Когда гаснет пламя маяка
Океан был неспокоен. Мощные волны наступали на крутой берег, разбиваясь об утесы, словно самый прекрасный хрусталь. Вокруг старого маяка все бурлило, шумело, кипело, но яркое пламя пока еще сдерживало натиск стихии. Спасительный свет не затухал ни на одно мгновение с тех пор, как семья Ритоде своими собственными усилиями восстановила покинутую башню на самом краю гиблого обрыва. Теперь это место стало домом для молодой пары, сердца которых горели намного ярче, чем все маяки, взятые вместе. Здесь они были счастливы.
Но в ту самую ночь свет погас. Жители окрестных деревень с надеждой всматривались вдаль, не переставая ждать хотя бы самой маленькой искры, хотя бы одного единственного язычка пламени. Что же должно произойти, чтобы Леон не смог сберечь вечный огонь?
Всю ночь молодой отец не отходил от постели своей жены. И пусть на башню налетят хоть все северные ветра сразу, ничего не могло заставить мужчину покинуть мать своего первенца. Она родилась точно в ту секунду, когда погасло вечное пламя маяка. Она родилась в час, когда буря бушевала свирепее всего. Она родилась в самую страшную ночь. И, повзрослев, эта девочка принесла с собой живое тепло, которое согревало всех вокруг, его хватало, чтобы утешать страждущих, спасать раненных, пробуждать чувства у равнодушных.
Ее звали Руби. И красивее ребенка не было на всем белом свете. Девочка не была похожа на своих родителей, ее кожа была смуглее, а глаза – ярче. Улыбка ее, казалось, способна согревать своим теплом даже в зимнюю стужу, а неведомая магия, которая кипела в юном сердце, исцеляла любые раны. Несчастных моряков, которых не смогло спасти пламя маяка, спасала Руби. Девчушка предчувствовала, в какую из ночей случится беда, и неосторожный корабль погибнет, налетев на острые скалы. Тогда они с отцом выходили на берег и подбирали тех, кого пощадило море, и теперь их жизни были спасены, потому что юная волшебница могла побороться с самой смертью и непременно выиграть.
После очередного кораблекрушения юная Руби допоздна провозилась с раненным солдатом, что плыл по приказу Его Величества защищать королевство от захватчиков. Когда же девушка поднялась в свою комнату, то тяжелый вздох вырвался из ее уставшей груди. Горизонт пылал алой зарей.
— Милая, проснулась уже? – мама тихо прошла в комнату. – О, дочь, ты не ложилась вовсе?
— Нет, - слабо улыбнулась Руби, - я так устала.
Женщина быстро подошла к своему ребёнку и нежно взяла ее за руку. Холодные. Пальцы девочки были холоднее зимнего океана. Румянец исчез с ее лица, а янтарные глаза, такие необычные для северного народа, словно потускнели.
— Идем, - мама повела ее на узенький балкончик, - встретим этот рассвет вдвоем.
Когда свежесть утреннего бриза заполнила душу необычной девочки, все вокруг вдруг стало намного прекраснее, а слабость отступила. Прикосновения матери были настолько нежными и теплыми, настолько родными и любимыми, что весь остальной мир, все проблемы могли немного подождать. Эти моменты, проведенные рядом с близкими, волшебнее любой магии.
— Что в жизни важнее всего, мама? – тихо спросила Руби. – Разве не я должна быть важнее всего? Разве я не должна заботится о себе в первую очередь?
— Я не настолько мудра, чтобы ответить на это вопрос, - мать нежно провела рукой по пшеничным волосам дочери, - но ты найдешь ответ. Рано или поздно. Поверь мне, ты рождена, чтобы согревать. И я не могу тебе обещать, что при этом ты не сгоришь.
Женщина вскинула голову, будто пыталась впитать первые лучи весеннего солнца, и Руби поступила так же. Слова матери много лет будут эхом отзываться в сердце юной чародейки, которая родилась в час бури, в момент, когда погасла последняя надежда. Теперь она сама есть пламя, бушующее, неистовое, но такое теплое, такое живое. Ей было суждено прийти в мир в ту ночь, потому что имя ее – Феникс.