~ Глава 15 ~
Вивиан Уайт:
«Что ж, когда я приехал, Виви, ты мне не дала сказать ни слова из того, что я хотел, но это не значит, что я не напишу. Я упрям. Ты знаешь это лучше, чем я. Я добьюсь своего при любых обстоятельствах. Даже если это простой разговор. Так вот, ушёл немного не туда. Тогда я приехал сказать о том, что если ты хочешь рассказать всё Джейн, то делай. Мне всё равно на это. Ты стоишь расставания с ней. Ты стоишь абсолютно всех рисков, которые могут быть в последствии. Я готов начать всё заново, пытаться, стараться, изменяться. Не только на словах. Ты дорога мне, Виви. По-особенному. Пожалуйста, ответь или хотя бы подумай обо всём, что я написал».
«Да что такое?», - раздражённо подумала я, глядя на своё отражение в зеркале. Только в зеркале я наблюдала не себя, а Грегори. Грегори, который смотрел на меня с нескрываемой издёвкой. В очередной раз он решил напомнить о себе, забывая о моим просьбах. Как обычно, ничего не слышит. Просто напросто не хочет этого делать. Я тяжело вздохнула, решив проигнорировать данное сообщение, как и все прошлые.
— Джулиан? – позвала его я, выходя из ванной комнаты.
— Да, родная?
— Мне написал Грегори, - в ту же секунду на меня уставилась пара голубых, истончающих, испепеляющих своей силой, глаз. В его выражение читался немой вопрос. Я кинула телефон прямо ему в руки, позволяя прочитать адресованное мне сообщение. С каждой строчкой его лицо становилось более мрачным, очерчивая и без того достаточно острые скулы. – Я решила показать тебе, чтобы ты знал. Отвечать не планирую, как ты понимаешь, просто удалю сообщение, - пояснила я, сохраняя самообладание и хладнокровие, уже готовясь к высказанному недовольству.
— Опять, - громким басом произнёс он.
— Ну вообще не опять, а снова, но да ладно. Не обращай, пожалуйста, внимание. Оно не стоит того. Ты знаешь моё отношение к нему и всему происходящему, - он устало вздохнул, вернув мне телефон, не говоря ни слова. Я дала ему уединение и направилась на кухню, надеясь, что это позволит привести всё в порядок. Не рассказать я тоже не могла. Я считаю, что лучше подобное рассказывать и быть честной, чем он потом каким-то другим образом узнал бы об этом. Конечно, узнал бы вряд ли, но тем не менее. Вечное сокрытие и удержание всего чего только можно в себе – это одна из самых больших ошибок.
Я сделала себе чай, утихомиривая внутренний запал прибить Грегори на месте. Я знала, что Грегори так просто не остановится. Возможно, мне действительно стоит рассказать всё его девушке, но тогда он вряд ли остановится потом вообще. Потому что не будет ни одного фактора, который сможет его сдержать, в таком случае. Надо придумать альтернативу.
Слов просто не было, одни эмоции. Ко мне подошёл Джулиан, всё ещё недовольный.
— Пора этот вопрос теперь решать не тебе, родная, иначе он не успокоится по итогу. Я с ним поговорю.
— Не нужно, - воспротивилась я. Не хотела ещё больших скандалов. Не хотела этого для Джулиана. И для себя. Хватит с нас этого.
— Да что не нужно? Каждый раз не нужно, Вивиан, а по итогу вот, что выходит! – достаточно агрессивно заявил мне Моррис.
— Джулиан, пожалуйста. Ты уже один раз с ним разговаривал смею напомнить. По итогу это ни к чему не привело.
— Хватит писать и лезть к моей девушке!- всполыхнул Джулиан, стоя напротив Грегори, сдерживая свою ярость. Грегори лишь усмехался, чем больше его злил. Хладнокровие против агрессии. Противостояние двух сил. Кулаки Джулиана медленно сжимались, готовясь к тому, чтобы бить Грегори. Вокруг стоял холод, но этим двоим явно было всё равно. Приходить в компанию с Джулианом, предварительно не узнав, будет ли Грегори – явно были моей ошибкой.
— А что такое? Боишься, что по итогу это даст свои плоды и я уведу Виви? – издевался Тернёр, подстёгивая Джулиана к насилию. Я медленно приближалась к ним двоим, в надежде сдержать если что Морриса. Мне не хотелось видеть драк. Особенно драк с участием этих двоих против друг друга.
