Глава 39
"Слова ничего не меняют"
___________________________________________________________
Т: Мия, привет. Как ты? Я знаю, что сейчас непростое время, но нам нужно обсудить новые программы. Сезон заканчивается, следующие соревнования уже скоро. Давай встретимся на катке завтра в десять. Роман тоже будет. Я подготовила несколько вариантов музыки и постановок. Жду тебя
Я долго смотрела на экран. Новые программы. Новая жизнь. Без него? С ним? Я не знала. Но знала, что не могу бросить лёд. Не могу бросить катание. Это единственное, что у меня осталось. Единственное, что никогда не предавало
— Хорошо, — написала я. — Приду
На следующий день я приехала на каток за пятнадцать минут до назначенного времени. Татьяна и Роман уже были там. Они сидели у бортика, что-то обсуждали, держа в руках папки с нотами и распечатками. Увидев меня, Татьяна улыбнулась, но в её глазах было беспокойство. Она знала. Наверное, знала всё. Или догадывалась. Роман просто кивнул, ничего не сказал
Т: Мия, проходи, садись
Я села напротив, сложив руки на коленях. Татьяна открыла папку.
Т: Я подобрала несколько вариантов для твоих новых программ. Короткая и произвольная. Слушай внимательно
Она перевернула первый лист
Т: Первый вариант для короткой — "Halo" Beyonce. Мощно, эмоционально, с глубоким смыслом. Ты сможешь раскрыть там свою уязвимость и силу одновременно. Эта песня о том, как любовь спасает, но и о том, как страшно её потерять. Думаю, тебе это близко
Я кивнула. Бейонсе. Это интересно. Я представила себя на льду под эту музыку — что-то откликнулось внутри
Т: Второй вариант — "River Flows in You" Yurima. Классика, спокойствие, текучесть. Очень красиво, очень нежно. Но для соревнований, возможно, слишком плавно. Надо подумать
Роман покачал головой
Р: Я сразу скажу — второй вариант для короткой не подходит. Слишком спокойно. Твоя сильная сторона — мощь и драма. Мы не должны это терятm
Татьяна согласилась, перевернула страницу
Т: Третий вариант — "Nothing Else Matters" Metallica, но это может стать твоей фишкой. Драматично, глубоко, мужская энергия в женском исполнении. Это про выбор, про верность себе, про то, что действительно важно
Я слушала, представляла себя на льду. Закрыла глаза. Увидела своё отражение в зеркале катка — чёрное платье, резкие движения, лёд под коньками. Открыла глаза
— Metallica мне ближе, — сказала я тихо. — Но "Halo" тоже красиво. Может, попробуем оба варианта на тренировках? Посмотрим, что лучше ляжет на движения
Р: Хорошо, с короткой потом решим. Теперь произвольная
Татьяна перевернула ещё несколько страниц
Т: Первый вариант — "Experience" Ludovico Einaudi. Очень популярно, но популярно не значит плохо. Там есть надрыв, полёт, глубина. Эта музыка — про жизнь, про её течение, про моменты, которые меняют всё.
Р: Второй вариант — "Nuvole Bianche" Ludovico Einaudi. Невероятно красиво, лирично, но для произвольной, где нужны сложные прыжки, может не хватить энергии. Это скорее для показательных
Т: И третий вариант — "Bring Me to Life". Контраст между тишиной и мощью. Как твоя жизнь.
Я молчала. В голове всё перемешалось. Слишком много вариантов, слишком много решений. Но последний вариант отозвался где-то глубоко. Про маму. Про потерю. Про то, как я вставала
— Можно я подумаю? — спросила я. — Несколько дней
Т: Конечно, — Татьяна улыбнулась. — Это не вопрос одного дня. Но работу над постановкой нужно начинать. Роман предлагает сначала поставить короткую, она короче, быстрее выучится. А произвольную оставим на потом
Р: Давай сегодня просто попробуем движения. Не прыжки. Просто пластику. Посмотрим, что тебе откликается
Я согласилась
Мы вышли на лёд. Роман включил первую мелодию — "Halo". Я закрыла глаза и начала двигаться. Руки сами поднимались, тело само находило нужные позы. Татьяна и Роман стояли у бортика, наблюдали, иногда что-то записывали в блокнот.
