6.
Простите что так долго не было продолжения!Сейчас я сдаю ОГЭ и не хватает времени,чтобы выложить главы.
___________________________________________
Его бедра тут же вздрагивают от этих легких прикосновений, он весь слишком чувствительный после оргазма, так что приходится накрепко сжать челюсти, чтобы не вскрикивать.
— Будет слишком — скажи, и я перестану.
— Я справлюсь, — затравленно ворчит Сюэ Ян. — Кем ты, блядь, меня считаешь, а?
Сяо Синчэнь коротко смеется, обхватывая пальцами под уздечкой и потирая большим пальцем чувствительную головку.
— Как скажешь, — говорит он едва слышно.
Сун Лань дает ему всего несколько минут прийти в себя, а затем его бедра снова начинают приподниматься в движении, срывая и его собственное дыхание на мелкие поверхностные вдохи.
— Как он внутри, Цзычэнь? — интересуется Сяо Синчэнь будничным тоном.
— Хорошо, — выдыхает тот. — Тесно. Сжимает меня.
— Тогда двигайся жестче, Цзычэнь, — Синчэнь настаивает, все так же улыбаясь. — Поцелуй его.
Сун Лань послушно тычется носом в шею Сюэ Яна, неторопливо выцеловывая его под ухом, пока тот не поворачивает голову. Они целуются медленно и влажно, широко открывая рты навстречу друг другу. Сэю Яну много не нужно — он снова крупно дрожит, изливаясь себе на живот — на этот раз рука Сяо Синчэня не останавливается, все равно продолжает оглаживать его член тем же мягким ритмом, и из-за этих ласк остаточное удовольствие начинает превращаться в откровенную муку. Сун Лань, тяжело дыша, прижимает его запястья сильнее, стоит ему только попытаться вырываться, удерживает его на месте, позволяя Синчэню все так же неторопливо стимулировать головку сверхчувствительного члена. Вращательно-поступательные движения его руки провоцируют короткие вспышки удовольствия от паха вверх, и со временем они становятся такими резкими, что переходят грань, превращаясь в болезненную резь.
— Ай! — Сюэ Ян снова захлебывается воздухом, будто легкие втиснули в слишком маленькую грудную клетку, он снова и снова содрогается телом в ритм собственным рваным стонам, но Сяо Синчэнь не останавливается: он прокручивает руку раз за разом, прокручивая вместе с тем и остатки разума Сюэ Яна.
Тот обессилено мотает головой, словно это поможет ему избежать прикосновений, вжимается в грудь Сун Ланя спиной и снова кричит вслух, несдержанно и отчаянно. Слезы собираются в уголках его глаз — и он злится на себя и на Синчэня, прячет глаза, яростно утыкаясь лицом в шею Сун Ланю, прячет их хотя бы так. Смешно, словно кто-то может заметить.
Сун Лань как-то снисходительно выдыхает, чувствуя влажность его глаз, и едва слышно произносит:
— Синчэнь, он кончал уже дважды, — каждое слово успокаивающей вибрацией проходится по коже лица Сюэ Яна. — Может, хватит его мучить?
— Впервые слышу, чтоб ты его защищал, Цзычэнь, — отмечает Сяо Синчэнь и нехотя выпускает из ладони покрасневший член Сюэ Яна, медленно проводя пальцами ниже. — Но раз об этом просишь ты, мой друг, мне ничего не остается, кроме как подчиниться.
Его пальцы добираются до места, где плоть Сюэ Яна тесно соединяется с плотью Сун Ланя, и на этом прикосновении сам Сун Лань вдруг издает отчаянный задушенный хрип, толкаясь внутрь сильнее с влажным хлюпающим звуком.
— Не вздумай кончить, — резко останавливает его голос Синчэня, и Сун Лань сначала дергается, но затем Сюэ Ян ощущает почти физически, как тот насильно подавляет свою энергию. Он замирает, практически задыхаясь от блокированного оргазма.
