Сборник Шипера ✨

========== Не Минцзюэ / Лань Сычжуй ==========

- Глава ордена Не, - Сычжуй склонился, приветствуя старшего.
Минцзюэ на этот жест только тяжело вздохнул. Обвёл взглядом спальню, в которой они буквально вчера…
- Ты всерьёз считаешь это приветствие уместным? – поинтересовался мужчина, не прерывая поклон и растерянно глядя на идеально сложенные руки.
Скулы юноши окрасились в розовый.
- Я, - тихо сказал он, - не совсем уверен.
- Твоя одежда лежит у подножия моей кровати, за исключением штанов. Я нахожусь в таком же непотребном виде. Этой ночью мы едва ли спали. И уж точно не занимались чем-то, что можно посчитать официальным. Подумай ещё раз.
Лань Юань выпрямился и шагнул ближе, а затем ласково коснулся кончиками пальцев щеки Не Минцзюэ.
- Так? – тихо спросил он.
- Так, - едва заметно улыбнувшись, ответил мужчина.

========== Лань Цижень / Цзян Чэн ==========

Цзян Чэн и сам не понял, в какой момент влюбился в этого человека.
Вот он, Вэй Ин и Хуайсан смеются над стариком и его правилами.
А вот он уже извиняется перед Лань Циженем за своего шисюна и слышит в ответ «он ведёт себя отвратительно, не то что ты», и ещё слышит «ему бы следовало у тебя поучиться манерам». И сердце заливается радостью и благодарностью. Его признали. Его признал человек, чьи достижения были невероятны, а слава – повсеместна.
Благодарность. Вот, что он чувствовал.
А после была пещера Фумо, в которую он пришёл, чтобы спасти Цзинь Лина. И лютые мертвецы. И невероятный Лань Цижень, который сражался, как никто другой. Который успевал и защититься, и напасть, и отогнать нечисть от собственных учеников…
Восхищение.
А потом была свадьба Вэй Ина и Лань Ванцзи. И громкие проклятия всему живому от Лань Циженя, которые полностью совпадали с проклятиями Цзян Чэна. И совместные проклятия, дуэтом. И тяжкий вздох Лань Циженя. И долгий разговор наедине.
Близость и смытые границы старшинства.
А затем Вэй Ин стал изводить наставника своего мужа. И, страшно представить, в момент, когда Цзян Чэн гостил в Облачных глубинах, присматривая за Цзинь Лином (приспичило ему якшаться с этими мелколанями!), Усянь самым наглым образом избавил Лань Циженя от бороды и усов. Ночью. Усыпив курением трав. Ох, и ору было наутро. Стоило Цзян Чэну вылететь из своей комнаты на крики, как он остановился, замерев на ходу.
И пропал окончательно.

========== Вэнь Нин / Цзинь Лин ==========

Цзинь Лина никто и никогда не держал у себя на коленках. Нет, он видел, как это делают с другими детьми, но… наверное, это ему просто по статусу не положено? Наследник двух орденов, как-никак.
Конечно же, ему хотелось. Вот только он скорее бы язык себе откусил, чем попросил бы кого-нибудь о подобном.
А потому Жулань не сразу сообразил как реагировать на то, что Призрачный генерал берёт тебя на руки и садит к себе на бёдра. Да ещё (будто этого было мало!) придерживает ласково одной рукой, пока второй фиксирует твою ногу в одном положении.
И фиг с ним, со Старейшиной Илин, который в это время возится с той самой ногой, вытягивая из неё проклятие.
Его. Взяли. На. Ручки.
- Простите, молодой господин, - тихо и смущённо, слишком даже смущённо для мертвеца, говорит Вэнь Нин, - но так вам будет лучше. Я буду аккуратен. Я умею обращаться с детьми.
- Я не ребёнок! – тут же вспыхивает Цзинь Лин до корней волос и, обернувшись, случайно тыкается носом под челюсть. Кожа прохладная и сухая, как бумага. Пахнет хорошо.
- А ведёшь себя именно так, - ворчит снизу Вэй Усянь, - не дёргайся!
Жулань громко фыркает и затихает, неожиданно для всех.
Вот, значит, каково это.
Уютно.
Спустя несколько секунд Цзинь Лин касается чужой руки и безмолвно заставляет обнять себя крепче. И даже откидывается назад, на надёжное тело Призрачного генерала. Укладывает затылок на чужое плечо.
Так приятно.
И чувствует мягкий поцелуй в висок.

