Чужой Дом (КлаТаши) (НП)

Она сказала это не вслух. Но Миша услышал.

Не слова - паузу. То, как она замолчала. Как взгляд ушёл в сторону, в пустоту, в окно, где зажигались фонари.

Он держал её за плечи и чувствовал - она ускользает. Прямо сейчас. Прямо здесь.

Миша: Закончить - это как?

Наташа не ответила. Она просто продолжила смотреть в открытое окно.

Миша: Наташ. Посмотри на меня.

Она повернула голову. Глаза сухие, пустые. Такие он видел однажды - у человека, который принял решение.

У него сердце ухнуло вниз.

Миша: Ты о чём?

Она молчала. Смотрела на него и молчала.

Миша: Наташа, блядь, скажи мне, что ты не о том.

Она опустила глаза.

Наташа: Я устала.

Миша: Я знаю.

Наташа: Ты не знаешь. Ты не знаешь, каково это - когда каждый день новые видео, новые комментарии, новые люди, которые говорят, что ты шлюха. Когда собственный отец хочет тебя уничтожить. Когда ты не можешь выйти на улицу, потому что вдруг кто-то смотрит. Когда...

Голос дрогнул.

Наташа: Когда ты просыпаешься и первая мысль - зачем?

Миша сжал её плечи сильнее.

Миша: Затем. Затем, что ты есть. Затем, что ты нужна. Затем, что я тебя не отпущу.

Наташа: А если я сама отпущу?

В комнате повисла тишина. Миша смотрел на неё и не узнавал. Это была его Наташа - та, что смеялась, когда он дурачился, та, что тихо пила чай по утрам, та, чья рука всегда искала его руку.

Но в глазах стояло что-то чужое. Тёмное. Уставшее до костей.

Миша: Слушай меня. Слушай внимательно.

Он говорил тихо, но жёстко. Не просил - требовал.

Миша: То, что ты думаешь - это не выход. Это не решение. Это конец. А я не хочу конца. Я хочу тебя. Живую. Настоящую. Уставшую, злую, сломленную - любую. Но живую.

Наташа: Миш...

Миша: Нет, ты послушай. Я не знаю, как это - быть на твоём месте. Не знаю, каково это - когда твой отец тебя ненавидит. Но я знаю одно: если тебя не станет, он выиграет. А я не хочу позволить ему выиграть.

По щеке Наташи скатилась слеза. Первая за долгое время.

Миша вытер её большим пальцем.

Миша: Ты сильная. Самая сильная из всех, кого я знаю. Ты выжила там, где другие сломались. Ты ушла от родителей, которые тебя не любили. Ты построила себя с нуля. И ты не имеешь права сдаваться сейчас.

Наташа: Я не знаю, как дальше.

Миша: А я знаю. Дальше - мы. Вместе. Каждый день. Я буду рядом. Я буду напоминать тебе, зачем просыпаться. Буду делать тебе кофе по утрам. Буду обнимать, когда темно. И если понадобится - буду держать тебя за руку каждую секунду, чтобы ты не упала.

Она смотрела на него, и слёзы текли уже не по одной - ручьём.

Наташа: Ты правда не уйдёшь?

Миша: Никогда.

Она бросилась к нему. Вцепилась в его футболку, зарылась лицом в грудь, забилась в рыданиях - громких, отчаянных, таких, которые копились неделями. Миша обнял её, прижал к себе, гладил по голове, шептал что-то бессвязное - "тихо", "я здесь", "всё будет".

Из коридора донёсся звук - Нугзар приоткрыл дверь, увидел, что происходит, и тихо закрыл её обратно.

Он не лез. Он умел быть рядом молча.

Два часа ночи

Они просидели на кухне до двух ночи.

Наташа выплакалась. Потом молчала. Потом начала говорить - тихо, отрывисто, будто выплёвывала слова, которые держала в себе слишком долго.

Наташа: Я стояла на балконе. Несколько раз. Просто смотрела вниз.

Миша слушал, не перебивая. Лицо его было бледным, но он держался.

Наташа: Думала - высоко или нет. Хватит ли этого.

Миша: Хватило бы.

