минсоны [сборник миников]

— Сука, ненавижу! — Прокричал блондин, подходя к другу, что стоял в школьном коридоре, подпирая поясницей подоконник.

— Всё настолько плохо? — Спрашивает у него Феликс, допивая свой яблочный сок.

— Всё просто хуёво, — Восклицает Джисон, упираясь кулаками в пластмассовую поверхность. Желваки заходятся, а грудь слишком быстро вздымается.

— Вы опять в одной команде? —
Интересуется Ли, сёрбая последними каплями напитка и выкидывая пустую упаковку в урну рядом.

— Как ты догадался! — Хан хнычет, поворачиваясь к другу. — Такое впечатление, будто нельзя меня вообще убрать из этой ебучей сборной.

— Но ты же знаешь, что это невозможно? К тому же, ты сам вызвался в ней находиться, если не припоминаешь.

— Не напоминай. Если бы я знал, что этот придурок Минхо тоже будет в этой команде– ни за что в жизни бы не пошёл на это, — Ответил Джисон, рассматривая цветы на полке напротив.

— Но вы же как-то сыгрались вместе, значит и следующая игра не обещает быть настолько ужасной, — Пытается подбодрить друга Феликс, но, кажется, выходит так себе.

— Легко тебе говорить. Нет, всё нормально, правда, я сам себе яму рыл, когда пошёл проситься в команду, но окончательно закопал меня в ней этот идиот пробирочный. Вот если он хотя бы играл нормально, я бы молчал, но если он, блять, постоянно перехватывает твои мячи и не даёт буквально и шагу сделать, то это уже ни в какие рамки не входит, — На последнем Джисон снова повышает голос, смотря на Ли.

Нет, вы не подумайте, что Джисон ненавидит Минхо, парня, что старше на год, по структуре тела куда лучше и мощнее самого Хана, и просто спортивный парень, который является командиром сборной по волейболу в их школе. Джисон бы его знать не знал, если бы тот не был о себе такого завышенного мнения. Всё как и положено, по канону, мальчик-красавчик со своей шайкой, которые расхаживают по коридорам так, будто бы это не школа, а что-то куда более высокое по званию и статусу. И всё бы ничего, привыкнуть можно было бы легче-лёгкого, если бы этот Ли Минхо не трогал Джисона. Как в целом, так и в прямом смысле этого слова.

Буквально каждый раз, когда они пересекаются, рот Минхо не остаётся не открытым. Что-нибудь, да вылетит. А когда они пересекаются на тренировках, мама не горюй, остальным только и остаётся делать, что наблюдать за перепалкой этих двоих, когда Минхо забирает мяч у Джисона или ему просто что-то не нравится. Да что уж говорить, он может с пустого места найти причину, по которой с ног до головы обосрет Хана.

— С этим ничего не поделаешь, кроме как идти и дальше играть в одной команде, — Вздыхает Феликс, понимая, что всё равно ничего не сможет сделать для друга, кроме как выслушать. Сам-то он не играет в волейбол и редко наблюдает за подобными стычками этих двоих, разве что на совместной физкультуре каждый четверг, когда школьная сборная играет против остальных учеников. И сегодня, к сожалению, именно этот ненавистный Ханом день.

— Когда-нибудь я его реально убью,  — шипит сквозь зубы Джисон, складывая руки на груди.

— Ещё немного потерпишь его и задышишь свободой, а пока что иди и бери форму, иначе если мы опоздаем сейчас на физкультуру, убьют нас.

Стоит напоминать, почему Джисон так не хочет сейчас брать форму и идти на физкультуру? Минхо всё ещё учится в этой школе и у них все ещё совмещенный урок физкультуры каждый четверг, а ещё Джисон просто не выносит этого гада, потому что он ему нравится.

Как так получилось? Хан и сам не знает. Стечение обстоятельств и совместная игра, ничего сверхъестественного. Ну или Минхо просто красивый накаченный парень с ахуенной грудью и сильными руками, а ещё просто невъебенными бёдрами, которые так правильно обтягивают спортивные шорты, в которых тот постоянно приходит на тренировки. А Джисон просто чистокровный гей, который поддался чарам этого паршивца и влюбился в того, кто никогда не упустит шанс его выбесить.

Поэтому тут и правда ничего не остаётся делать, кроме как смириться и дальше огрызаться на все фразы из уст Ли в его сторону.

