moonchild
Чонгук выезжает уже на третий заказ сегодня и устало выдыхает. Работа водителя машины для перевозки вещей (иногда он был грузчиком, но, зачастую, по своей инициативе) не была слишком сложной или пыльной, скорее, просто утомительной. Он видел многое - одиноких и грустных, счастливых семей, милых (плюсом иногда бывало злых) собак, друзей, пар. Чон учился на третьем курсе, поэтому это было, скорее, приятным дополнением в виде денег на собственные развлечения (и маленькие подарки Тэхёну). Временная работа до выпуска.
Обычно он ехал к клиентам с максимальным спокойствием, но в этот же раз... В этот раз все было слишком необычно изначально.
Подъехав к самой обычной многоэтажке, каких в городе тысячи, он поставил машину на сигнализацию и пошёл к указанному подъезду, набирая номер квартиры.
— Кто? — вопрос был тихим и Чонгук, сам того не ожидая, немного завис.
— Ээ... Это Ким Сокджин? — наконец приходит он в себя, читая имя на документах. — Я приехал забрать ваши вещи и перевезти по указанному адресу. Я Чон Чонгук, вам должны были позвонить.
Спустя пару секунд раздался характерный звук и дверь открылась, после чего Гук шмыгнул в подъезд, находясь в странном смятении.
— Здравствуйте, — студент поклонился открывшему дверь клиенту (Сокджину), вновь замерев, но уже от того, как красив был мужчина. Его лицо можно было назвать идеальным, но были видны чуть опухшие и покрасневшие глаза, словно он... плакал.
— Здравствуйте, — кивает тот, чуть отходя в сторону. — Проходите, я сейчас перенесу все вещи к порогу.
— Вам помочь донести до машины?
— Если вам не сложно, — вновь кивнул он, после исчезая в комнате.
Чонгук, потоптавшись немного на пороге, все же зашёл в квартиру, невольно осматривая все, что было доступно взору.
Было видно, что интерьер оформляли с любовью. Тут и там были милые безделушки, обои тёплого цвета, несколько красивых картин в рамках и... фотографии.
На фото - двое парней, один из которых его клиент на сегодня. На каждом они улыбаются, смотря в камеру или друг на друга. Нежно обнимают друг друга, держатся за руки, на одном вместе сидят возле красивого белого пса, прижимаются бёдрами друг к другу и внизу почти незаметная подпись «нам сто дней». Все тут, в этой квартире, практически пахнет любовью и заботой. Гук прокашливается, переводя взгляд на свои руки и чувствуя себя неловко, будто подглядел за кем-то в окно.
Сокджин, тем временем, выносит ещё две коробки, куда буквально сброшены вещи, и выкатывает нежно розовый чемодан.
Спустя двадцать минут почти все немногочисленные вещи оказываются в машине, они поднимаются за последней маленькой коробкой, которую на себя берет Чон, в то время как Ким Сокджин окидывает квартиру последним взглядом, и в его глазах стоят слезы.
Парень отворачивается, идя к лифту, но последнее, что ему удаётся зацепить взглядом то, как мужчина берет ту самую рамку с фото, на котором парни и собака, смотрит на него, убирая после в глубокий карман, и покидает квартиру.
Они едут молча. Ким Сокджин безучастно смотрит на пейзажи за окном, прижимая к себе руки и, словно на автомате, нащупывая ту самую рамку.
Интересно, эти двое просто любовники? Или у одного, может и у обоих, есть жены и милые детки, а в основную часть времени они примерные граждане? Являются (являлись) просто развлечением друг для друга.
Чонгук качает головой и думает о том, что нет. Люди на фото лучились счастьем и любовью, это не просто картинка из рекламы, где после «снято» улыбки пропадают и люди расходятся. Это настоящая любовь. Та, что не поддаётся объяснению и просто... существует.
К сожалению, иногда она разбивается, как хрустальная ваза, на много осколков, которые собрать просто не представляется возможным. Именно поэтому, когда они останавливаются перед светофором, клиент, продолжающий смотреть в окно, зависает взглядом на небольшом ресторанчике, где подают отличную курочку. Он смотрит на это заведение с грустной улыбкой, тихо усмехается и в его глазах вновь появляются слезы.
