Часть 2. Dead chic, so cool,
Октябрь начинается красиво — Кире повышают зарплату, даже премию дают. Деньги она не пробухивает, а начинает откладывать, как учила бабушка с дедушкой. С ними она, кстати, начинает чаще созваниваться — скучает сильно, даже пару раз плачет.
— Что там с днём рождения?
— У тебя день рождения? — театрально прикрывает рот рукой Кира. — Прости, что забыла поздравить.
Виолетта лишь закатывает глаза.
— Какая же ты невыносимая, блять. Как ты свой день рождения собираешься праздновать?
Медведевой через неделю исполняется двадцать — иронично, ведь чувствует она себя на все сорок — и Вилка уже сейчас сходит с ума, предвкушая праздничную суету, море алкоголя и веселье. Но этого не будет, потому что дни рождения Кира не любит и у неё нет денег. А ещё она в этот день работает.
— В каком это смысле работаешь? — Малышенко изгибает брови в возмущении. — Это же твой праздник, ты совсем ебнулась.
Кира предпочитает умолчать о том, что она специально взяла смену на этот день. Там ей мозги ебать будут хотя бы не с натянутой на лицо дружественной маской от людей, которые в остальные дни года её терпеть не могут.
На следующий день на пары она идёт. С удовольствием утром натягивает новую красную худи и расчёсывается, не спеша выходит из общежития и закуривает. Погода на улице хорошая, и она сегодня даже не опаздывает. Возле института она ещё издалека видит чуть ли не подпрыгивающую, размахивающую руками стройную фигуру и невольно улыбается — у Ани пиздец дома творится, а она вон как держится.
Друзей у Киры действительно мало, а поэтому всё своё свободное время она проводит с Сытенко с первого курса. В разговорах она в основном молчит — надеется, что первачка хотя бы считает Медведеву хорошим слушателем. Так наверное и есть, потому что после чужих рассказов Кира начинает смотреть аниме, разбирается в том, что такое «пейринги», и даже начинает играть в Симс. Про себя Медведева считает, что голова у неё всё равно пустая, а потому такой хернёй её забить после работы не жаль. — Есть сигареты? — они обнимаются при встрече, и Кира здоровается с одногруппниками Ани, которые в каждый раз всё равно поглядывают на неё с интересом.
— Есть, — возмущённо глядит на неё девушка. — А ничего, что из нас двоих это ты работаешь, а не я.
— На халяву, — пожимает плечами блондинка, подкуривая тонкую сигарету.
К зданию подъезжает чёрная иномарка и из неё выходит Андрющенко — в те редкие дни, когда Кира не опаздывает, она с интересом каждый раз рассматривает эту картину. Сегодня на президенте белая рубашка с чёрным оверсайз пиджаком, глаза у неё подкрашены чём-то синеватым. Кира сразу замечает то, что выглядит та сегодня красиво. Конечно, она ведь ебанная Индиго, как Кира могла забыть.
В институте Лиза пользуется небольшой популярностью. В основном за счёт того, что ко всем она хорошо относится, помогает со сдачей экзаменов и может задницу чужую прикрыть. Про то, что Лиза ещё и ебанная мажорка, иногда развозящая студентов и студенток на своей дорогой машине, Кира тоже вспоминает.
— Привет, — она мило улыбается, обнажая зубы.
Кира замечает, как мило дёргается у неё нос от отвращения, когда та улавливает запах табачного дыма, но она по прежнему излучает спокойствие и позитивную энергетику. Ужас.
— Котёнок, помочь сумки до деканата дотащить? — с издёвкой говорит Кира, наблюдая за чужим выражением лица. Блять, а она и правда очень красивая.
— Себя лучше до деканата дотащи, — хмыкает Андрющенко. — Тебе объяснительные за пропуски написать нужно. Давай, шевелись, пойдём.
Подхватывает та её за руку как-то резко и быстро, что Кира еле успевает выкинуть окурок в сторону, чуть не задев светлый свитер Ани. Та злобно стреляет глазами.
