7.
Метелка вновь возвращается на траекторию своего движения, ласково проходится по его коже, словно перышко какое, а затем снова внезапно опускается мягким ударом на член.
— Даочжан! — хнычет Сюэ Ян, судорожно извиваясь, и получает еще один удар, тут же вскрикивая.
Прикосновения метелки становятся легче, возвращаясь снова к ритму изначальной дразнящее-невесомой ласки. Сун Лань прикасается к его груди, медленно опускается, и его ладонь настолько огромная, что практически полностью прячет под собой низ его живота. Сюэ Ян вдруг подмечает, что непроизвольно дергает бедрами, словно бы в поисках…чего-то. Сун Лань начинает мягко двигаться внутри, толкаясь вверх, и Сюэ Ян позволяет себя откинуться головой назад, прямо на плечо даочжана Сун. Тот снова проезжается по тому самому месту, одновременно с этим Синчэнь сгибает пальцы внутри и, внезапно, Сюэ Ян кончает. Снова.
— Даочжан! — почти рычит он вслух, сжимаясь всем телом.
— Цзычэнь… — мурлычет даочжан, и Сун Лань его понимает без слов. Он толкается внутрь все сильнее и сильнее, даже не давая ему выдохнуть, как в первый раз.
Оргазм накрывает его обильно и чертовски болезненно — он чувствует, как пальцы Сяо Синчэня внутри движутся вдоль члена Сун Ланя, изгибаются, гладят подушечками, и в ответ на это из глотки то и дело вырываются отчаянные неконтролируемый стоны. Он бросается из стороны в сторону, мотая головой, воет на одной ноте, словно раненый зверь, но не может…ничего не может. Этот оргазм выжимает из него все силы, осушает плоть до самых костей.
Когда судороги прекращают мучить его тело, он обессилено приваливается лбом в изгиб шеи Сун Ланя и пытается вспомнить, как дышать.
— Цзычэнь, друг мой… — зовет Сяо Синчэнь, и выравнивается, чтобы иметь возможность оказаться с ними на равных. — Цзычэнь…
Они целуются жадно и мокро прямо над плечом Сюэ Яна, пока ладонь Сун Ланя успокаивающе поглаживает его бок, почти убаюкивая.
Сюэ Ян приходит в себя от шороха ткани, он поднимает мутный взгляд, пытаясь понять, что происходит, и видит, как даочжан разводит полы ханьфу, обнажая себя. Но не сбрасывая его окончательно.
— Цзычэнь, подними его.
Сун Лань покладисто просовывает руки под колени мальчишки и с легкостью поднимает его, вставая на ноги. Сяо Синчэнь подходит так близко, что Сюэ Яна вновь бросает в жар, и без промедления приставляет головку члена к уже растянутому членом Сун Ланя входу. Головка проходит внутрь, не причиняя боли — очевидно, Сяо Синчэнь растянул его достаточно хорошо, пока отвлекал прикосновениями метелки.
— Агх…а! — возмущенно дергается Сюэ Ян, крепко зажмурившись, когда они оба начинают двигаться, чередуют толчки, растягивая его так сильно, что каждое движение задевает все его чувствительные места сразу.
Когда тонкие пальцы Сяо Синчэня вновь обвиваются вокруг его почти опавшего члена, поглаживая, он всхлипывает, смаргивая, позволяя первой слезе сорваться наружу, а затем его прорывает, словно хилую плотину под напором безудержной реки. Он пытается вновь спрятаться лицом в изгибе шеи Сун Ланя, но едва ли это срабатывает.
— Тшшш, — успокаивает его Сун Лань, пока Сяо Синчэнь целует его в висок.
— Все хорошо, с тобой все хорошо… — шепчет он в этот поцелуй и Сюэ Ян снова вздрагивает.
— Я сейчас снова…я снова… — скулит Сюэ Ян едва слышно, то ли пытаясь вырваться, то ли наоборот прижаться. — Я сейчас кончу!
Задыхаясь, он отчаянно хватается за рукава Сяо Синчэня и со стоном снова кончает, почти отключаясь.