<center>***</center>

В спортзале действительно куда лучше, чем в школе. Ощущаешь некую свободу, когда за спиной нет тяжелого рюкзака, а из одежды на тебе что-то свободное и лёгкое. Но не тогда, когда в нём присутствует Минхо, от которого буквально исходит чёрная аура, когда он выходит из раздевалки. Каждый раз, когда блондин видит его, внутри что-то щёлкает и по телу разливается гнев, что объяснить никак не получается, сколько бы Джисон не пытался обсудить это с самим собой у себя в голове. Но вместе с ним также расплывается и что-то, что заставляет сжиматься и тяжело дышать при виде старшего. Что-то вроде симпатии или уже полноценных чувств, что за год пребывания в одной команде раскрылись, словно пион в тёплый майский день.

Чёрт бы его побрал — думает Хан, когда направляется туда, откуда вышел Ли и надеется, что станет невидимкой и останется Незамеченным. Но, увы, он не в сказке Пушкина и шапки-невидимки у него нет. Блондин вздыхает и идёт к раздевалке.

— Вы посмотрите, кто это у нас теперь светлячок, — присвистнул Минхо вслед Хану. Кажется, он ещё не видел новый цвет волос парня, но, признать, блондин поражается его умением быстро придумывать всякие обзывательства. —А я уже привык к тому, что ты Белоснежка.

И ещё одна вещь, которая бесила Джисона просто нереально. То, как Минхо к нему обращался. И когда Хан впервые потерпел в свою сторону такое, был просто поражён. Со временем, конечно, привык, но такое впечатление, будто бы у него имени нет. Хотя иногда и вправду хочется, чтобы Минхо забыл его и вообще не трогал больше, потому что забывал бы его имя, как и его самого.

— Отвали, — Бросил в ответ Джисон, даже не поворачивая головы в его сторону, и скрылся за дверью раздевалки, громко хлопнув ею.
Феликс, что плёлся позади, лишь посмотрел на Минхо с неким сожалением и пожал плечами, после чего зашёл за другом.

— Пиздец, почему мы ещё учимся в одной школе, я не понимаю, пусть в другое место переводится, или на домашнее обучение идёт, да куда угодно пусть уходит, я уже не выдерживаю. Такое ощущение, будто он не может язык за зубами держать, ей богу, — Начал возмущаться Хан, пока нервно снимал с себя одежду и переодевался в спортивную форму.

— Тогда ты не сможешь смотреть на него и мысленно просить трахнуть тебя, — Усмехнулся Феликс.

— Заткнись! — Вскрикнул Джисон, ведь их всё ещё слышат те, кто также был в раздевалке.

— Всё ещё не понимаю, почему вы до сих пор хотя бы не засосались, — Сказал Ли, подойдя ближе, чтобы теперь его слышал только Джисон. 
— На твоём месте уже бы давно это сделал, когда он припечатывает тебя к стене или вплотную подходит во время игры.

— Ну так возьми и сделай это, если такой смелый, — Обиженно сказал Хан, завязывая шнурки на кроссовках.

— Это же не у меня тёрки с красавчиком школы, смысл мне это делать.

— Если бы ты оказался на моем месте, то не говорил бы так, — Блондин выпрямился и расправил складки на шортах.

— И не натягивал бы и без того короткие шорты выше головы, да? — Усмехнулся Ли, наблюдая за тем, как Хан подтягивает свои реально не сильно длинные шорты, ещё больше подчёркивая и без того округлый зад.

— Да иди ты, — Злобно бросил под конец Джисон и вышел из раздевалки.

Звонок только прозвенел, поэтому два класса уже строились друг напротив друга по двум сторонам расчерченного пола, чтобы провести перекличку.

Джисон стоял в самом конце, заключая ряд мальчиков. И как его вообще взяли в команду по волейболу? Хотя, если учитывать то, что у них в классе практически все парни не сильно выше Джисона, за исключением связующего из их команды, Хёнджина, что был выше сантиметров на пятнадцать и стоял самым первым в строю.

Напротив них стоял класс, что был на год старше. И лучше бы Хан не смотрел на них, ибо как только он поднял взгляд, то сразу столкнулся с чужим, который буквально прожигал насквозь. И пока физрук был повернут к их классу спиной и проводил перекличку у класса Минхо, Джисон не мог упустить возможности, поэтому так же ухмыльнулся и показал средний палец, в ответ на что Ли усмехнулся.