Р: Руки выше, — сказал Роман. — Дорожку шагов добавь
Я слушалась. Движения ложились на музыку, но чего-то не хватало. Души? Или просто жизни
Потом включили "Nothing Else Matters". Это было странное ощущение — музыка, которую я слушала дома в наушниках, вдруг заполнила весь каток. Я чувствовала каждую ноту, каждое слово. Мурашки бежали по коже. Я закрыла глаза и позволила себе просто быть
Т: Стоп, — сказала Татьяна. — Вот это уже ближе. Ты чувствуешь музыку. Ты живёшь ею. Запомни это состояние.
Мы работали два часа. Без прыжков, без сложных элементов. Только движения, только пластика, только музыка. Я вымоталась, но внутри было спокойно. Лёд лечил. Даже когда рядом не было его
Через два дня была общая тренировка со всей командой
Я вышла на лёд последней. Илья уже катался. Он делал круги, но я видела — он смотрел на меня. Я сделала вид, что не замечаю
Тренировка началась с разминки. Мы катались каждый сам по себе. Я старалась держаться подальше от него, но каток не резиновый. Когда он оказывался рядом — я тут же меняла направление. Он подъезжал к бортику, где я стояла, — я уезжала на другой конец. Он останавливался в центре — я делала круг по периметру, лишь бы не пересекаться
Я чувствовала его взгляд на своей спине. Он смотрел на меня с грустью и сожалением. В его глазах читалось: "Прости меня, прости меня, прости меня". Каждый раз, когда я случайно ловила этот взгляд, внутри что-то сжималось. Я хотела подъехать. Хотела сказать, но не могла
Эмбер и Алиса переглядывались, но ничего не говорили. Максим, кажется, понял, что между нами что-то произошло, но не лез. Он просто иногда бросал обеспокоенные взгляды, но молчал
Тренировка была тяжёлой — все катали новые элементы, кто-то пробовал новые прыжки. Я работала над четверными. 4S — чисто. 4T+3T — чисто. 4Lz — чисто. 4A — чисто. Прыжки получались. Хорошо. Стабильно.
Но внутри была пустота.
После тренировки все начали расходиться. Максим уехал с Эмбер, Алиса поймала такси. Они позвали меня, но я сказала, что хочу пройтись пешком. Нужно было побыть одной. Привести мысли в порядок
Илья задержался. Наверное, специально
Я стояла у входа на каток, смотрела в телефон, делала вид, что что-то ищу. Сообщений не было. Ни от кого. Я просто сжимала телефон в руке, чтобы занять пальцы
Он подошёл со спины
Я не испугалась. Я знала, что это он. По запаху духов. Тех самых, которые он так любил пшикать каждое утро. Знакомый, родной запах. От него раньше у меня кружилась голова. Сейчас — только боль.
И: Мий, — сказал он тихо. — Мы можем поговорить?
Я повернулась. Посмотрела на него. Он выглядел уставшим — под глазами тени, щетина, волосы растрёпаны. Он был похож на того Илью из Токио, который открыл мне дверь номера. Потерянный. Чужой.
— О чём? — спросила я. Голос звучал холодно, хотя внутри всё дрожало
И: Мий, прости меня. Я дурак. Полнейший идиот и ублюдок. Я..
