Глава 48 - Наедине с мыслями
Город только начинал просыпаться, редкие фары скользили по мокрому асфальту, охрана у входа кивнула ей с тем же выражением, что и всегда, «ты снова первая сегодня». Обычно в этом было что-то успокаивающее. Сегодня почти упрямое.
Киара приехала в академию ещё затемно.
Она решила, что должна научиться справляться с эмоциями и единственное решение это полностью погрузиться в тренировки.
Она вставила наушники ещё в холле.
Музыка программы накрыла сразу, густо, тяжело, без вступлений.
Dangerous Affairs легла на пульс так же точно, как вчера на лёд. Только теперь внутрь.
В зале было пусто. Киара задала беговой дорожке скорость выше обычной.
Не разгон, а сразу рабочий темп, тот, после которого дыхание ломается, мысли обрываются, а тело остаётся одно на один с нагрузкой.
Через пять минут ноги загорелись.
Через десять плечи стали тяжёлыми.
Через пятнадцать музыка перестала быть музыкой и превратилась в ритм.
Если я буду уставшей, думала она, не замедляясь, то в голове не останется места для лишнего.
Не будет пауз. Не будет взглядов. Не будет мыслей о том, чего не существует.
Она увеличила угол наклона.
Пот стекал по вискам, дыхание стало громким, почти грубым.
В зеркале отражалось сосредоточенное лицо, не злое, не напряжённое, а решительное.
Это не было наказанием.
Это была попытка вернуть контроль.
К моменту, когда она спрыгнула с дорожки, мир снова стал простым, полотенце, вода, растяжка.
Тело дрожало так приятно, честно, по-настоящему.
Вот так и надо, — подумала она. — Без лишнего.
Между ОФП и льдом был короткий перерыв на обед.
Киара сидела за столиком у окна, механически перелистывая что-то в телефоне, не читая.
Вилка останавливалась на полпути ко рту, потом двигалась снова. Аппетит был, тело требовало топлива, но голова всё ещё держалась настороже.
И тогда она увидела его.
Саймон стоял у кассы.
В куртке, с кружкой кофе в руке, чуть наклонившись вперёд, слушая кассира.
Она подняла взгляд и поймала его.
Они увидели друг друга почти одновременно.
Его выражение изменилось на долю секунды, не улыбка, не движение, а намерение.
Он сделал шаг в её сторону.
Киара отреагировала быстрее, чем успела подумать.
Она резко надела наушники.
Музыка вспыхнула в ушах слишком громко, слишком резко.
Она опустила взгляд в тарелку.
Саймон тут же остановился.
Он понял всё правильно.
Ни жеста. Ни попытки.
Он замер на секунду, после чего отвернулся.
Киара видела это боковым зрением.
И странное чувство сдавило грудь, не облегчение и не страх. Что-то среднее. Как будто она только что захлопнула дверь, за которой всё ещё кто-то стоял.
Так надо, — сказала она себе. — Это правильно.
Но спокойнее не стало.
***
На льду Киара держалась ровно, безразлично.
Собранно. Точно. Отстранённо.
Тренер это заметил. Не по элементам, а по отсутствию привычного контакта.
Киара отвечала односложно, не смотрела дольше необходимого, уходила в прокат раньше, чем он успевал подойти ближе.
— Сальхов в связке, — сказал Саймон ровно.
— Хорошо.— ответила она.
— Следи за плечом.
— Я знаю.
Он прищурился.
Это был не её тон. Не её ритм.
После серии прыжков, чистых, резких, без ошибок, он подъехал ближе.
— Киара, — сказал он. — Я что-то сделал не так?
Вопрос был прямым. Не обвиняющим. Человеческим.
Она не ответила сразу.
Киара стояла, держась за борт и смотрела на лёд перед собой.
Музыка продолжала играть.
— Если да просто скажи, — продолжил он. — Я не хочу гадать.
— Всё нормально, — сказала она наконец. — Давайте продолжим.
Он смотрел на неё внимательно.
— Что нормально?
— Мне нужно работать.
