Серебряная луна воспетая в ночи [MDZS]

Цзинь Лин делает глубокий вдох и прикрывает ладошками рот. Воздух шумно проходит через ноздри, сердце колотиться и отбивает трель в грудной клетке, заставляя кровь приливать к ушам и щекам.

Грудь постепенно поднимается всё медленнее, дыхание выравнивается, но Цзинь Лин всё ещё прикрывает рот, в попытках приглушить громкие выдохи. Карие глаза бегают в разные стороны, осматривая округу сквозь густую листву декоративного куста, под чьими ветвями он нашёл себе укрытие. Он уже практически отдышался после долгого бега и теперь вслушивался в окружающую обстановку.

Ветер шелестит зелёными листьями, где-то вдалеке лодки бьются о края деревянного пирса, а на соседнем павильоне ученики тренируются в фехтовании. Во всей этой умиротворенной тишине не было какого-либо подозрительного звука или движения и Цзинь Лин позволил себе облегченно выдохнуть.

- Молодой господин...

От мягкого шёпота над самим ухом у Жуланя по спине побежали мурашки, а сердце на доли секунды замерло прежде, чем он бросился наутёк.

- Аааааааа...!

Громкий детский визг разнесся на всю Пристань Лотоса. Фея, ранее обнюхивающая ближайшую клумбу, тут же с громким лаем догоняет своего хозяина, но тому сейчас было далеко не до неё. Он судорожно пытаелся придумать путь к отступлению. Но до спасительного поворота ему не дают добраться ловкие руки, обхватившие его поперёк талии. Цзинь Лин успевает только беззвучно воскликнуть, как его маленькое тельце отрывают от земли и с громким смехом заваливаются на мягкую, покрытую густой травой и цветами, поляну.

- Ахахахаха! - девичий хохот напоминал журчание ручья.

- Ма Шандин! Ты-!

Они немного скатились по пологому холму от чего волосы и дорогие одеяния юного господина теперь были взъерошены и покрыты ворохом травинок и лепестков. Хотя внешний вид уже взрослой заклинательницы был совсем не лучше. Подскочив на ноги, мальчик уже собирался громко возмутиться, но тут на него налетела черно-белая катастрофа, завалившая его обратно на травяное покрывало. Пока Феечка с успехом пыталась щедро вылизать лицо любимого хозяина, Инъюэ уже пришлось схватиться за живот от продолжительного хохота.

- Агх, фу, Фея! Прекрати! - Цзинь Лин никак не мог найти точку опоры чтобы подняться и оттолкнуть любимую собаку. - Ма Шандин, спасай!

Живот тянуло от напряжения, а легкие сводило от тяжелого дыхания, но заклинательница всё же нашла силы, чтобы быстрее подняться и ответить на мольбы молодого господина.

- Ах ха-ха, Фея, нельзя быть такой непослушной.

Чтобы оттащить хулиганку пришлось взять ее подмышки и буквально снять с маленького детского тельца, и даже так нужно было пару раз постучать пальцем по вытянутой морде, чтобы она наконец успокоилась.

Как только груз исчез с его тела, Жулань приподнялся и начал отплевываться от вязких слюней, которыми Феечка щедро поделилась.

- Боюсь, понадобиться много времени, чтобы отучить её от этой привычки. - уже не имея сил на смех, сказала Инъюэ, копаясь в своем рукаве.

Цзинь Лин на это ничего не ответил. Его всецело отвлекало наличие слюней на одежде и руках, пока он не почувствовал, как по щеке провели мягким хлопковым платком. Ма Шандин присела рядом и придерживая голову мальчика, бережно вытирала грязные щеки. Цзинь Лин скосил взгляд на её руки. Иногда он поражался, сколько же всего Ма Шандин хранила в своих рукавах цанькун.