Нет, Джисон никогда в жизни не признается ему в своих чувствах, ни за что. Но как же всё-таки выматывают все эти взаимодействия, которые не приводят ни к чему из того, что хотелось бы получить впоследствии. Эти мысли заставляли сердце болезненно сжиматься, а улыбка с лица сползала, возвращая лицо в прежнее  положение безразличия.

Джисон уже давно принял правила чужой игры, но не так уж и интересно, когда она так ни к чему и не приводит.

После переклички следует разминка, а дальше начинается то, из-за чего Хан, откровенно говоря, готов был развернуться и уйти с урока каждый четверг.
Действительно, лучше бы он просто ни в какую волейбольную секцию не записывался и уходил, как делают это многие, с урока физкультуры, который стоял последний, после которого следовало ещё два часа тренировки. Отличный день, если вычеркнуть из него эти пункты и гребаного Ли Минхо.

По команде физрука, они берут мячи и идут разминаться, пока остальных учеников распределяют на команды. Девочки против девочек, ну а мальчики против команды Минхо.

— Ну что, светлячок, готов к победе над этими неудачниками? — Спрашивает вдруг оказавшийся рядом Минхо, пока Джисон отрабатывает верхний приём.

— По себе не судят, — Огрызнулся Хан, перестав подкидывать мяч. Вот и начинается. Опять этот чёртов Ли Минхо, что снова надел свою обтягивающую мышцы черную футболку, и без конца облизывает губы. Отчасти, Джисон ему даже завидует, ведь тоже хотел бы пооблизывать их. Последние мысли он быстро прогоняет, отводя взгляд, но вскоре поднимает голову и с ухмылкой смотрит прямо в глаза напротив, в коих играет некий огонёк.

— То же самое могу сказать и про тебя, светлячок. Эти неумехи играют на таком же уровне, как и ты, — А Минхо и не спешил ослаблять хватку. Давит, как может, чтобы потом смотреть на злого Хана, что будет более агрессивен как в игре, так и вне её.

— По-крайней мере, их не подбивают всякие идиоты вроде тебя и не отбирают мяч, — В собственных глазах уже во всю пляшут черти, но вовсе не от предвкушения какой-то завязки в их только-только начавшейся перепалке, а от того, что перед ним стоит этот ебучий Минхо, который в итоге все равно окажется победителем в их так называемом сражении.

— Ну так если они все не умеют играть, то у них просто некому это делать. Умел бы и ты играть, я бы тоже тебя не трогал, — Бесит. Весь бесит, настолько, что хочется влепить кулаком в это смазливое личико и разбить эти чёртовы губы, по которым постоянно проходится влажный язык, а ещё лучше закусить её так, чтобы та закровоточила, а Минхо взвыл от боли. От этих мыслей огонь внутри разгорается ещё сильнее, как будто бы все, о чем может подумать Джисон, служит бензином, который все подливают и подливают в пламя.

— Ну ничего себе, тогда я лучше посижу в запасных и посмотрю, как ты не будешь трогать тех, кто, в отличие от меня, умеет играть, — Поддаётся правилам чужой игры блондин, хоть от этого и становится чуточку обидно. Неужели Минхо действительно такого плохого мнения о нём, что не воспринимает игру Хана как что-то наравне со своими талантами?

— Раз пришёл играть, то играй, нечего на лавочке прохлаждаться, а если не хочешь, то уходи, ты же знаешь, что тебя здесь никто не держит, — Давит. И очень сильно. С одной стороны, если воспринимать эти слова как от лица капитана команды, то можно понять его мысль, но если учитывать то, что это Минхо, который буквально сам не даёт Джисону играть, то это уже не входит ни в какие рамки.

— Да если бы я мог, то уже давно бы ушёл из твоей сраной команды и больше не мозолил себе глаза твоей ужасной игрой. Ты никчёмный капитан, раз не можешь даже дать шанса показать себя такому, как я, который, по твоему мнению, не умеет играть, — Хан злится, и теперь уже по-настоящему и не стремится скрывать это от своего собеседника. Это какой-то вселенский заговор, что все люди, которые тебе нравятся, такие суки? Хотел бы он знать. Но сейчас больше хочется сорваться и уйти.

