Глава 14. Кровь На Родовом Гербе
Саша, проснувшись утром, недоумевал.
– Мне приснился такой странный сон, – признался он Ире. – Там было озеро, женщина в проруби и девочка-маньячка…
– Хорошо, что это только сон, – засмеялась Ира. – Нам только девочки-маньячки не хватало. Ну, вставай, опоздаешь в цитадель знаний!
В гимназию Ира явилась в приподнятом настроении. Еще бы – на этот раз все получилось как надо! Первой, кого она встретила, оказалась Катя, печально стоявшая у окна. Заметив Иру, она демонстративно отвернулась.
– Кать, что случилось?
Катя не удостоила ее ответом. Ира схватила подругу за руку, развернула к себе:
– Кать, ты чего?
В глазах Кати стояла обида:
– А то ты не знаешь! Подруга называется!
– Говори прямо, что случилось?
– О’кей, говорю прямо – ты разрушила мою жизнь, – Катя выдернула руку. – Спасибо тебе за это большое!
– Я решительно не понимаю, о чем ты! – покачала головой Ира.
– Ты не стесняйся. Повесь наши с Леонидом фотки на стенд с расписанием, хуже все равно не будет!
С этими словами Катя фыркнула и убежала. Ира осталась стоять в недоумении. Она не могла знать, что вчера вечером Кира, выбрав удобный момент, сбросила злополучные фотографии на Гошин электронный адрес, и Гоша тут же, в кафе, на глазах у довольной Киры, устроил Кате скандал и порвал с ней все отношения
Первый урок вела Алла Сергеевна, и тут Ира с запозданием вспомнила, что за всеми заботами совершенно забыла о сочинении по Шекспиру на пяти листах, которое нужно было принести сегодня. Собрав готовые работы, директриса вынула из стопки одну приметную, отличавшуюся от прочих красивым оформлением, и стала ее просматривать.
– Алла Сергеевна, я… – подняла руку Ира, придумав какую-то «отмазку» по поводу невыполненного задания.
– Ты, Ира , сдала очень хорошую работу, – одобрительно кивнула директриса, приподняв ту, что держала в руках. – А твоя где работа, Лиза?
– А я дома забыла, – без капли смущения ответила Лиза, откидываясь на спинку стула.
– А голову ты дома не забыла?!
Последовали долгие нотации, но Лиза лишь улыбалась одними уголками губ, покаянно склонив голову.
На перемене Ире подошла к ней в библиотеке:
– Ты зачем сдала свою работу как мою?
– Не хотела, чтоб у тебя были новые проблемы с директрисой, – невозмутимо ответила она.
– Но ты сильно рискуешь…
– А я вообще рисковая, – она наклонилась ближе и сказала негромко: – Ир, я хочу, чтоб ты знала – я думаю о тебе каждую минуту.
И снова их губы слились в поцелуе…
Начался урок английского. Леонид Борисович, как обычно, завершил опрос и начал новую тему.
– Записывайте: «Past Perfect», – учитель написал название темы на доске. – Кто скажет, что это за время – паст пёфект?
– Прошлое совершённое, – зло и достаточно громко процедил сквозь зубы Гоша, сидевший теперь за последней партой.
У Леонида Борисовича упало сердце. От добродушного весельчака Гоши он таких интонаций не слышал еще никогда и теперь все понял. Конечно же, учитель знал, что Гоша и Катя встречаются, но до сих пор искренне надеялся, что никто не узнает о том злосчастном поцелуе…
– Прошедшее совершенное, – поправил он, стараясь не смотреть на Гошу. – Тема сложная…
– Тема скорее скользкая, – с той же злобной интонацией перебил его Гоша.
В глазах Кати стояли слезы. Она умоляюще повернулась к Гоше, но он принципиально отвел взгляд и нагло продолжил:
– Чего там сложного? Тем более если совершённое, да еще в прошлом. Сделали и забыли.
– Васильев, прекрати! – учитель повысил голос. – Кто будет отвечать?..
– Вот вы и будете отвечать! – Гоша в ярости вскочил и ткнул в него пальцем. – Придется ответить.
– Гоша, позволь мне закончить урок, – сдержанно сказал Леонид Борисович. – А после поговорим, наедине.
– Зачем наедине? – Гоша уже не мог сдерживаться. – Всем же интересно, как вы… ухлестываете за гимназистками!
Закрыв лицо руками, Катя в слезах выбежала из класса, и Ира помчалась за ней.
– Расскажите им, как целовались с моей девушкой! – заорал Гоша, рухнул за парту и, одним махом сметя с нее все учебные принадлежности, упал лицом на руки.
В классе стояла мертвая, звенящая тишина. Все ошарашенно смотрели то на учителя, то на Гошу.
Леонид Борисович тяжело опустился на стул:
– Урок окончен.
Когда учитель английского, втянув голову в плечи, выходил из гимназии, ему передали, что его срочно требует к себе директриса. Он догадывался, что за этим последует. И с тех пор Леонида Борисовича больше в этой гимназии не видели. А Катя с Ирой в это время, обнявшись, плакали в библиотеке. Ире удалось убедить подругу в своей невиновности, но Кате от того было не легче…
* * *
Антон шел по улице, когда у него зазвонил мобильник. Не было надобности смотреть на номер, чтобы понять, кто звонит. Марго. Разумеется, это она.
Не так давно эта странная женщина обратилась в монастырском дворе к Антону за помощью, приняв его за священника. Тогда же она потеряла сумочку с мобильником внутри, а через некоторое время позвонила на мобильник и попросила Антона вернуть ей потерю. Он привез сумочку по указанному адресу и с тех пор бывал там не раз. Марго поила его чаем, жаловалась на своего любовника-священника и на одержимость демонами, а Антон, как умел, вел с ней душеспасительные беседы.
Но с тех пор жестокое искушение преследовало будущего монаха. Прекрасная грешница стала являться ему во сне, она то звала его на помощь, то просто манила к себе, дразня едва прикрытой наготой. Ни сна, ни покоя не стало Антону, тяжело было носить в себе эту тайну, да еще отец Григорий заметил, что послушник как-то странно изменился. Даже Гоша, частично посвященный в тему, предложил свою посильную помощь. Но Антон считал, что обязан сам справиться с искушением…
– Алло?
– Мне очень плохо! – прозвучал в трубке взволнованный голос. – Кажется, демоны опять одолевают меня! Я схожу с ума, помогите мне, умоляю вас…
– Сейчас я подъеду, – пообещал Антон.
Марго повесила трубку.
– Демоны! – кривлялся рядом Феликс, изображая страдальца. – Меня одолели демоны! Спасите мою душу! Лет триста назад они тебя одолели, не поздно спохватилась-то?
Когда Антон приехал, на звонок никто не открыл. Но дверь была не заперта, и он вошел внутрь. В квартире царил беспорядок, а Марго в черном пеньюаре лежала без чувств на полу спальни.
