3 глава.
Следующий месяц был кошмаром. Меня готовили в душном, лишенном окон помещении где-то на задворках империи Скарамати. Моим инструктором был суровый мужчина с лицом бульдога по имени Рокко. Он вдалбливал в меня информацию, как гвозди в стену.
«Запомни, девочка. Ты идешь не в офис, а в пасть к молодому волку. Деймон Салваторе. Ему всего двадцать восемь. Самый молодой и самый безжалостный босс в городе. Поднялся с самых низов, с улиц. Говорят, он в одиночку вырезал всю верхушку старого клана Торетти, когда ему было двадцать два. С тех пор его боятся даже матерые волки.»
Я слушала, онемев. Двадцать восемь. Всего на несколько лет старше меня. Каким нужно быть, чтобы в таком возрасте создать империю и держать в страхе весь криминальный мир Лас-Вегаса?
«У него нет семьи. Никаких известных слабостей. Холоден, как лед, и быстр, как молния. Его правую руку зовут Риккардо «Тень» Торетто. Левая - бывший снайпер, женщина по кличке «Сорока». Никогда не пьет на людях. Аллергия на пенициллин. Предпочитает шотландский виски. Водит черный Aston Martin. Никаких фотографий. Он их ненавидит.»
- Почему нет фотографий? - рискнула я спросить.
Рокко хмыкнул:«Потому что он призрак. Тени не оставляют следов. А те, кто пытаются его сфотографировать, исчезают. Ты узнаешь его, когда увидишь. Его выдают глаза. Говорят, в них читается приговор. И он никогда не ошибается.»
Мне выдали снаряжение: жучок, вшитый в пряжку медицинского поясного ремня, и миниатюрную камеру, замаскированную под корпус медицинского термометра. Мне объяснили, что в случае провала меня оставят один на один с Салваторе. Помощи ждать неоткуда. «Молодые боссы самые опасные, - хмуро сказал Рокко на прощание. - Им нечего терять, и они еще не устали от крови. Удачи, девочка. Она тебе понадобится.»
По вечерам Лео сидел на полу, прислонившись к дивану, и смотрел в одну точку.
-Я все испортил, Би. Я разрушил твою жизнь. Из-за моей глупости ты идешь к этому... монстру.
-Ты - моя жизнь, Лео, - говорила я, садясь рядом и беря его руку. - Мы выплывем. Мы всегда выплываем.
Но впервые за долгие годы я в это не верила.Мысль о том, что мне предстоит обманывать не седовласого мафиози, а молодого, стремительного и безжалостного хищника, пугала до дрожи.
Накануне моего первого дня Кармен, моя подруга, ворвалась в квартиру, как ураган.
-Всё! Хватит готовиться к собственной казни! Мы идем гулять!
-Кармен, я не могу. Завтра...
-Именно завтра! Тебе нужно сбросить напряжение! Один вечер в «Обливионе», и ты забудешь все свои страхи!
«Обливион». Самый знаменитый, самый дорогой, самый безбашенный клуб в Вегасе. Место, где мы с Лео никогда не могли позволить себе даже коктейль. Кармен, работавшая официанткой в дорогом ресторане, отложила деньги «на наш девичник».
Я отнекивалась, но ее напор и собственное отчаяние взяли верх. Возможно, я действительно хотела забыться.
В «Обливионе» все было громко, ярко и нереально. Билборды, музыка, толпа. Я выпила два коктейля, что для моего тощего тела и пустого желудка было много. Мир поплыл. Голова закружилась, и я, извиняясь, пробилась сквозь танцующий хаос, держа в руке стакан с водой, и бросилась в сторону туалетов.
И вдруг я врезалась во что-то твердое и упругое. Вода из стакана пролилась фонтанчиком. Я оказалась прижатой к мощной груди, обтянутой мокрой от воды черной шелковой рубашкой. Первые три пуговицы были расстегнуты, открывая сильную шею и ключицы.
Я отшатнулась, подняла глаза и... замерла.
Передо мной стоял мужчина. Очень высокий. Его плечи были такими широкими, что заслоняли полклуба. Свет от диско-шара выхватывал из полумрака его лицо - с резкими, высеченными скульптором чертами. Волосы цвета пепла были слегка растрепаны. Но главное - его глаза. Они были темными, почти черными, и в них не было ни капли эмоций. Это был взгляд-пустота, взгляд-обрыв. В них не читалось ни гнева, ни удивления, ни интереса. Только абсолютная, леденящая пустота.
- Я... простите, - пробормотала я, чувствуя, как жар разливается по щекам. Я схватила со столика сафьяновую салфетку и начала судорожно вытирать его рубашку. - Я не специально.
Он не двигался. Не говорил. Просто смотрел на меня этим бездонным взглядом. Потом его рука молниеносно сжала мое запястье. Его хватка была стальной, но не грубой. Словно он просто проверял прочность материала.
- Вы... делаете больно, - выдавила я, пытаясь высвободиться.
Уголок его рта дрогнул в едва заметной усмешке. В его глазах, казалось, на мгновение мелькнула искра какого-то дикого, хищного интереса.
-И что я получу взамен? - его голос был низким, бархатным. Он вибрировал у меня в костях.
Что? Взамен? Мой затуманенный алкоголем и страхом мозг лихорадочно искал ответ. Гнев на Скарамати, отчаяние от предстоящего дня, дурманящая атмосфера клуба - все это смешалось в опасный коктейль. Я перестала вытирать и с вызовом посмотрела на него.
- Взамен? - переспросила я, и мой голос прозвучал хрипло и вызывающе.
И тогда во мне что-то щелкнуло. Я толкнула его в грудь. Он даже не пошатнулся, но, ко всеобщему удивлению, позволил себе отступить на шаг и мягко опуститься в бархатное кресло, стоявшее позади. Я последовала за ним. Поставила одну ногу на его колено, склонилась, обвив его шею руками. Наши лица оказались в сантиметрах друг от друга. Я чувствовала исходящее от него тепло, запах дорогого парфюма, кожи и чего-то дикого, опасного.
- Вот что, - прошептала я, глядя прямо в эти бездонные глаза, чувствуя, как бьется его сердце под моей ладонью.
И в тот миг, когда наши губы почти соприкоснулись, мой желудок взбунтовался. Я резко отпрянула, схватившись за рот. Но было поздно. Несколько предательских капель упали на его черную, все еще влажную рубашку.
Ужас и стыд протрезвили меня мгновенно. Я встретилась с его взглядом. На его лице не было ни гнева, ни отвращения. Только то же леденящее, изучающее спокойствие. И в этом спокойствии было нечто более страшное, чем любая ярость.
- Простите... - снова прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног, и, развернувшись, бросилась прочь, к заветной двери в дамскую комнату.
Опираясь о раковину, я смотрела на свое бледное, испуганное отражение в зеркале. «Кто этот мужчина?» - стучало в висках.