IX
Тренировочная база «Барселоны» гудела привычной суетой: игроки разминались, тренер раздавал указания, где‑то вдали слышался стук мяча о газон. Педри только что завершил индивидуальную тренировку — доктор разрешил ему лёгкие нагрузки, и он с жадностью хватался за каждую возможность почувствовать себя прежним.
Он шёл к раздевалке, когда услышал голоса за углом административного здания. Говорили Пау, Фермин и Ферран — его давние товарищи по команде.
— Всё равно не понимаю, как он мог так легко её отпустить, — пробормотал Фермин. — Она же всегда была рядом, даже когда он... ну, сам знаешь, что сделал.
— Он тогда вообще ничего вокруг не видел, кроме мяча, — вздохнул Пау. — Футбол, тренировки, матчи... Думал, что так сможет отвлечься... Забыть про свою ошибку.
— А она всё равно оставалась, — добавил Ферран. — Даже когда он начал отдаляться. До последнего верила, что он одумается.
— Да он, может, и одумался бы, если бы не тот случай... — Фермин осёкся. — В общем, она молодец, что держится. И с ним работает, хотя могла бы и отказаться. Я даже иногда скучаю по нашим веселым историям...
Педри замер, прислонившись к стене. Слова звучали отрывочно, но в груди что‑то ёкнуло. Сандра. Они говорили о Сандре. И о нём. «Отпустил», «отдалялся», «тот случай»... Что это всё значило? Что он натворил в прошлом, что им пришлось расстаться?..
Он сделал вид, что ничего не слышал, и направился к парковке. Но в голове всё ещё крутились обрывки фраз, навязчивые образы, и странные ощущения. Сандра. Её голос. Её руки. Тот шарф...
За эти несколько дней, что он приходил в её клинику на сеансы, Педри успел привязаться к ней. Успел разглядеть в ней не просто хорошего специалиста, а человека, который искренне переживал за него и пытался помочь, не только как доктор.
Он всё ещё не помнил, как познакомился с ней, каким было их общение, и если, судя по разговору друзей, в прошлом они встречались, то как он мог забыть её? Почему он забыл именно её?..
___
На следующий день — уже тридцать шестой день реабилитации и семнадцатый сеанс физиотерапии, Сандра по привычке раскладывала карточки с футбольными схемами, стараясь не смотреть Педри в глаза. Он же, напротив, не отрывал от неё взгляда. В воздухе витало напряжение — будто оба знали, что сегодня произойдёт что‑то важное. Он намеревался выяснить, о чём вчера разговаривали парни, а Сандра будто чувствовала его неозвученные вопросы.
— Сандра, — вдруг произнёс он. — Я кое‑что вспомнил.
Педри схитрил — он так ничего и не вспомнил больше, но фраза Фермина про «тот случай» вынудила его пойти на эту хитрость.
Сандра замерла, но не подняла головы.
— Что именно? — осторожно спросила она.
— Я снова вспомнил ту девушку, — медленно проговорил Педри. — Ну, с которой у меня вроде как были отношения. Её лицо я всё ещё не вижу, но помню её голос. И её руки... Они всегда были рядом — после матчей, после травм, всегда. И я вдруг понял... Та девушка, с которой я встречался до травмы, — это ты, да?
Сандра медленно подняла глаза. В них читалась смесь боли и тревоги. Она молчала, и этого молчания оказалось достаточно. Она не была готова к откровенному разговору так быстро...
Педри же только подтвердил свои догадки.
— Ты знала, что я вспомню, — продолжил Педри, делая шаг вперёд. — И всё равно скрывала. Почему?
— Я боялась, что это помешает твоему восстановлению, — она сжала край стола. — Доктор Мартинес советовал действовать постепенно.
— Но ты могла хотя бы намекнуть! — он не скрывал обиды. — И Пабло тоже молодец! Ещё друг называется.. Почему вы сразу не предупредили, что между мной и тобой были отношения? Зачем ты солгала, что моя «девушка» уехала из Барселоны, если этой девушкой на самом деле была ты, Сандра?
— Пабло неоднократно просил меня рассказать тебе всё, но я не могла, понимаешь? — голос Сандры сорвался на хрип. — Как бы это прозвучало? И как бы твоя психика отреагировала на это? К тому же, наши отношения остались в прошлом и теперь я, в первую очередь, твой физиотерапевт, который переживает за твоё восстановление!
— Ты воспринимаешь меня только как пациента? Скажи честно.
Сандра опустила взгляд, замолкнув на полуслове.
— Я... это не важно. Ты бы всё равно в итоге всё вспомнил, и всё осталось бы как прежде, зачем сейчас менять что-то?
Он внимательно изучал реакцию Сандры, делая какие-то, одному ему понятные, выводы. И задал главный вопрос, мучавший его с тех пор, как только он услышал разговор друзей:
— Я вчера слышал, как Фермин говорил про какой-то «случай» и «ошибку». Ещё что‑то про кризис в отношениях, про нехватку времени... Скажи, почему мы расстались?
— Так и было, — Сандра отвела взгляд. — Ты жаловался, что футбол отнимает всё свободное время, что нет сил на отношения. Мы расстались, потому что ты хотел сосредоточиться на карьере. Мы решили, что так будет лучше.
Сандра раскрыла лишь часть правды. В их отношениях, незадолго до разрыва, действительно случился кризис. Но они прошли через него, а потом поехали на отдых, чтобы отвлечься... На море. То самое, которое снилось Педри. И там... Там всё разрушилось окончательно.
— Поэтому ты сменила цвет волос? — вдруг спросил Педри.
