Кэми
На протяжении месяца Кацуки Бакуго встречал меня у дома.
Каждое утро — как по расписанию.
Я выходила из подъезда, ещё толком не проснувшись, с рюкзаком, растрёпанными мыслями и вечной спешкой — и он уже стоял там. Иногда опирался на забор, иногда просто ждал, уткнувшись в телефон, но стоило мне появиться, как он поднимал взгляд.
Ничего не говорил.
Просто разворачивался, и мы шли.
Со школы было то же самое.
Неважно, сколько у меня было уроков, кружков или задержек — он появлялся. Будто знал. Будто отслеживал. И шёл рядом, пока мы не доходили до моего дома.
Сначала это было странно.
Потом — привычно.
А через несколько дней я поймала себя на мысли: если его вдруг нет... мне будет не по себе.
Но я никому не говорила об этом.
Через пару недель я заметила ещё кое-что. Точнее — это заметили мои подружки.
— Тэнси, — как-то сказала Лия, когда мы сидели на подоконнике в коридоре, — а ты не замечаешь, что вокруг тебя стало... тише?
— В смысле? — пожала я плечами.
— В прямом смысле, — подключилась Катя. — Где все твои ухажёры?
Я рассмеялась.
— Да что вы, — отмахнулась я. — Они просто заняты. Контрольные, тренировки, жизнь.
— Не-а, — прищурилась Лия. — Раньше они реально за тобой бегали. А сейчас... максимум здороваются.
Я задумалась. Не потому, что мне было важно внимание мальчиков — просто... она была права.
Кэми всё ещё писал, иногда приносил сладости, иногда предлагал прогуляться. Но остальные словно растворились. Кто-то держался подальше, кто-то «вдруг вспомнил» о делах, кто-то вообще перестал обращать на меня внимание.
— Да ну, — сказала я, чтобы закрыть тему. — Вы придумываете.
— Мы не придумываем, — хмыкнула Катя. — Просто за тобой теперь постоянно ходит Бакуго.
Я чуть не поперхнулась.
— И что?
— И то, — спокойно сказала Лия, — что он выглядит так, будто если кто-то подойдёт к тебе ближе чем на метр — он его съест.
Я замолчала.
Перед глазами всплыл Кацуки: идущий рядом, с вечно нахмуренным лицом, бросающий резкие взгляды по сторонам, будто всё вокруг — потенциальная угроза.
— Вы драматизируете, — сказала я наконец. — Он просто провожает.
— Ага, — протянула Катя. — Очень по-дружески. Каждый день. Месяц подряд.
Я покачала головой.
Мне казалось, что они несут бред.
Не может же Бакуго... не специально же?
Он ничего не говорил. Не запрещал. Не устраивал сцен.
Он просто был рядом.
И этого оказалось достаточно, чтобы мир вокруг меня стал чуть тише.
С Кэми всё было иначе. Мы шли вместе, смеялись, обсуждали уроки, забавные истории одноклассников. Он делал лёгкие прикосновения плечом, смущённо улыбался, и это было тепло — простое, невинное тепло.
Мы дошли до переулка, где расходились.
— Мне сюда, — сказал он, указывая влево.
— А мне прямо, — ответила я.
Он не знал, как попрощаться, сделал шаг назад, потом снова вперёд, смущённо улыбнулся.
— Тогда... — сказал он наконец. — Напишешь?
— Конечно.
Он махнул рукой и ушёл.
Я стояла, немного растерянная, и вдруг в голове всплыло одно лицо. Хмурое, злое, всегда рядом.
Я вздохнула и пошла дальше, автоматически оглянувшись — туда, где обычно шёл Кацуки.
От лица Кэми:
Я свернул за угол с дурацкой улыбкой. Она согласилась. Всё шло так легко, так тепло... и вдруг переулок оказался занят.
Он стоял там. Бакуго Кацуки.
Руки в карманах, плечи расслаблены, взгляд тяжёлый и прямой. Предупреждающий.
Я замедлил шаг.
— Чё, — сказал он спокойно, — потерялся?
Шаг ко мне. Один. И этого хватило, чтобы стало не по себе.
— Слушай внимательно, — тихо, без крика, без взрывов. — Ещё раз я увижу тебя рядом с ней — тебе не поздоровится.
Я сглотнул.
— Ты... кто вообще, чтобы решать, с кем ей идти?
— Тот, кто будет рядом, — сказал он. — А ты — нет.
Молчание. Слова застряли где-то внутри. Он не угрожал — он констатировал.
— Я понял, — выдавил я тихо.
Он кивнул и прошёл мимо.
Я остался стоять в переулке, сердце колотилось, а в голове крутилось одно:
Он не просто ревнует.
Он охраняет.
И именно это пугало больше всего.
На следующий день я сразу заметила, что что-то не так.
Не в школе.
Не в классе.
А в людях.
Кэми опоздал. Это уже было странно — обычно он появлялся одним из первых, махал мне рукой из коридора, делал вид, что просто «проходил мимо».
Сегодня он прошёл мимо по-настоящему.
— Кэми? — позвала я, когда он уже почти скрылся за дверью класса.
Он дёрнулся, будто его окликнули неожиданно, и обернулся.
— А... привет, — сказал он. Улыбнулся. Но как-то неуверенно. — Извини, я... спешу.
И ушёл.
Я осталась стоять с ощущением, будто мне что-то недоговорили.
На перемене он не подошёл.
На следующей — тоже.
Когда я всё же поймала его взгляд, он тут же отвёл глаза. Не резко, не грубо — скорее поспешно, словно боялся задержаться на секунду дольше.
— Тебе не кажется, что Кэми странный сегодня? — спросила Лия, когда мы сидели за партой.
— Немного, — честно ответила я. — Может, не выспался.
Катя хмыкнула.
— Или испугался чего-нибудь.
— Чего, например? — не поняла я.
— Да кто его знает, — пожала она плечами. — Вчера он такой радостный бегал, а сегодня — как побитый кот.
Я снова посмотрела в сторону двери.
Кэми стоял у окна. Один. Руки в карманах. Плечи напряжены.
Он больше не пытался быть ближе.
Не предлагал проводить.
Не ловил каждый мой шаг взглядом.
Он будто сделал шаг назад.
И только когда прозвенел звонок и мы начали расходиться, я заметила ещё одну деталь.
У выхода из класса, опираясь плечом о стену, стоял Бакуго.
Он ни на кого не смотрел прямо.
Но я знала — он видит всё.
Когда Кэми прошёл мимо него, не поднимая глаз, Бакуго даже не шевельнулся.
Только чуть прищурился.
А потом, когда я подошла, он коротко бросил:
— Пошли.
Как будто так было всегда.
И почему-то в этот момент мне стало ясно:
что-то произошло.
Не при мне.
Не для меня.
Но — из-за меня.