Он, словно во сне смотрит, как они целуются, чувствует, как целуют его, не прекращая толчков внутри. Краем сознания он отмечает, как они прикасаются друг к другу, и к нему самому, чувствует, как трахают его все глубже, быстрее, дышат оба тяжело и загнано…хорошо. Плавясь в этом удовольствии, словно воск, он прячет свое лицо в изгибе шеи Сун Ланя, пока они непрестанно берут его, одного на двоих — будто чашу вина.
Когда они все же кончают — они кончают вместе. Внутрь.
Он все также держит глаза закрытыми, когда Сун Лань осторожно опускает его на кровать. Кто-то бережно вытирает его лицо теплой влажной тряпкой, смывая слезы и слюну. Он измученно моргает, открывая глаза, и видит перед собой лицо Сяо Синчэня.
— Сколько раз ты кончил? — спрашивает тот, улыбаясь уголками губ, нависая над ним сверху.
Да какого хуя, он что, думал, что Сюэ Ян счет какой-то ведет или что? Вообще-то, ему было не до этого, поскольку всего мгновение назад из него вытрахивали последние мозги, бля!.
— Четыре, — хрипло отзывается Сун Лань.
— Ммм, такое несчастливое число, — поджимает губы Сяо Синчэнь, наигранно заламывая брови, изображая огорчение, совсем как тогда, когда признавал себя неудачником во дворе, сжимая выигрышную соломинку. — Разве мы можем такое допустить? — будто бы в подтверждение своих слов, он берет вялый член Сюэ Яна и вновь безжалостно ласкает его ладонью.
— Я не могу больше, — скулит Сюэ Ян невнятно, его язык отказывается толком слушаться. — Как бля по-твоему я должен, как…а! Это же невозможно, даочжан, хва…хватит!
— Синчэнь, — произносит Сун Лань с легким упреком. — Оставь уже его в покое…
— За последние три года не было ни дня, чтобы он оставил меня в покое, — добродушно посмеивается Сяо Синчэнь, приподнимая голову в сторону Сун Ланя. — Время от времени ему стоит преподавать хороший урок.
Он похлопывает мальчишку по боку свободной рукой, оглаживая его:
— Если ты кончишь еще раз, — произносит вкрадчиво, — Я дам тебе по конфете за каждый оргазм, который ты сегодня получил.
Сюэ Ян слабо пинается ногами, всхлипывая, отворачивается, зарываясь лицом в простыни, пока Сяо Синчэнь, посмеиваясь, вводит в его растраханное отверстие сразу три пальца, то и дело сгибая их на толчках внутрь.
—А! — вскрикивает Сюэ Ян, кривится, откровенно плачет, готовый умолять их перестать. — Даочжан, я не смогу, я не…
— Если ты с этим справишься, я добавлю еще по одной конфете за каждый, — обещает вдруг Сун Лань. — Всех вместе — десять конфет. М?
— Ты испортишь ему зубы, Цзычэнь, — мягко возражает даочжан, но Сун Лань не уступает.
— Ты давал ему по конфете в день целых три года подряд, Синчэнь.
Слезы разочарования начинают снова течь по щекам Сюэ Яна, но он сжимает зубы и заставляет себя толкаться бедрами к руке Сяо Синчэня. Сун Лань хмыкает, подбираясь ближе, и тоже вставляет два пальца внутрь, прижимаясь своими к пальцам даочжана, ритм их толчков совершенно разный. Сюэ Ян запрокидывает голову, ощущая, как непроизвольно подергиваются ноги и поджимаются пальцы на стопах от такой чрезмерной стимуляции. Он тянется ладонью вниз, сам прикасаясь к собственному члену, дрожащими пальцами потирает головку и Сяо Синчэнь разрешает ему помочь себе, опуская собственную руку, сжимая его яйца и перекатывая в пригоршне. Сун Лань склоняется над ним, лениво выцеловывая чувствительный изгиб его шеи, слегка прикусывает, и всасывает кожу, оставляя отметины и ниже, на груди, постепенно подбираясь к его соску — а затем Сюэ Ян забывает, как дышать, когда чужой язык все же начинает достигает его ореола.
— А!.. Ах! Мнгх… — его лицо искажается от избытка чувств и он беспомощно хнычет — Это же не…невозможно, это…
Он чувствует себя настолько разморенным и беспомощным, словно его тело превратилось в желе без костей, края его заднего прохода почти не сжимаются вокруг их пальцев и…он не сможет вот так кончить. Это же невозможно.