— Илья, — перебила я. — Если ты мне будешь говорить одно и то же по сто раз — ничего не изменится. Я уже слышала это. В аэропорту. Вчера. Сегодня. Слова ничего не меняют
Он опустил голову. А потом вдруг рухнул на колени. Прямо на асфальт, перед входом на каток, где кто угодно мог нас увидеть. Схватил меня за ноги — за мои серые спортивки. Я почувствовала, как его пальцы вцепились в ткань, будто он боялся, что я исчезну
— Ты что делаешь? — я растерялась. — Встань!
Он не слушал. Он плакал. Слёзы текли по его щекам, он смотрел в пол и говорил, запинаясь, будто каждое слово давалось ему с болью
И: Мий, я тебя умоляю, прости меня. Я... я не смогу без тебя. Я уже не могу без тебя. Эти два дня без тебя — они хуже, чем вся моя жизнь до этого. Я не спал. Я не ел. Я просто сидел и смотрел на твою фотографию
— Ты что, дурак? — я попыталась поднять его за руки, дёрнула — он не вставал. — Поднимись!
Он не отпускал мои штаны. Пальцы вцепились так сильно, что я чувствовала их через ткань.
И: Нет, Мия, пожалуйста, выслушай. Я не могу без тебя прожить больше двух дней. Просто не могу. То, что было в Токио... это был выброс адреналина. Из-за того, что моего любимого человека не было рядом со мной. Я не знаю, что на меня нашло. Я не узнавал себя. Пожалуйста, верь мне. Я бы никогда не причинил тебе вред..
— Раз ты говоришь, что я твой любимой человек, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя внутри всё так же дрожало, — почему же тогда большую часть времени в Токио ты проводил с Ли Хэин? Почему ты смеялся с ней, катал её программу, поддерживал за талию? Почему ты смотрел на неё так, как раньше смотрел на меня?
Илья замолчал. Его пальцы всё ещё сжимали мои спортивки. Он смотрел в пол и молчал долго, очень долго. Я ждала
И: Я... я не знаю, — сказал он наконец. Голос был глухим, пустым. — Попросту не знаю
— Тогда найди ответ на этот вопрос, — сказала я. — А сейчас поднимись. Я вызову тебе такси
Он поднял голову. Его глаза были красными, мокрыми, в них была такая боль, что у меня самой защемило в груди. Но я не могла сдаться. Не сейчас
И: Мий..
— Поедь домой, — сказала я мягче. — Умойся. Выпей воды. Ложись спать. Ты устал. Мы оба устали. Сейчас не время для таких разговоров
Я достала телефон, открыла приложение такси и заказала машину
— Жди здесь, — сказала я. — Минут через пять приедет
Он всё ещё стоял на коленях, глядя на меня снизу вверх. В его взгляде была такая мольба, что я едва сдерживалась, чтобы не упасть рядом и не обнять его
— Вставай, — сказала я. — Пожалуйста
Он медленно поднялся. Посмотрел на меня. Хотел что-то сказать, но не решился. Его губы дрожали
— Я люблю тебя, — сказал он тихо, почти шёпотом. Так тихо, что я едва расслышала. — Я никогда не перестану тебя любить
Я не ответила. Просто стояла и смотрела, как подъезжает такси. Белая машина остановилась у тротуара, водитель выглянул, спросил
— Заказ на Hole Street, 16?
Он кивнул. Открыл дверь. Перед тем как сесть, снова посмотрел на меня. Я стояла, скрестив руки на груди, и смотрела в сторону. Не могла смотреть на него? gотому что если бы посмотрела — разревелась бы.
— Едь, — сказала я, не глядя
Он сел. Я услышала, как хлопнула дверца. Машина отъехала. Я стояла на тротуаре и смотрела, как она исчезает за поворотом. Потом развернулась и пошла домой. Я не плакала. Слёз не было. Была только усталость. Глубокая, выматывающая усталость, которая поселилась где-то в костях
И крошечная, едва заметная надежда
_______________________________________________
1630 слов
ребят, простите что так долго не было главы. долго думала что писать в ней
в целом как вам? как думаете, Мия простит Илью или всё же нет?