— У тебя не выйдет, Грегори Тёрнер, как бы ты не хотел. Вивиан любит меня, то факт, а тебе остаётся только надеяться.
— Так чего же ты так нервничаешь, в таком случае?
— Я не нервничаю, мне не нравится то, что донимают мою девушку. В первую очередь, ей это не нравится, вот в чём вопрос.
— Уверен, что не нравится? – всё так же пытался вывести из себя Грегори Джулиана.
Итогом стало то, что Джулиан сдержался и не повёлся на провокации. Тогда я подошла к нему и с трудом увела, говоря о том, что оно не стоит того и вообще я замёрзла. К счастью, это сработало. Но по итогу пообещал, что если будет повторять, то при следующей встрече разговор закончится иначе.
— В этот раз поговорю по-другому, - твёрдо и решительно заявил он. В его глазах пылало бушующее пламя, готовое сжечь всё на своём пути. Словно там черти плясали. Он смотрел колко, жёстко. Так, будто перед ним не я, а сам Грегори.Я видела и телом ощущала то, как он сдерживал себя. Это явно давалось ему нелегко. Его побелевшие костяшки от сжатых кулаков и тяжёлое разъярённое дыхание были свидетелями и подтверждением моим ощущениям. Каждый его мускул на теле выглядел напряжённым, словно пружина, готовая в любой момент сорваться. Челюсти были сжаты настолько сильно, что в скулах буквально заходили желваки.
— Джулиан, повторюсь, не нужно. Я не отвечаю ему, заблокировала его, никаких проблем, меня он не интересует, - попыталась вывести данный спор в нужное русло. Да и облегчить состояние Джулиана. Я не хотела снова видеть это противостояние между ними двумя. Я прекрасно понимала все эмоции Джулиана, осознавала его боль, обиду, ярость и ревность, но мне не хотелось конфликта между ними. Надежда на то, что по итогу всё как-то решится самой собой, а Грегори будет строить нормальные отношения со своей девушкой и перестанет писать мне всё ещё была отголоском в потаённых уголках моей души. Как бы оно не было, но я не переставала верить. Наивно? Возможно. Но мне не хочется портить жизнь Грегори, рассказав всё Джейн. Не хочется. Да и тогда он вряд ли оставит меня, наоборот, начнёт действовать более активно. Оно мне не надо.
— Из раза в раз одно и тоже. Последний раз, Вивиан. Последний. Больше я не буду молчать. Я понимаю, что с твоей стороны ничего нет, но мне надоело то, что никак он не может успокоится и не оставляет тебя. Я пытаюсь подходить к данному вопросу с лояльностью и пониманием, но это всё заканчивается ровно в тот момент, когда на протяжении нескольких лет я вижу одну и ту же картину, а дело по итогу не сдвигается с мёртвой точкой, - произнёс он с ненавистным ему смирением в голосе.
— Я тебя услышала, Джулиан, - кратко сказала я и оставила его. Сейчас мне, вероятнее всего, не стоит быть рядом. Да и не уверена я, что хочется. До сих пор ощущение, будто что-то не то не отпускает меня. Хоть убей. В моей голове оно вертится постоянно. Я села на диван, обняв подушку и полностью погрузилась в себя, оставив позади всё только что произошедшее.
***
— Мы можем встретится сегодня после пар. У меня как раз нет рабочего, поэтому не думаю, что будет проблемой, - отвечала я Николь, с которой мы решили встретится и попить где-нибудь вкусный кофе. Мой поток мыслей и речи прервали засохшие красные розы под моей дверью. – Николь, давай я тебе перезвоню, - сказала я, не дожидаясь ответа скинула трубку. К розам, как не удивительно прилагалась записка:
«Скоро эти цветы окажутся на твоей могиле, Вивиан Уайт. Недолго осталось. Обещаю».
Я не стала дожидаться чего-либо, а сразу вызвала полицию. Мне это надоело. Во мне уже даже не было страха от увиденного. Лишь злость и желание разорвать по клочьям того, кто решил так поиздеваться надо мной.