– Марго!
Антон поднял ее на руки и отнес на кровать. Тепло ее полуобнаженного тела и знакомый тонкий аромат духов вскружили ему голову, он с трудом гнал от себя греховные мысли.
– Марго! Что с тобой?
– Ты пришел? – она обворожительно улыбнулась, притянула к себе голову Антона и страстно поцеловала в губы.
Больше он не мог сопротивляться…
Когда Антон проснулся, яркие лучи утреннего солнца освещали комнату. Он лежал голый под одеялом, а Марго в своем пеньюаре задумчиво стояла у окна.
– Доброе утро, – повернулась она к нему.
Антон вспомнил, что было, и пришел в ужас:
– Мы не должны были… это ошибка…
– Ты спас меня, – наклонилась над ним Марго. – Ты спас мою душу. Теперь мы с тобой – одно целое.
Она снова поцеловала его, и он уже не сопротивлялся. Марго вынула откуда-то большую книгу в черном переплете и протянула Антону.
– Что это?
– Это книга, – серьезно ответила любовница. – Которая раскроет тебе глаза на этот мир и на твою миссию в нем.
Немного поколебавшись, Антон все же взял книгу и поспешил убраться прочь из этой квартиры.
* * *
Агнесса играла на пианино этюд Шопена и, казалось, не замечала ничего, всецело поглощенная музыкой. Марго за ее спиной нервно расхаживала по гостиной, а Феликс с бокалом вина блаженствовал на диване.
– Втюрилась, – нарушил он молчание и, выдержав паузу, пояснил: – Лиза втюрилась в нашего ангелочка!
– Позвольте мне прикончить ее, – Кира поднялась из своего кресла.
– С каких это пор смерть – наказание? – философски заметила Марго. – Оно должно быть долгим и мучительным.
– Медлить нельзя, – настаивала Кира. – Ира с каждым днем становится все сильнее.
– А ты – все слабее! – умилился Феликс, за что тут же огреб по затылку.
– Нужно помочь Ире и Лизе сблизиться, – продолжала Марго. – Нужен толчок. Если Лиза потеряет свою семью, она останется одна. И только Ира будет рядом.
– И что? – скептически заметила Кира. – До сих пор их уединение ни к чему не приводило.
– Безграничная благодарность и любовь Лизы сделают Иру слабой. Она не сможет противостоять ей и станет одной из нас.
– Плана тупее этого не придумаешь! – с вызовом заявила Кира и повернулась к Агнессе, которая продолжала наяривать на пианино. – Надеюсь, ты не поддашься ее уговорам? Лиза уже достаточно посмеялась над нами, и мы…
Агнесса прервала игру, резко ударив кулаками по клавишам:
– Кира! Пока ты в этом доме, ты подчиняешься. Как собака.
И вместо Шопена принялась играть собачий вальс. Кира обиженно поджала губы, Марго злорадно ухмыльнулась. Ее план был принят.
* * *
Прошло около двух недель с тех пор, как Олег Андрияненко потерял работу. Сначала он отнесся к этому спокойно, рассудив, что хорошие журналисты всегда востребованны. Но теперь он, обзванивая разные издательства и редакции, все больше приходил в отчаянье. Одни ему просто отказывали, другие советовали обратиться через год, третьи – через месяц, когда главред из отпуска выйдет. А Олег не мог ждать ни года, ни месяца – накопленные деньги заканчивались, еще чуть-чуть – и придется в прямом смысле перейти на хлеб и воду.
Тем более что семейства прибавилось. Пару дней назад вернулась из Японии Настя, дочь Олега и старшая сестра Лизы . Два года назад, после того жуткого пожара, в котором погибла их мать, Настя уехала покорять Японию в качестве фотомодели. Но карьера не заладилась, и Настя, помыкавшись какое-то время на случайных заработках, вернулась домой без гроша в кармане. И начала с того, что «стрельнула» у отца последние деньги, чтобы навести марафет к новому кастингу. Иначе как моделью она себя в жизни не видела.
Вконец отчаявшись, Олег решился наступить на горло собственной гордости. Он нашел свою старую записную книжку и позвонил одному давнему знакомому:
– Алло, Василий?
Этот Василий был важной особой. Когда-то Олег Андрияненко работал у него в редакции, и мог бы работать до сих пор, если бы не… Но об этом Олег старался не вспоминать, вычеркнув эту страницу из своей жизни.
Выслушав просьбу Олега взять его на работу, Василий охотно согласился:
– Хорошо, присылай резюме.
* * *
Настя была симпатичной девчонкой, но в толпе длинноногих кандидаток в модели смотрелась довольно скромно. Зато другая участница кастинга, роскошная статная блондинка, резко выделялась среди остальных. У девушек не было сомнений – уж эту красавицу обязательно возьмут.
По знаку кастинг-директора – холеной дамы неопределенного возраста с барскими манерами – Настя прошла и села на высокий стул перед фотографом.
– Меня зовут Настя Андрияненко , мне двадцать три года. Я работаю моделью с шестнадцати лет…
– Повернитесь в профиль.
Настя повернулась, кастинг-директор бросила на нее безразличный взгляд:
– Достаточно.
– Но я еще не показала свое портфолио…
– Ваш возраст не подходит, – снисходительно улыбнулась дама. – Нам нужны молодые модели.
Расстроенная Настя встала. Мадам хотела назвать новую фамилию, но в этот момент красавица-блондинка вышла на середину:
– Простите, что значит – молодые?
Кастинг-директор окинула ее пренебрежительным взглядом и ответила:
– Не поверите, но это значит – не такие, хм, взрослые, как вы.
– Я прождала все утро! – возмутилась красотка.
– Имя?
Но блондинка только отмахнулась:
– Я не хочу тратить время на такую старую ведьму, как вы!
– Вас здесь никто не держит, все равно вы нам не подходите.
Настя с испугом смотрела, как блондинка бросила на пол табличку с номером и дала директорше ценный совет:
– Пора бы подтяжку сделать, а то полтинник уже ни за каким слоем штукатурки не спрячешь.
С этими словами она схватила Настю за руку:
– Пошли из этого дома престарелых!
Они вышли смеясь под обескураженным взглядом директорши. Но можно было представить выражение лица этой дамы, если бы она узнала, сколько на самом деле лет Кире – а это была именно она.
* * *
Ира вошла в гимназию, грустно глядя на шедшую впереди Лизу. Она категорически не понимала ее поведения. Она то твердила, что жить без нее не может, то отталкивала ее, требовала держаться от нее подальше, уверяя, что принесет ей только боль и неприятности. И вот этого Ира никак не могла понять. Она любила Лизу и не сомневалась в ответных чувствах, а наисильнейшей болью для нее была боль разлуки. Ей казалось, что в Лизе живут два разных человека. Она утверждала, что на это есть причины, но никак не хотела о них рассказывать.