========== Сюэ Ян / Мо Сюаньюй ==========

- Он меня не лю-ю-юби-и-ит, - Мо Сюаньюй размазывает слёзы по лицу и громко хлюпает носом.
- Вот что ты ко мне припёрся? – в сотый раз спрашивает Сюэ Ян.
Ещё, про себя, он спрашивает, как его жизнь докатилась до такого, что мальчишка – выродок Гуаньшаня – бегает к нему жаловаться на жизнь. Прямо в его комнату, словно они друзья (тьфу!). И ведь не прибьёшь же его в тихом непроходном месте – Мэн Яо всю душу вывернет своими нравоучениями.
- Я к нему и так, и так, а о-о-о-о-он, - продолжает мальчишка, очевидно упиваясь жалостью к себе, - вот разве я не красивый?
- Красивый, - говорит Сюэ Ян просто потому, что это слово подходит именно сейчас. Собственно, это слово у него и выпрашивали.
- Правда? – неожиданно перестаёт всхлипывать Мо Сюаньюй. И смотрит своими огромными глазами, как телёнок.
- Ну, не урод, - исправляется Ченмэй, настораживаясь от такой перемены.
Мальчишка ещё раз всхлипывает, но уже тише. И ладошками стирает слёзы со щёк. И смотрит. Чего вот он смотрит?!
- Всё? – фыркает Сюэ Ян, - тогда выметайся.
- Ты тоже красивый, - вкрадчиво говорит Мо Сюаньюй, - очень красивый.
Ченмэй крутит пальцем у виска, подавляя желание сбежать от этого сумасшедшего. Чего доброго, на него ещё переключится. Тогда же целыми днями отлипать не будет.
- Отзывчивый, - ласково говорит юноша, - и понимающий. А ещё сильный. Настоящий мужчина.
На всякий случай, Сюэ Ян напрягается, опасливо меняя позу с развязной на более благопристойную. Мысленно он обещает себе похоронить мальчишку, если тот сейчас к нему хоть на чуть-чуть приблизится.
- Хотел бы я любить тебя, - вздыхает Мо Сюаньюй, не подозревая о мыслях собеседника, - но не могу. Моё сердце уже отдано другому. Ты… ты сможешь это пережить?
- Да уж постараюсь, - бормочет Сюэ Ян и выдыхает, надеясь только, что его внезапная паника не была очевидной.
- Прости меня, - чисто и искренне извиняется Мо Сюаньюй, - но это единственное, что я могу тебе дать.
Он подбирается чуть ближе по ковру, а Сюэ Ян уже не ожидает подвоха.
И ошалело чувствует чужие губы на своей щеке.
И дуновение ветра.
И взглядом провожает убегающего от него мальчишку.