— Тогда покажи себя в этой игре против каких-то неумелых школьников, которые мяч в руках держать не умеют. Давай, продемонстрируй свои навыки, раз такой самоуверенный, — На последнем Минхо вздернул рукой, указывая на остальных учеников, что уже распределились на команды и одна из них выстроилась на лицевой линии поля, в то время как команда Ли стояла и ждала, пока эти двое закончат очередную перепалку. — Но как только я увижу, что ты опять играешь так, будто бы ты впервые в жизни вышел против другой команды, будет так же, как и всегда. Я ж не просто так всегда забираю у тебя мячи, Белоснежка, — К моменту, когда Минхо закончил свою речь, он был уже слишком близко, так как все время медленно надвигался на младшего, а последние слова и вовсе сказал полушёпотом. Его дыхание, как всегда с нотками табака и мяты, со вкусом которой Ли всегда жевал жвачку, можно было ощутить на собственном лице, пока сам Джисон тяжело дышал и сжимал челюсти. Он сейчас либо упадёт от смущения и без пяти минут стояка в шортах, либо расплачется, как последняя девчонка, от обиды и убежит в раздевалку. Но он определённо сделает второе, если Минхо опять не даст ему нормально играть.

В следующий момент Минхо отошёл от Джисона и занял свою позицию, как капитана, в начале шеренги. Хан ещё пару секунд переводил дыхание, после чего последовал за старшим и встал на свое место.

Вскоре после того, как все заняли свои позиции на поле, команда, которая будет подавать, была выбрана путем подбрасывания монетки. Делать первый ход было предоставлено команде противников. Минхо стоял в первой зоне, и перед тем, как послышался свисток, обернулся на Джисона, что стоял в пятой зоне и первая подача вполне могла полететь именно к нему, и усмехнулся, сразу же отводя взгляд.

Раздражает. Джисон покажет себя. Покажет, чтобы Минхо больше не трогал его и давал хоть немного поиграть. Хан уже и нормально пасовать разучился, когда его мяч вечно перехватывал Минхо и вместо блондина пасовал Хёнджину, который забивал, получая очко в их пользу. Нет, так было не всегда, иногда и он мог постараться и несмотря на коварного связующего получить очко в свою пользу, но в последнее время сделать это было практически невозможно. Сейчас же, когда парня переполняет злость, а команда противников не так уж и сильна, есть все шансы показать себя с лучшей стороны и поставить Минхо на место.

И первая подача, как и ожидалось, летит именно на Джисона, который с лёгкостью принимает её, и всё бы ничего, если бы мяч полетел куда надо, а не на сторону противников, из-за чего Минхо постоянно бесится, ведь «Мог бы и не так сильно подаваться вперёд при приёме и передавать мяч своей команде». Именно поэтому после того, как команда противников вместо поля кинула мяч за его пределы и подарила им одно очко, Минхо посмотрел на Джисона и вздохнул, идя на следующую позицию. Нет, не подумайте, Минхо не изверг, который не даёт и шанса на то, чтобы слаженно играть и постоянно принижает всех товарищей по команде, просто Джисона уж слишком хочется подергать, хоть он и знает, что игра держится на взаимопонимании и поддержке.

И в этой игре Минхо действительно не так сильно трогает Хана, как делал это обычно. И Джисон бы обрадовался, если бы их счёт удивительным образом не сравнялся с другой командой благодаря некоторым мячам, что улетали в аут как из-за непонятного построения и неслаженной игры команды противников, так и собственных сильных подач, которые перелетали поле, и контрольный мяч он не забил в сетку. После свистка внутри некое опустошение, какое обычно бывает при проигрыше в любой игре. Кто-то подходит и хлопает по спине, говоря что-то о том, что все в порядке и это всего лишь разогрев и дальше все будет нормально, а кто-то просто Минхо, который сразу начинает материться и говорит что-то вроде того, что он всё сказал в начале игры и теперь сдержит своё обещание. Но Джисон этого уже не слышит. Он подходит к физруку, который по совместительству является их тренером, спрашивает разрешение выйти и, получив положительный ответ, уходит в сторону раздевалки, уже буквально ничего не видя перед глазами из-за пелены слёз.

Всё-таки, обида взяла верх над ним. И скорее даже не из-за проигрыша. Возможно из-за слов Минхо, что он услышал перед игрой, возможно из-за своей игры, которая, вроде как, была не настолько плоха, а вишенкой на торте стал проигрыш команде, которая в разы слабее их. Слишком много всего накопилось внутри, и именно сегодня уже просто не могло оставаться там и дальше. Джисон закрыл дверь и пошёл в дальний угол возле лавочек. Усевшись на пол, он спрятал лицо в коленях и заплакал сильнее, сжимая пальцами колени.
Больно? Очень. Вполне достаточно для того, чтобы настолько натерпеться всего и сорваться на слёзы. Кажется, он был слишком хорошего мнения о Минхо и в глубине души на что-то надеялся, а сейчас всё это рухнуло одной большой кучей на Джисона.

