1 глава
Огромный бальный зал пятизвездочного отеля «L’Empire» утопал в ароматах дорогих селективных духов и свежесрезанных пионов. Херин ненавидела этот запах. Для неё он навсегда стал символом катастрофы — краха компании её отца, который она теперь должна была склеить собственной свободой.
Она стояла перед зеркалом в дамской комнате, поправляя невидимую складку на шелковом платье цвета слоновой кости. Кан Херин всегда называли «фарфоровой принцессой» — её спокойствие было непроницаемым, а манеры — безупречными. Но сегодня под слоем пудры скрывалась мертвенная бледность.
— Пора, — раздался за спиной низкий, лишенный эмоций голос.
Херин даже не вздрогнула. В отражении она увидела Пак Сонхуна. Идеально скроенный черный смокинг, ледяной взгляд и аура человека, который привык покупать всё, что ему нравится. Включая её жизнь.
— Ты задерживаешься, — Сонхун подошел ближе, его взгляд скользнул по её обнаженным плечам, но в нём не было восхищения. Только оценка актива. — Пресса уже начала шептаться, что невеста сбежала.
— Не волнуйся, Сонхун-ши, — Херин развернулась к нему, сохраняя на лице маску аристократичного безразличия. — Я слишком дорого стою, чтобы так дешево исчезнуть.
Сонхун едва заметно усмехнулся. Ему нравилась её прямолинейность, скрытая за вежливостью. Это было... освежающе.
Когда они вышли в зал, свет сотен вспышек ослепил их. Сонхун тут же притянул её к себе, его ладонь собственнически легла на её талию. Херин ощущала тепло его руки через тонкую ткань, и это тепло казалось ей обжигающим и чужим. Этот жест был поставленным спектаклем, отработанным перед зеркалом.
— Улыбнись, — едва слышно шепнул он ей на ухо, склонившись так близко, что его дыхание коснулось её виска. — Твоя сдержанность сегодня выглядит как траур по акциям твоего отца.
Херин не дрогнула. Она медленно повернула голову к нему, сохраняя идеальную осанку.
— Моя улыбка не входит в стоимость контракта, — так же тихо ответила она. — В документе прописано моё присутствие и лояльность, а не эмоциональное обслуживание твоего самолюбия.
Сонхун замер на мгновение, а затем в его глазах промелькнула искра подлинного интереса. Эта «ледяная кукла», которую ему навязали для укрепления имиджа корпорации, оказалась не такой уж безжизненной. Под этим слоем льда явно текла горячая кровь.
— Осторожнее, Херин, — его голос стал на тон ниже. — Я люблю вызовы. И если я решу, что хочу твою улыбку, я добьюсь её так же легко, как добился твоей подписи на брачном договоре.
— Удачи, — коротким кивком ответила она, переведя взгляд на камеры.
Вечер тянулся бесконечно. Они играли роль идеальной пары: наследник гиганта индустрии и дочь опального магната. Они танцевали, и Сонхун вел её уверенно, почти грубо, не давая ей ни шанса на дистанцию. В танце их тела соприкасались чаще, чем того требовали приличия, и Херин с ужасом ловила себя на мысли, что её пульс предательски ускоряется.
Когда банкет подошел к концу, и они сели в его черный лимузин, тишина в салоне стала почти осязаемой.
— Завтра утром твои вещи перевезут в мой пентхаус, — холодно произнес Сонхун, не глядя на неё. Он уже просматривал какие-то отчеты в планшете. — Правила просты: в доме мы можем не общаться, но на публике ты — моя тень.
— Твоя тень? — Херин усмехнулась, глядя в окно на огни Сеула. — Скорее, твой самый дорогой аксессуар.
Сонхун отложил планшет и посмотрел на неё в упор. В полумраке машины его лицо казалось высеченным из мрамора.
— Аксессуары не умеют так дерзить, — он протянул руку и медленно, кончиками пальцев, провел по её щеке. Херин затаила дыхание. — Ты пахнешь дождем и чем-то... горьким. Что это?
— Это аромат реальности, в которой я оказалась, — она мягко отстранилась.
— Хм. Аромат притворства тебе идет больше, — заключил он, снова возвращаясь к делам.
Херин закрыла глаза. Она еще не знала, что этот фиктивный брак станет самой опасной игрой в её жизни, где ставкой будет не состояние отца, а её собственное сердце, которое Сонхун намерен был разбить просто ради спортивного интереса.