Примерно через минут двадцать ко мне уже прибыла пара полицейских, которые выслушав меня направились смотреть камеры и опять же, как неудивительно, они не работали. Они посмотрели камеры в соседних домах, но увы и ах, они тоже были чудесным образом отключены. Я также попросила посмотреть тот день, когда в моей квартире появился браслет. В целом, картина та же. Мне уже кажется, что я скоро пойду и буду просить у обладателей машин, которые стоят рядом со входом внутрь дома записи с видеорегистраторов. Кстати, неплохая идея. Надо подумать над этим. Хотя кто знает, насколько это толково, может этот человек живёт со мной в одном доме и подъезде, раз охрана его из раза в раз не наблюдает. Вероятнее всего, так оно есть, потому что иным путём пробраться сквозь охрану я не вижу, только если охранник каким-то образом не старый добрый знакомый того, кто мне угрожает и прикрывает этого человека.
— Теперь мне и дальше продолжат говорить о том, что кто-то просто неудачно шутит? – саркастически произнесла я.
— Мэм, мы понимаем ваше состояние, - ответил один из них.
— Вам или вашим близким когда-нибудь угрожали подобным образом? – сразу спросила я.
— Нет.
— Раз так, то не думаю, что вы можете меня понять. Если бы меня хоть кто-то понимал, то за это дело уже давно бы взялись, а так что? Может вы нашли нечто новое по моему заявлению и у вас есть подозреваемые? Или может быть вы хотите проверить камеры за последнюю неделю или две и посмотреть кто сюда входил с розами или кому они были доставлены? Потому что есть вероятность, что этот человек живёт тут, – едва сдерживая себя проговаривала я.
— Нет, мисс Уайт.
— В очередной раз, не удивлена.
— Мы заберём это в качестве улики, если вы не против, и попробуем найти что-нибудь.
— Да, пожалуйста, хоть убирать не придётся.
— Перед тем, как уйти, распишитесь, пожалуйста, - я молча прочитала всё написанное, подписала и направилась на пары, на которые уже ужасно опаздывала, но перед этим подошла к охраннику, который отвечает за камеры и попросила дать к ним доступ сегодня вечером. Он согласился, поэтому я сама буду искать того, кто приходил сюда с этими дурацкими розами. Слов не было. Надо вечером будет попросить Джулиана проверить некоторых моих родственников, что у них и опять выяснить что-то касательно отца. Невыносимо. Так просто не оставлю я это, правду всё равно узнаю, но относится к этому как ни пойми к чему я не стану.
Пока я шагала до машины, я позвонила маме и описала всё произошедшее. Она уже также не знала, что мне сказать. Впервые за такое огромное количество времени.
— Вивиан, мы решим это, - пыталась поддержать меня она.
— Мы вон уже сколько недель пытаемся это решить, а всё бестолку. Зацепок ноль, лишь отметаем подозреваемых, которых, смею заметить, и так практически нет
— Не злись, а включи голову. Не затмевай свой разум эмоциями, Вивиан. Однажды, он ошибётся. Этот человек не может вечно делать всё чисто и заметать следы. Пока расслабься и дай Джулиану список родственников, которых подозреваешь, а я подумаю над тем, кто из наших родственников мог всё так грамотно организовать, если это вообще кто-то из них. Скинь мне тоже тех, на кого думаешь. Хотя нет, лучше не надо. Приедешь и покажешь или отправь почтой там, передай через Николь, а то не удивлюсь если каким-то образом твой телефон просматривают.
— Ладно, спасибо.
Я вышла из машины и пошла на пары, параллельно перезванивая Николь и договариваясь с ней о встречи.
***
— Привет, произнесла я, подойдя к столику Николь.
— Привет, - произнесла она в ответ мне и обняла меня. – Как ты?
— Нормально, у меня сегодня под дверью были мной найдены засохшие розы, к которым прилагалась записка о том, что скоро они окажутся на моей могиле, - после этой фразы Николь поперхнулась своим соком и уставилась на меня, будучи в полном шоке. Она медленно хлопала глазами, вероятнее всего обдумывая, что на это ответить.
— Скажи, что ты шутишь.
— Нет. Я вызвала полицию, они забрали это, в очередной раз пообещали что-то сделать. Только вот до сих пор ничего нет, несмотря на всё сказанное ими. Буду сегодня смотреть камеры и искать человека, который ранее мог проникнуть с красными розами, потому что сегодня охранник никого не видел.
— Думаешь, что кто-то живёт в доме вместе с тобой, поэтому его или её никто постоянно не замечает?
— Шанс на это велик, потому что как-то по-другому это логично объяснить, я не знаю как.
— Охранник дружит с этим человеком. Как вариант.
— Была уже такая мысль. Уже вписала его в список подозреваемых, потому что во все дни проникновений и угроз на смене оказывается он, что странно.
