Арка 1. Богиня Смерти и Мусорный Бог работают вместе. Глава 4
Мы остановились в храме Генерала Наньяна, что не соответствует тому, что Юго-Восточному Богу Войны поклоняются на севере.
Этот храм был возведен на обочине дороги и выглядел ухоженным и процветающим. Хотя храм был довольно маленьким, внутри оказалось все, что нужно. Тем не менее, когда люди приходили и уходили, здесь царило необычное возбуждение и шум. Мы тут же применили технику невидимости от посторонних глаз и вошли внутрь. У Алтаря возвышалась глиняная статуя Бога Войны, Наньяна.
Я посмотрела на статую, та выглядит, так себе. И весьма уродливо.
Ну не удивительно, что она так выглядит: чем богаче местность, тем и статуя ближе к оригиналу. Большинство небожителей не особо обращают на них внимание на вид статуи: «Ну, не получилось и не получилось. Что же, из этого драму делать?». Только Генерал Сюаньчжэнь уж больно требовательный к своим статуям. Если ему не нравится вид статуи, то он приходил в сон мастерам и критиковал их, и требовал поменять статую, чтобы она выглядила соответственно.
Я же просто смирилась из-за того, что люди по большой части изображают меня мужчиной, чем женщиной. Но разве можно убедить людей, что они неправильно изобразили Богиню Смерти? Но есть и те, кто изображает меня, как женщину, но таких очень мало.
Беситься я перестала по этому поводу, когда узнала, что Линвэнь для людей мужчина и никто больше. Мне в отличие от неё повезло больше.
Рядом я услышала критику Фу Яо по отношению того, как была построена статуя. Я же просто вдохнула: что сам Сюаньчжэнь, что его служащие. Ну не удивительно, что Му Цин не может вставить своё слово. В течение двух часов после входа в храм Наньяна, Фу Яо постоянно находили недостатки в деталях божественной статуи. Это было либо "форма искажена", либо "покрашена слишком вульгарно", либо "техника, которую использовал скульптор, была слишком неумелой". Он даже прокомментировал, что вкусы скульптора были слишком странными. Когда Се Лянь увидел, как вены на лбу Нань Фэна медленно вздулись, он начал думать о том, как быстро найти другую тему, чтобы отвлечь его внимание. По совпадению,он увидел еще одну молодую девушку, которая вошла внутрь, чтобы отдать дань уважения Наньяну. Она благоговейно опустилась на колени и принялась горячо молиться.
– Надо же, земли совершенного владыки Наньяна находятся на юго-востоке. Никак не ожидал, что здесь, на севере, ему возносят молитвы столь же истово, – сказал Се Лянь.
Если статуя олицетворяла собой божество, то храм – его небесный дворец. Верные последователи, собирающиеся в святилищах, и возжигаемые ими благовония давали бессмертным магическую силу. Как правило, люди из разных регионов поклонялись разным богам – в зависимости от расположения, истории края и народных обычаев. На собственных землях духовная сила небожителей достигала пика. И лишь Небесный Владыка, чьи храмы возводили во всех восьми частях света, почитался одинаково. Большой редкостью было, чтобы храм, расположенный в чужих владениях, пользовался такой популярностью. Нань Фэну следовало бы гордиться. Однако что-то по его лицу этого видно не было.
Стоявший рядом Фу Яо только усмехнулся:
— Верно, его здесь очень уважают.
— У меня есть вопрос. Не знаю… — начал было Се Лянь.
— Если собираешься сказать что-то вроде «не знаю, стоит ли об этом говорить», то лучше уж промолчи, — оборвал его Нань Фэн.
И тогда вмешался Фу Яо:
— Я знаю, что ты хотел спросить. Тебе наверняка интересно, почему среди прихожан так много женщин?
Под видом кашля, я спрятала свой смех. Вы не представляете, когда я услышала об этой позорной истории, смеялась до икоты. А как тут не смеяться?
Богам войны куда чаще поклоняются мужчины, чем женщинам. Тех больше привлекает внешности статуи, уродливые их отталкивают, но не статуи Генерала Наньяна.
Нежелание Нань Фэна ничего объяснять только распалило любопытство Се Ляня, но он подозревал, что добром этот разговор не кончится, и потому не настаивал на ответе.
Тем временем девушка закончила молиться, поднялась на ноги, чтобы поджечь благовония, и обернулась. Се Лянь легонько толкнул своих спутников. При взгляде на девушку у обоих вытянулись лица:
– Вот уродина! – воскликнул Фу Яо.
Се Лянь поперхнулся от таких слов и сказал с укоризной:
– Фу Яо, нельзя же так о девушках!
По правде говоря, она и впрямь была нехороша собой. Назвать её черты заурядными означало бы оскорбить обладателей заурядной внешности: лицо у девушки было таким плоским, словно по нему стукнули лопатой, а точнее всего его описывала фраза «нос кривой, глаза косые».
Я хмыкнула, а потом кое-что заметила и тут же сменила веселье на суровость. Задняя часть юбки девушки была порвана, даже не так, скорее разрезана чем-то острым.
Видимо Се Лянь тоже это заметил, Фу Яо было удивленно вскинул брови, но затем сразу же надел маску безразличия. А вот вздувшиеся на висках Нань Фэна жилы в тот же миг бесследно исчезли.
Лицо бедняги переменилось столь стремительно, что Се Лянь поспешил успокоить его:
–Ты только не волнуйся. Не волнуйся.
