"Forbidden fruit" - X
Двумя месяцами ранее
Уроки в школе только закончились, а брюнетка уже сломя голову собирала книги в рюкзак, мечтая скорей оказаться за пределами школы, чтобы увидеть того, кем были заняты мысли.
Она выбежала на школьный двор и не нарочно свалила с ног учителя. Все его бумаги разлетелись, а взгляд был направлен на лицо ученицы, которое залилось краской из-за чувства вины.
— Учитель, — замялась Ким, присев на корточки, чтобы помочь мужчине собрать документы. — Простите.
— Я перестал узнавать тебя, Рюджин, — проговорил он, выпрямившись во весь рост. — Что-то случилось?
— Что? — выпучила она глаза, стоя напротив учителя.
— Если захочешь поговорить, — мужчина положил руку на плечо Рюджин и посмотрел ей в глаза. — Не нужно держать все в себе...
— Мне пора, — отшагнула Ким. — Извините за это.
В их коротком диалоге словно зародилось недоверие к друг другу. Учитель математики почувствовал неладное в поведении ученицы, и хотел помочь. Рюджин же почувствовала давление и некое предвзятое отношение. Впрочем, такое уже происходило. Пак Сэджун — самый молодой и красивый учитель в школе. Многие ученицы шептались о его внешности, малая их часть пыталась даже флиртовать с ним. Сам Сэджун, казался, скромным и неразговорчивым. Все его внимание уделялось учебной программе, если не считать маленького вмешательства Ким Рюджин. Ученица не питала интереса к Пак Сэджуну, как к мужчине. Хотя и, как к учителю тоже. Математика — не самый любимый предмет у девушки. Но именно её мужчина выделял при каждом удобном случае, что никогда не оставалось незамеченным. И, конечно, об этом сплетничали. Будь статус Ким чуть ниже, её уже бы смешали с грязью и называли «подстилкой» учителя. А так можно сказать, что ученица все еще на плаву.
Девушка старалась избегать Сэджуна и не ввязываться с ним в долгие беседы. Так она держала марку своего лица, как главной королевы школы.
Но не все вечно, как думала Рюджин. Жизнь порой бывает подлой и жестокой. «Испытания даются лишь тем, кто сможет с ними справиться» — так говорят 99% людей. 1% — люди, которые и правда понимают смысл этих слов. Кто же знал, что именно Ким Рюджин попадет в этот процент...
***
— Ты долго, — цокнул черноволосый, встретив брюнетку из школы.
— Я врезалась в учителя, когда бежала учителя, — рассказала она. — Пришлось извиняться и помочь собрать все, что он выронил.
— Проголодалась? — тут же переключился Чонгук, открыв дверь автомобиля перед ученицей. — Поужинаем вместе?
— Ты приглашаешь меня на свидание? — расплылась Ким в улыбке.
— На ужин, — подмигнул ей Чон, дав понять, что она все верно поняла.
— Я ведь не могу отказать?
— Ты не откажешь, — закатил он глаза, подтолкнув Рюджин к машине. — Главное, чтобы я не передумал.
— Поняла, — подняла она руки в знак поражения и с удовольствием нырнула в салон. — Поехали!
«Мои мечты, страхи и реальность слились в одну чашу весов. Эта чаша уже касалась земли и обливалась кровью. Тогда я и поняла, что каждое мое последующее действие приведет к не самым лучшим последствиям. Но даже тогда, мне слепо хотелось верить, что это чары «любви» и она прекрасна».
Вечер в компании Чонгука прошел идеально. Вкусный ужин, приятные разговоры и сладкие поцелуи. Ким думала, что держаться за руки нужно, чтобы доказать об искренности своих чувств. Им с Чоном этого было не нужно. От одного его взгляда сердце замирало, а по телу пробегались мурашки. Пусть он был старше, пусть он член опасной группировки, в глазах Ким он элегантный и мужественный. Чонгук стал, тем, без кого брюнетка уже не могла представить и дня.
— Может прозвучать глупо, — нервничала Рюджин, сидя в машине перед собственным домом. — Но у меня к тебе есть чувства.
— Ты слишком юна, чтобы говорить о подобном, — немного холодно ответил Чонгук. — Нельзя полюбить кого-то столь быстро.
— Что, если это началось еще с первой встречи? — задалась она вопросом, смотря вдаль. — Я не могла принять тот факт, что ты мне нравишься, считая тебя преступником.
— А что изменилось?
— Мне стало все равно, кто ты есть на самом деле.
— Значит, тебе понравилась маска, которую я надеваю рядом с тобой.
— Вовсе нет, — возразила Ким, развернувшись к Чону. — Со мной ты настоящий. Я уверена в этом, — она слегка улыбнулась и втянула парня в поцелуй.
Вначале это были мимолетные касания, оттягивающие продолжение. Затем это переросло в страсть. Дыхание обоих нарушилось. Они обжигали друг друга, пытаясь стереть границу между ними. Хотелось большего и более жгучего, чем просто поцелуй.
Подобное могло длиться часами. Только не все так сладко, как в сказке.
Автомобиль Чонгука привлек внимание. И было несложно догадаться, что происходило в салоне. Шатен первое время просто разглядывал. После же его кулаки сжались и кровь в жилах закипела.
