глава 14
Мариела Берллини
После его слов я хотела сломать ему шею. В тот день, когда этот долбаный ублюдок сказал про клетку и собаку - ублюдок! - а я еще, как последняя идиотка, смеялась. Он, блядь, хотел сделать из меня собаку, а я смеялась, сука.
Прошла неделя.
Я с ним не разговаривала. «Да пошел он нахрен», - думала я. Ублюдок. Из-за того, что меня ночью тогда, блядь, душили, все планы изменились: теперь я спала с Маттео в одной комнате, в одной кровати. Делить с мужчиной кровать я не собиралась.
Он меня бесил. Я с ним не разговаривала, а когда он предложил мне ковер и клетку - это стало последней каплей. Тогда я хотела врезать ему пару раз по лицу, а себе выбить зубы за то, что я смеялась, идиотка. Но из-за того, что мне тот урод долбаный вколол, мое тело было слабым, и я чертовски хотела спать.
На улицу я всю неделю не выходила. Да и как вообще можно было выйти, когда у меня шея в синяках и руки тоже? Подумали бы, что Маттео меня тут бьет, а привлекать к себе внимание - нахрен оно мне сдалось.
С Ванессой я не помирилась. Если бы я ей позвонила, она бы начала расспрашивать или вообще приехала бы, а это означало, что все бы узнали про мои синяки. И тогда были бы проблемы, потому что у Ванессы язык без костей.
Я хотела ей позвонить и извиниться, но дело не доходило. Я была заперта будто в золотой клетке. Охрана всегда была на территории. Маттео пропадал на работе, и это было моим спасением, а то мы с ним не разговариваем неделю. Назвать меня собакой - хуесос ублюдочный!
Хоть он просто шутил, а я смеялась, хотелось себя пару раз тогда переебать так, чтобы наверняка кислород в мозг попал, но не получилось.
Спать с Маттео оказалось настоящей войной. Учитывая его телосложение и то, какая я маленькая - так он, блядь, на всю кровать разлегся. Так еще и это одеяло, за которое мы вели молчаливую войну, в которой я каждый раз проигрывала. Приходилось лезть к нему поближе, чтобы быть под одеялом и спать на его груди.
Он это делал специально. Но это были еще цветочки. Из-за того, что я спала в одной комнате с Маттео, я не могла ходить голая, когда шла из гардероба в ванную. Служанки перенесли мои вещи в гардероб Маттео; оказалось, что их слишком много, пришлось оставить половину в своей старой комнате.
То, что Маттео просыпался в шесть утра, было моим кошмаром. Этот придурок не мог вести себя тихо, чтобы дать мне поспать до десяти дня. Он специально то ходил громко, то разговаривал по телефону на всю комнату, не давая мне спать. Из-за этого я весь день была злая, но этот пидор сваливал на свою работу.
Насчет ванной - у нас тоже была война. Ванная, конечно, была большая, но я точно не стала бы ходить там голая, когда там Маттео. И это стало моей величайшей проблемой, потому что один раз я забыла, что я не у себя дома, и вышла из ванной голая.
Маттео тогда сидел на кровати и что-то делал в ноутбуке. Когда я вышла, он явно увидел мое голое тело прежде, чем я заскочила обратно в ванную. Мне было так смутно, блядь, смотреть ему в глаза. Мы играли в молчанку; хоть иногда он и говорил что-то, я игнорировала его всеми способами.
После того случая прошло всего пару часов. Он, как всегда, сидел в своем ноутбуке, а я рассматривала свое лицо в зеркале - благо мой туалетный столик уже перенесли в эту комнату.
Синяков уже почти не было видно, остались маленькие пятнышки. Я, конечно, могла бы замазать их тональником, но в Италии, как назло, светило слишком жаркое солнце, и тональник не спасал. Пришлось сидеть в этом доме сутками, смотреть телик или залипать в телефоне. И каждый вечер есть с Маттео за одним столом.
Я была в легкой ночнушке (шорты и футболка), пушистые тапки, волосы распущены. Маттео иногда бросал на меня взгляды, но я игнорировала. Мне было стыдно смотреть ему в глаза, я слишком смущалась. Хоть в жизни никогда такого не было, но с ним, блядь, мое лицо начало краснеть, как помидор.
- Ты еще обижаешься за собаку и клетку? - спросил Маттео с ухмылкой на лице.
Я бросила на него через зеркало убийственный взгляд. Он только рассмеялся.
- Заткнись, - рявкнула я.
Он только сильнее рассмеялся, а я закатила глаза. Ему было смешно, а мне - не очень.
- А что это было пару часов назад? - спросил Маттео, довольно улыбаясь и даже не скрывая этого.
Ублюдок знает, что мне и так неловко, но он, блядь, этим пользуется.
