часть 34
Все две недели Лина работала практически не покладая рук. Клиенты сменяли друг друга, заказы сыпались один за другим, и она почти не замечала времени. Но всё шло хорошо — она была востребована, довольна, и каждое утро начиналось с короткого сообщения от Никиты: фото завтрака на пляже, смешное видео с Артёмом, или просто «Доброе утро, я скучаю». Она отвечала, улыбалась в экран и шла работать дальше.
Но на третий день она заметила неладное.
Сначала ей показалось, что случайность. Она вышла из кофейни — в припаркованном чуть поодаль белом фургоне кто-то сидел. Мужчина. Лысоватый, в тёмной куртке. Лина не придала значения — мало ли, человек обедает, ждёт кого-то. Но когда она пошла дальше, фургон тронулся следом. Не сразу, не спеша, но в ту же сторону.
Она остановилась у витрины зоомагазина — фургон притормозил у обочины.
Лина напряглась, но убедила себя: совпадение. Слишком мало данных, чтобы паниковать.
На следующий день фургон снова был у её подъезда. И на следующий — тоже.
Она заметила его, когда выходила за хлебом. Когда возвращалась от клиента. Когда заезжала в продуктовый. Белый фургон с тонированными стёклами — и один и тот же мужчина за рулём. Он не прятался. Просто сидел, иногда листал телефон, иногда курил. Но стоило Лине выйти из дома — фургон оказывался рядом.
Однажды, возвращаясь поздно вечером, она увидела его прямо под окнами своей квартиры. Мужчина стоял у фонаря, смотрел вверх. Поднял голову — туда, где горел её свет. Лина замерла у окна, задернула штору и отступила в темноту комнаты. Сердце колотилось где-то в горле.
— Это паранойя, — сказала она себе вслух. — Просто совпадение.
Но на следующее утро фургон снова был на месте.
Она не стала звонить Никите. Он далеко, зачем тревожить? Не стала говорить Оле — та бы сразу забила тревогу и перестала отдыхать. Лина решила разобраться сама. Сфотографировала номер машины, записала время и место. На всякий случай.
Она подошла к окну. Внизу фургон всё ещё стоял. Ей показалось, что мужчина поднял голову и посмотрел прямо на неё. Она отступила, задернула шторы и пошла на кухню — налила себе чай. Руки дрожали.
Ей хотелось позвонить ему. Сказать: «Никита, за мной следят, я боюсь». Но она не могла испортить ему отпуск. Он так ждал этих двух недель. И она решила ждать. Терпеть. Наблюдать.
Но внутри разрасталась тревога. С каждым новым днём — всё сильнее.
Оставшиеся дни отпуска ребят, когда Лина была в одиночестве, прошли в тревоге. Белый фургон появлялся то у её подъезда, то у кофейни, то у клиентов. Она перестала выходить вечером, закрывала шторы наглухо и спала с включённым светом в коридоре. Никите писала короткие, бодрые сообщения — «Всё хорошо», «Скучаю», «У меня всё отлично». Он не подозревал ничего. И она не хотела портить ему эти дни.
И вот наконец сегодня вечером приезжают ребята. Самолёт приземлялся в десять вечера. Лина знала: они будут раньше дома, скинут вещи, закажут еду, а потом позвонят ей. Но она решила сама приехать в квартиру ребят — приготовить им ужин и встретить.
Лина проснулась рано, выглянула в окно — ни белого фургона, ни лысого мужчины. Вдохнула свободнее и быстро вызвала такси.
В квартире ребят было пыльно и тихо. Лина раздвинула шторы, проветрила комнаты, налила воду в горшки с цветами — Оля просила присмотреть. Потом взялась за уборку: протёрла полы, собрала разбросанные журналы, вымыла раковину и ванную. А после принялась готовить.
На плите закипел суп, в духовке запекалось мясо с овощами, на столе появилась ваза с печеньем и свежие яблоки. Лина ходила по кухне, прислушиваясь к запахам и тишине. Здесь, в квартире ребят, она чувствовала себя спокойнее. Как будто стены хранили его тепло.
Когда всё было готово, она выключила плиту, накрыла кастрюли крышками и взглянула на часы. До выезда в аэропорт оставалось ещё почти два часа. Лина прилегла на диван, прикрыла глаза и провалилась в сон.
Ей приснился тот самый фургон. Белый, тонированный, стоящий у её подъезда. Она выходит из дома — а он трогается следом. Сворачивает за ней, не отстаёт. Лина бежит, оглядывается, задыхается. Выезжает на пустынную улицу — а фургон всё ближе. Мужчина за рулём улыбается — лысый, в тёмной куртке — и давит на газ.
Лина проснулась от того, что не могла вдохнуть. Села на диване, схватилась за горло. Сердце колотилось где-то в ушах. В комнате было тихо, за окном светило солнце. Обычный день.
Она перевела взгляд на часы. Время выходить.
Лина встала, прошла на кухню, проверила, всё ли на месте. Поправила полотенце на батарее, взяла ключи от квартиры и сунула их в карман. Натянула пальто, замерла у двери. Посмотрела в глазок — пусто.
Выдохнула. Открыла дверь.
Внизу, у подъезда, никого не было. Лина быстро села в машину Егора и откинулась на сиденье. Машина тронулась. Она не оглядывалась — боялась увидеть его снова. Но страх уже не был острым. Осталось всего несколько часов. Скоро они прилетят. И она скажет ему всё. А пока — просто дышать. Дышать и верить, что всё будет хорошо.