Однако вчера такой разговор зашел слишком далеко и закончился тем, что Лиза объявила о разрыве отношений.
– Привет! – к девушке подошел Стас. Рука его была на перевязи – он только что вышел из больницы, куда угодил благодаря своему увлечению мотогонками. А сейчас, видя, что Ира идет одна, не преминул полюбопытствовать: – Вы что, поссорились?
– Мы расстались, – жестко ответила Ира. – Пойдем в класс?
На уроке Алла Сергеевна что-то рассказывала о «Мастере и Маргарите», но Ира не слушала. На душе у нее было горько, она безотрывно смотрела на Лизу. Ей и самой было очень больно, но она решила твердо: Ира не станет такой, как Марго. И пусть демоны делают с ней что хотят. Случайно поймав взгляд Иры, Лиза отвернулась и принялась копаться в сумке.
– Мы тебе не мешаем? – возмутилась директриса. – Как ты думаешь, что связывало Мастера и Маргариту? Пиши на доске.
Уверенной походкой Лиза прошла к доске и без раздумий написала: «Верность и любовь».
– Верность и любовь лежат в основе всех искренних отношений, – начала Алла Сергеевна, но Лиза перебила:
– Не только отношений. Верность, любовь и честь – то, что изображено на гербе моего рода.
– У твоей семьи есть герб?
– Да. Мой отец – потомок литовских дворян.
Лиза изобразила на доске герб с закругленными нижними углами, в верхней части которого нарисовал три звезды.
– На гербе – символы верности, любви и чести, – пояснила она, после чего провела под звездами черту, а в нижней части нарисовала меч острием вверх.
– Замечательно, – кивнула директриса. – Но мы отвлеклись от темы урока. Вытри доску, пожалуйста.
– Гербы не горят! – гордо заявила Лиза и выразительно глянула на Иру. Класс засмеялся.
Когда ученики вышли на перемену, то увидели стоявшую у кабинета незнакомую девчонку. Сначала многие подумали, что к ним пришла новенькая. И лишь при детальном рассмотрении выяснилось – это была Зоя Румянцева, впервые со дня гибели Арины рискнувшая появиться в родной гимназии. А не узнали ее потому, что теперь она была одета как все нормальные люди и без готского макияжа.
– Я бы на ее месте не то что в школу не вернулась, а вообще из страны уехала!
– Катя, Зоя ни в чем не виновата, – строго ответила Ира и подошла к Румянцевой: – Привет, как дела? Тебе, наверное, сложно было вернуться?
– Как и всем, – невесело ответила Зоя. – Я не ожидала, что Егор будет способен на такое.
– Зоя, я всегда готова тебе помочь. Если что-то понадобится, обращайся.
Зоя слабо улыбнулась.
– А Зойке лучше без загробного мейкапа, – задумчиво пробормотал Гоша, стоявший в сторонке.
Вернувшись в этот день домой, Ира ощутила запах дыма. И точно – тонкая сизая струйка просачивалась из-под двери ее комнаты.
– Что за костер?! – девушка бросилась к себе и увидела, что дым исходит прямиком из Книги. Ира открыла ее и обомлела. Несколько страниц обгорели по краям, а на одной из них был нарисован… герб семьи Лизы. Его огонь пока не тронул, но был очень близко.
У Иры упало сердце:
– Лиза?!
Испугавшись, она бросилась листать Книгу и, к удивлению, обнаружила там еще несколько карандашных рисунков. Футбольный стадион, футболист с кубком в руках, еще что-то на футбольную тему. И лишь один рисунок не касался футбола – там был нарисован шикарный отель, и этот отель был знаком Ире…
* * *
Настя и Кира сидели в кафе. Насте было грустно, она рассказывала новой знакомой о своих постоянных неудачах на модельном поприще, о вечном безденежье.
– Стану снова подносы разносить, – вздыхала она. – Это у меня получается лучше всего.
– Я знаю, где можно заработать, не прикладывая никаких усилий, – сказала Кира и, увидев интерес в глазах Насти, пояснила. – Знаешь, как парни смотрят на таких красоток, как мы. А на особых вечеринках, где полно актеров, спортсменов, политиков… они готовы платить за наше внимание.
– Я не маленькая и знаю, как это называется – проституция!
– Это называется – не упусти шанс! – подмигнула Кира. – Не жалуйся на жизнь, получай удовольствие! Сегодня футболисты устраивают вечеринку – пойдем вместе?
– Это не для меня…
– Пообщаться с симпатичным парнем, еще и денежку получить? – подняла брови Кира.
Настя призадумалась. Продажная любовь была ей омерзительна, но, с другой стороны, она помнила, что выпросила у отца на этот кастинг его последние деньги.
– Настенька, – выдвинула Кира самый сильный аргумент, – тебе же не обязательно чем-то с ними заниматься. Если ты не захочешь – тебя никто не заставит.
* * *
Это был первый рабочий день Олега, и сегодня он получал от Василия свое первое задание. Ему предстояло взять интервью у знаменитого футболиста Дмитрия Узлова.
– Но я далек от футбола, – говорил Олег, пока они с Василием шли по офису.
– Ты серьезно? – делано удивился тот. – У меня каждый работник знает, что такое гандикап и дриблинг. Особенно мои секретарши – Люда и Мариночка! – он улыбнулся проходившим мимо красоткам, и те заулыбались в ответ. Люда работала у Василия давно, а вторая секретарша, представившаяся Мариной, пришла лишь пару дней назад, но уже успела зарекомендовать себя толковой сотрудницей. Марго вообще любила все делать хорошо…
Но тут Василий рассмеялся, и Олег, поняв, что про гандикап и дриблинг – это шутка, тоже улыбнулся, хоть ему было совсем не весело.
– Ты знаешь Дмитрия Узлова? – спросил Василий.
– Футболиста? Да его вся Россия знает!
– Его взяли из второго состава на замену… Потом решающий гол в матче с Испанией… Карьера пошла вверх. Благодаря ему наша сборная в Лиге Чемпионов. Я хочу, чтобы ты взял у него интервью. Это сделать не так-то просто, но мне он должен… Могу познакомить вас на сегодняшней вечеринке.
– Не беспокойся, я сам с ним свяжусь и представлюсь, – сухо ответил Олег.
Ира сидела на скамейке у входа в отель, который показала ей Книга. Рядом то и дело останавливались машины, из них выходили мужчины в дорогих костюмах в сопровождении девушек модельной внешности, и все они шли внутрь, туда, откуда доносилась музыка.
Однако сидеть становилось холодно. И зачем она пришла сюда? К кому? Что ей тут делать, кроме как превратиться в ледышку? Наконец девушка встала – хорошего понемножку!
Но прежде чем она успела уйти, рядом остановился еще один автомобиль. Из него вышли две девушки в коротких юбках и тоже пошли в отель. Ира моментально узнала в одной из них Киру, вторая была ей незнакома.
