44 cuarenta y cuatro
Мокрые капли стекали по его телу, а влажные волосы всё ещё пахли свежим шампунем. Лёгкий аромат одеколона тянулся за ним шлейфом, когда Ламин вышел из ванной и направился в спальню.
Но, не дойдя до двери, он замер.
Из комнаты доносился голос Берты. Телефон был на громкой связи.
— Ты Ламину ещё не сказала?
Николь в этот момент застилала постель. Она тяжело вздохнула, словно этот вопрос преследовал её уже не первый день.
— Нет, ещё нет...
Она медленно села на край кровати и опустила взгляд.
— Берта, мне страшно. Я не знаю, как он отреагирует.
На несколько секунд повисла тишина.
Ламин стоял за дверью, не двигаясь. Сердце вдруг забилось быстрее.
О чём она говорит?
Что такого она боится ему рассказать?
Звонок закончился, и экран телефона погас.
Ламин глубоко вдохнул и, собравшись, открыл дверь, будто ничего не слышал.
Николь сразу подняла голову. На её лице появилась тёплая улыбка.
Она подошла ближе, мягко коснулась его щеки и нежно поцеловала в губы.
Так, словно ничего не случилось.
Так, словно внутри неё не было никакой тревоги.
Ламин ответил на поцелуй и даже улыбнулся ей в ответ.
Но мысли уже не отпускали его.
Через некоторое время он собрался и уехал на тренировку.
Всего три часа сна после праздника.
Уставшее тело требовало отдыха, но он всё равно вышел на поле.
Привычно.
По инерции.
Потому что футбол всегда был частью его жизни.
Но сегодня всё было иначе.
Тренер что-то говорил.
Партнёры шутили.
Мяч перекатывался по газону.
А Ламин будто находился совсем в другом месте.
Перед глазами снова и снова возникал один и тот же момент.
«Мне страшно. Я не знаю, как он отреагирует».
Почему страшно?
Что она скрывает?
Может, произошло что-то серьёзное?
Может, она заболела?
Может...
Нет.
Следующая мысль заставила его напрячься.
Измена.
Сердце болезненно сжалось.
Он тут же покачал головой.
Нет.
Нет, это невозможно.
Не Николь.
Он слишком хорошо её знал.
Знал её глаза.
Её улыбку.
То, как она смотрела на него, когда думала, что он не замечает.
Она не смогла бы так предать.
Никогда.
Но тревога всё равно разъедала его изнутри.
Ламин настолько ушёл в свои мысли, что не заметил летящий к нему мяч.
Удар.
Слишком сильный.
Мяч улетел далеко в сторону, а несколько игроков удивлённо посмотрели на него.
— Соберись, Ламин! О чём ты вообще думаешь?
Голос партнёра вырвал его из размышлений.
Ламин провёл рукой по лицу и тяжело выдохнул.
Если бы он сам знал, о чём думает.
Вернее...
Он думал только о ней.
О девушке, которая сейчас была дома.
О девушке, которую он любил больше всего на свете.
И о тайне, которую она почему-то боялась ему рассказать.
____
Прошла целая неделя.
Семь долгих дней Ламин продолжал жить с одной и той же мыслью в голове.
Что же Николь хотела ему сказать?
Каждый день он замечал, что она становится всё более задумчивой. Иногда подолгу смотрела в одну точку, иногда резко замолкала посреди разговора, а иногда натягивала улыбку, которая совсем не доходила до глаз.
Он видел это.
И это беспокоило его всё сильнее.
⸻
В один из тихих вечеров Ламин лежал на кровати, опираясь спиной на изголовье.
На коленях стоял ноутбук, по экрану мелькали какие-то статьи и новости, но он почти не вчитывался в текст.
Дверь ванной открылась.
Комнату сразу наполнил приятный аромат её шампуня.
Николь вышла после душа.
Влажные волосы рассыпались по плечам, а на коже ещё блестели маленькие капли воды.
Она выглядела красивой.
Как всегда.
Но в глазах читалось волнение.
Николь медленно подошла к кровати и села рядом.
Ламин поднял взгляд.
Она несколько секунд молчала, собираясь с мыслями.
— Ламин... нам надо поговорить.
Сердце Ламина невольно замерло.
Вот оно.
Тот самый разговор.
Он сразу отложил ноутбук в сторону и внимательно посмотрел на неё.
— Ну?
Голос прозвучал спокойнее, чем он себя чувствовал.
Но Николь заметила напряжение на его лице.
Он явно готовился услышать что-то плохое.
Она нервно переплела пальцы.
— Дело в том, что...
Именно в этот момент комнату разрезал звук входящего звонка.
Телефон Ламина завибрировал на тумбочке.
Он машинально посмотрел на экран.
Имя девушки.
Николь нахмурилась.
— Кто это?
Ламин перевёл взгляд на неё и неожиданно усмехнулся.
После недели мучительных догадок его терпение было на исходе.
— Ты серьёзно?
— Кто это, Ламин?
— Ты хотела поговорить.
— Я спрашиваю, кто это?
— Да поговорим мы, Николь. Сначала ты мне скажи, что происходит.
— Нет, сначала ответь на вопрос.
— Это сейчас важно?
— Очень важно.
Ламин тяжело выдохнул.
— Просто знакомая.
— Просто знакомая звонит тебе вечером?
— А ты неделю ходишь и скрываешь от меня что-то важное!
В комнате сразу стало тихо.
Слишком тихо.
Николь замерла.
— Я скрываю?
— Да!
— Потому что мне страшно!
— А мне, думаешь, не страшно?!
Его голос стал громче.
Впервые за долгое время.
— Неделю, Николь! Целую неделю я пытаюсь понять, что происходит!
— Тогда дай мне договорить!
— Так говори!
— Я пытаюсь!
— Нет, ты постоянно уходишь от разговора!
Николь резко поднялась с кровати.
В глазах блестели слёзы.
— Знаешь что? Неважно.
— Николь...
— Нет.
Она покачала головой.
— Сейчас точно неважно.
Развернувшись, девушка быстро вышла из комнаты.
Дверь закрылась.
Не громко.
Но этот звук почему-то ударил сильнее любого хлопка.
⸻
Прошло полчаса.
Ламин сидел на кровати с телефоном в руках.
Злость давно прошла.
Осталось только неприятное чувство вины.
Он провёл ладонью по лицу и тяжело выдохнул.
Опять всё испортил.
Отложив телефон, он поднялся и вышел из комнаты.
В доме было тихо.
Спустившись вниз, Ламин заметил её сразу.
Николь лежала на диване в гостиной.
Свернувшись клубочком.
Она уснула.
Наверное, сама того не заметив.
На щеках ещё виднелись следы высохших слёз.
Ламин остановился рядом.
И вдруг почувствовал, как вся злость окончательно исчезает.
Перед ним была не соперница в споре.
Не человек, который что-то скрывал.
Перед ним была его Николь.
Та самая девушка, которую он любил больше всего на свете.
На его лице появилась тёплая улыбка.
Он осторожно взял лежавший рядом плед и аккуратно укрыл её.
Поправил выбившуюся прядь волос.
Николь слегка нахмурилась во сне, но не проснулась.
Ламин наклонился и нежно поцеловал её в щёку.
После этого ещё несколько секунд смотрел на неё.
А затем тихо ушёл на кухню.
Не зная, что разговор, который они так и не закончили сегодня, навсегда изменит их жизнь.