— Солнце, не так сразу, а как же первое свидание?
Остальные стоят на курилке в тишине ещё несколько секунд, а потом голос подаёт одногруппник Ани, Ваня, кажется.
— Мне кажется или Кира лесбиянка?
Аня вопросительно выгибает бровь, изгибая губы в ухмылке.
— Никогда бы не подумала.
До деканата дотаскиваются быстро — они пролетают с быстрым шагом старшей два этажа, и она заходит в кабинет, здороваясь с самим деканом. Та женщина страшная и суровая, чуть приподнимает очки, но только кивает. Кире хочется лишь хмыкнуть и бровями поиграть — в этом кабинете Кира бывает частенько, но на пропуски ее обычно прям по серьезке закрывают глаза либо из-за контракта, за который Кира отваливает немалые деньги, либо из-за проебов бюджетников. А до нее просто руки не доходят.
К своему же удивлению, Кира подмечает, что Лизу тут раньше не видела — впрочем, Медведева вообще редко что-то дальше своего носа видит, но когда они подходят к столу, она замечает почти идеальный на нем порядок. На экран макбука повешено пару цветастых стикеров с какими-то номерами и, кажется, даже расписанием. Ручки в подставке тоже самые разные, с разными подвесками, лежит даже пачка каких-то маркеров. По левую сторону стола находится маленькая коробочка с бисером.
Лиза уваливается на свой офисный стул, пару раз щелкнув мышью, отправляя в печать образцы для объяснительной.
Кира садится на свободный стул. Молчат они еще какое-то время, и Лиза снова заговаривает первой, легонько улыбаясь.
— И часто же ты тут бываешь.
Кира может поклясться, что Лиза не совсем тот тип людей, с которыми блондинка привыкла общаться. И чувствует странную, неприятную неловкость между разговорами.
— Приходится, — кивает она. — Я тебя раньше тут не видела.
Лиза неопределенно пожимает плечами.
— Свободное место появилось, — вновь лыбится она. — Я люблю этот институт.
— И трудишься на благо, — тянет Кира, — Не пьешь, не куришь, — она облокачивается на татуированную руку. — Не ебешься, наверное, с кем попало. Прямо кумир молодежи.
— И твой тоже? — голос Лизы звучит скорее снисходительно, заставив Киру немного опешить.
— Ага, — Лиза протягивает ей листки и она начинает писать.
Управляется с поставленным заданием Кира быстро, пока Лиза что-то ловко набирает тонкими пальцами, тарабаня по клавишам. В деканате тихо, лишь старосты заходят с тихими пожеланиями доброго утра за журналами. Лерка Вакарчук из группы Киры появляется тут так же за пять минут до начала — сверлит она Киру взглядом пару секунд, а потом издевательски улыбается.
— Ого, второй день подряд к нам захаживаешь, что ли.
— Нет, — показывает разрезанный язык Кира, игнорируя уже более осознанный и заинтересованный взгляд от сидящей рядом брюнетки. — На отчисление пишу.
— Ура, преподы перестанут ебать мне мозги, — поднимает оба пальца вверх.
— Вакарчук, — Лиза хмурится, поджав тонкие губы, и Кира тихо хмыкает. — Поняла, ретируюсь, — улыбается девушка, пятерней зачесав короткие волосы назад.
Киру она из деканата забирает тоже, уверяя президента в том, что она проследит за тем, чтобы Медведева дошла до нужной аудитории. В конечном итоге они идут курить, и Кира активно кивает головой на слова Леры о том, что на пять минут им опоздать можно — не перваки, все-таки.
***
— Ты уверена, что нас пропустят?
— А подружка у тебя ничего такая, — довольно облизывается Кира.
— Еще слово в сторону Иры, и я свалю, — шипит Аня. — Или вмажу тебе сумкой. Выбирай.