- Что? - прикинулась я дурочкой. Я прекрасно могла управлять своими эмоциями.
Он поставил ноутбук на тумбочку, и я повернулась к нему лицом, скрестив руки на груди. Я не скрывала, что за одно лишнее слово готова его прикончить, но ему было не до этого - он просто смеялся и ухмылялся.
- То, что ты вышла из ванной...
Я не дала ему договорить. Сняв с себя пушистый тапок, я бросила его в него. Конечно, это не причинило ему вреда, он просто его поймал.
- Заткнись уже! У тебя язык без костей, прикуси его наконец! - сказала я и бросила в него второй тапок, который попал ему прямо в лицо. От этого зрелища я рассмеялась. Он убрал тапок от лица, которое немного покраснело от шлепка.
Он поднялся с кровати и пошел ко мне, а я сидела на пуфике рядом с туалетным столиком. Он бросил тапки мне под ноги и встал рядом.
- Милая, у тебя совсем нет приличия - ходить передо мной голой, - сказал он, прямо глядя мне в глаза. Ублюдок! Мое тело тут же вспыхнуло от смущения. Я до крови прикусила внутреннюю сторону щеки. Почувствовав во рту вкус железа, что означало, что я прокусила кожу, я разжала зубы.
- Ну и что! Я перепутала, забыла, что я не у себя дома! - возмутилась я, тоже глядя ему в глаза.
Мое поведение было немного глупым: то неделю назад целую его, то сплю на его груди в обнимку, то не разговариваю, а теперь вышла голая, смущаюсь как идиотка и бросаюсь пушистыми тапками, будто мне не двадцать два года, а пять.
Он закатил глаза, нежно и легко взял меня за подбородок и приподнял мою голову так, чтобы открылась шея.
- Следы еще немного остались, но если смотреть издалека, уже не так заметно, - заявил он, продолжая рассматривать мою шею. На руках следы скоро должны были пропасть, а на шее, если сделать укладку, синяков не было бы видно.
- Я просидела здесь неделю, как в клетке. Это подозрительно. Люди подумают, что ты меня тут бьешь, раз я не выхожу из дома, - сказала я. Он убрал руки от моего лица и отступил на шаг, давая мне больше пространства, после чего кивнул.
- Ладно, я позвоню Ванессе, - сказала я, направляясь к кровати, где лежал мой телефон. Взяв его, я вышла на балкон. Конечно, Ванесса уже давно меня простила за то, что я на нее накричала, но нужно было извиниться за свою вспыльчивость.
Я набрала её номер, опершись на перила. Маттео вернулся к ноутбуку, а я ждала ответа от Ванессы.
Сказать честно, Маттео был не таким уж плохим мужем, учитывая, какие сейчас в Италии браки: где муж бьет жену, а она должна сидеть дома и рожать детей. Маттео же был полной противоположностью. Я могла делать что хотела, он не давил на меня, не прикасался без нужды - только когда мазал синяки мазью, чтобы они скорее прошли.
Хотя я могла справиться и сама, он делал это лично. Непонятно зачем, но в хорошем смысле он ко мне не приставал и ничего от меня не требовал. Это был просто брак, мы жили как бы по разные стороны. Сейчас на часах было девять вечера.
Когда я наконец услышала знакомый голос Ванессы, я расслабилась.
- Привет, Мариэла.
Когда Ванесса называла меня полным именем во время ссоры, это означало, что она еще злится. Она раздраженно выдохнула.
- Привет, - ответила я. Мы обменялись приветствиями и замолчали. Она явно ждала моих извинений. - Ладно, черт бы тебя побрал, извини, что накричала, - сказала я, немного злясь на саму себя.
- Шопинг! - тут же выпалила она, так быстро, что я не сразу поняла.
- Что «шопинг»? - переспросила я.
- Мари, не тупи. Пойдем завтра на шопинг на целый день, и ты от меня не отвертишься.
- Какой шопинг? У меня одежда уже в двух комнатах живет, куда я её дену? - я сделала паузу и решила пошутить: - Если только моему мужу не одолжить пару платьев.
Ванесса рассмеялась, и я вместе с ней. Идея была гениальной, но, учитывая мои размеры, Маттео бы в мои платья точно не залез.
- В таком случае я одолжу ему пару своих! - добавила Ванесса. Мы снова рассмеялись.
После нескольких минут уговоров пойти завтра по магазинам я согласилась, сбросила звонок и вернулась в комнату. Маттео всё еще был занят ноутбуком.
- Не замерзла? - спросил он, поднимая на меня взгляд, когда я закрыла дверь балкона.
Если днем от жары можно было расплавиться, то ночью воздух становился холодным. По моему телу пробежали мурашки, подтверждая, что я немного замерзла.
