляд с меня на Билли, потом обратно.
—Пришли, — сказал он.
—Да, — я сжала руку Билли.
Билли выдержала его взгляд.
—Здравствуйте, мистер Стенберг.
—Здравствуй, — он кивнул, — проходите. Мама на кухне.
Мы зашли в дом. Мама стояла у плиты, резала овощи.
—Девочки, — сказала она, — какие вы красотки. Проходите, садитесь,
—Спасибо, миссис Стенберг, — тихо сказала Билли.
Я заметила, как она оглядывает нашу кухню — стерильно чистую, белую, с идеально ровными рядами банок на полках. Ничего лишнего. Никаких рисунков на холодильнике. Никаких царапин на стенах.
—У вас очень чисто, — сказала Билли.
—Спасибо, — мама улыбнулась.
Мы вышли во двор. Отец переворачивал стейки на гриле, шипело мясо, дым поднимался к небу.
—Садитесь, — он кивнул на стол.
Мы сели. Я рядом с Билли. Напротив — пустые стулья для родителей. Отец налил нам сок, поставил на стол тарелку с мясом и овощами. Мама вынесла салат.
Мы ели в тишине. Неловко, но не враждебно. Отец жевал, смотрел в тарелку. Мама то и дело бросала взгляды на Билли.
—Билли, — сказала мама, — куда поступать собираешься?
—Не знаю. Хочу работать с животными.
—Хорошая профессия, — сказал отец, — я хотел извиниться за то, как вёл себя. И за всё, что говорил про вашу семью.
—Мистер Стенберг...
—Дай мне закончить. Я знаю, что я не прав. Знал тогда и знаю сейчас. Я боялся, что она уйдёт туда, где я не смогу её защитить. Ты хорошая девушка, Билли. Я видел, как ты не боялась меня и заботилась о ней. Я не прошу тебя простить меня. Я просто хочу, чтобы ты знала, что я больше не буду вам мешать.
—Спасибо, мистер Стенберг. Это много для меня значит.
Я наконец нашла свой дом. И он был здесь, в Астории, где пахнет солью и мокрым деревом, где туманы ползут с океана, где живут О'Коннеллы — моя семья.
Всё только начинается, и это самое лучшее, что могло со мной случиться.
Я перестала быть просто дочерью полицейского из хорошей семьи. Я стала девушкой, которая нашла свой путь.