— По возможности, узнай, сколько у него вообще телефонов или на камерах увидишь несколько разных. Я не думаю, что он всё делает через свой номер, явно там будет другой мобильный и всё с этим связанное, потому что если они так грамотно ко всему подходят и скрываются, то не думаю, что на такой мелочи проколются. Поэтому тут лучше обращать внимание на детали.
— Надо.
— Кто у тебя вообще попал в список этих счастливчиков? – поинтересовалась Николь, и как раз в это время официант принёс нашу еду. Николь позаботилась и перед моим приходом заказала мне всё, что я хотела. К счастью, хоть ждать не пришлось. Как только официант покинул наше пространство, я стала озвучивать абсолютно всех.
— Сестра моей мамы, моя тётя Гвен, они сейчас не общаются, прекратили очень давно, из-за того, что тётя подставила маму из-за зависти, так как якобы у неё всё прекрасно и успешно по жизни, а она никто. Чтобы она не делала, не получается так хорошо, как у мамы, даже удача всегда не на её стороне. Во всяком случае, так говорила мама. Маму после ситуации чуть не исключили из университета, хотя она ради поступления туда делала буквально всё. Было её мечтой. Однако, по итогу она смогла доказать свою невиновность, нашла доказательства против тёти Гвен, с родителями тётя тогда переругалась и ушла из дома. Она считала, что они её не любят, не поддерживают и вечно на стороне мамы. Потом они неоднократно пытались помириться, но тётя продолжала давиться своими обидами. А с мамой у них с тех пор никакого контакта. Последней раз они виделись на похоронах отца, то есть моего дедушки, но там тётя Гвен также не разговаривала ни с кем, хоть и пришла. Сейчас жизнь у неё, мягко говоря, не очень, поэтому не удивлюсь тому, что это может быть она. Опять из-за зависти.
— Опустим момент, что она сама виновата во всём, - издевательски проговорила Николь.
— Опустим. Конечно, маловероятно, что это она, потому что, как будто бы, мстить уже слишком поздно, да и логично было бы делать это в сторону мамы, а не меня, с ней я даже не общалась ни разу. Однако, проверить не мешает. Также несколько моих двоюродных тёть и дядь, с которыми я когда-то скандалила. Мало шансов, не думаю пока, что буду их проверять. Ну теперь ещё добавлен охранник. На этом список закончен. Трудно его составлять именно из родственников, так как я мало с кем общаюсь. И то, это только родственники по стороне матери, со стороны отца после всего я не общалась вообще. Они помогали лишь восстановиться первое время, а там общение сошло на нет. Радует, что пока меня ещё не убили, - пыталась найти нечто позитивное в этом я, хоть руки от страха иногда потрясывались, а голова часто была забита мыслями о том, кто это мог бы быть. Хотелось бы освободится, а не держать себя в вечном напряжении. А ведь есть те, кто так постоянно живёт.
— Могу чем-нибудь помочь?
— Если придумаешь ещё каких-нибудь подозреваемых, то сообщи, проверим. Да и в целом, если у тебя есть кто-нибудь, кто также может проверить людей, то было бы неплохо, чтобы я вечно не тревожила отца Джулиана.
— Хорошо. У меня есть несколько вариантов людей, которые могут помочь. Скажем так, незаконно взломать и посмотреть. Связей в полиции и вообще подобных структурах у меня нет. Скорее по другую сторону.
— Это даже лучше. Если я тебе дам имена всех, кого я ещё не проверила и кого проверяю, сможешь помочь, пожалуйста? Даже хотя бы по социальным сетям каким.
— Без проблем. Созвонюсь сегодня вечером со знакомыми. Даже, скорее, со знакомым.
— Спасибо. Ты сама как?
— Нормально, хожу на пары, их пока немного, поэтому пойдёт, работаю, гуляю. Все по мелочи, так и дни проходят.
— Как там с Адамом?
— Всё нормально. Мы общаемся, созваниваемся. Мне комфортно пока, хоть на постоянной основе новых людей для общения я не планировала, но всякое убывает. Поражает то, что мы долгое время были в одной компании, тусили вместе, а как-то наедине ни разу не общалась, а у нас очень много общих тем, да и понимаем друг друга неплохо. Своя спокойная атмосфера. Неожиданно.