Тем временем девушка с благовониями в руках вновь опустилась на колени и стала кланяться, приговаривая:
– Прошу благословения Генерала Наньяна, верная твоя последовательница Сяоин возносит мольбы о скорейшей поимке призрачного жениха, чтобы больше ни одна безгрешная душа не пострадала по его вине…
Девушка молилась столь искренне, что даже не заметила огромную дыру на юбке. Выйди она на улицу, её тут же засмеют.
– Что же делать? Ведь нельзя позволить ей в таком виде идти по улице! Она соберет на себе все взгляды, покуда дойдет до дома, – голос Се Ляня был обеспокоен.
– На меня даже не смотри. Она ведь молилась не моему Генералу Сюаньчжэню, а значит это не мое дело, и я ничего не видел, – безразлично произнёс Фу Яо.
Нань Фэн же, напротив, позеленел, затем побледнел и замахал руками, словно разучился говорить. Вроде бы только что это был бесстрашный герой, как вдруг сделался безнадежным немым дурачком.
– Ладно, давайте это сделаю я, – вмешалась я, и достала из рукава своего одеяния мешочек цянькун, а из него запасное верхнее ханьфу серого цвета.
Сняв с себя невидимость, я подошла к девушке. Мои шаги были тихими, поэтому она не услышала моего приближения.
– Гуньян, у вас юбка порвана, – сказала я, когда оказалась за спиной девушки.
Девушка вкрикнула от неожиданности и обернулась. Увидев меня, с ханьфу в руках, она немного успокоилась, но потом вспомнила ранее сказанное мной слова. В тот же миг девушка испуганно потрогала юбку сзади, лицо ее при этом сделалось пунцовым, а глаза наполнились слезами. Неизвестно, от обиды или, может, от стыда и негодования, но девушка забрала предложенное мной ханьфу и убежала.
Я вздохнула. Боже, как хорошо, что я вмешалась, а не Се Лянь. Не хотелось бы мне узреть его в полуобнажённом виде.
Когда я подошла к своим «товарищам». Стоило мне подойти, как сразу получила осуждающие взгляды «младших чиновников». Цокнув, я сказала:
– Не смотрите на меня так, словно я забрала вашу славу. Ничего подобного, лучше женщина женщине поможет, а не мужчина женщине.
Видимо поняв, то я имею ввиду, Фу Яо с Нань Фэном успокоились, а Се Лянь немного посмеялся.
Мы вновь устроилась на прежние места, однако после случая с девушкой атмосфера сделалась чуть более неловкой, поэтому Се Лянь вынул свиток из дворца Линвэнь и поинтересовался:
– Не желаете прочесть ещё раз?
Нань Фэн, взглянув на принца исподлобья, ответил:
– Уже прочёл. Уж кто нуждается в повторении, так это он.
– Что значит – я нуждаюсь в повторении? Сведения в свитке лишены подробностей, сбивчивые и неясные, а значит, и гроша ломаного не стоят, не то, чтобы мне их повторять, – Фу Яо незамедлительно среагировал.
Я закатила глаза. Никакого уважения к Линвэнь и её помощникам. То, что Небесная Столица не развалилась – лишь благодаря Линвэнь. Про себя и говорить нечего. Но и я уже на протяжении четырёх сот лет работаю, также как и Линвэнь – без отдыха и сна.
До меня вновь донеслись слова Фу Яо:
– Ага, так на чём мы остановились? Почему в храмах Наньяна… так много последователей женского пола, да?
«Серьёзно? Я уже не один раз слушала эту позорную историю,» – подумала я, а сама пыталась сдержать смех, чтобы рассмеяться в голос.
Лицо Нань Фэна к концу повествования сделалось чернее днища старого котла, а вот Фу Яо, исполнившись поэтического настроя, продекламировал:
– Друг всех девушек и жён, сыновей дарует он. Огромный член, знаток страстей, Наньян дарует сыновей. А-ха-ха, а-ха-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха-ха…
Ладно, на хуй всё и я рассмеялась в голос.
– Поменьше бы злорадствовал, пока находишься здесь. Если же некуда больше силы девать, пойди-ка лучше подмети пол, – Нань Фэн буквально рассвирепел.
После этих слов я перестала смеяться и перевела взгляд на Фу Яо.
После слов Нань Фэна пришёл черед лица Фу Яо потягаться в черноте с днищем котла. Ведь если, к примеру, подчинённые дворца Наньяна приходили в ярость, услышав те самые два слова, то во дворце Сюаньчжэня ни в коем случае нельзя упоминать подметание полов. Всё потому, что Му Цин, будучи простым слугой в монастыре Хуанцзи, только и делал, что всячески прислуживал Его Высочеству наследному принцу Се Ляню, в том числе подметал пол в его комнате и застилал постель.
Ну всё, сейчас начнётся драка, схватив за рукав Се Ляня, я потщала его за собой подальше от этих двоих. Он на меня посмотрел с вопросительным взглядом.
– Не делайте вид, что ничего не понимаете, Ваше Высочество, – тяжело вздохнула я и посмотрела на него. – Вы этих двоих хорошо знаете и сразу узнали их. Я же как Богиня Смерти раскуса их, да и к тому же среди служащих Средних Небес нет людей с именем Фу Яо и Нань Фэн.
– Вот как, – улыбнулся Се Лянь и перевёл взгляд на Нань Фэна и Фу Яо, которые уже начали драться. – Но всё почему они так поступили?
– Потому что им стыдно, – произнесла я. – Они бояться вашей реакции. Как не как, вы не виделись восемьсот лет.
════════════════════════
Переходите на мой тгк:
https://t.me/shen_boli
Донат на номер:
[Сбербанк] +79225210446