========== Яблочко / Мо Сюаньюй ==========

Мо Сюаньюй держал руку на весу, пока серенький ослик хрустел яблоком и подбирал шершавыми губами крошки лакомства с пальцев человека.
- У меня, кажется, получилось, - вздохнул юноша, - я знаю, что не первый раз, конечно, пробуем, но давай ты ещё чуть-чуть потерпишь? Всё же, дело это сложное.
Он похлопал ослика по голове, а после ласково потрепал холку.
- Иа, - ответило животное и будто бы вздохнуло. Очевидно, оно уже смирилось со своей судьбой.
Мальчишка достал из рукава несколько талисманов и планомерно облепил ими ослика. Затем аккуратно стянул упряжь и начертил магические символы на морде.
- Потерпи, пожалуйста, - ласково попросил Мо Сюаньюй и активировал заклинание.
Кое-чему в Ланьлине он всё же научился.
Ослика объяло золотистое сияние, которое обычно предшествует снятию проклятий. Оно оказалось настолько ярким, что юноша невольно прикрыл глаза рукой.
А когда снова взглянул на мир, то увидел перед собой парня, ненамного старше себя самого.
- Ого, - выдохнул Мо Сюаньюй, не в силах оторвать взгляд от прекрасно сложенного и абсолютно нагого юноши, - так это… и в самом деле было проклятие…
- Угу, - незнакомец залился краской и прикрыл ладошками самое дорогое, - а ты что, не был в этом уверен?
- Ну, - замялся Мо Сюаньюй, - признаки, конечно, были, но всё же… как тебя заколдовали?
- Ой, - парнишка фыркнул и покраснел ещё больше, - я… я встречался с одной заклинательницей. А потом, ну… получилось так, что она застала меня с девушкой. И прокляла. Ты не подумай, она меня любила и долго пыталась расколдовать. Правда, всё равно однажды плюнула, и оставила тут, как какого-то обычного осла!
- Ну, - Мо Сюаньюй даже не заметил, что нервно теребил в пальцах прядь волос, - не переживай теперь. Я-то тебя не оставлю.

========== Лань Ванцзи / Сюэ Ян ==========

В волосах Сюэ Яна была красная лента. Тонкий стан он затянул в угольно-чёрные одежды. И даже флейта была в руках, пусть и не фонила так иньской ци. Только чуть-чуть, да и то Ченмэй постарался бонусом.
- Лань Чжань, - игриво сказал он, стоя спиной к мужчине, - обними меня. Тут так холодно.
- Вэй Ин… - его и в самом деле обнимают, притискивают к горячему телу, - Вэй Ин…
Поцелуи спускаются по шее, от уха – вниз.
- Ах, Лань Чжань, - смеётся Сюэ Ян, - ты так нетерпелив! Что ты хочешь со мной сделать? Давай уже скорее.
- Вэй Ин… - его пояс падает к ногам, давая доступ к телу.
Да. Сегодня он – Вэй Ин.
А в следующую их встречу Лань Ванцзи явится без лобной ленты, без вышивки облаков. Только в совершенно белых одеждах и с метёлкой, покоящейся на сгибе локтя.
Узнай кто – и их заклеймили бы сумасшедшими.
Для них же это – взаимовыгодное сотрудничество.

========== Цинхэн-цзюнь/Вэй Усянь ==========

«Поспеши на тропу Цюнци», - сказал ему во сне незнакомый мужчина в клановых одеяниях ордена Лань.
Вэй Усянь и сам не знал, почему так легко послушался. Но мужчина оказался прав. Он ведь едва успел спасти Вэнь Нина от расправы стражников. Ещё чуть-чуть – и они бы воткнули ему в живот древко флага, призывающего нечисть.
А сейчас А-Нин жив и уже даже здоров.
«Попроси своего шиди принять тебя. Твоя шицзе поможет его уговорить».
Этот мужчина явился снова, и теперь всё было похоже на то, что Вэй Усяня донимал кто-то с того света. Хотя, «донимал» - неправильное слово. Скорее «спасал», «помогал» или «вёл».
«Не пей вина ни с кем, кроме ордена Лань».
«Помоги восстановить Пристань лотоса, приложи все усилия».
«Не гони от себя Лань Ванцзи, его заботит лишь твоё благополучие».
- Почему ты помогаешь мне? – шептал Вэй Усянь в темноту комнаты, просыпаясь в очередной раз от напутствия или совета, - кто ты?
Ни в одном из снов он не смог сказать что-то в ответ. Только слушал.
«Лань Ванцзи влюблён в тебя, Вэй Ин. Ты можешь не замечать любви кого угодно другого – но его прими. Вы будете счастливы. Моя кровь умеет любить».
- «Моя кровь»? – полусонно пробормотал Усянь, - ты из ордена Лань, я понял. Прямой прародитель? Лань Ань, что ли?
Но Лань Ань на гравюрах был изображён иначе. Не то.
И лишь в ночь перед собственной свадьбой Вэй Ину удалось задать вопрос раньше, чем незнакомец заговорил. Даже два. «Кто ты» и «Почему ты мне помогаешь».
Ответили ему только на второй.
Ответили поцелуем, стремительным и коротким.

