Нокаут (TFP)
– "Невероятно! Великолепно! Органическая красота… такая хрупкая, такая неповторимая! Я никогда не видел ничего подобного! Её линии… её формы… совершенно несимметричные, и тем не менее – прекрасные! Запечатление… это судьба! Знак свыше! Я должен сохранить её красоту, увековечить её в своём искусстве! Я буду рисовать ее, лепить ее, воспевать ее в своих стихах! Она станет моей музой, моим вдохновением, моей вечной любовью! И никто… никто не посмеет прикоснуться к моему шедевру!"
Преданность:
– "Мой прекрасный экспонат."
Преданность Нокаута была не здоровым чувством, а скорее навязчивой потребностью. Он стал её тенью, всегда рядом, всегда наблюдающим, его присутствие одновременно льстило и пугало. Он считал её своим самым ценным приобретением, произведением искусства, которое необходимо защищать от любых посягательств.
– "Ты – мой самый ценный экспонат, и я позабочусь о том, чтобы ни одна пылинка не коснулась твоей красоты. Абсолютно ничего," – шептал он, проводя пальцем по её щеке, его взгляд горел почти с маниакальностью.
Он готов был на всё, чтобы удовлетворить её потребности, даже предать десептиконов, если это требовалось для её безопасности и счастья. Он использовал свои навыки кибертронского медика, чтобы улучшить её органическое тело, внедряя в её пищу наноботов для укрепления иммунитета и поддержания оптимального здоровья, лишь бы обеспечить её безопасность и благополучие.
– "Органические конфликты… десептиконы… всё это не имеет значения. Только твоё выживание имеет приоритет. Я перепишу свои протоколы, чтобы обеспечить это. Всё для тебя," – говорил он с холодной уверенностью, стирая грань между заботой и контролем, отключая протоколы лояльности десептиконам, его искра горела ею и для неё.
Его преданность выражалась в постоянном внимании к деталям: запоминал любимые цвета, вкусы, запахи, чтобы создать вокруг неё идеальный, безопасный мир.
– "Твои желания – мои приоритеты. Скажи мне, что ты хочешь, и я, с превеликим удовольствием, исполню это. Только, пожалуйста, не разочаровывай меня," – произносил он с мягкой угрозой, напоминая, что её желания, хоть и важны для него, должны совпадать с его видением их совместной жизни.
Защита:
Для Нокаута защита означала не просто отражение угроз, а полную изоляцию от потенциальной опасности. Он стал параноиком, подозревая всех и каждого, кто приближался к ней. Его ревность была безудержной, а подозрения – болезненными.
– "Этот… примитив… смел слишком долго наслаждаться твоей красотой. Я думаю, ему нужно объяснить, что любоваться шедевром можно только с почтительного расстояния," – говорил он с ядовитой улыбкой, планируя "небольшую коррекцию поведения" для несчастного, посмевшего взглянуть на неё.
Он не позволял ей выходить одной, мотивируя это заботой о её безопасности.
– "Ты никуда не пойдешь одна. Этот мир полон завистливых глаз и грязных рук. Я буду твоим щитом, твоей защитой от всего этого мрака. Всегда," – его мани удерживало её запястье слишком сильно, чтобы это можно было назвать жестом любви.
Если кто-то переходил черту, Нокаут действовал быстро и безжалостно.
– "Не беспокойся, дорогая, я позаботился об этом… досадном недоразумении. Теперь он больше не будет тебе мешать. Просто забудь об этом," – говорил он с невозмутимым видом, словно речь шла о разбитой вазе, а не о сломанной жизни.
Забота:
Он превратил её жизнь в череду процедур и проверок, направленных на достижение идеала, созданного его собственным разумом.
– "Ты выглядишь уставшей, дорогая. Твои глаза потеряли свой блеск. Давай, приляг, я принесу тебе травяной чай и сделаю расслабляющий массаж. Твоя красота требует постоянного ухода, ты заслуживаешь только самого лучшего," – говорил он, его голос сочился фальшивым сочувствием.
Он диктовал её рацион, настаивая на полезной пище, чтобы она всегда выглядела "сияющей".
– "Ты должна питаться правильно, моя дорогая. Твоя кожа должна быть безупречной, а волосы – шелковистыми. Я лично буду следить за тем, чтобы ты получала все необходимые витамины и минералы. Ради твоей красоты, разумеется."
Он заваливал её дорогими подарками, создавая впечатление роскоши и достатка, но каждый предмет был тщательно отобран им, отражая его вкус, а не её предпочтения.
- "Этот цвет совершенно не подчеркивает твою изящную фигуру. Я думаю, нам нужно полностью обновить твой гардероб. Только самые лучшие ткани, самые модные фасоны, всё, что достойно моей королевы," – его взгляд критически оценивал её внешность, заставляя её чувствовать себя куклой в его руках.