Кира поднимает руки в примиряющем жесте, все же сильно довольная чужой реакцией. Ей нравится издеваться.
В клуб они заходят через вход для сотрудников. Как к Кире пришла идея в голову притащить сюда свою подопечную с ее левой подругой, она не ебет в душе, но развлечься нужно всем. С Аней она нашла общий язык давно, а потому показать ребенку все прелести жизни ей точно хочется.
Переодевается Кира быстро, сегодня оставив волосы распущенными, лишь немного причесав их. Макияж сегодня на ней так же есть — собирались они у Ани дома, пока ее родителей не было, вот так ее и накрасила. Она промаргивается, невидяще смотря на себя в зеркало. Из всего этого лишь мелкие блестки в уголках глаз и небольшие стрелки с прокрашенными ресницами, но Кире непривычно.
— Соблазнишь всех своих клиенток, — довольная проделанной работой сказала тогда Сытенко, вот и не стала Кира тогда все это безобразие смывать.
Выводит она их к бару очень ловко — у Аниной подруги загораются глаза, но скорее от количества людей и уникальной обстановки самого клуба, а не от количества алкоголя, потому что первачка говорила, что та не пьет.
— Много наливать все равно не буду, — пытается перекричать она музыку, но девушки почти не разбирают ее слов из-за давящего шума. — И в неприятности не встревать, иначе пизды дам обеим.
Аня еще пару минут крутится вокруг бара, то и дело заправляя за уши длинные пряди волос, но после все же привыкает и сливается с толпой.
Пару раз за вечер к Кире пытаются клеиться — мужчин она отшивает грубо сразу же, беспокоясь за репутацию как бармена уже позже, а с дамами заводит короткую беседу. Отвлечься или расслабиться полностью, однако, не получается вовсе, потому что глазами Кира ищет синюю рубашку в толпе — если с этим ребенком что-то случится, то ей либо Лиза, либо Анин батя голову открутит. А у них и так первое знакомство не очень прошло.
Сытенко подходит буквально минут через десять.
— Тут Лиза, — взволнованно щебечет она. — Меня не отчислят?
— Ты ебанутая? — устало тянет Кира, пытаясь сделать страдальческое лицо. — Скорее уже меня, что тебя привела сюда, — Аня кидает взволнованный взгляд. — Да шучу я, расслабься. Не будет нихуя.
Когда Лиза, улыбаясь, подходит к барной стойке, Аня рывком залазит на барный стул, поджав ноги и подмяв на коленях сумку. Сидит она тихо, и Кира тянет уголки губ вверх, наслаждаясь ситуацией.
Рядом с Лизой стоит смуглая блондинка с короткими карамельными волосами — глаза у нее кристально голубые, и Кира даже прищуривается, залипнув на пару секунд.
— Это линзы, не ссы, — подает голос та, тембр у нее такой интересный. — Я Мишель, — она протягивает руку, — А ты Кира, да? Много о тебе слышала.
Кира непонимающе жмет руку, переведя взгляд на Андрющенко. Сегодня волосы лежат у нее совсем небрежно, а на плечи накинута серая косуха.
— Да шучу я, — заливается смехом Мишель. — Я кроме твоего имени нихуя не знаю.
Между делом Лиза просит замешать ей что-нибудь безалкогольное, а Мишель уверенно заявляет — текилу. После резвая блондинка подхватывает свой напиток и теряется в толпе, потрепав Лизу по волосам.
— А это, — Кира несуразно размахивает в воздухе руками, пытаясь что-то показать жестами.
— Мишель, — неловко улыбается Лиза.
— Телка твоя?
Лиза выгибает бровь в возмущении, отставляя лимонад в сторону.
— Ты без чувства такта родилась, да? — раздраженно выдыхает она, и Кира лишь со смешком пожимает плечами. — Она моя подруга, хотя и не понимаю, почему я должна перед тобой оправдываться.
— О, ну может за бесплатный коктейль.
