Чудак
Он олицетворял обычность. Был простым, типичным, стандартным, среднестатистическим. Ни капельки своего, все как будто общее было в нем. И лицо такое знакомое. Про него говорили: «Где-то я тебя уже встречал». Или: «Мы знакомы?». А он жил своей историей, не замечая, что просто существует.
День был расписан по секундам, но он никогда не рисовал планов. Словно знал, сердцем чувствовал, как жить. А сердце было у него только органом. Утром кофе и овсянка, как и полагается обычному человеку. Потом работа: офисная рутина за деревянным столом с таким же стулом. Днём: куриный бульон и компот. Как и должно быть, когда вспоминаешь слово «обед». Вновь бумаги, цифры, душные коллеги, пара дружеских фраз, скрывающих презрение и лицемерие. Впрочем, как всегда. Вечером: макароны с кетчупом и гипнотизирующий ящик с бездушной фигурой, болтающей обо всем и всяком. Ночь. На следующей день все то же.
Он никогда не менялся, жил по правилам, существовал. Окружающие даже удивлялись его обычностью: в нужный момент засмеётся, разозлится, испугается, сольётся с компанией, размоется в ней и будто исчезнет. Он был человеком. Обычным. Человеком, каким предполагает общество.
В пятьдесят пять лет он бы вышел на пенсию. Не планировав, не мечтав, а просто отправившись, потому что зная.
Но однажды он шёл на работу. Своим обычным путём: пешком до остановки, потом на автобусе. Но вот канализационный люк. Открыт. Упал в него, сломал шею, погиб. А ведь просто шел зевакой, как обычно.
Он погиб, а не умер. Вся жизнь его была до абсурдности проста, среднестатистична, но смерть настигла его странная. Другая, Необычная.
-Вот чудак, - вякнул какой-то прохожий, посматривая на носилку с чёрным чехлом на ней, какие часто увидишь по новостям.