- Лань Чжань, - спросил, наконец, Вэй Ин, спустя пару месяцев счастливой семейной жизни, - тебе знакомо это лицо?
И протянул супругу картину, на которой старательно изобразил незнакомца из сна.
- Откуда? – моментально встрепенулся Ванцзи, но всё же ответил, - отец. Это… мой отец.

========== Цзян Чэн/Не Хуайсан ==========

- Я не какой-то там обрезанный рукав! – кричал Цзян Чэн.
Кричал довольно часто и убедительно.
И кого только убедить пытался? Вся округа и так была уверена, что он любому обрезанному рукаву голову оторвёт без промедления.
Бравада заканчивалась тогда, когда в поле зрения появлялся Верховный заклинатель, он же глава ордена Не. Стоило ему кокетливо улыбнуться и стрельнуть глазами из-под веера, как у Цзян Чэна слабели колени.
А на повелительное «я и глава ордена Цзян хотели бы обсудить некоторые дела наедине» перехватывало уже дыхание.
И за закрытыми дверями комнаты, в холодной серой крепости уже не было Верховного заклинателя.
Был только его А-Сан.
Ласковый, податливый, улыбающийся робко и по-настоящему. Оставивший свои маски – все до одной – за порогом спальни. Стыдливо кусающий губы даже от простых поцелуев груди или шеи.
- А-Чэн, - стонал он, комкая в пальцах простыни, - А-Чэн…
А после, растрёпанный и улыбчивый, показывал свои книги и веера. Нежился в объятиях. И изредка плакал, прижимаясь к груди. И даже его плач отличался от того, который видели другие люди. Кроме, конечно, только одного человека, который уже давно был мёртв.
- А -Чэн, - иногда шептал Хуайсан, сидя у него на руках, в его объятиях, - кем я стал? Во что я превратился? Кто я?
И такие вечера были особенно хрупкими. И Цзян Чэн, который всегда считал себя неловким в утешениях, каждый раз горячо и долго убежал, что нет, не превратился. Что такой же – родной и хороший. Что жизнь, она иногда заставляет быть разным.
«Но я-то вижу тебя настоящего, А-Сан»
«Я люблю тебя»

========== Лань Цижень / Сун Лань ==========

Сун Лань был уверен, что своего соулмейта никогда не встретит. Ну, знаете, так бывает. Даже если вас связало от рождения - всегда есть шанс, что вы просто никогда друг друга не увидите.
Однажды он с замиранием сердца предложил оголить запястья своему близкому другу - Сяо Синчэню, но. На руке у того оказалась ветка полыни, и на метку Цзыченя в виде меча, прикрытого облаком, она никак не среагировала.
Позднее оказалось, что у соулмейта Синчэня на запястье снежные узоры, и это было просто и понятно.
Не понятно, что делать с этим чёртовым облачным мечом.
Время шло, а соулмейт не находился, и Цзычень потерял уже последнюю надежду. Только туго перевязывал запястье и огрызался на насмешки Сюэ Яна.
Примерно до того момента, когда они решили основать собственный орден.
До момента, когда он и Сяо Синчэнь направились в орден Лань набираться мудрости управления кланом.
До аудиенции у Лань Циженя.
До мелькнувшей дымки на запястье последнего.

Впрочем, насмешек от Сюэ Яна стало ещё больше.