Напряжение повисло между ними ощутимо, почти физически.
Саймон медленно кивнул.
— Хорошо.— сказал он спустя секунду,— Работаем.
Он отошёл.
И именно это сделало всё только тяжелей.
Он не давил.
Не спорил.
Принял её дистанцию, профессионально, аккуратно.
Киара почувствовала укол вины и тут же загнала его глубже.
— Музыку с начала, — сказал Саймон уже вслух. — Полный прокат.
Киара оттолкнулась.
Этот прокат она выдала на чистом упрямстве.
Без эмоций.
Без мягкости.
Зато с абсолютной точностью.
Каждый прыжок собранный, центрированный.
Каждый выход чёткий.
Каждый шаг на счёт.
Тело работало как механизм, которому дали один приказ, не ошибаться.
Она не чувствовала музыку, она подчинялась ей.
Когда всё закончилось, она остановилась у борта, переводя дыхание.
Пот заливал глаза. Ноги дрожали.
Луиза Хартманн кивнула, не смягчая выражения.
— Ну вот. Можешь, когда захочешь.
Киара опустила голову.
Она знала, какой ценой дался этот прокат.
Она была выжата полностью, не ради результата, а чтобы вытеснить ненужные мысли.
После тренировки Саймон пытался подойти снова.
Не резко.
Не демонстративно.
Просто оказался рядом у борта, когда Киара остановилась попить воды.
— Нам нужно поговорить.— сказал Саймон.
Их взгляды встретились.
И вдруг появилась Эмили будто из ниоткуда.
— Киара, — сказала она легко, — ты идёшь переодеваться?
Киара подняла взгляд и благодарно кивнула.
— Да. — Киара схватила бутылку и быстро посмотрела на тренера,— До свидания.
Девочки тут же развернулись и ушли.
В раздевалке Киара сидела долго, не двигаясь.
Тело гудело.
Мысли тоже.
— Ты его теперь отталкиваешь? — спросила Эмили спокойно.
— Я его защищаю. — ответила Киара.
— От кого?
— От ситуации, — сказала она устало. — От слухов. От риска. От меня.
Эмили вздохнула.
— И как ты себя чувствуешь?
Киара закрыла глаза.
— Будто мне отрезают что-то живое, — призналась она. — Но... иначе нельзя.
Эмили молчала.
— Я не могу позволить чувствам вмешаться, — продолжила Киара. — Вообще. Ни на миллиметр, потому что если я позволю... я не знаю, где потом остановлюсь. Черт, если бы не слова Лоры...
Эмили посмотрела на неё внимательно.
— Тогда спрошу прямо, — сказала она спокойно. — Он тебе нравится как мужчина? Не как тренер. Не как человек, который ведёт программу. А именно так.
Киара резко открыла глаза.
— Эмили...
— Я не осуждаю, — сразу добавила та. — И не собираюсь никому ничего пересказывать. Я просто хочу понять, что у тебя в голове.
Киара обернулась, оглядываясь вокруг, чтобы никто в раздевалке не услышал их разговор.
Несколько секунд она молчала, будто выбирая между честностью и привычным уходом от ответа.
— Я... не знаю, — сказала она наконец.
Эмили не перебивала.
— Он мне нравится, — продолжила Киара, медленно, словно проверяя слова на вкус. — Но не так, как «нравится» в романтических фильмах. Мне нравится, как он думает. Как он видит движения, как поминает меня, как относится ко мне. Как он... рядом, когда я работаю.
Она сглотнула.
— Но он мой тренер. Он старше. Он в другой позиции и я это понимаю головой. Очень чётко.
— А не головой? — тихо спросила Эмили.
Киара криво усмехнулась.
— А не головой я путаюсь...Потому что иногда мне кажется, что я реагирую слишком остро. Как же это выглядит глупо!— выдохнула Киара.— Он же мой тренер, может в его взглядах и вовсе нет того, чего мне хотелось бы?
Она сжала руки.
— Я не хочу быть девочкой, которая «что-то чувствует» к её тренеру. Я хочу быть спортсменкой, которая делает свою работу.