Осторожно оглядываясь, лавируя между гостями, Ира шла по банкетному залу. Народу было полно. Где же Кира, какую еще пакость она затевает?
И тут Ира увидела. Нет, не Киру, а вторую девушку, которая приехала с ней, а сейчас одиноко сидела на диванчике.
– Где она? Это очень важно! – без предисловий обратилась к ней Ира.
– Кто? – не поняла Настя.
– Та девушка, с которой ты пришла сюда.
– Не знаю – развела руками Настя.
Ире показалось, что она увидела Киру в толпе девиц на другом конце зала, и она поспешила туда. Но, подойдя поближе, поняла, что ошиблась. А красотки, покосившись на Иру, переглянулись между собой и захихикали. В самом деле, она в своих простецких джинсах выглядела белой вороной на фоне их модельных фигур и эксклюзивных нарядов.
Зато мужчины, похоже, были иного мнения. Один из них, полноватый подвыпивший дядька средних лет, тут же подхватил со стола два бокала и подошел к Ире.
– Да ты просто ангел! – он с медвежьей галантностью протянул девушке бокал. – По сравнению со всеми такая… космическая!
У этого выпивохи Ира и разузнала, что находится на вечеринке футболистов. Во время разговора она постоянно искала глазами Киру, но так и не нашла. Зато Кира увидела ее. Гнусно ухмыльнувшись, она резко дернула рукой с зажатым бокалом… И бокал в руке Иры вдруг дернулся, плеснув шампанским в лицо собеседнику. Не успела она извиниться, как пара вышколенных охранников тут же взяли ее под руки и выдворили с вечеринки.
А веселье продолжалось. И только Настя грустно стояла у окна в одиночестве.
– Спасибо тебе! – услышала она вдруг совсем рядом. Обернулась и увидела молодого красивого парня, поразительно знакомого. Слова благодарности он явно адресовал ей.
– За что?
– Что нашлась. Оказывается, я не один скучаю на этой вечеринке. – Он протянул руку: – Дима.
«Дмитрий Узлов!» – Настя вспомнила, что видела его по телевизору.
– Я знаю, кто ты. Меня зовут Настя.
Дима галантно поцеловал ей руку. Настя зарделась. Весело болтая, они прошли за столик, выпили шампанского. Дима был мил и остроумен, он не чванился, как стоило ожидать от такой знаменитости, и Настя совсем растаяла от его внимания. Поэтому, когда он предложил ей уединиться, девушка не стала отказываться. Ведь он ей так понравился, значит, все будет почти по любви…
…Когда Дима протянул Насте деньги, это ее немного расстроило. Но деньги она все же взяла. После чего постаралась забыть о них и предалась страсти.
На следующий день Василия на работе не было, там хозяйничала Марго… то есть секретарша Марина. Увидев в окно Олега Яковлева, направлявшегося сюда с какими-то бумагами, она как бы невзначай выдвинула ящик рабочего стола своего шефа.
– Добрый день! – постучался он в кабинет. – Я хотел бы передать Василию Николаевичу материалы…
– Его нет, – вежливо улыбнулась Марго. – Вы можете оставить их у него на столе.
Олег подошел к столу, положил папку. И вдруг увидел…
Наполовину заваленная бумагами, на столе лежала фотография покойной Натальи. Натальи, жены Олега, погибшей при пожаре.
Наташенька… Олег взял фото в руки, и ему сделалось дурно. Рядом с Натальей на фото стоял Василий. А чуть поодаль, за углом, Олег увидел собственное изображение, видимо, наложенное фотошопом.
– Вы знаете эту женщину?
– Моя жена, – пораженно ответил Олег. – Она умерла два года назад.
– Соболезную, – кивнула секретарша. – Если буду нужна – зовите. Я всегда рядом.
Она вышла. А Олег, поколебавшись, положил фотографию и тоже хотел выйти. Но его взгляд зацепился за открытый ящик стола. Там, поверх бумаг, лежали другие фотографии. И на верхней из них Василий и Наталья, крепко заключив друг друга в объятия, слились в страстном поцелуе.
Не в силах на это смотреть, он пнул ящик ногой и выбежал из кабинета.
* * *
Ира позвонила в дверь квартиры Лизы. Только что, прямо в школе, ей снова было видение, в котором упрямо мелькало лицо Олега. А еще отель, вечеринка, какие-то футболисты… Семье Андрияненко явно грозила опасность. Какая, откуда – Ира не знала, но предупредить следовало. Даже несмотря на то, что они с Лизой расстались и сегодня ее у ворот гимназии встречала какая-то девица. Бог с ними, со всеми этими девицами… Ревность – не повод уклоняться от выполнения ангельских обязанностей, невесело подумала Ира.
Но когда Лиза – в одних брюках и в топике, без футболки – открыла дверь, она сама для себя неожиданно с порога выпалила:
– Кто это был?!
– Кто?
– Девушка, которая ждала тебя у школы!
– Моя сестра Настя, – заулыбалась Лиза. Ее радовала Ирина ревность.
– Разве она не за границей? – Ира без приглашения вошла в прихожую и через открытую дверь увидела Настю, сидящую на диване в гостиной.
И тут Ира все поняла. В гостиной сидела девушка, которую она вчера встретила с Кирой на вечеринке! А возле школы Ира видела Настю лишь со спины… впрочем, прическа совпадала.
Вот в чем дело!
– Твоя сестра была вчера на вечеринке!
– Она уже взрослая девочка, – усмехнулась Лиза . – И может хоть дома не ночевать.
Ира досадливо тряхнула головой:
– Она была там с Кирой! Это трудно объяснить, но поверь: Кира – плохой человек! Лиза, очень важно, чтобы Настя больше не общалась с ней.
Ира не знала, как объяснить Лизе, кто такая Кира. Но она знала это и без нее и потому испугалась : неужели Кира взялась за ее сестру? Извинившись, Лиза вышла в свою комнату.
Настя тоже узнала Иру.
– Так вот откуда я тебя знаю! – дружелюбно засмеялась она. – Моя сестра живет с твоей фотографией!
И тут Настя насторожилась. Если Ира была на вечеринке, так она может знать и про…
– Лиза не должна узнать, где я была вчера! Не смей ей ничего говорить! – потребовала она.
Но тут Лиза вернулась и строго спросила:
– Настя, ты знаешь девушку по имени… как там ее… Кира?
– Нет.
– Знаешь! – воскликнула Ира. – Вы с ней были вчера на вечеринке!
– Я не была ни на какой вечеринке и не знаю никакой Киры! – повысила голос Настя. – Я сижу дома и вышиваю крестиком.
– Настя, важно, чтобы ты сказала… – начала было Лиза, но сестра перебила:
– Я не вру, сестренка. Не знаю, зачем она пришла и все ли у нее в порядке с головой. Но я не хочу ее больше видеть у нас дома!