Подушечками пальцев она дотронулась до мальчишеской щеки, проводя большим пальцем по коже и проверяя её чистоту. От таких непривычных прикосновений лицо Цзинь Лина постепенно зарделось, а стоило пересечься взглядом с заклинательницей, в чьём взоре была нескрываемая нежность, он неосознанно отвёл карие глаза.

На самом деле, он до сих пор не мог поверить, что всё это не плод его фантазии. Слова Инъюэ оказались не пустым звуком и она регулярно посещала Пристань Лотоса, безвозмездно отдаваясь в полное распоряжение ребёнка соглашаясь даже на такое детское времяпровождение как игра в салки. Но игра с Инъюэ кардинально отличалась от игры с няньками, всё же, от заклинательницы одного из Великих Орденов гораздо сложнее спрятаться и убежать.

В разгаре такой игры Цзинь Лин и не заметил странное ощущение в районе плеча. Подёргав несколько раз рукой его смутило непривычное ощущение свободы. Взгляд Ма Шандин метнулся в сторону движения, и тут же лицо девушки переменилось.

- О-ёй, какая незадача. - произнесла заклинательница, потянувшись рукой к детскому плечу.

Нахмуренные брови Цзинь Лина взметнулись вверх, когда он повернул голову к причине этих перемен. Часть рукава его золотых одежд безвольно свисала, оторванная от основания рубахи.

- Наверное, зацепились за ветку или ещё что пока прятались и шов разошёлся во время бега. - констатировала девушка осматривая повреждения. - Ткань не пострадала так что всё попра...

- А-Лин!

Громогласный зов главы ордена разнесся по округе. В этот момент мир в голове Цзинь Лина перевернулся несколько раз, пока его сознание генерировало несколько вариантов того, что сделает дядя если увидит его сейчас.

- Ма Шандин! - умоляющим голосом промолвил мальчик, вцепившись в руку девушки. - Спаси! Если дядя увидит, что я снова испортил своё одеяние то обязательно накажет!

Слишком свежи воспоминания, как глава ордена заставлял его переписывать рукописи или запрещал подавать сладкое племяннику, когда тот, в очередной раз, приходил с жуткими пятнами, которые не могла отстирать ни одна прачка, или же с дырами несовместимыми с жизнью такой дорогой одежды. Хоть Юньмэн Цзян и не бедствовал, но Цзян Чэн, воспитанный в строгости и простоте, был достаточно бережлив к столь повседневным вещам и не выносил такого халатного обращения, коим оперировал орден Ланьлин Цзинь.

Ма Шандин неопределённо нахмурилась. Лгать она не любила, увиливать тоже. На самом деле, она не видела никакой проблемы в порванной детской одежде, да и зная главу Цзян, наказание это маловероятно было столь уж страшным, каким преподносил его Цзинь Лин. Тем более, что в попытках Цзян Чэна привить ребёнку ответственность за свои вещи она видела только пользу.

Но вот что-что, а перед карими глазами А-Лина она никак не могла устоять.

- Вот вы где. - послышалось совсем недалеко, от чего они синхронно повернули головы. - Неужели так сложно было отозваться?

Но не успел Цзян Чэн спуститься с холмика, как Инъюэ вместе с его племянником растворились в тумане скрывающей техники.

Цзинь Лин даже слова не сказал, как Инъюэ подхватила его на руки и, молниеносно использовав скрывающий талисман, перенесла их на другой конец резиденции. Пару секунд у него даже кружилась голова из-за чего он крепче цеплялся за серые одежды.

- Что ж, - судорожно выдохнула заклинательница. - на какое-то время мы спасены. Теперь нам нужно найти золотую нить, поэтому придётся спросить у слуг...

- Нет! - тут же запротестовал Цзинь Лин. - Они могут рассказать дяде! Нужно зашить одежду так, чтоб никто не узнал!

Стоя с ребёнком на руках, Ма Шандин пыталась вспомнить своё детство и был ли в её окружении столь же драматичный в своих поступках молодой господин или же госпожа. Пожалуй, в этом он мог посоперничать даже с Не Хуайсаном, когда тот прятал очередную подозрительную книжку от дагэ.