Дверь со стороны Рюджин открылась резко и внезапно. Любые оправдания были бесполезны. Брат вытащил сестру на улицу и толкнул в сторону дома. Чонгук вышел на улицу и попытался поговорить с Джином, но тот и слушать не стал. Он ударил Чона по лицу, от чего парень отпрянул к машине и оперся о капот. Шатен собирался ударить вновь, но тут вмешалась брюнетка. Она перегородила черноволосого и с яростью посмотрела на брата, что только больше его разозлило.
— Ты его защищаешь? — усмехнулся шатен, схватив сестру за запястье. — Этот мусор?
— Джин, я могу все объяснить, — пыталась Ким решить все мирно, но в ответ получила горячую пощечину.
Глаза наполнились слезами из-за боли и обиды. Ранее Сокджин не поднимал руку на сестру. Наоборот, он был против насилия. Так, неужели, все имеет свою цену? И за проступки нужно платить? Только в чем её проступок...
— Ты ударил меня, — с дрожью на губах сказала Ким. — А говорил, что никогда не обидишь.
— Ты не оставила мне другого выбора.
— Это из-за поцелуя? — подняла она глаза на Сокджина. — Или из-за того, что поцелуй был именно с Чонгуком? А что насчет тебя?
— Рюджин, не заставляй меня вновь применить силу и вернись в дом.
Пользуясь возможностью, Ким Рюджин со всей силы ударила брата. На его лице тут же возникло недоумение и заиграли скулы, из-за подступающего гнева.
— Это за всю ложь, которой ты кормил меня столько лет!
Затем последовал еще один удар по той же щеке. Силы в нем было больше. И Джин не мог сопротивляться. Он думал лишь о том, что Рюджин все знает.
Их идеальный мир разрушился в одно мгновенье. И удары не прекращались. Они проникали в самое сердце, от чего было больно вдвойне.
— Это за слащавую физиономию, которая встречала меня каждое утро! За тех, кого ты убил. За ту заботу, которой меня окружал. Ты врал мне все это время!
Рюджин могла продолжать еще долго, но Чонгук тоже не бессердечный. Он не мог молча наблюдать, как эти двое уничтожают друг друга изнутри.
— Все, остановись, — перехватил Чон руки девушки и прижал дрожащее тело к себе. — Достаточно, Рюджин.
— Он тоже не оставил мне выбора, — разрыдалась брюнетка. — Я знала правду и приняла её, а он не смог. Разве это справедливо по отношению ко мне?!
Сокджин не сдерживал своих слез. Ему было также тяжело, как и Рюджин. Но и, вправду, только он не мог принять чувства сестры. Парень даже не попытался понять. Жаль, что осознание приходит слишком поздно.
***
Остаток дня брюнетка собирала вещи. Складывала их в чемодан, отгоняя слезную пелену из глаз. Она все ждала, когда брат ворвется в комнату и остановит ее. Она хотела, чтобы он сделал хоть что-то.
Сокджин же молча сидел на кухне и допивал бутылку виски. Он был достаточно пьян, чтобы вновь устроить драку и разборки, но предпочел погрузиться в сон прямо за столом. Именно спящим и застала его Ким, когда спустилась на первый этаж. Пахло отвратительно. Ким даже почувствовала безразличие с его стороны к тому, что она уходит из дома.
«А что, если навсегда? Что, если ты больше меня не увидишь? Разве тебе не больно? Посмотри на меня... Вдруг это в последний раз».
Чонгук ждал брюнетку на улице. Он нервно курил сигарету и думал, что это все не правильно. Ему впервые не хотелось идти против правил. Чон понимал, что эти двое слишком гордые, чтобы признать свою вину. И только ему было известно, как брат с сестрой дорожили друг другом. Это тоже причиняло боль.
***
Рюджин и Чонгук сидели в машине и долго не могли начать разговор. Ехать было уже некуда. Черноволосый привез Ким к себе домой. Он знал, что это уже не будет обговариваться. Оставалось только принять, как факт и попробовать поддержать девушку. Все же она заступилась за него. Пошла против брата ради тех чувств, которые зарождали страх намного чаще, чем дикую страсть.
Уже в квартире пара немного выдохнула. Рюджин начала осматриваться и понемногу отстраняться от недавней ссоры.
— У тебя уютно, — прокомментировала она, рассматривая стеллажи с книгами. — Любишь читать?
— Есть такое, — подошел он к Ким. — А ты?
— Есть такое...
Её взгляд опустился на губы Чона и она, не раздумывая прильнула к ним. Вложила в поцелуй все свои накопленные эмоции. Ей хотелось забыть все и попробовать нечто большее.
Рюджин расстегивала пуговицы на рубашке черноволосого и сквозь слезы отвечала стонами на каждое горячее прикосновение Чонгука к своему телу. Она была уверена в том, чего хочет вплоть до того момента, пока не оказалась на кровати в одном нижнем белье.
Чонгук навис над её телом и не на секунду не переставал целовать. Он уже был возбужден и не собирался прерывать начатое. Рюджин же изо всех сил старалась сдерживать душевный крик.
И она не смогла. Горько расплакалась, сильно зажмурив глаза. Происходящее сводило с ума. Девушка чувствовала, что больше не могла мыслить здраво. И какого было её облегчение, когда черноволосый лег рядом и притянул Ким в объятия. Поцеловал её в лоб и сказал, что происходящее, вполне, нормально.
— Никто не будет осуждать за слезы и эмоции, которые сейчас тебя переполняют. Можешь плакать, пока я рядом.
«Если я уничтожу тебя, ты простишь меня. Потому что ты не сможешь жить без меня».