========== Лань Ванцзи / Цзян Чэн ==========

Кто он теперь? Старейшина Илин, гонимый всем миром. Разве в силах он принести счастье тем, кого любит? Разве должны они вообще любить его?
Признание Лань Чжаня разъедало внутренности, словно уксус. Разве мог Вэй Усянь изувечить его жизнь собою и своей отвратительной репутацией?
Но ритуал завершён.
И если изжить любовь нельзя, то перенаправить у него получилось.
И из темноты он наблюдает за тем, как качаются лодки на причале Пристани лотоса. Как отражаются в воде блики фонариков. Как двое самых близких и самых любимых людей улыбаются, держа друг друга за руки.
Только вот сжимается всё внутри от вида того, как ласково Цзян Чэн целует Лань Чжаня. И как Ванцзи - его возлюбленный! - прижимает к себе главу клана Цзян.
И по губам читается "мой".
И по губам читается "люблю".
Пусть так.
Пусть... будут счастливы.

========== Лань Цижень / Мэн Яо ==========

Он любил его отца. До боли, до одури, до сжатых челюстей и кулаков. Но Цзинь Гуаньшань одаривал собой всех встречных-поперечных, исключая тех, кто действительно его боготворил. Свою жену и его, Лань Циженя.
Когда боли стало слишком много, он перестал появляться на общих собраниях. Сичень справлялся, а Цижень чувствовал себя затворником и трусом. Но смотреть в лукавые медовые глаза было невыносимо.
И когда на очередное обучение явился наследник клана Цзинь, Лань Цижень был готов. Повезло и в том, что Цзинь Цзысюань перенял от матери и внешность, и манеры.
А вот появление адепта клана Не оказалось ударом поддых.
Мэн Яо.
Мэн Яо улыбался и отводил взгляд. Мэн Яо взмахивал ресницами. Мэн Яо чуть наклонял голову.
В точности как его отец.
Но, в отличие от последнего, Мэн Яо сразу же разгадал чувства Лань Циженя.

О том, что им умело играли и управляли, Лань Цижень узнает спустя слишком много лет.

========== Сюэ Ян / Лань Цзинъи ==========

- Я тебе голову отверну, мелкая ты хуйня! - раздаётся крик на весь монастырь.
Сюэ Ян вылетает из своей комнаты, на ходу сталкиваясь с Сяо Синченем.
- А-Ян, - мягко улыбается тот, - к нам снова приехали гости из клана Лань.
- А я уже в курсе, - рычит Ченмэй, пряча ущербную руку за спину.
Перчатки на ней нет, и это бесит.
Но ещё больше бесит тот, кто вошёл в его комнату неслышным ланьским шагом, предположительно рано утром, и эту самую перчатку умыкнул.
Сюэ Ян оттесняет даоса с пути, и уже в спину ему кричат:
- Он в гостевой комнате!
Ченмэй резко меняет направление.
Гость в комнате оказывается всего один. Он, словно только этого и ждал, поигрывает перчаткой, словно приманивает пса поиграть, и тут же прячет её за спину.
И улыбается этой своей невозможной улыбкой.
- Кажется, ты что-то обронил, - откровенно провоцирует его Лань Цзинъи, - а я нашёл. Только с чего бы мне это тебе отдавать...
Сюэ Яна буквально кидает на него.
За перчаткой ли?
Они валятся на пол, вместе, и Лань Цзинъи хохочет.
А Ченмэй прижимает его к полу, но, вопреки всем своим обещаниям, и пальцем не трогает.
Только целует. Жадно, голодно, до боли в лёгких. И стонет, чувствуя, как его обхватывают всеми конечностями. Как подаются навстречу. Как зарываются пальцами в волосы.
- Я тебя придушу, - хрипло грозит Сюэ Ян, цепляя губами губы, - когда-нибудь точно придушу.
- Только если чуть-чуть, - хитро улыбается Лань Цзинъи.
И целует сам.