Фыркнув и испепелив Иру взглядом, Настя убежала в свою комнату.
Вечером, вернувшись домой, Лиза увидела в гостиной отца. Уже изрядно пьяный, тот сидел за столом и накачивался спиртным.
– Не взяли на работу? – осведомилась дочь.
– Взяли. Буду интре… интвер… ин-тер-вью буду брать, вот, – заплетающимся языком ответил Олег.
– Так ты празднуешь или с горя?
– Праздную? Нет, я пью за свободу. Вот возьму и не пойду интре… ивтре… брать. Пошлю все в жжжжж… – Олег допил последние капли и устало откинулся на подушки.
И тут Лиза увидела на столе фотографию матери. Когда-то она стояла в рамке на полочке, но после переезда ее не вынимали из шкафа.
– Зачем тебе фото мамы?
Олег встал и, шатаясь, поплелся к бару за следующей бутылкой.
– Ты помнишь, – спросил он Лизу, пытавшуюся его поддержать, – когда она умерла, я вел журналистское расследование во Владивостоке?
– Тебе за это дали тогда премию…
– Точно! – пьяный Олег поднял палец. – Премию. Василий настоял, чтоб ее дали именно мне. Я, конечно, не возражал и взял деньги…
– К чему ты клонишь, пап?
– Мама говорила, что собирается ехать ко мне на выходные? Говорила, что соскучилась?
– Она собирала чемодан, – пожала плечами Лиза. – Куда еще она могла поехать?
– Так я тебя и спрашиваю – она что-то говорила?! – пьяный голос Олега сорвался на визг.
– Ты напился! – рассерженная Лиза усадила отца на диван и оставила наедине с бутылкой.
– Она не сказала об этом даже твоей сестре…
* * *
Нет, Олег вовсе не послал новую работу «в жжжж», как собирался. На следующий день он, трезвый, аккуратный и выбритый, встретился с Дмитрием Узловым и взял у него прекрасное интервью, а потом они еще долго просто по-дружески болтали. Наконец Олег стал прощаться:
– Спасибо за уделенное время.
– Приятно было пообщаться. Теперь я обязан Василию еще и знакомством с вами.
При упоминании о Василии Олег нахмурился, но Дмитрий, ничего не заметив, продолжал:
– Он очень сильный человек. Пережить смерть любимой женщины при пожаре… Они хотели вместе сбежать от ее мужа – и вот те на!
Весело попрощавшись, он ушел, оставив Олега в мрачном оцепенении.
* * *
– Отец Григорий… Я нуждаюсь в вас, как никогда раньше, – негромко говорил Антон, горько склонив голову. – Я согрешил, отец Григорий… Эта женщина… я каюсь, что поддался ее чарам. Грех мой велик, но я молю о прощении. Я молю о знаке свыше. Помогите мне, отец Григорий, подскажите, как поступить…
Отец Григорий едва ли слышал послушника. Он лежал в больничной палате под капельницей и уже сутки не приходил в сознание.
Книгу, полученную от Марго, Антон пролистал, увидел там изображения демонов и не решился читать ее, не посоветовавшись со своим духовником. Отец Григорий взял книгу посмотреть… А наутро старого священника нашли у стен монастыря без сознания – его сбила неизвестная машина. Книга же исчезла.
Антон в слезах припал к безжизненной руке своего наставника.
* * *
– Лиз, я ангел! Хи-хи-хи! Ты боялась причинить мне боль… Хи-хи-хи!
Ира понимала, что простых увещеваний ни Лиза, ни Настя не послушают, поэтому решилась рассказать им всю правду. И теперь пыталась отрепетировать свою исповедь перед зеркалом, но выходило что-то дурацкое.
Зазвонил мобильный.
– Стас! Извини, но не сейчас. – Ира сбросила вызов.
Она вернулась к зеркалу, но телефон зазвонил снова.
С такой настырностью Стасу надо телефонные опросы проводить!
Но на этот раз звонила Лиза, и она взяла трубку.
– Ир, привет! Настя собирается в какой-то ресторан, я слышала, как она по телефону записывает адрес.
– С Кирой?
– Я пытался узнать, но она меня послала! – Лиза сильно нервничала.
– Ты должна помешать ей! У тебя есть адрес этого ресторана?
– Да, я отобрала у нее бумажку и заперлась в ванной, чтоб она меня не убила! Вязовая, тринадцать.
Они договорились, что Лиза задержит сестру до тех пор, пока Ира не проверит указанный ресторан на предмет наличия Киры. И если ее там не окажется, то Лиза отпустит Настю.
Она повесила трубку и увидела, как Настя при полном параде направляется к двери. Ни слова не говоря, Лиза заперла дверь на ключ, вынула его из замка и сунула себе в карман.
– Иди лучше крестиком повышивай!
И, не обращая внимания на возмущенные крики сестры, закрылась у себя в комнате.
Это был дорогой ресторан. За элегантными столиками обедали пары и компании, но никого похожего на Киру Ира не увидела. Зато ее внимание привлек одиноко скучающий за столиком Дима Узлов, которого девушка узнала сразу. Ира подсела к нему.
– Вы – известный футболист? Дмитрий Узлов, я знаю!
Дима растерялся и немного смутился.
– Простите, но у меня встреча. Могу дать вам автограф или расписаться где-нибудь. Но извините, я жду человека.
– Настю? Это я тоже знаю! Ты встречаешься с Настей.
Вдруг Дима, до сих пор благодушно улыбавшийся, посмотрел куда-то мимо Иры, и его взгляд стал напряженным. Ира повернулась туда и увидела Киру, выходящую из ресторана.
– Ты один из них?!
Дима не ответил. Страшный спазм сдавил его горло так, будто его кто-то душил. Но Ира не обратила на это внимания. Она взяла его руку и разжала кулак. На ладони футболиста красовался шрам от глубокого пореза. Ире уже доводилось видеть такие порезы.
– Ты – их шестерка! – воскликнула Ира . – Заключил с ними договор – твоя душа в обмен на… что? Ах да, на успехи в спорте!
Спазм уже прошел, но ответить Диме было нечего. Ира угадала правильно.
По пути к дому Ира позвонила Лизе и доложила обстановку.
– И с кем у нее была встреча?
– С обоими, я думаю, – ответила девушка.
– Названивают ей! – наябедничала Лиза , услышав трель мобильника сестры.
– Наверное, рассказывают про сумасшедшую, которая сорвала им встречу, – засмеялась Ира.
Лиза, помедлив, все же решилась спросить:
– А откуда ты знаешь эту… Киру?
– Долго рассказывать!
Тут из комнаты вышла Настя в домашней одежде, мрачная донельзя:
– Можешь быть довольна – я никуда не иду! Посмотри на время, ты победила, можешь расслабиться!
Ира, услышав эти слова, утешила Лизу :
– Ничего, лет через пять она тебя простит! – и уже серьезно добавила: – Это для ее же блага, ты должна ей помочь.