Погода в Италии сейчас была непредсказуемой: когда пару дней назад я только узнала о браке, шел дождь, а сейчас светило жаркое солнце, но ночи оставались холодными.
- немного,
сказала я немного смущённо и поставила телефон на зарядку. Он кивнул, явно недоверчиво.
Посмотрел на туалетный столик. Я заметила, что всякие безделушки и украшения остались в моей комнате, и идти туда я точно не собиралась одна.
Я жить-то хочу, а если Маттео убьют, он хоть спасёт меня. Есть же плюсы.
- Маттео?
позвала я его. Он поднял на меня взгляд, в котором застыл холод.
- Что?
спросил он с приподнятой бровью.
Если я скажу, что мне страшно идти самой в комнату, он будет издеваться.
- Мои украшения остались в той комнате, - сделала я паузу, думая, что он поймёт, - и сама я туда не пойду, поэтому ты идёшь со мной.
Он закатил глаза, ухмыльнулся, поставил на мою территорию кровати ноутбук и пошёл ко мне. А я - к двери. Он открыл дверь и пошёл вперёд, я шла за ним, не отставая, хоть комнаты были рядом.
Он открыл дверь и включил свет. Осмотрев комнату, он распахнул дверь шире, пропуская меня внутрь. С опаской посмотрев на всё, я сделала пару шагов в комнату.
- И где твои украшения?
спросил он.
- В гардеробной,
быстро сказала я.
Но туда я уже собиралась идти сама, без него. Господи, я в жизни ничего не боялась, чтобы теперь бояться какого-то придурка? Уж нет.
- Сама идёшь или идти с тобой?
- Сама,
сказала я, набрала в лёгкие воздуха и сделала пару шагов к гардеробу. Нужно было открыть дверь и включить там свет. Всё просто.
Но что-то меня туда не тянуло.
Маттео стоял позади меня, скрестив руки на груди, и ждал, когда я открою дверь.
Всё же я поборола свой страх и положила руку на ручку, согнула её вниз. Я открыла немного - там было темно и какой-то отвратительный запах.
Я сразу поморщилась. Неужто тут крыса умерла? А если съела или погрызла мои вещи? Я быстро вошла в гардероб, где стояла отвратительная вонь, точно кто-то сдох.
Быстро нащупав на стене выключатель, я включила свет, и яркий свет залил комнату. Но лучше бы я его не видела. Меня сразу стошнило, воздуха в лёгкие стало не хватать.
Глаза округлились, будто хотели вылезти из орбит. Вонь стояла такая, что тошнота подступала к горлу. Но это было плевать - дыхание участилось, и мой взгляд был зафиксирован напротив меня.
По бокам стояли полки с одеждой, а прямо по приходу, где пару дней назад стояло зеркало, его уже там не было. Картина, которая застряла у меня в глазах:
На стене молочного цвета был прибит белый пушистый заяц с большими глазами, в которых застыл страх. Посередине стены была кровь, которая стекала вниз и образовывала лужу на полу.
Заяц был пушистый, белый, чистый, как бумага, красивый - явно какой-то породы. Но шерсть была в крови, которая стекала на пол. Внутри этого милого и белого создания был воткнут нож, который держал его на стене, чтобы он не упал.
Эта картина застряла у меня в глазах: такой маленький, такой невинный, пушистый. Наверное, был мягкий, с этими глазами, в которых был страх. Маленькие лапки, большие ушки, маленький хвостик. Но мёртвый. Ни живой, ни звука - только нож и кровь.
Я хотела закричать, но не могла. Язык не подчинялся мне. Я хотела кричать, но не могла. Я застыла, смотря на эту ужасную, больную картину, которая была словно издевательство над бедным животным.
Слёзы вытекли из глаз, падая на лицо, спускаясь вниз. А я смотрела, будто это было что-то интересное, а не убийство, не издевательство над животным.
Где-то Маттео что-то говорил, но я не понимала, что. Я застыла, смотря на всё это, пока чьи-то руки не обняли меня, прижали к себе, обхватили моё лицо тёплыми руками, вытирая слёзы, которые продолжали спускаться.
- Мариела, всё, девочка, не плачь,
говорил Маттео. Я его слушала, но не принимала всерьёз. Перед глазами всё ещё стояло то, что я видела второй раз в жизни - кровь.
Четыре года назад.
Нью-Йорк.
Университет.
Мы, как всегда, с Ванессой сидели в кафетерии. Через час у нас должна была начаться пара.
Вокруг было много учеников, которые просто не шли на занятия, и тех, у кого пар не было.
Мы с Ванессой попивали латте, как всегда болтая обо всём. У нас тут было много врагов и парней, которые не знали слова «нет». Типичный день в университете.
- О, идёт клоун и его шавка,
сказала Ванесса, смотря мне за спину. Я даже не обернулась, зная, кто это. Мы им даже дали прозвища.