В какой момент сомнения начали сменяться игривым азартом она уже и не помнила.

Цзян Чэн был возмущён и ошеломлён. А также растерян. У него что? Украли племянника? Прямо из под носа? Либо же это он сам сбежал от него вместе с этой женщиной?

Он мог бы обдумывать это и дальше, но тут как раз кстати подвернулась Фея, которая в считанные секунды уже направлялась в только ей известном направлении. Ну, а куда ещё, кроме своего хозяина, она могла отправится? Вариантов было немного поэтому Ваньинь последовал за лучшим другом человека.

Пока Фея, нагнувшись своей мордой к земле, выискивала следы Цзинь Лина и его взрослой спутницы, Цзян Чэн терпеливо шёл следом, сохраняя свою обычную горделивую осанку и держа руки за спиной. При этом взгляд его острых глаз был прикован к собачьему хвосту, указывающему направление движения. Он даже не сразу обратил внимание на рядового стражника, идущего навстречу, но остановившегося, чтобы отдать честь господину. И если бы Фея внезапно не решила обнюхать бедного заклинателя, тот бы точно заранее свернул в другую сторону, лишь бы не стоять сейчас под пронзительным взглядом Саньду Шеншоу.

Обследовав парня со всех сторон собака выдала задумчивый скулёж. Цзян Ваньинь перевёл взгляд с неё на стражника, натянутого как струна гуциня.

- Видел Цзинь Лина и госпожу Ма? - коротко спросил Цзян Чэн.

- От-твечаю г-господину... - ответил он с дрогнувшим голосом и напряженной спиной. - после часа змеи* не видел.

При этом глаза его метались из стороны в сторону, из чего Цзян Чэн легко сделал вывод, что врать этот адепт совсем не умел. Помучив его ещё немного тяжестью своего взгляда и не став допытывать, он отпустил его молчаливым кивком.

Вместе с Феей они последовали дальше по следу. Нос духовной собаки никогда не ошибается поэтому очевидно, что А-Лин с Ма Шандин с ним пересекались, но видимо уговорили его держать рот на замке даже перед главой ордена. Последующие стычки с обитателями Пристани Лотоса только подтвердили это. Стоило носу Феечки повернутся к группке служанок, как те моментально испарились даже не подняв на мужчину глаз. Ещё пару заклинателей состроили дурачков и так и не смогли сойтись во мнении куда направились их молодой господин с молодой гостьей, когда их видели в последний раз. А старый бородатый библиотекарь где-то минут десять пытался рассказать где же он видел мальчика с белокурой женщиной, но только больше запутал Ваньиня и задержал его на четверть часа. Цзян Чэн от этого начал понемногу злиться. Возмутительно, и когда это собственный племянник и адептка другого ордена переманили на свою сторону практически всех в его резиденции?! Немыслимая наглость.

В таком темпе они прошли чуть ли не половину поместья, а ведь изначально он всего то хотел позвать их на обед. И теперь они опаздывали к накрытому столу, а опаздывать к трапезе Цзян Чэн очень не любил, считая это неуважением к труду и стараниям прислуги. И с каждой прошедшей минутой он начинал хмуриться сильнее, пока Фея внезапно не залаяла и не помчалась вперёд. Из-за поворота слышались знакомые голоса. Цзян Чэн прибавил шагу.

- Неужели удосужились показаться. - не скрывая эмоций произнёс он, складывая руки на груди.

Удивленные таким резким появлением, оба дезертира застыли на месте.

- Ахаха, господин Цзян, - первой пришла в себя Ма Шандин. - кажется мы вас разозлили, но поверьте! Мы просто хотели-

- ... поиграть с тобой в салки! - воскликнул Цзинь Лин, сообразив быстрее чем стушевавшаяся Инъюэ.