Распрощавшись с Ирой, Лиза положила трубку.
В ту ночь ее отец снова приплелся домой пьяный.
На следующий день Ира обедать дома не стала.
– Меня пригласили на ужин, разве я не говорила? – мечтательно пояснила она растерянным родителям и убежала.
Накупив суши и прочей снеди, Ира отправилась к Лизе. Былые размолвки после вчерашнего были забыты. Ира подумала, что они с Лизой составили бы неплохой тандем по борьбе с демонами, и даже хотела замолвить словечко перед Яном, когда тот появится.
– Спасибо за оперативную доставку! Только одна жалоба – слишком красивый курьер, – Лиза с нежностью посмотрела на Иру , а потом стала выкладывать продукты на стол. – А куда столько?
– Я взяла на троих, себе, тебе и Насте.
– Она сказала, что больше не будет есть никогда!
– Может, твой папа присоединится?
– Он ушел недавно. На футбол, наверное.
– На футбол? – насторожилась Ира.
– Ну да. Ему вчера дали два билета, он не хотел идти, но, видимо, передумал.
Когда с суши было покончено, Ира поймала на себе теплый взгляд Лизы.
– Почему ты на меня так смотришь?
– Я хотела сказать тебе спасибо.
– За что?
– За твое внимание, – нежно ответила она. – За помощь Насте. Ты сделала очень много для меня.
– Ты еще не поняла, что я готова сделать для тебя все? – Ира подошла поближе.
Она поняла, на что она намекает, и сдержаться ей стоило огромных усилий. Ее влекло, непреодолимо тянуло к Ире, и никакой здравый рассудок не мог этого победить.
– Я не заслуживаю этого…
Ира подошла вплотную, взяла ее за плечи:
– Я счастлива с тобой, Лиз. И мне кажется, что ты чувствуешь то же самое.
– Но мы все равно не можем быть вместе… – она из последних сил сопротивлялась сам себе.
– Из-за того, что ты боишься причинить мне боль? – спросила Ира. – Так вот, запомни. Единственная боль, которую ты можешь причинить мне, – это уйти от меня. Я буду с тобой, что бы ни произошло. Верь мне.
Их лица приблизились, губы вот-вот готовы были встретиться, но тут раздалось саркастическое покашливание.
– Не обращайте на меня внимания, – язвительно сказала Настя. – Должна же в этом доме хоть у кого-то быть личная жизнь!
По телевизору начался футбол, и она демонстративно уселась перед экраном и сделала погромче.
А Олег Андрияненко не пошел ни на какой футбол. Он весь вечер сидел в кафе и накачивал себя спиртным, пытаясь привычным способом «лечить» свои нервы. Да только легче не становилось. Уже заплетался язык и дрожали руки, но боль обиды оставалась прежней. События прошлого четко и ясно стояли перед глазами. Василий… Вот зачем он тогда отправил его во Владивосток вести журналистское расследование! Еще и премию дал… подачку. Гадина!
И надо же было случиться, что именно в такой момент в кафе вошел тот самый Василий.
– Я ищу тебя по всему городу! Куда ты пропал?
– Пью, не видишь? – Олег небрежно налил полный стакан водки и протянул Василию. Тот поморщился и отказался.
– Ты мне ничего не хочешь рассказать об интервью с Узловым?
Тогда Олег одним махом выпил все сам и принялся внимательно изучать дно стакана.
– Хочу. Ты его не получишь!
Василий нахмурился:
– Ты его не написал?
Олег поднял на него затуманенный взор, улыбнулся с пьяной легкомысленностью:
– О нет. Я его написал! – поднял он палец. – Это будет просто бомба! Я думаю, – добавил он с вызовом, – тебе будет интереснее всех.
Василий раздраженно облокотился на край стола:
– Если бы я знал, что ты будешь так себя вести, ни за что не дал бы тебе работу!
А ведет себя как ни в чем не бывало, подумал Олег. Благодетеля из себя строит! Хоть бы раскаялся, извинился. Впрочем, какой теперь от этого толк…
– И даже твое чувство вины меня не спасло бы, – сказал Олег тихо и четко, глядя в стакан.
– Что ты там бормочешь?
Андрияненко вскочил так резко, что стаканы полетели со стола, а Василий в страхе отпрянул.
– Думаешь, я не знаю, что ты спал с моей женой?! И что она хотела бросить меня ради тебя?!
Василий был в шоке, он испуганно оглянулся и положил Олегу руку на плечо, пытаясь его утихомирить:
– Откуда ты узнал?
– Подонок! Предатель! – разорялся Олег, сбрасывая руку.
На них уставилось все кафе. Перепуганная Катя за стойкой выронила тряпку и спешно достала телефон.
Спустя минуту Ира с Лизой , получив от нее тревожное известие, уже спешили в кафе.
– Мы с ней любили друг друга, – тихо говорил Василий. – Это было серьезно.
– А у нас, значит, хиханьки-хаханьки?! – снова взвился Олег. – И ты послал меня во Владивосток? Чтобы ничто не мешало…
– Мы собирались все тебе рассказать. Но после ее смерти я решил ничего не говорить, чтобы не делать тебе еще больнее.
Олег раскинул руки, чтобы не упасть, и отвесил низкий шутовской поклон. Василий поморщился:
– Это может случиться с каждым, не надо искать виноватых.
– Ага, особенно если виноватый – ты!..
Когда запыхавшиеся Лиза и Ира вбежали в кафе, Олег пьяно орал:
– Я сказал – извинись передо мной!
Василий повернулся, чтобы уйти, и тогда Андрияненко схватил стул и обрушил ему на голову.
– Папа, что ты делаешь?! – Лиза бросилась к отцу. Впрочем, Василий не пострадал. Наградив Олега на прощание парой нелестных комплиментов, он покинул заведение.
– С тобой все в порядке? Кто это был, пап?
– Никто, – Олег моментально взял себя в руки. – Просто человек, мимо проходил, а я решил ударить его стулом.
Придерживая пьяного, чтоб не упал, Ира с Лизой повели его домой.
А тем временем Настя в гордом одиночестве смотрела футбол. Впрочем, ее интересовал не столько футбол, сколько некий футболист, которого она страстно мечтала увидеть снова.
В дверь позвонили. Даже не глянув в глазок, девушка открыла. На пороге стояла Кира.
– Привет! – удивилась Настя. – Ты что здесь делаешь?
– Пришла украсть тебя из-под домашнего ареста, – усмехнулась та. – Сегодня после игры будет вечеринка.
– Там будет Дима?!
– Вечеринка будет в доме Димы! – заманчиво подмигнула Кира.
– Класс! – захлопала в ладоши Настя. – Пойду переоденусь, я быстро!
– Нет, – Кира настороженно оглянулась. – Так мы… все веселье пропустим. Я дам тебе что-нибудь из своего.