Кажется, действительно пора и вовсе распрощаться с любимым хобби и уйти из школьной сборной, лишь бы больше не терпеть этого Минхо. Но ведь и тогда он всё равно не исчезнет из его жизни, и наверняка будет доставать и в школе.

Дверь в раздевалку хлопнула и вскоре кто-то оказался рядом.

— Хэй, ты чего? — Взволнованно спросил Феликс, поглаживая друга по голове, на что не получил ответа, слушая лишь приглушённые всхлипы. — Это из-за него?

Джисон снова ничего не ответил. Он до боли закусил губу и продолжал плакать. Феликс, вероятно, понимал, в чём дело, ведь каждый день слушал о том, какой Минхо хуевый и как же без него Джисону было бы легче жить. Но даже если бы так случилось, Хан бы всё равно не перестал бы что-то к нему испытывать, ведь любовь она такая, влюбишься, а потом уж извините, что поделать, если чувства не пройдут, по крайней мере так быстро.

— Джисон… — Феликс не договорил, так как в следующий момент дверь вновь открылась и в проёме показался Минхо. Младший Ли посмотрел на него с презрением, но вскоре встал и, вздохнув, вышел из раздевалки, напоследок шепнув о том, что тот перегнул палку.

Минхо прикрыл дверь и подошёл к Хану, что также сидел, уткнувшись лицом в колени, и всхлипывал.

— Белоснежка, ну ты чего так расклеился? — Ли сел рядом и закинул руку на чужую спину, заглядывая в спрятанное лицо. — Всё же хорошо, ну проиграли и проиграли, это всего лишь разогрев. А если ты из-за того, что я сказал, то я не хотел так сильно тебя задеть.

— Я тебя ненавижу, — Наконец-то послышалось вместо очередного всхлипа. — Что я тебе плохого сделал, что ты не даёшь мне даже нормально играть? — Кажется, в голосе Хана было что-то вроде намёков на злость, но лишь что-то вроде, ведь в основном он был поникшим и грустным.

— Я правда не думал, что тебя это так заденет, — Повторился Минхо. — Я не хотел перегибать палку, ты не так уж и плохо играл.

— Больше ничего не придумал, что мог бы сказать? — Задал вопрос Джисон, всё ещё не поднимая головы.

— А надо? — Скорее наигранно, нежели удивлённо спросил Минхо.

— Можно было бы и извиниться.

— За что? — Джисону кажется, или тот и вправду строит из себя самого настоящего дурака?

— Да за всё, сука, за всё! — Повысив голос и наконец подняв голову, вскричал Хан. Его светлые волосы прилипли к влажному лицу, губы были опухшие, а глаза покраснели. Из-за изменения положения, чужая рука была скинута. — За то, что ты так относишься ко мне и даже не даёшь играть! Возомнил из себя короля, и теперь не замечаешь ничего, что тебе не желаемо. Чем я хуже остальных? Как будто бы тот же Чонин играет не так же, как и я. Почему? Почему блять?.. — Джисон снова опустил голову на колени, когда почувствовал чужую руку на голове.

— Прости…Я правда не думал, что это окажет такое давление на тебя, — Извинился Ли, поглаживая Джисона по голове и пальцами перебирая светлые пряди.

— Да ты никогда не думаешь, — Возмутился Джисон, убирая руки с колен.

— С чего ты взял?

— А что тут непонятного? Если бы ты думал, то не относился бы ко мне так, — Уже более грустно сказал Хан, продолжая всхлипывать.

— Эй, светлячок, — обратился Минхо, продолжая поглаживать чужую голову, — посмотри на меня.

Джисон сначала никак не отреагировал, но на повторение просьбы всё же поднял голову и посмотрел в чужие глаза, в которых, казалось, в этот момент было что-то, напоминающее сожаление и вину. Никогда раньше он не замечал подобного в этих тёмных глазах, на которые спадала слегка влажная чёлка.