Цзян Чэн скептично нахмурился.

Прятаться от Феи было нелёгкой задачей, а при этом пытаться не столкнуться с прислугой, в поисках ниток и иглы, было ещё проблематичнее. Из служителей ордена никто бы не решился откровенно врать господину, поэтому риск быстрого провала их побега был слишком велик. Поэтому им в головы пришла идея немного слукавить и сказать, что это просто часть небольшой игры. Поняв, что они просто играли в салки с главой ордена, служанки тут же начинали умиленно хихикать и советовать где лучше спрятаться, а заклинатели обещали отвлечь его внимание и выиграть им время. Таким образом им удалось найти укромное место в одной из темных кладовых.

- Боюсь здесь нету золотых нитей, молодой господин. - копаясь в многочисленных ящиках на стеллажах, заключила заклинательница. - Возможно если бы здесь было не так темно и мы зажгли свет...

- Нельзя! - категорично выпалил мальчик. - Нас быстрее найдут, если здесь будет светло.

В закрытом помещении им приходилось обходиться одной только найденной обгорелой свечей, её света не хватало для того, чтобы сразу отыскать нужную вещь, если нужные им нити вообще здесь были.

- Придётся обойтись тем, что есть. - не без досады молвила Инъюэ, беря первый попавшийся под руку моток. Она не любила делать как попало, в особенности шить, ведь этому делу её учили с малых лет, но при таком свете это было крайне неудобно.

Как и всегда, достав из рукава серебряную иглу прекрасного качества, она взялась за шитьё, полагаясь на мастерство своих рук. Цзинь Лин был необычайно тих, он не хотел мешать девушке, но также его завораживали выверенные движения её пальцев. Её лицо в процессе было сосредоточенным и спокойным, лишь изредка она кривилась в попытках сдуть непослушные волосы, лезущие в глаза и мешающие и так ограниченному обзору.

- Вот и всё. - сказала Ма Шандин, делая последний стежок и, по привычке, откусывая оставшуюся нить.

- Хааа, отлично! - Цзинь Лин тут же начал натягивать одежду. Выйдя из укрытия и оценив, что рукав вновь на том же месте, что и был, на радостях, что он не получит наказание от дяди, кинулся обнимать спасительницу. - Спасибо спасибо!

Малыш так стиснул ноги девушки, что она чуть не плюхнулась назад на пол, но рефлексы помогли ей удержаться на месте. Тут то Инъюэ и поняла, что ради счастливой улыбки этого ребёнка она не против проказничать даже перед самым носом у Саньду Шеншоу.

Ну и как говорится, помяни черта.

- Дядя, долго же ты нас искал. - как можно непринужденнее продолжил Цзинь Лин, пока Ма Шандин держала рот на замке, чтобы случайно не нарушить конспирацию.

- По пути постоянно кто-то отвлекал, пришлось задержаться. - произнёс он таким тоном, словно всё уже давно понял.

Инъюэ забегала глазами и наткнулась на то, от чего ей хотелось обреченно застонать. Всё же мастерство её рук было небезупречным, на месте шва ткань стыковалась неровно и пошла складками, через которые была отчетливо видна яркая фиолетовая нить, выделяющаяся на золотых тканях.

Она подняла взгляд к Цзян Чену, чьё выражение лица скептично требовало у неё объяснений. Пока Цзинь Лин не видел её за своей спиной, Ма Шандин оставалось только приложить палец к губам и сделать виноватое лицо, умоляющее главу ордена подыграть их неудавшейся шалости.

Цзян Чен теперь даже не мог толком разгневаться и на халатное отношение племянника к вещам, и на потакание его капризам заклинательницей. Не после того, как половина поместья запудривала ему мозги, а эти двое так старались, чтобы не попасться.

Салки так салки.

- Мы опаздываем на обеденную трапезу, стол уже накрыт. - лишь смиренно произнёс мужчина.