Пепел вместо тепла
Они бежали. Лес, который Т/и знала с детства, каждый лист, каждый стебель, каждую тропу — теперь был чужим. Дым разъедал глаза, огонь пожирал деревья, и воздух, который всегда пел, теперь кричал.
Т/и бежала впереди, Нетейам за ней. Она чувствовала его спиной — не через связь, та молчала, испуганно сжалась в комок.
Деревня предстала перед ними адом. Маруи горели, несколько уже рухнули, превратившись в груды тлеющей ткани — той самой ткани, которую они с Нетейамом перебирали. Земля была усеяна обломками стрел, копий, осколками того, что ещё утром было домом.
Над головой, рассекая воздух с рёвом, которого Т/и не слышала никогда в жизни, летали человеческие машины. Огромные, стремительные, они плевались огнём, выпускали свои пули и там, куда падал этот огонь и выстрелы, деревья валились, а на'ви умирали.
— Мама! — крикнул Нетейам, оглядываясь. Его голос сорвался, и Т/и впервые услышала в нём не командира, не воина, а ребёнка. — Где все?!
Т/и не ответила. Она осматривала мелькающие лица, воины бежали, женщины хватали детей, зажимали им рты, чтобы криком не привлечь внимание. Кто-то лежал на земле, дёргался, хватал ртом дымный воздух и не вставал. Но среди них не было знакомых. Джейк. Нейтири. Её мать.
— Никого.. — выдохнула Т/и, тихим голосом, как из-под воды.
— Бежим! — Нетейам дёрнул её за руку, и они рванули дальше, вглубь, туда, где горело сильнее, где дым был гуще, где, возможно, ещё кто-то дышал.
В момент она звала Сей'ри. Мысленно, беззвучно, той связью, что была между охотницей и её икраном. Ответа не было. Лишь безмолвие, как в груди, где притихла вторая связь. Икран молчал.
— Сей'ри! — крикнула она уже вслух, но голос утонул в грохоте.
Икран молчал. И Т/и почувствовала, как внутри неё ломается что-то маленькое, хрупкое.
Что-то просвистело над ухом. Т/и пригнулась инстинктивно и увидела в стороне, в какого-то охотника попали. Он упал, даже не вскрикнув, просто сложился. Нетейам рванул к нему, не думая.
— Я сейчас! — крикнул он на бегу. И это было его ошибкой.
Т/и осталась на месте. Оглянулась и замерла. В разгроме, на долю мгновения, она увидела лицо. Лоак. Он мелькнул между горящими обвалами, что-то крича, и исчез.
— Лоак! — Т/и рванула за ним, не разбирая дороги, спотыкаясь об обломки. — Лоак, стой! Стой, пожалуйста!
Но дым сгущался, становился плотным, и фигура растаяла, словно её и не было. Т/и остановилась, вертя головой, пытаясь понять, где находится, где она оставила Нетейама, где этот проклятый Лоак, где все.
Вокруг был только дым, пламя и пепел. И затишье, то самое, которое не должно быть в лесу, потому что лес всегда поёт. А сейчас он умирал.
— Нетейам! — крикнула она. Никто не ответил.
Она сделала шаг назад. Потом еще один, пытаясь сориентироваться, откуда пришла, куда бежать дальше. И за её спиной, земля содрогнулась.
Тяжёлые металлические шаги. Она обернулась. Машина. Робот. Человек внутри. Она видела таких только в рассказах матери — высокие, неуклюжие, смертоносные. Он шёл прямо на неё, сжимая в металлических лапах оружие, и за бронированным стеклом выглядывало лицо.
Т/и не думала. Тело сработало быстрее мозга и страха. Она больно, обдирая кожу, упала на колени, нащупала на земле чей-то брошенный, чужой лук, и стрелу рядом. Натянула тетиву до боли в плечах, до того самого шрама от когтей. Выстрел.
Стрела вошла ниже головы, туда, где броня была толстой, где металл встречается с металлом. Машина пошатнулась, издала скрежет, но не упала. Т/и схватила вторую стрелу.
Выстрел. В голову.
Он замер, дёрнулся, и рухнул набок, подминая под себя горящие ветки. Человек внутри отчаянно закричал, так, как когда понимают, что умрут. Т/и не слушала, она уже вскочила, оглядываясь.
— Нетейам! — крикнула она снова. И ещё раз. — Нетейам!
Тишина. Связь в груди играла в молчанку. Очень пусто. Как будто её никогда и не было. Т/и прижала руку к груди, туда, где ещё вчера пульсировало тепло, где билось второе сердце, которого не должно было быть. Ничего.
Может с Нетейамом все порядке? Или связь окончательно истончилась, не выдержав всего этого ужаса? Она не знала, и эта неизвестность была хуже любой боли.