— Ещё раз повторюсь, я правда не думал, что ты так сильно отреагируешь на это. Кажется, эта игра зашла слишком далеко и пора уже разобраться со всем и всё решить, — Хан бы округлил глаза, если бы они не болели от слез и не были отдавлены. Что-что, но это он никак не ожидал услышать от Минхо. Неужели они сейчас поговорят и разойдутся на мирной ноте, больше никогда не ссорясь и не совершая то, что происходило между ними? Вот так, прямо сейчас? Но когда чужая рука надавила на затылок и придвинула ближе, а губы столкнулись с губами Минхо, слова были уже излишни. Одно действие, всего лишь один поцелуй –и слова бесполезны. Губы Минхо такие мягкие и с привкусом мяты. Если бы Джисон не знал Ли, как человека, то и не подумал бы, что такие сладкие губы могут говорить такие вещи в его сторону.

И всё-таки было бы лучше, если бы они поговорили бы прямо сейчас, но вместо слов Минхо медленно сминает хановы губы. А кто такой Джисон, чтобы не отвечать? Он так долго мечтал о чём-то подобном, что сопротивляться смысла просто нет.

Когда воздух начинает заканчиваться, Минхо отстраняется, хватает Джисона за руку и тянет на себя, из-за чего они падают назад, а блондин оказывается поверх крепкого тела.

— Что ты.. — Хотел было возмутиться младший, но его снова вовлекли в поцелуй, и на этот раз уже более страстный. Минхо сильнее стал сминать опухшие губы, проталкивая язык в горячий рот, сталкиваясь с чужим. Руки со шлепком опустились на ягодицы Джисона, из-за чего тот вздрогнул.

По комнате разносились причмокивания и тихое сопение Хана, который уже во всю льнул к чужому телу.

— Нам стоит поговорить, — Отстранившись, сказал блондин, переводя дыхание.

— Чуть позже. Неужели ты сможешь со мной нормально разговаривать, когда у тебя уже откровенно стоит? — Джисон громко вздохнул, когда Минхо просунул руку между их телами и сквозь шорты коснулся вставшего члена младшего. — Не думаю, что ты сможешь связать слов, пока будешь испытывать возбуждение.

— А ты та ещё двуличная сука, —  Подметил Джисон, смотря на лицо Ли снизу, и улыбаясь в ответ на чужую, но более хитрую.

— Всё, что я говорил, было искренним, так что не совсем, — Поправил его Минхо, вытирая пухлые, мокрые от слез щёки.

— То, что было в зале? — Издевался Хан.

— То, что сказал здесь.

— Я польщён, — Ответил Джисон, сощурив глаза.

Минхо усмехнулся, и хотел уже снова притянуть младшего к себе, как тот начал вставать.

— Нас могут увидеть, — Ответил он на вопросительный и недоуменный взгляд.

Минхо ничего не ответил, лишь последовал примеру блондина и тоже встал, но потом схватил того за руку и повёл в сторону туалета, и когда захлопнул дверь и закрыл её на замок, прижал к ней Джисона и вновь впился в его губы.

Осознание всего никак не приходит в голову, когда чужие руки уже во всю блуждают под футболкой и оглаживают грудь, надавливая пальцами на затвердевшие соски, на что Хан стонет в поцелуй. Собственные руки кладёт на крепкие плечи и сжимает пальцы, щупая мышцы. Давно хотелось это сделать в жизни, а не во сне, после чего просыпаться с мокрыми трусами и вставшим членом.

Минхо помогает Хану снять футболку, после чего сразу же скидывает свою, и Джисон просто тает. У него появился ещё один фетиш, на обнаженную грудь Минхо.

— Блять, если ты сейчас не остановишься, мы натворим глупостей, — Выдыхает Хан, наклоняя голову вбок, пока Ли исследует влажными губами его шею.

— Глупостей? Не думаю, — Ответил Минхо, после чего сразу прикусил участок кожи, зализывая свой укус, на что получил тихий стон. — Но тебе определённо стоит быть тише, если не хочешь, чтобы кто-то нас услышал.

Если бы Джисону час назад сказали, что он будет вот так целоваться с Минхо в туалете спортзала, он бы ни за что не поверил и попросил бы ущипнуть себя.

Представлять все эти ласки —дело одно, но когда ты получаешь это в жизни и буквально таешь в чужих руках — совершенно другое и нечто невероятное. Пожалуй, Хан в какой-то степени даже жалеет, что раньше не поцеловал Минхо, когда тот был слишком близко.