========== Ван Чжочэн / Сун Цзиян ==========

- Тебя опять шипперят с Хаосюанем, - недовольно бурчит Чжочэн, листая ленту твиттера, - а это ещё что за фотка?
- А это, - Цзиян заглядывает ему через плечо, - мы смотрим на экран одного телефона. О-о-очень криминально. А ещё меня Бовэнь на руках таскал по сцене.
Ван Чжочэн, сидящий на диване, тут же вскидывается и смотрит вверх - на нависающего над ним парня. Его, между прочим, парня.
А тот тонко улыбается и накрывает его глаза узкой ладонью. И целует - нежно, почти невесомо. И не даёт углубить поцелуй - дразнит. Или...
- Ты опять в телефоне залип? - возмущённо спрашивает Чжочэн, выглядывая из-под руки.
- Мгм, - отвечает Цзиян, что-то печатая, - Сюань-Сюань жалуется. Вы, кажется, одни и те же твиты смотрите. Он вот психует, что к нему фанатки стали меньше клеиться, и уверен, что это прямо связано с тем, что нас с ним шипперят. Он думает, что они думают, что не хотят разрушить моё с ним счастье.
Чжочэн только тихо смеётся.
Если бы он не знал, что Хаосюань - абсолютный, махровый натурал, то, быть может, и поревновал бы, а так...
- По какой, говоришь, сцене тебя там носил Бовэнь? - прищуривается он.
И получает в ответ смешок.
И очередной поцелуй.

========== Лань Сычжуй / Сюэ Ян ==========

"Святоша-сосунок" - определение, которым Сюэ Ян мысленно сразу припечатал одного парнишку из ланьской мелочи.
То, что парнишка отнюдь не сосунок, стало понятно в бою. Пока Лань Чжаня развлекал Сун Лань, именно Лань Сычжуй оказался тем, кто идеально давал отпор. Потрясающе просто.
Ченмэй невольно любовался грацией и плавностью движений, взлетающими белыми рукавами, переливами циня.
И всё же паренёк был слабее. Не то не хватало опыта, не то было слишком много благородства, но подлый удар он пропустил. И обмяк, повалился за землю, не издав и звука. Хотя удар должен был быть болезненным.
Но ребёнок только кусал пухлые губы и хмурился, прекрасно понимая, что оказался парализован всего парой точных ударов по акупунктурным точкам.
- Что, даже не скажешь мне ничего, маленький оленёнок? - хмыкнул Сюэ Ян и присел рядом.
Юнец и в самом деле смотрел своими огромными, влажными от невольных слёз глазами. Он не плакал, нет... от боли, наверное, выступили. Потому что взгляд был боевым.
- И что же мне с тобой сделать? - нараспев произнёс Ченмэй, - мы зашли так далеко от твоего папочки и остального курятника. Они ведь точно не найдут нас в этом тумане.
Парень отчего-то заалел скулами, но смотреть продолжал так же упорно, просто прожигал взглядом.
- Ха? - удивлённо выдохнул Сюэ Ян и провёл кончиками пальцев по нежной щеке, - ты чего такой красный?
- Х-хангуан-цзюнь - мой наставник, а не отец, - заявил этот упёртый мальчишка, - уберите, пожалуйста, свою руку.
- Пожалуйста? - Ченмэй откровенно расхохотался, - попроси меня ещё.
И он коснулся самого, что ни на есть интимного.
Лобной ленты.
Подцепил пальцем у виска и провёл изнутри.
- Нет! - вскрикнул парень и покраснел уже по-настоящему, даже ушами и шеей. И головой даже попытался покрутить, только не получилось.
Забавный такой.
Не убирая руки, Сюэ Ян лёг рядом, прямо в пыль дороги, опираясь на локоть. И навис сверху, продолжая поглаживать ленту и висок.
- Нет... - просипел красный как рак мальчишка, - не... не трогайте! Господин Сюэ, вам нельзя!
Его видом Ченмэй откровенно наслаждался. Так под ним не краснели даже девки, прежде не ведавшие мужчины.
Пф, какая-то лента.
- А на что ты рассчитывал? - нарочито вздохнул Сюэ Ян, внутренне хохоча, - я взрослый мужчина, и у меня есть потребности. Как могу я удержаться и не потрогать твою ленту?
- Господин Сюэ, - тихо сказал парень, - я сильный заклинатель, и у меня высокий уровень духовной силы. А в стрессе они только сильнее.
- Э? - непонимающе нахмурился Ченмэй. Что за лекции посреди веселья? - и что ты хочешь сказать этим?
- Боюсь, после того, что вы сделали, у меня нет другого выхода, - так же учтиво сказал юноша.
И одним резким движением прижал Сюэ Яна к земле собственным телом.
- При высоком уровне духовной силы блокировка акупунктурных точек сходит на нет очень быстро, - размеренно проговорил парень, будто читал лекцию, одной рукой развязывая узел своей ленты, а второй - неожиданно слишком крепко держал его за запястья - одной ладонью сразу за два.
О том, что этот мелкий чертёнок совсем не святоша, Сюэ Ян узнал, когда ему на ухо шепнули: "Лани всегда сверху".
И связали руки лобной лентой.

