Steidon

День второй. Лагерь Сотни. Утро.

Нова не спала. Она вообще не помнила, когда в последний раз спала больше двух часов подряд. На Ковчеге это было преимуществом — меньше уязвимости, больше времени для наблюдения. Здесь, на Земле, её бессонница превратилась в проклятие.

Она сидела на корточках у своего импровизированного убежища на краю лагеря, вглядываясь в линию леса. Воздух здесь пах иначе, чем на Ковчеге. Живой. Тяжёлый от зелени, влаги и чего-то ещё... крови. Вчерашние твари оставили запах, который въелся в ноздри.

— Ты похожа на голодного волка, — раздался голос за спиной.

Нова не обернулась. Она знала, кто это. Беллами Блейк. Его шаги она научилась распознавать ещё вчера — тяжёлые, уверенные, с лёгкой хромотой на правую ногу. Старая травма.

— А ты похож на человека, который слишком много думает о том, что о нём подумают другие, — ответила она, не меняя позы. — Это убьёт тебя быстрее, чем любой монстр в лесу.

Беллами подошёл ближе, остановившись в трёх шагах. Достаточно далеко, чтобы она не почувствовала угрозы. Достаточно близко, чтобы перехватить её, если она нападёт.

— Кларк сказала, ты не спала всю ночь.

— Кларк слишком много болтает.

— Она беспокоится. Мы все беспокоимся. Ты прилетела с оружием, которого у нас нет, и с секретами, которых мы не понимаем. — он помолчал. — Люди боятся тебя.

Нова наконец повернула голову. Её голубые глаза — сегодня без светящихся вен, просто холодные, как лёд — встретились с его взглядом.

— Хорошо. Пусть боятся. Страх держит в живых дольше, чем надежда.

Она встала, отряхнула колени. Её движения были плавными, экономными — ни одного лишнего жеста. Беллами невольно отметил, что даже в расслабленном состоянии она напоминает сжатую пружину.

— Сегодня я пойду в лес. Одна. — сказала Нова. — Нужно понять, где водятся эти твари, где их логова, какие у них маршруты.

— Без меня не пойдёшь. — Беллами скрестил руки на груди. — Здесь мои правила, помнишь?

— Твои правила, — повторила она с лёгкой насмешкой. — Хорошо. Идём. Но если будешь отвлекать меня разговорами, я привяжу тебя к дереву.

Беллами хотел возразить, но она уже двинулась к лесу, даже не оглядываясь. Ему ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

***

Лес. Два часа спустя.

Она двигалась бесшумно. Беллами, который считал себя опытным охотником, теперь чувствовал себя слоном в посудной лавке. Каждый его шаг хрустел ветками, каждое дыхание казалось слишком громким. Нова же скользила между деревьями, как тень, иногда исчезая из виду на несколько минут, чтобы внезапно появиться сбоку или сзади.

— Ты делаешь это специально? — прошипел он, когда она в очередной раз вынырнула из-за его спины.

— Делаю что? — она приподняла бровь.

— Пугаешь меня.

— Если бы я хотела тебя напугать, Блейк, ты бы уже обделался. — она указала подбородком вперёд. — Там, в ста метрах, логово. Чувствуешь запах?

Беллами принюхался. Сначала ничего, потом — сладковато-гнилостный смрад, смешанный с железом. Кровь. Много крови.

— Что там?

— Двупалые. Их нора. — Нова достала один из своих изогнутых клинков. — Я пойду одна. Ты останешься здесь и будешь смотреть, как работает профессионал.

— Нет. — Беллами схватил её за запястье. — Мы идём вместе, или не идёт никто.

Она посмотрела на его руку, потом ему в глаза. В её взгляде мелькнуло что-то — удивление? раздражение? — но она не вырвалась.

— Отпусти. — тихо сказала она. — И никогда больше не прикасайся ко мне без разрешения.

Он отпустил. Что-то в её голосе заставило его подчиниться.

— Идём вместе, — повторила она. — Но если ты облажаешься, я оставлю тебя там. Понял?

— Понял.

Они двинулись к логову.

***

Логово.

Там было темно. Даже с фонариком Беллами едва различал очертания пещеры — низкий свод, капающая с потолка вода, кости. Много костей. Животных и... людей. Он увидел череп, ещё не до конца очищенный от плоти, и его желудок сжался.

— Тихо, — прошептала Нова, хотя он и так не издавал ни звука. — Они спят днём. Если разбудим — будет весело.

Она двинулась вперёд, и Беллами последовал за ней, сжимая в руке нож. Он не знал, зачем вообще пошёл. Может, чтобы доказать ей, что он не трус. Может, чтобы доказать это себе.

Они нашли троих. Двупалые твари лежали в углублении, свернувшись клубками, их бледная кожа светилась в темноте слабым фосфоресцирующим светом. Они были уродливы даже во сне — вытянутые морды, когтистые лапы, отсутствие глаз.

— Убьём их? — прошептал Беллами.

— Нет. — Нова покачала головой. — Они нужны мне живыми. Я поставлю метки, буду следить за их перемещениями. Если убить их сейчас, на их место придут другие. Хуже.

Она достала из кармана маленькие металлические чипы — жучки, понял Беллами. Подошла к спящим тварям, двигаясь с такой осторожностью, что даже воздух не колыхался. Вживила чипы под кожу на загривках. Твари даже не шевельнулись.

— Готово, — сказала она, возвращаясь. — Уходим.

Но не успели они сделать и трёх шагов, как Беллами наступил на кость. Хруст. Громкий, как выстрел в тишине.

Одна из тварей зашевелилась. Потом вторая. Третья.

— Бежим, — выдохнула Нова.

Она схватила Беллами за руку и потащила его к выходу, но твари были быстрее. Они двигались в темноте с ужасающей скоростью, их когти скрежетали по камню.

— Стой! — крикнула Нова, отпуская его. — Прикрой выход!

Она развернулась лицом к тварям, клинки сверкнули в полумраке. Первая тварь прыгнула — Нова ушла в сторону, и её клинок вспорол монстру брюхо от груди до паха. Чёрная кровь брызнула на стены. Вторая тварь набросилась сзади, но она, не оборачиваясь, нанесла удар назад — лезвие вошло точно в глазницу (туда, где у нормальных существ должны быть глаза). Третья замешкалась, увидев смерть сородичей, и этого мгновения хватило, чтобы Нова перерезала ей горло.

Три трупа за десять секунд.

Беллами стоял, не в силах пошевелиться. Он видел много смертей. Но никогда — такой красивой, такой эффективной жестокости.

Нова вытерла клинки о шкуру ближайшей твари и повернулась к нему. Её лицо было забрызгано чёрной кровью, глаза горели тем самым неестественным голубым светом.

— В следующий раз, — сказала она, и её голос звучал низко, с хрипотцой, — когда я говорю «тихо», ты делаешь тихо. Понял?

Беллами кивнул. В горле пересохло.

Она прошла мимо него, даже не взглянув. На выходе из пещеры остановилась и бросила через плечо:

— Ты жив только потому, что Совет приказал сохранить ваши жизни. Не испытывай моё терпение, Блейк.

Он смотрел, как её тень исчезает в зелени леса. И впервые в жизни подумал: эта женщина действительно не человек. Она — оружие. И оружие не знает пощады.