В дыму, неподалеку от неё, проявилась высокая фигура. Не на'ви. Т/и узнала походку, такие приходили когда-то с неба, такие убили её отца, такие убивали детей, ломали кости и называли это «справедливостью». Аватар - рекомбинант.
Он не видел её, смотрел в другую сторону, вскинув оружие, выискивая себе новых жертв. Т/и пригнулась, замерла за обгоревшим стволом. Медленно, стараясь не дышать. Пальцы дрожали от усталости. Наложила стрелу на тетиву.
Последняя. Одна стрела. Она могла попасть. Она должна была попасть.
Натянула тетиву до предела, прицелилась в голову — туда, где в теле аватара бился человеческий разум.
И не успела выстрелить. Что-то тяжёлое и твёрдое прилетело в голову. Оттуда, откуда она не ждала. Мир дёрнулся, размылся, треснул на тысячи осколков.
Сначала острая, ослепляющая боль. Потом теплая темнота. Она не почувствовала, как упала. Не услышала, как лук выпал из пальцев. Не увидела, как земля приблизилась к лицу.
И последнее, что промелькнуло в сознании, когда мир перестал быть ярким — его лицо. Нетейам. А ведь она еще не рассказала обо всем. Не сказала, что, когда он рядом пустота внутри становиться меньше.
— Я здесь. — прошептали её губы без звука, без воздуха, без надежды. А потом ничего.
~~~
Нетейам оттащил раненого охотника под обломки маруи, настолько укромно, насколько это было возможно. Тот был жив, тяжело дышал, кровь хлестала из груди. Нетейам зажал рану рукой, продержался несколько секунд, пока не подбежала женщина, которую он не знал, и не перехватила.
— Иди! — крикнула она, не глядя. — Я сама!
Нетейам кивнул и выскочил обратно в дым. Т/и не было там, где он её оставил.
— Т/и! — он завертелся на месте, пытаясь сквозь гарь разглядеть хоть что-то. — Т/и, ответь!
Ни единого ответа. Связь молчала, не подсказывала, не пульсировала, не вела. Пугающая пустота, от которой внутри всё сжималось.
Он побежал туда, куда, как ему казалось, она могла уйти, в сторону горящих маруи. В воздухе пролетали человеческие самсоны. И в этот момент увидел её.
Нейтири на икране. Она рассекала небо над деревней, ловко уходя от выстрелов, и стрелы её находили цели. Вражеские аппараты взрывались и падали, оставляя за собой шлейф чёрного смога.
Нетейам побежал дальше, туда, где сражались, где кричали, где падали. Вглядывался в каждое лицо, но среди воинов, отбивающихся от врагов и машин, не было её. Т/и не было нигде.
— Где ты? — прошептал Нетейам, пробираясь между обломками.
Внезапно он услышал крики. Несколько воинов Оматикайя стояли спиной к спине, отбиваясь от трёх рекомбинантов, которые наседали, теснили и убивали.
Нетейам не думал. Он выхватил нож, подкрался сзади к одному из аватаров, и ударил. Тот захрипел и упал. Второй обернулся, но было поздно, стрела одного из воинов вошла ему прямо в грудь.
— Нетейам! — крикнул воин, лицо его было знакомым. — Твой отец там, ближе к Древу. Беги!
Он кивнул и побежал. Не к отцу. Сначала найти её. Потом остальное. Он сделал несколько шагов — и мир остановился.
Не грохот и боль. Звон. Громкий, пронзительный звон там, где ещё минуту назад было пусто. Связь дёрнулась и замерла.
Ни тепла, ни боли, ни пульсации. Ни того ровного, спокойного фона, который был с ним последние недели. Глухота. Такая, как будто кто-то вырвал часть его души и не оставил даже пустого места. Связь оборвалась.
Нетейам упал на колени. Он не знал, что это значит. Не знал, жива она или нет. Может, связь умерла окончательно сама, как и говорила Мо'ат. Может, она далеко. А может.. Он не хотел думать о третьем.
— Нет! — прошептал он, сжимая руками голову. — Нет, только не это. Только не она. Только не сейчас.
Вокруг лес горел, все кричали и сражались. А он сидел и слушал тишину в своей груди. Мертвую. И не знал, что это — спасение или конец.
~~~
Где-то в стороне, в этом хаосе, на выжженной, пропитанной кровью земле лежало тело, и не двигалось. Лицом вниз, раскинув руки. Кровь смешивалась с пеплом, и яркий мир, который когда-то пел, теперь был тусклым и чужим. Светящиеся мхи, что росли у корней деревьев, умирали рядом с ней, теряя свет. Лес молчал.