Настю не надо было упрашивать. Радостная и полная надежд, она подхватила куртку и убежала с Кирой.
– Настя! Мы вернулись! Понимаю, для тебя это не очень радостное событие… Настя?
Ира с Лизой под руки ввели в квартиру пьяного в стельку Олега. Лиза уложила его на диван и стала стаскивать пиджак. Ира метнулась по комнатам:
– Насти нигде нет. Она ушла.
Лиза выхватила мобильник, долго ждала ответа, но лишь долгие гудки неслись из трубки.
– Не отвечает…
– Скорее всего, она с этим Димой Узловым, – дошло до Иры.
Пьяный Олег открыл один глаз и сипло прокомментировал:
– Футболист? Узлов? Да знаю я этого урода, брал у него интервью. И знаю, где он живет. На поле – ноль, в жизни король…
Он снова откинулся на подушки и уснул.
* * *
Вечеринка проходила в загородном доме Узлова. В роскошной большой гостиной веселилось множество народа. Теперь Настя вошла смело и радостно, представляя, какой сюрприз это будет для Димы. Она так и хотела выкрикнуть – сюрприз!
Но слова застряли у нее в горле. Дима сидел на диванчике с какой-то девицей, и они страстно целовались. Настя опешила, с трудом сдержала слезы. Наконец Дима заметил ее и на секунду отвлекся от красотки.
– А я думал, ты и сегодня не придешь, – непринужденно сказал он.
– Я заметила.
– Извини, но сегодня я с тобой повеселиться не смогу, – как ни в чем не бывало, заявил Дима. – Но я хотел бы познакомить тебя с моим хорошим другом – Василием.
Только теперь Настя обратила внимание на этого самого Василия. Пожилой мужик, полноватый, обрюзглый, с покрасневшим от выпитого лицом, подошел к ним, окинул Настю оценивающим взглядом.
– Не обижай ее, – шутливо предупредил Дима и добавил: – Настя – умница.
У Насти дыхание перехватило от гнева: это что же получается, ее как вещь передают из рук в руки?! Она бросила на Диму испепеляющий взгляд, но он уже не обращал на нее внимания, снова занятый своей подружкой.
– Повеселимся? – подвыпивший Василий приобнял ее за талию. Первым желанием было вырваться и убежать, но потом Настю охватила мстительная мысль: назло гаденышу Диме флиртовать с другими, даже изменить ему с кем угодно, здесь и сейчас. Пусть даже и с этим Василием, все равно. И Настя осталась. Вполуха слушала болтовню Василия, стараясь не встречаться с его похотливым взглядом, а сама то и дело поглядывала на Диму и его подружку.
– Спорим, ты не слышала и половины из того, что я рассказывал? – сказал Василий.
– Прости, задумалась, – Настя изобразила улыбку. – Так ты это… журналист?
– Я тебе об этом уже полчаса рассказываю, – засмеялся Василий. Он наклонился к самому уху Насти, окатив ее запахом дорогого парфюма и перегара. – Может быть, уединимся в каком-нибудь более тихом месте?
Настя снова покосилась на Диму. Словно нарочно дразня ее, он принялся страстно обнимать свою пассию.
– Пошли! – Настя с решимостью взяла Василия за руку. Он повел ее по лестнице на второй этаж, где имелись несколько гостевых спален, предусмотренных как раз для таких случаев.
Дима проводил их взглядом. Теперь он понял, как жестоко обидел эту девчонку, которая пришла сюда ради него – и которая ему самому всерьез понравилась.
Он в сердцах оттолкнул свою подружку:
– Отвали!
Та, обидевшись, убежала, а на ее место вальяжно уселась Кира.
– Ты молодец! Вот уж не думала, что среди футболистов попадаются такие сообразительные экземпляры.
Узлов дернулся, чтобы встать, догнать, не допустить… Но Кира железной хваткой вцепилась в его руку и вернула на место.
– В условиях моего договора таких пунктов не было! – зло прошипел он.
– Не заставляй меня сомневаться в тебе, – промурлыкала Кира, забрасывая ноги к нему на колени. – Я же не зря дала тебе все, о чем ты просил.
Дима был в отчаянии. С одной стороны, он боялся этих опасных людей, с которыми заключил договор, и знал, что с ними шутки плохи. Но Настя… Настя… Он готов был сейчас отдать все на свете, чтоб только ее никто не тронул. И сейчас Дима с опаской глядел на лестницу в надежде на какое-нибудь чудо.
– Послушный мальчик, – ухмыльнулась Кира.
– Здесь нам будет лучше, – Василий снял пиджак и повесил на спинку стула у кровати. Настя сняла браслет и серьги, положила на тумбочку.
– Предпочитаю рассчитываться сразу, – Василий достал бумажник и протянул Насте несколько купюр. Девушка машинально взяла их, посмотрела недоуменно. Деньги. Она хотела изменить, отомстить. А вышло так, что ее купили. И придется обслуживать в постели старого, толстого, противного мужика.
Проститутка. Теперь она действительно проститутка.
– Что, мало? – не понял Василий.
Настя молча покачала головой.
– Так в чем проблемы? – он снял часы. – Ты пока готовься, я сейчас вернусь.
Василий ушел в ванную, а Настя стояла в растерянности. Злость на Димку была велика, но лечь в постель с этим Василием… Вся ее натура разом взбунтовалась. Она не проститутка, и никогда ею не будет! Сейчас вернет Василию деньги и уйдет.
Раздумья Димы длились недолго. К черту контракт, к черту все – он не позволит надругаться над Настей! Дима выхватил мобильник, стал звонить Василию, но трубку никто не брал – Василий в это время был в ванной.
И тогда Узлов решился. Оттолкнув Киру, он бросился к лестнице и помчался наверх. Но Кира щелкнула пальцами – и парень оступившись, кубарем покатился с лестницы.
Что-то хрустнуло, и адская боль пронзила колено.
Василий вернулся быстро, облаченный в банный халат:
– Ну что, малышка, я готов!
Он притянул Настю к себе и поцеловал в шею. И девушка не выдержала. Она оттолкнула его, бросила деньги:
– Хватит!
– И как это называется? – возмутился Василий.
– Я не могу, – ответила Настя и направилась к двери.
– Что значит – не могу? Я заплатил!
Он догнал ее, схватил за руку и потащил обратно. Настя кричала и отбивалась, но Василия это лишь раззадорило. Он уже не мог остановиться в своем животном желании. Да и не собирался…
Превозмогая боль, Дима кое-как доковылял до второго этажа. До двери, из-за которой доносились крики, оставалась пара шагов, но тут у него на пути встала Кира с бейсбольной битой в руках:
– Плохой из тебя друг, да и деловой партнер тоже никакой.
– Отойди от двери! – потребовал Дима и решительно отодвинул ее в сторону.