Сандра коснулась прядей — раньше они были темнее. Теперь же отливали светлым, почти золотистым оттенком.
— Да, — кивнула она. — Мне хотелось покончить с прошлой жизнью.
Педри подошёл ближе, осторожно взял её за руку.
— Знаешь, я ведь почти сразу догадался, что та девушка из моих воспоминаний — это ты, — признался он. — Просто не был уверен наверняка. Но потом я услышал разговор друзей... и мои догадки подтвердились. Теперь я хочу вспомнить всё. Всё, что было между нами. Мне кажется, что я всё ещё чувствую что-то к тебе...
Сандра сглотнула. В её глазах мелькнуло что‑то, чего он не смог разобрать.
— Думаю, эти чувства — всего лишь привязанность и благодарность, которые ты испытываешь ко мне, потому что я занимаюсь твоим лечением. — Сандра качнула головой. — Ты ведь всё ещё не помнишь меня. Ты... вернее, новая версия тебя, совсем меня не знает.
— А что плохого в том, что я могу заново в тебя влюбиться? — Педри искренне не понимал. — Допустим, в прошлом мы расстались, потому что я хотел сосредоточиться на карьере. Но жизнь дала мне новый шанс — снова стать к тебе ближе. И... я не хочу его упускать. Я не прошу, чтобы ты вернулась ко мне, но, пожалуйста, не отталкивай меня. Я хочу вспомнить всё, что было до травмы и изменить свои старые ошибки.
Сандра помолчала, с болью в глазах глядя на него.
— Хорошо, — прошептала она. — Мы будем двигаться шаг за шагом. Ты обязательно вспомнишь. Но обещай, что не станешь допрашивать меня и формировать воспоминания. Это может быть опасно для твоего состояния. Давай оставим всё как есть.
— Обещаю, — он слегка сжал её пальцы. — Я узнаю всю правду, Сандра. И тогда мы вернемся к этому разговору.
Она кивнула, но в душе понимала, что скрывать остальное дольше не получится. Он слишком близко к истине. Ещё пара таких моментов — и он соберёт фрагменты воедино. И тогда... тогда всё станет ещё сложнее.
___
Сразу после сеанса, как только Педри ушёл, Сандра направилась к доктору Мартинесу. Её руки слегка дрожали, а в голове крутились слова Педри. Мы вернёмся к этому разговору. Она постучала в дверь кабинета и, дождавшись разрешения, вошла.
— Доктор Мартинес, — начала она, садясь напротив врача. — У нас проблема. Педри начал вспоминать наши отношения. Он уже догадался, что мы были вместе до травмы. Теперь он знает, что мы не просто общались когда-то, а были вместе. И он требует, чтобы я рассказала ему всё.
Доктор Мартинес задумчиво покрутил ручку, откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на Сандру.
— Это действительно сложный случай, — медленно произнёс он. — С одной стороны, постепенное возвращение памяти — хороший знак. Ваш пациент прогрессирует, и это внушает оптимизм. С другой стороны, резкое осознание разрыва, особенно если в его основе лежит болезненная ситуация, может дестабилизировать его состояние.
— Но что мне делать? — Сандра сцепила пальцы, стараясь унять дрожь. — Мне пришлось солгать ему, что мы расстались, потому что он выбрал футбол, а не меня, но это не так. Я не могу обманывать его дальше, но и открыть всё разом... Это же катастрофа!
— Вы должны действовать в интересах пациента, — мягко сказал невролог. — Но вы ведь тоже человек. Ваши эмоции тоже важны. Возможно, стоит привлечь психолога для совместных сеансов? Чтобы помочь ему принять прошлое без травм.
— Думаете, это безопасно? — в её голосе прозвучала надежда. — Тогда мне придется раскрыть ему истинную причину нашего расставания.
— В контролируемых условиях — да, безопасно, — кивнул доктор Мартинес. — Мы можем разработать поэтапный план: сначала он вспомнит хорошие моменты, затем — причины расставания. С поддержкой специалиста он сможет принять это спокойнее. Вам не придется брать на себя ответственность, потому что скоро он сам всё вспомнит.
Сандра глубоко вздохнула, пытаясь осмыслить сказанное. В голове проносились радостные воспоминания, связанные с ним — их прогулки у моря, его улыбка после очередной победы, и... тот вечер, когда всё рухнуло...
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Давайте попробуем. Но я хочу участвовать в этих сеансах. Я должна быть рядом.
— Разумеется, — доктор улыбнулся с пониманием. — Вы знаете его лучше всех. Ваша поддержка будет ключевой. К тому же, вы как физиотерапевт можете заметить малейшие изменения в его состоянии — это поможет нам вовремя скорректировать тактику.
— Когда мы можем начать? — спросила она.
— Давайте назначим первую встречу на послезавтра, — предложил доктор Мартинес, открывая календарь. — Я свяжусь с доктором Риверой, нашим психологом. Подберём время, удобное для всех. А вы пока подготовьте Педри — объясните, что это следующий этап его восстановления.
— Спасибо, — Сандра встала. — Я очень надеюсь, что мы делаем правильный выбор.
Выходя из кабинета, она ощутила странное сочетание тревоги и облегчения. Путь к правде будет непростым, но, возможно, только так они смогут двигаться дальше.
В коридоре она остановилась, прислонившись к стене. Он хочет знать всё. И он узнает. Рано или поздно. Но сейчас... сейчас главное — не навредить. Не сломать то хрупкое доверие, что начало зарождаться между ними.
Она глубоко вздохнула и направилась к выходу. Впереди ждали новые сеансы, новые разговоры — и, возможно, новое начало.