Это не первый раз, когда по пути люди начинают плакать, поэтому Чонгук привычно включает негромко музыку, чтобы клиент не чувствовал себя слишком немного. По салону тихо расходится одна из любимых Чоном песен - moonchild, недавно вышедшая в составе дебютного ремикса «mono», ранее никому неизвестного исполнителя RM. Его внешность была тайной, но отличная музыка покрывала это все с головой. Этому парню не нужна была красивая мордашка, чтобы просто... покорять.
Однако он замечает, как Сокджин вздрагивает, вслушиваясь в мелодию, но не просит выключить, лишь совсем тихо спрашивает:
— Вы когда-нибудь любили?
— Да, — после негромкого молчания отвечает Чонгук, вспоминая улыбку Тэхёна. Самое большое и уверенное да.
— Иногда это больно, не правда ли? — чуть громко продолжает задавать вопросы клиент, но не дожидается ответа, продолжая: — У тебя остаются воспоминания о том, какими были «вы», когда все заканчивается. Они красивые, красочные и счастливые. Из них, если прислушаться, можно услышать смех. А конец... Конец некрасивый, я бы даже сказал, уродливый. Он смазан слезами и криками. После него все хочется забыть, но приходится помнить. Это ощущается так, словно тебя обманули, — мужчина говорит и говорит, а с каждым словом слышно то, как что-то трескается внутри него. — Вы, наверняка, видели фото. На них мы счастливы и под эту песню... Тоже были. Лежали на лоджии, смотрели на звезды, и я чувствовал, как нежно он касается моей руки. Всегда так касался - как к драгоценности. А после, когда захотел, разбил также, как разбивают эти самые драгоценности - вдребезги. Было бы лучше, если бы после конца эти воспоминания исчезали, — под конец он вновь почти шепчет, качая головой, слезы одна за другой бегут по чуть покрасневшим щекам.
Чонгук молча протягивает ему пару салфеток, молча несколько минут, а после отвечая:
— На самом деле... Это не выход. Стереть воспоминания - ошибка. Что если вы сможете преодолеть эти проблемы и вновь быть счастливы вместе? Снова лежать на лоджии и слушать музыку. Если воспоминания исчезнут - у вас никогда не будет шанса быть вместе снова, — он выдыхает, немного переводя дыхание. — Даже если ничего не сможет помочь, со временем боль отступит, вам станет легче и эти воспоминания станут просто чем-то хорошим. Вы будете думать про них «да, было хорошо тогда, но сейчас я должен идти дальше» и они останутся просто этапом вашей жизни, который, возможно, как-то повлиял на неё и вас самом в частности, — заканчивает Гук, передавая клиенту ещё одну салфетку.
— Я не... не думал об этом с этой стороны, — спустя время отвечает Сокджин, тихо усмехаясь. — Спасибо. От этого мне не стало намного легче, но... думаю, мне есть над чем поразмыслить.
Чон в ответ лишь кивает, слабо улыбаясь. До конца поездки они вновь молчат.
Тем же вечером он мягко обнимает Тэхёна со спины, прижимая к себе под негромкий смех, целует его в шею и кусает за ухо, думая о том, что никогда не сможет его отпустить, даже если так называемый «конец» будет нависать над ними. Это просто будет ему не по силам.
***
Чонгук видел многое. Одиноких и грустных, счастливых семей, милых (плюсом иногда бывало злых) собак, друзей, пар. Обычно, это не вызывало у него особых эмоций.
Но вот, когда с того дня прошёл месяц и он вновь увидел в своих клиентах Ким Сокджина, то был приятно удивлён. А когда они приехали к месту назначения (то место, откуда они уезжали в прошлый раз), то их встретил тот самый парень с фото в коридоре. Он широко улыбался, увидев Ким Сокджина, а после крепко его обнял, когда он вылез из машины.
В его глазах была любовь, а объятья и касания мягкими, словно к драгоценности. Это заставило Чонгука широко улыбнуться.
'иногда точку можно изменить на запятую, а в огромном количестве однажды заканчивающегося найти нечто вечное.