— Но ты человек, — мягко сказала Эмили. — И тебе семнадцать, а скоро восемнадцать.
Киара закатила глаза.
— Это ничего не меняет,— резко ответила Киара. — Я теперь должна быть вдвойне осторожна.
Эмили кивнула.
— Значит, тебе важно не дать этому перейти границу.
— Да, — сразу сказала Киара. — Любую. Даже внутри себя.
— И ты боишься, что если признаешься себе честно, — продолжила Эмили, — станет сложнее это контролировать?
Киара посмотрела на неё прямо.
— Я боюсь, что тогда мне придётся что-то с этим делать. А я не могу, я не имею права.
Повисла пауза.
— Тогда, — сказала Эмили после неё, — ты всё делаешь правильно, но это не значит, что тебе должно быть легко.
Киара медленно выдохнула.
— Спасибо, — сказала она тихо. — Мне просто нужно, чтобы это не разрушило то, ради чего я вообще здесь и к чему иду всю свою жизнь.
Эмили слегка коснулась её плеча.
— Не разрушит. Ты слишком собранная для этого. Просто... не делай вид, что ничего нет. Делай вид, что ты сильнее этого.
Киара кивнула.
— Я всё таки думаю, что нужно всё обрубить окончательно...
— Киара... Это очень сильный контроль над...
Киара открыла глаза.
— Нужно с этим покончить, пока это не развилось дальше.— внезапно решительно объявила Киара.
— Киара... — начала Эмили медленно. — Это надо иметь очень сильный контроль над собой. Почти жестокий.
Киара усмехнулась, коротко, без радости.
— А вот это я точно умею.
— Я знаю, — кивнула Эмили. — Ты всегда так делала. Когда что-то выходит из-под контроля, но это немного другой случай.
Киара подняла взгляд.
— Я думаю так будет лучше, я иначе не могу разобраться с этим. Я не могу с ним разговаривать, как раньше.
Внезапное молчание повисло между ними тяжёлым, но честным пластом. В раздевалке уже почти никого не осталось. Где-то щёлкнула дверца шкафчика, потом всё стихло.
— Скажи, а он хоть раз дал тебе намёк на что-то большее? — тихо спросила Эмили.
Киара тут же замотала головой из стороны в сторону.
— Нет, конечно! — сказала она. — Ни разу. Он всегда по границе. Даже когда смотрит... — она остановилась. — Он не переходит.
— Тогда, — осторожно сказала Эмили, — может, ты наказываешь не того?
Киара резко повернулась к ней.
— Я не буду рисковать, — сказала она жёстче. — Ни карьерой. Ни его репутацией. Ни своей.
Эмили выдержала этот взгляд.
— Тогда будь честна до конца, — сказала она. — Ты обрубаешь не потому, что он опасен. А потому что тебе страшно, что ты можешь захотеть большего.
Киара отвела взгляд.
— Да.
Это признание прозвучало тихо, но облегчило грудь.
— И я не позволю этому случиться, — добавила она. — Не сейчас.
Эмили кивнула, принимая.
— Хорошо. Тогда делай это осознанно, — сказала она. — Не злись на него. Не строй стену в раздражении. Просто... держи дистанцию. Спокойно.
— Я попытаюсь, но он уже что-то заметил, — выдохнула Киара.
— Он хороший тренер, — сказала Эмили. — Конечно, он заметит.
— И теперь он думает, что сделал что-то не так.
Эмили пожала плечами.
— Пусть думает. Это его часть процесса. Ты не обязана объясняться.
Киара молчала.
— Но, — добавила Эмили мягче, — если ты однажды почувствуешь, что эта дистанция начинает ломать тебя сильнее, чем сближать, то пообещай, что скажешь мне.
Киара слабо улыбнулась.
— Я постараюсь.
Она встала, закинула сумку на плечо, задержалась у зеркала. Лицо было уставшее, но собранное. Глаза ясные.
— Я справлюсь.— сказала она больше себе, чем Эмили.
— Я в тебя верю.— ответила Эмили.