— Прекращай угощать, иначе без зарплаты останешься, джентльмен, — Лиза чуть прикусывает трубочку и прищуривается, а Кира замолкает на пару секунд, сосредоточив свой взгляд на бледных губах. — Конечно, как я могла забыть, — присвистывает она. — Я тянусь и обслуживаю мажорские задницы, могу позволить себе еще и цену набить. Сюда все равно одна только золотая молодежь ходит — пятьсот рублей больше, пятьсот меньше. Кто вообще заметит разницу?
Лиза неопределенно пожимает плечами, чуть наклонив голову вбок и вперив взгляд в карие глаза чуть повыше.
Киру год или полтора назад она помнит чуть другой — у той были впалые скулы и совсем поредевшие волосы. Та, кажется, употребляла частенько, но потом лицо приобрело более живые черты лица. Кира стала чуть чаще появляться в институте, стала нормально одеваться. Лизе ее было по-человечески жаль — на досуге она любила просматривать личные дела и портфолио студентов, а потому с закрытием долгов помогала. Где могла, по крайней мере.
Кира не была особенной, таких студентов было еще пару-тройку, но у Медведевой была яркая внешность, а потому Андрющенко быстро выцепила ее взглядом из толпы еще тогда, подметив, как та похорошела. Лиза сама по себе довольно странная, а потому с самой себя взяла обещание — не навязываться. Она не вывозит людей своим мягким, хоть и стойким характером. Она, вон, Мишель кое как терпит. Та вообще отдельный кадр.
— Так что за Мишель? — Кира с серьезным выражение лица протирает стаканы, и Лиза прыскает себе в кулак.
— Она... Твоя ровесница, в общем, — улыбается Лиза, прослеживая взглядом за точеной фигурой в белом топе на танцполе. — Она меня сюда каждый раз и тащит.
— А я думала, что ты из-за меня приходишь, — хмурится Кира. — Разбила мое юное, нежное сердце.
— У тебя есть сердце? — Лиза облокачивается на руку, смотря снизу вверх, и Кира затаивает дыхание, чуть проезжаясь ладонями по барной стойке, зафиксировав их.
— А, может, и есть, — тихо произносит Кира, облизываясь.
Лиза, чуть зардевшись, взгляд не отводит — смущение она контролировать не умеет, но реакции своего тела не стыдится никогда. Омут Кириных глаз безликий и холодный, и Лиза разочарованно хочет отвернуться, но не находит в себе силы.
— Да нихуя у нее нет, — нагло тянет Аня, притянув к себе чей-то коктейль. — Было бы у нее сердце, то она бы пожалела мои труды и старания, и не терла бы своими грязными руками глаза со стрелками.
Лиза непонимающе хлопает глазами, снова переводя взгляд на Киру — макияж у нее и явно подпортился, но за счет темного освещения в клубе и долбящей светомузыку этого было практически невозможно заметить.
— Ты малолеток в клуб притащила? — устало проговаривает Лиза, чуть ущипнув себя под столом за руку.
— Я все объясню, — поднимает руки Кира. — Только не арестовывайте.
Лиза лишь надменно качает головой, приподнимаясь из-за стойки.
На Сытенко Кира смотрит враждебно — та только возмущенно приподнимает брови и показывает язык, и уходит в центр клуба, прихватив с собой напиток.
— Присматривай хоть за ними, — Лиза смотрит с нежностью, и Кира теряется, сглатывая.
— Можешь задержаться, — сдержанно предлагает Кира. — Наведу чего-нибудь покрепче. Когда-нибудь все-равно ведь выпьешь.
Лиза лишь отрицательно машет головой, чуть приподнимая уголки губ. Достает небольшой крафтовый пакет и ставит на стойку.
— С Днем Рождения.
Кира пару минут лишь сверлит глазами, а после провожает взглядом уходящую тощую фигуру и пустой стакан. Телефон разблокировке поддается не сразу — там двадцать минут первого ночи, четырнадцатое октября.