Клоуна звали Мейсон Миллер. Он был старше меня на один год, но учились мы в одном классе и часто виделись на парах. Ростом он был под сто девяносто - высокий, спортивный, накачанный. Серые глаза, коричневые волосы. Он был тем еще психом, который так и гнался за мной. Ходили даже слухи, что он просто увлекался очередной девушкой, пересыпал и бросал - типичный бабник, но противный до жути.
Второй - его шавка, Лукас Книг. Ему было столько же лет, сколько и Мейсону. Ростом он был немного ниже - голубоглазый блондин, спортивный. Он был похож на ангелочка, а его «клоун» - на чертика.
Они даже без предложения уселись на свободные стулья вокруг нас, занимая собой всё пространство.
- Привет, куколки, - сказал Мейсон, ухмыляясь своей мерзкой улыбкой и скаля белые зубы. Всё это дерьмо предназначалось нам.
Если бы мы не знали Мейсона, то повелись бы на его улыбку как дурочки, но, к счастью, мы знали, какой он псих.
- Скучно вам, куколки? - продолжал Мейсон с той же улыбкой. Ванесса скорчила такую отвратительную мину, будто её сейчас стошнит.
- Без тебя, клоуна, было весело. Забирай свою шавку и валите нахрен отсюда, - не удержалась я от комментария. Он меня бесил. В этом универе нас все бесили, и мы всех посылали нахрен, но с этими двоими никак не получалось.
- Злая куколка... - начал он, но я не дала ему договорить.
- Придурок, который не понимает слова «нахрен», вали отсюда! - я обернулась к нему, во мне закипела злость на этот кусок дерьма.
- Куколка, которая не понимает, что всё равно ты переспишь со мной, - заявил он. Ванесса открыла рот от шока, а белобрысый только удивленно поднял бровь. Но это была последняя капля.
- Только з твоим трупом, ублюдок, - сказала я. Ванесса улыбнулась, а его ухмылка сползла вниз.
- з моим трупом? - переспросил он.
- Да, - ответила я гордо. У меня и в планах не было раздвигать перед ним ноги.
- Хорошо, куколка, труп так труп.
Он встал, опрокинул стул на пол и в секунду оказался возле окна. Открыл его и посмотрел на нас. Окно было в пол, и его можно было легко открыть. Он распахнул его и через секунду спрыгнул вниз.
Мы с Ванессой вскочили, опрокинув стулья, и побежали к окну, где только пару секунд назад стоял Мейсон. Мы были на втором этаже, и высота здесь была приличная. Все, кто был в кафетерии, тоже бросились к окну.
Внизу лежал Мейсон, вокруг была кровь. Мы с Ванессой застыли там как идиотки, глядя вниз на лужу крови.
- Мариэла! - рявкнул на меня Маттео. От его голоса я пришла в себя и вырвалась из этих воспоминаний.
- Мариэла, иди в нашу комнату, поняла меня? И не смотри! - сказал он, убирая руки и выталкивая меня из гардеробной. Я хотела обернуться, но он не дал.
На ватных ногах я вышла из той комнаты, не понимая, что там произошло. Кровь, убийство, заяц... Я пошла в нашу с Маттео комнату.
Села на кровать, подтянув к себе ноги, и смотрела в одну точку. Я не могла себя успокоить. Слезы всё еще капали, но я была уже не здесь - я всё еще оставалась в том ужасном месте: гардеробная, заяц, стена, кровь.
Не знаю, сколько времени прошло: может, пять минут, а может, полчаса. В комнату зашел Маттео, но я даже не посмотрела на него - будто его здесь не было, а я находилась в другом мире.
Он подошел к кровати. Я так сильно вцепилась пальцами в колени, что Маттео пришлось самому убирать мои руки.
- Мариэла, выпей. Тебе нужно поспать.
Я перевела взгляд на его руку, в которой был стакан с какой-то жидкостью. Он поднес его к моим губам, и я подчинилась - выпила всё содержимое. Наверное, это было успокоительное.
Он поставил стакан и помог мне лечь, укрыв одеялом. Я свернулась калачиком, продолжая смотреть в одну точку. Он был рядом, ничего не говорил и не трогал меня.
Через пару минут я провалилась в сон, который казался мне теплым пламенем. Я расслабилась и поддалась сновидению, которое казалось спокойным и беззаботным.
☆☆☆
Мои хорошие, ну как вам глава, понравилась? Если да, поставьте ЗВЁЗДОЧКУ, пожалуйста. Надеюсь, у вас всё хорошо.
Мой телеграм-канал - Моргана Вельм 💋. Напишите в поисковике ТГ, и он вам найдёт.
Также жду ваши комментарии, очень-очень сильно.
Люблю вас, мои хорошие 🩷