Наташа: Знаю. Поэтому и не прыгнула. Боялась, что выживу. А потом будет ещё хуже.

Миша: Спасибо, что испугалась.

Наташа посмотрела на него.

Наташа: Ты не злишься?

Миша: На тебя? Нет. На себя - да и даже очень. Что не заметил раньше. Я даже теперь не знаю как себе верить после этого.

Наташа: Ты не мог заметить. Я прятала.

Миша: Больше не прячь.

Она кивнула.

Наташа: Миш, а если это никогда не кончится? Если он будет преследовать меня годами? Если я никогда не смогу быть нормальной?

Миша: Тогда мы будем жить в этом аду вместе. Но ты будешь жить.

Она положила голову ему на плечо.

Наташа: Ты говоришь такие вещи.

Миша: Какие?

Наташа: От которых хочется остаться.

Он поцеловал её в макушку.

Миша: Это план.

Ночь

Ночью она спала плохо.

Ворочалась, просыпалась, снова засыпала. Миша не сомкнул глаз - сидел рядом, держал её за руку, слушал дыхание.

В три часа она села резко, с расширенными глазами.

Наташа: Миш.

Миша: Я здесь.

Наташа: Мне приснилось, что я прыгнула. И летела. А потом проснулась.

Миша: Это был сон. Ты здесь.

Она посмотрела на его руку, сжимающую её ладонь.

Наташа: Ты всю ночь не спал?

Миша: Боялся, что ты исчезнешь.

Она прижалась к нему.

Наташа: Не исчезну. Обещаю. Только не оставляй меня одну.

Миша: Никогда.

Она закрыла глаза. Снова уснула - на этот раз крепче. Без снов.

Миша сидел, смотрел на неё и думал о том, что надо звонить Эдуарду. Надо что-то менять. Нельзя ждать, пока она сломается окончательно.

Он достал телефон, написал:

Миша: Эдуард, утром созвонимся. Важно. Очень.

Ответ пришёл через минуту.

Эдуард: Я в курсе. Нугзар написал. Завтра в 10. Я уже в аэропорт собираюсь. Лечу к вам.

Миша убрал телефон.

Они не спали втроём в эту ночь. Каждый думал о своём. Но все - об одном и том же.

Как спасти человека, который уже готов упасть.

Утро

Утром Наташа проснулась от запаха кофе.

Миша стоял на кухне, что-то готовил. Нугзар сидел за столом, смотрел в ноутбук.

Миша: Доброе утро.

Наташа: Доброе.

Нугзар: Доброе утро.

Она села. Миша поставил перед ней кружку.

Миша: Как спалось?

Наташа: Лучше.

Нугзар поднял глаза.

Нугзар: Эд будет через час. Мы решили, что надо действовать.

Наташа: Что значит - действовать?

Нугзар: Мы не можем больше ждать. Твой отец не успокоится. Анонимы не перестанут писать. А ты - не можешь жить в этом страхе.

Миша: Мы выложим записи.

Наташа: Юрист сказал нельзя.

Нугзар: Юрист сказал - рискованно. Но рискованно не значит нельзя.

Миша: Мы все рискуем. Ты - больше всех.

Наташа: Если мы выложим это - он озвереет.

Нугзар: Он и так озверел. Разница лишь в том, что теперь люди увидят его лицо.

Наташа помолчала.

Наташа: А если не поможет?

Нугзар: Если не поможет - будем думать дальше. Но сидеть и ждать, пока ты снова подойдёшь к окну - я не могу.

Она посмотрела на Мишу. Он кивнул.

Миша: Мы с тобой. Что бы ни случилось.

Наташа выдохнула.

Наташа: Хорошо. Выкладываем.

Спустя 40 минут

Эдуард приехал через сорок минут. С ноутбуком, с юристом на связи, с планом.

Они сидели в зале - все четверо, ну, как четверо, трое и один в ноутбуке. Обсуждали риски, сроки, формулировки. Спорили. Ругались.

Наташа почти не участвовала. Она смотрела в окно, на серое утро, и думала.

Высоко или нет - теперь неважно.

Она решила жить.

Хотя бы ради того, чтобы посмотреть, чем это всё кончится...