========== Вэнь Нин / Мэн Яо ==========

Не все Вэни ублюдки.
Нет, подавляющее большинство - так точно, но Мэн Яо лично знал и тех, кто словно не из того клана вышел.
- Г-господин Мэн, - тихо позвал Вэнь Нин.
Мэн Яо сморгнул. Как его назвали? Словосочетание "господин Мэн" он вообще слышал первый раз в жизни.
- Я не господин, А-Нин, - улыбнулся юноша, - я простой помощник. Мой статус в клане даже ниже твоего. Ты не знаешь, как меня называть?
Цюнлинь сокрушённо кивнул, отчаянно смущаясь.
- Можешь звать меня просто Яо, - новоиспечённый "господин Мэн" честно старался держать нейтрально-дружелюбное выражение лица и не показывать, каким теплом обдало такое обращение, - ты что-то хотел?
- П-простите за дерзость, - краснея и запинаясь продолжил Вэнь Нин, - Яо, я видел... я знаю, что ваша спина...
Мэн Яо только кивнул, что понял. Да весь Цишань в курсе, как Жохань отходил его плетью по простой причине плохого настроения. Надо же было так невовремя попасться под руку.
- У м-меня есть мазь, - уже почти неслышно прошелестел Цюнлинь, смотря ровно в пол, - и я м-могу помочь.
Именно в тот день в покои Мэн Яо в Цишане впервые кто-то вошёл с добрыми намерениями. Кто-то, кто совестливо излечил его спину, шею и руки. Кто-то, кто и пальцем его не тронул против воли, хотя желал всем сердцем.
Кто-то, с кем в итоге он решил разделить ложе сам.

========== Сюэ Ян / Вэнь Нин ==========

Фразу "и как вы двое могли сойтись?" Сюэ Ян слышит от своего наставника чаще, чем "доброе утро".
Сначала Старейшина Илин подозревал, что Ченмэй таскается за Призрачным генералом, чтобы проводить на нём опыты.
Потом, когда взаимные чувства скрывать уже было невозможно (да Ян особо и не старался), все, даже Вэнь Цин, смирились с таким положением дел.
И Ченмэй стал слышать и другие фразы.
"Сюэ Ян, слова "охуеть, какой ты мощный" - это не комплимент. А-Нин не любит убивать людей"
"Сюэ Ян, нет, я НИЧЕГО, а тем более ТАМ не буду поднимать флейтой"
"Сюэ Ян, это необратимо. Я не могу вернуть его телу прежний уровень чувствительности"
"А-Ян, мне правда так хорошо тоже"
"А-Ян, ведь главное, что я люблю тебя".
"Сюэ Ян, НЕМЕДЛЕННО ПОЛОЖИ ПЕЧАТЬ НА МЕСТО!"
"Сюэ Ян, это невозможно"
"А-Ян, не стоит. Господин Вэй сказал, что моё тело останется таким навсегда"
"Сюэ Ян, УБЕРИ СВОИХ МАРИОНЕТОК С МОЕЙ ГОРЫ!"
"Сюэ Ян, ему вообще повезло, что он выжил. Хватит, это бессмысленно"
"Ченмэй, он тебя любит. И он страдает от того, как сильно ты себя изводишь. Хватит"
"Сюэ Ян, ты сколько ночей уже не спал?"
"А-Ян, я... как... как это...?"
"Сюэ Ян... ученик превзошёл учителя"