Ревность:
Любой взгляд, брошенный в её сторону, любое мимолетное прикосновение вызывало в нём вспышку ярости. Он не доверял никому, даже её близким друзьям и семье.
– "Почему ты так долго разговаривала с этим… ничтожеством? Что вас связывает? Ты что-то скрываешь от меня?" – его голос звучал угрожающе, а взгляд прожигал её насквозь.
Он следил за её перепиской, проверял её телефон, чтобы убедиться в её верности. – "Я заметил, как этот… паразит… пытался привлечь твоё внимание. Он поплатится за свою дерзость. Я позабочусь о том, чтобы он больше никогда не взглянул на тебя," – его мани сжимались в кулаки, а в оптике отражалась холодная решимость.
Он стремился изолировать её от внешнего мира, создавая вокруг них непроницаемую стену.
– "Мне не нравится, когда другие видят тебя, когда они любуются тобой. Ты принадлежишь только мне. Твоя красота предназначена только для моих глаз," – шептал он, прижимая её слишком крепко к своей грудной пластине, прямиком у судорожно пульсирующей искры, словно боясь, что кто-то украдет её у него.
Идеализированный облик:
Он игнорировал её недостатки, приписывая ей качества, которых у неё не было.
– "Ты такая чистая и невинная, моя дорогая. Этот грязный мир не должен коснуться тебя, не должен осквернить твою невинность," – говорил он, словно она была хрупким ангелом, нуждающимся в его защите.
Он навязывал ей свои вкусы и предпочтения, лишая её возможности выражать свою индивидуальность. Он контролировал её одежду, прическу, макияж, заставляя её выглядеть так, как он хотел. Ведь она и он едины.
– "Ты знаешь, дорогая, наша связь особенная. Мы понимаем друг друга без слов, мы чувствуем друг друга на расстоянии. Никто и никогда не сможет понять тебя так, как я. Мы созданы друг для друга, мы – половинки одного целого. Зачем тебе искать что-то ещё, когда у тебя есть я? Я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя, чтобы любить тебя, чтобы заботиться о тебе. Наша связь – это всё, что тебе нужно, разве нет?"
|||
В тесной каюте на "Немезиде" Нокаут прижимался к ней своим наполированным, холодным корпусом, пытаясь обнять её, но она напряженно отстранялась.
– "Ну же, дорогая, – проворковал Нокаут, его голос звучал неестественно мягко, – просто позволь мне побыть рядом с тобой. Я так долго был один."
Он провёл коготком по её волосам, но она дёрнулась.
– "Нокаут, пожалуйста, дай мне немного пространства. Ты меня давишь," – проговорила она, стараясь не смотреть ему в оптику.
Нокаут, несмотря на свой размер, попытался скорчиться, словно хотел стать меньше, незаметнее. Он опустился на колени, чтобы быть на одном уровне с ней.
– "Я просто хочу почувствовать твою любовь. Я так мало прошу." – дует он губы, почти обиженно.
Он попытался взять её за руку, но она одернула её.
– "Я не понимаю, что ты хочешь, Нокаут. Ты ведешь себя странно."
Его оптические сенсоры сузились, а вокальный процессор издал странный, скрежещущий звук.
– "Странно? Это ты ведёшь себя странно! Я отдал тебе всё, я пожертвовал всем ради тебя! Неужели я не заслуживаю немного любви в ответ?"
Он снова попытался обнять её, прижимаясь к ней своим холодным металлом. Она вырвалась из его объятий, её глаза наполнились страхом. – "Нокаут, мне больно! Ты слишком сильный! Перестань!" – взмолилась она. В этот момент что-то сломалось в Нокауте. Все его попытки казаться нежным, милым, любящим разлетелись в прах. Его оптика опасно сверкнула.
– "Я действительно не понимаю," – проговорил он, его голос стал ледяным и бесстрастным.
– "Я сделал для тебя всё. Я изменил свою жизнь, я переписал свои программы. И что я получаю взамен? Холод? Отказ? Неблагодарность?"
Он медленно поднялся, его огромная фигура нависла над ней, словно грозовая туча. Его тень поглотила её.
– "Дорогая, не зли меня. Я очень долго был терпелив. Я пытался быть тем, кем ты хочешь меня видеть. Но, видимо, это невозможно. Видимо, ты не способна оценить мою любовь."
Он сделал шаг вперед, и она отшатнулась назад, прижавшись к стене. Его размер, его сила, его ледяной голос – всё это внушало ей ужас.
– "Но ничего, – продолжил Нокаут, – я найду способ. Я найду способ заставить тебя любить меня. Может быть, мне просто нужно быть… более настойчивым. Может быть, мне нужно просто… показать тебе?"
Он протянул огромную руку, его когти устрашающе расжались, заставив и без того беспокойное человеческое сердце забиться боем о грудную клетку.