— Это нормально. Он, как никак, и появился в компании в момент, когда нам оставалось не так много времени до поступления и переезда, а после этого не помню, чтобы вы слишком часто там пересекались.
— Тоже верно. У меня сейчас ещё как-то мысли накрывают насчёт того, что у меня это последний год обучения и там вручение дипломов. До этого так недолго осталось, что у меня диссонанс в голове. Как будто внутренний кризис и шок. Непривычно жить с этой мыслью. Хотя я и так работаю, снимаю квартиру, но тем не менее. Окончание университета как-то не так ощущаются.
— Это нормальное явление. По факту, у тебя исчезает из твоей жизни безумно важная составляющая, которая была с тобой на протяжении трёх лет и лишь пошёл четвёртый. Нелегко, потом привыкнешь.
— Это да, - ответила Николь, но в её глазах читалось небольшое сомнения и исходила лёгкая неуверенность. Тут ей важно это пережить. Она сможет. Может у неё что и с Адамом выйдет. Было бы весело.
— А ещё, кстати, мне писал Грегори.
— Вот это уже более интересно, - произнесла Николь и я начала свой рассказ. – Время идёт, а в этом плане у тебя всё стабильно: Грегори как возвращался, так и возвращается.
— Я так надеялась, что он всё поймёт и больше не напишет.
— Не стоит на надеяться, когда дело касается других людей. Часто эта надежда себя не оправдывает, а она сама по себе очень опасная штука. И жестокая. Разрушит в мгновение.
— Знаю, но иногда помогает. Даёт что ли уверенность небольшую, которой у меня нет, когда дело касается Грегори. Я до сих пор жду, что он поставит свою девушку себе в приоритет и успокоится.
— Шанс есть, однако, как по мне, на данный момент не велик. Тут ты ничего не сделаешь, только если не убьёшь его там или не напишешь заявление, получив запрет на любое действие в твою сторону, но это будет трудно и маловероятно, так как тебя он не преследует, не угрожает, не пристаёт, лишь пишет периодически и пытается поговорить. Если у тебя об угрозах не приняли заявление, то с ним и подавно. Планируешь вообще что-то делать с этим?
— Да, но пока ещё не решила что. Это не самый главный мой вопрос на повестке дня. А с тобой вообще всё хорошо, Николь?
— Да, к чему вопрос?
— Просто ты выглядит так, словно тебя что-то тревожит, - это действительно было моё впечатление. Да, она улыбалась, внимательно меня слушала, вникала в проблемы, но всё равно как будто что-то не то. Будто что-то случилось, и она не говорит. Либо она накрутила себя по какому-то поводу. С Николь трудно понять, она никогда особо не жалуется на свои проблемы, а вечно держит их в себе, предпочитая уединение, чтобы вернуться с новыми силами. Не хотелось бы, чтобы она носила всё в себе, когда может поделится тем, что её беспокоит.
— Всё хорошо, думаю, тебе показалось, - отнекивалась она.
— Николь, ты же знаешь, что можешь мне рассказать всё, - пыталась в некой степени продавить я. Но не сильно.
— Конечно, я знаю это, но правда всё хорошо. Не переживай.
— Ладно. Хорошо так хорошо.
— Может быть по мороженому? – предложила Расселл.
— Я только за. Только официанта зовёшь ты.
— Хах, ничего другого я от тебя и не ожидала. Социофоб, - я бросила на неё укоризненный взгляд, показав язык. Улыбка расцвела на её лице, а солнце на улице стало светить на наш столик, став её отражением. Мороженое мы по итогу дождались и, посидев ещё немного, разошлись по своим делам.
***
— Мистер Андерсон, вы постоянно следите за камерами, вы же видели перебои и тот факт, что они не работают, - сдерживая гнев говорила я. Хотя внутри меня всё горело, ярость, словно яд, расходилась по каждой части моего тела, не оставляя пустого пространства. Проникала внутрь. Вновь вижу лишь чёрный экран с надписью о неработающей камере.
— Такие перебои частые, они случаются последние несколько лет. Возможности заменить камеры нет, раньше ходил, сейчас уже нет, так как обычно всё в порядке. Да и думаю, мистер Кинг если что решит вопрос, позовёт меня или вызовет подкрепление. Нет никакой необходимости.
— Понятно. Как обычно, - ответила я и покинула помещение, стараясь унять дрожь в руках. Я буквально тряслась от злости. Ладно, буду пробовать другие методы. Эмоциями и чувствами делу не поможешь.