— Не кончай, — повторяет Сяо Синчэнь и неумолимо вводит палец внутрь Сюэ Яна по поверхности члена Цзычэня.
— Нет-нет-нет, стой! Это слишком! — вскрикивает Сюэ Ян, давится вдохом, напрягаясь всем телом. — Сяо Синчэнь, какого хрена ты…творишь, а? Это слишком…он большой, Сяо Синчэнь!
— Если я не сделаю этого, — бархатным голосом возражает Синчэнь, — то как смогу войти в тебя?
Сюэ Ян закрывает глаза от этих слов, урезонивая свое сопротивление, пытаясь привести дыхание в порядок — и, похоже, Сун Лань под ним старается сделать то же самое.
Ебануться.
Сяо Синчэнь собирается выебать его. Трахнуть. Взять на двоих с Сун Ланем. Охуеть.
Он разводит ноги так широко, как только может, дышит глубоко и быстро, убеждая себя прекратить сопротивляться, но, тем не менее, когда Сяо Синчэнь пытается протолкнуть вслед за первым и второй палец — он не может подчинить колени, они сами по себе стремятся вновь сомкнуться. Из уст срывается непрошеный скулеж, а лоб покрывается испариной — снова.
— Больно? — спрашивает Сяо Синчэнь, прекращая движение.
— Бывало и похуже… — цедит Сюэ Ян в ответ, огрызаясь скорее по привычке, но это звучит так жалко и в то же время так похотливо, что Сяо Синчэнь улыбается, не давая ему ни секунды на то, чтобы взять себя под контроль.
— Хороший мальчик.
В этот миг Сюэ Яну остро хочется обвить его бедра ногами, прижимая к себе так сильно, как только получится — и Сяо Синчэнь хмыкает, улыбаясь шире, будто читая его мысли.
— Позволь мне облегчить твою боль, — ласково шепчет он, прежде чем достать из-за спины…метёлку. Сраную, блядь, метёлку. — Сун Лань прав, рука — это уже слишком. Но это…
— Сяо Синчэнь, — недоверчиво выдыхает Сюэ Ян, коротко качает головой, не сводя взгляда с этой хуйни в его руках. — Сяо Синчэнь, ты!..
Даочжан взмахивает своей метёлкой, едва прикасаясь волосками из конского хвоста к его члену, и они почти не ощущаются, по факту, но даже того, что есть, кажется слишком много.
— Сяо, блядь, Синчэнь, «яркая луна»… «легкий ветерок», — выплевывает Сюэ Ян почти зло, но все еще беспомощно. — Обманщик! Все, блядь, обманщики! Кобель сраный!..
— Выходит…ты моя сука? — насмешливо уточняет Сяо Синчэнь, но прежде чем мальчишка успевает возразить, он наклоняется вперед, соприкасаясь своими губами с его. Сюэ Ян успокаивается почти мгновенно, забывая о своей злости, открывает рот навстречу, чтобы принять этот поцелуй.
Той ночью поцелуи Сяо Синчэня были такими же ласковыми и нежными.
— Веди себя хорошо, А-Ян, — урчит он едва слышно, затем, откинув на сторону полу ханьфу, опирается коленом о край постели меж его разведенных ног, и бережно вставляет в него сразу два пальца.
Он раздвигает их внутри и одновременно с тем водит концом метелки в хаотичной последовательности сначала по животу, затем по бедру и в конце прикасается к члену — совсем легонько. Сюэ Ян закрывает глаза, пытаясь расслабиться, абстрагироваться от этих ощущений, но затем вдруг…
Его бедра вздрагивают, губы приоткрываются в немом удивленном выдохе, потому что волоски метелки слишком мягкие и гибкие, чтобы причинить настоящий вред, но их достаточно, чтобы желание продолжало невыносимо зудеть: больше, сильнее, больнее.