Пусть это будет Марк (2). Джексон/Джинн, Марк.
Видимо вселенная слышит просьбы Джинёна и в следующий раз надо подать запрос на пару миллиардов долларов или актрскую карьеру аля Вон Бин, потому что застукивает их именно Марк.
В другой день и в другом месте, когда клешня Джексона мнёт ягодицу Джинёна, а сам клешневладелец целуется жарко, влажно и с этим особым сумашедшим напором, когда слишком надо и надо больше, быстрее, сразу всё, а пальцы Джинёна мнут свитер на его плече и воздуха в лёгких уже, кажется, не осталось.
Марк не говорит "о". Марк не уходит без комментариев с невозмутимым лицом. Марк дёргает Джиксона за запястье, отдирая от Джинёна и смотрит. Смотрит, почему-то, на Джинёна. Смотрит тяжёлым, как асфальтовый каток взглядом и молчит.
-Хён, я могу всё объяснить, - поспешно начинает Джексон.
"Это не то, что ты думаешь" и "пожалуйста, не говори никому" в тираду включены, но Джексон быстро иссякает, потому что Марк всё ещё не смотрит на него. Марк смотрит в глаза Джинну. Смотрит на его губы. Смотрит на растрёпанный вид и выбившуюся из-за пояса рубашку Пака. Хмурится.
И Джинёну почему-то стыдно настолько ужасно, будто его как минимум застали с розовым боа на голую грудь, танцующим под песни Хёны при просмотре жестоко порно и с вибратором наготове. Хотя нет - гораздо хуже. Как будто это всё показали по национальному телевидению.