Когда Ли начинает спускаться ниже, Джисон уже готов кончить. Если вдруг Минхо сейчас посмеет уйти, оставив Хана в таком состоянии, то тот обязательно оторвет ему яйца, перед этим желательно прибив их мячом. Старший ласкает языком обнажённый живот, а у Джисона ноги подкашиваются от таких действий. Но когда Минхо одним рывком снимает с него шорты вместе с бельём, тот действительно валится на колени.

— Малыш, если будешь так делать, все колени себе отобьёшь, — Говорит Минхо, но опускается перед Ханом, придвинув его за ноги ближе. — Думаю, нам стоит встать, иначе отморозишь себе чего-нибудь.

— Если ты не будешь меня держать, то я уйду, — Предупреждает его Джисон, но хватается за сильные руки и поднимается на ноги, после его подхватывают под ягодицы и поднимают, заставляя обхватить ногами крепкий торс.

Сейчас они стоят в школьном туалете во время урока физкультуры в таком виде, когда в любой момент в раздевалку<footnote>именно раздевалку, потому что туалет находится в ней</footnote> может кто-то зайти, ведь до конца урока осталось минут двадцать. Но обоим плевать. Плевать, потому что они наконец-то поняли, что совершенно не обязательно ненавидеть друг друга и постоянно задирать, чтобы привлечь внимание.

Даже думать о чем-то сейчас совершенно не хочется, когда рядом Минхо и его рот занят не тем, чтобы нести какую-то чушь в сторону младшего, а страстным поцелуем, в котором он сминает его губы.

Минхо опускается на пол и облокачивается о стену, сильнее прижимая к себе Хана. Сквозь слои ткани чувствуется чужое возбуждение, которого Джисон касается своим и тихо стонет. Хватается пальцами за резинку шорт и спускает их вместе с бельём.

— Блять… — выдыхает Минхо, когда вставший член наконец-то освобождается.

Он не теряет времени и хватает член Хана, сразу набирая медленный темп, из-за чего тот сильнее сжимает накаченные плечи, утыкается носом в шею, укладывая голову на руку.

Сдерживать стоны не так уж и легко, как оказалось, особенно тогда, когда в любой момент кому-то может приспичить в туалет, и что тогда придётся говорить, когда они раскрасневшиеся выйдут отсюда.

Но когда чужая рука хватает второй член и соединяет их вместе, сдерживаться становится просто невозможно. Джисон хватает зубами нежную кожу на шее Минхо и мычит, когда тот ускоряет темп. Вторая рука покоится на ягодице, сминая до красных отметин.

Разрядка наступает уже скоро, когда Минхо сильнее сжимает руку на членах и целует младшего, посасывая его нижнюю губу. Семя пачкает животы, пока оба стонут в поцелуй и терзают губы друг друга.

— Я..ненавижу тебя, — Говорит Джисон, вновь опуская голову на чужое плечо.

— Скажи мне это снова, — Просит Минхо, прикрыв глаза.

Джисон усмехается, поднимает голову и быстро целует, соприкасаясь лбом о чужой.

— Люблю тебя, — Хрипло шепчет Хан, пока Минхо сжимает его талию.

— Ещё..Скажи это ещё раз.

— Издеваешься, — Усмехается Джисон, отстраняясь.

— И не посмею, — Сглатывает. —  Джисон…

— М-м?

— Я люблю тебя.

Если бы Джисону утром сказали, что сегодня их отношения с Минхо полностью изменятся, он бы ни за что не поверил. Но сейчас, когда Ли зажимает его в объятиях и целует перед тем, как выйти в спортзал, он до сих пор не может до конца поверить в то, что произошло за этот час.

— Не хочешь забрать назад слова, которые ты сегодня наговорил про меня Феликсу? — С улыбкой спросил Минхо, наблюдая за тем, как Джисон смущается и ещё больше заливается краской.

— Ни капли, чёртов ты паршивец. И если ты не будешь давать мне нормально играть, я оторву тебе яйца.

— Могу догадаться, об этом ты думал в начале урока, светлячок.

— Белоснежка было лучше, — Возмущается Хан, надувая щеки.

Оба смеются, а потом разрывают объятия и выходят в спортзал.

И никому из них нет дела, когда оба выходят из раздевалки с алыми щеками и опухшими от поцелуев губами с еле заметными бордовыми пятнами на шее, и сразу же чувствуют на себе множество взглядов.

______
Слишком одержима блондином Джисоном..

мой тгк lin sunggrey,  ссылочка есть в шапке профиля