– Что ты мне можешь сделать, хромоножка? – ухмыльнулась демонесса и со всего размаха ударила битой по второму колену футболиста. Словно подкошенный, тот повалился на пол. О том, чтобы встать, не было и речи – в глазах у Димы потемнело, он катался и кричал от боли в обоих сломанных коленях.
С горем пополам Ире и Лизе удалось растормошить пьяного Олега и узнать у него адрес Узлова.
– Я знаю, где это, ехать минут сорок, – воскликнула Лиза и схватила куртку.
– Лишь бы заторов не было, – торопилась Ира. Но тут дверь открылась, и в прихожую вошла Настя. Тихая, угрюмая, она молча разулась и пошла в гостиную, даже не захлопнув входную дверь. Ира, только глянув в ее потухшие глаза, сразу поняла – случилось что-то ужасное.
– Настя? Что случилось? – Лиза преградила ей дорогу, взяла за руку.
– Ничего не случилось, отвали, – сердито ответила сестра, сбросив ее руку.
– Настя, мы просто хотим тебе помочь, – вмешалась Ира.
– Никто не просил вашей помощи!
Лизп хотела еще что-то спросить, но Ира жестом остановила ее и попрощалась. Лиза пошла ее провожать.
Оставшись одна, Настя подошла к спящему отцу, заботливо накрыла его пледом, стащила ботинки, которые так и оставались на нем. И, прижавшись лицом к отцовской руке, дала волю слезам.
* * *
Утром за завтраком мама отчитала Иру:
– Ты почему так поздно вчера вернулась? Мы волновались.
– Я была у друзей.
– Ха, у друзей, – Сашка поднял голову от газеты. – У Лизы!
Ира под столом пнула его ногой. Мама сделала паузу, переваривая информацию.
– На самом деле это здорово, что у тебя появилась девушка , – сказала она наконец. – Но Ир…
Ира закатила глаза:
– Мама, я – не маленькая, и если впредь буду где-нибудь оставаться или задерживаться, буду звонить. Хорошо?
– Вот, будь добра!
– Ничего ж себе! – воскликнул Сашка, отрываясь от газеты. – Известный футболист сломал обе ноги, по предварительным данным, упав с лестницы.
– Какой футболист? – спросила мама.
– Дмитрий Узлов. Как он теперь играть-то будет?
Ира молча отобрала у брата газету, впившись глазами в статью. Собственно, в статье не было ничего необычного, но Ира моментально поняла, что там случилось на самом деле. А еще там была указана больница, в которую попал пострадавший футболист.
– Можно? – Ира приоткрыла дверь палаты и, не дожидаясь ответа, вошла. Дима лежал на кровати, и обе его ноги были загипсованы. Увидев незваную гостью, он удивился:
– Не ожидал, что ты придешь. Как видишь, сегодня я не при параде.
– Все только и говорят о твоей травме. Как же ты теперь будешь…
– …играть? – Дима посмотрел на Иру так, что она без слов поняла: на футбольной карьере поставлен крест. – Вряд ли нашей сборной нужны инвалиды. Хотя, – он слабо улыбнулся, – там и своих инвалидов хватает.
– Ты разорвал сделку с демонами? – скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла Ира.
Дима не стал отрицать:
– Именно поэтому я теперь в таком виде. Как… Настя?
– Плохо.
– Я не хотел делать ей больно. Хотел помочь… но было слишком поздно.
– Ты потерял карьеру, но обрел душу, – строго сказала Ира. – Береги ее.
Дима молчал, и девушка направилась к выходу.
– Подожди!
Ира оглянулась.
– Скажи ей… что мне жаль.
* * *
Тем же утром Антон, проснувшись в своей келье, обнаружил на столе книгу, полученную от Марго. Как она могла к нему попасть, он боялся даже думать. Вчера Антон испросил у настоятеля благословения покинуть монастырь, походная сумка уже была собрана. Он не справился с искушением и теперь хотел лишь одного – сбежать от этой кошмарной женщины, искать убежища в какой-нибудь другой обители, подальше отсюда.
Антон приступил к привычным утренним молитвам, как вдруг словно мягкая рука коснулась его плеча.
– Поддайся греху! – прозвучал над ухом томный женский голос. – Поддайся!
Он вскочил, в панике оглянулся по сторонам. В келье никого не было, но этот голос и дьявольский смех звучали, казалось, отовсюду, наполняли эхом всю келью:
– Иди за мной, Антон! Поддайся!
Бедный послушник зажал уши руками:
– Оставь меня в покое! Уходи!
И тут его взгляд упал на книгу. Вот в чем дело! Проклятая бесовская книга, это из-за нее пострадал отец Григорий!
Недолго думая, он схватил железную урну, бросил книгу туда, насовал бумаги и поджег. Дьявольский хохот прекратился, но Антон с ужасом смотрел, как выгорает бумага, темнеет от жара паркетный пол, но книга остается целой и невредимой.
Быстро собравшись, он подхватил дорожную сумку и вышел из монастыря. Теперь поймать попутку – и на вокзал, а там куда глаза глядят.
Остановив такси, он плюхнулся на заднее сиденье.
– Далеко собрался? – за рулем сидела Марго и улыбалась.
Антон как ошпаренный выскочил из машины:
– Далеко и навсегда! Мы больше не увидимся!
Он бросился через дорогу. Но что это – Марго шагала ему навстречу с противоположной стороны улицы:
– Куда бы ты ни уехал, от меня все равно не спрячешься. Теперь ты принадлежишь мне, дорогой.
* * *
В гимназию Ира попала только к окончанию первого урока. Как раз прозвенел звонок, все вышли на перемену.
– Ты чего на уроке не была, прогульщица? – весело подскочила Лиза.
– Дела были… Как там папа и Настя?
– Когда я вернулась, они оба спали как ангелочки! – засмеялась Лиза. – Как будто и не дебоширили всю ночь.
– Мне так жалко, что мы не смогли ничего сделать…
– А что мы могли сделать? – развела руками Лиза. Она взяла Иру за плечи, нежно погладила по щеке: – Я в жизни не встречала никого добрее тебя…
* * *
Василий мрачно читал заголовки газет. Все только и писали что о травмированном футболисте, но его издание успело опубликовать материалы первым, с места событий. Вот только эта журналистская удача сейчас совсем не радовала Василия.
Марго вошла в кабинет и положила на стол новые газеты:
– Посмотрите, об этом пишут все! Такая сенсация, и снова вы первый. Браво!
– Я был там, когда это случилось, – процедил Василий.
– А интервью, которое брал Олег, опубликовали?
Василий вспомнил свою встречу с Олегом и нарочито небрежно отмахнулся:
– В этом нет надобности.
– Вы что?! – округлила глаза Марго. – Это будет просто бомба: интервью до трагедии! И заголовок – «Так рушатся надежды»!
– Олег не хочет отдавать интервью из-за личных мотивов, – отрезал Василий, не желая продолжать этот разговор. А уж связываться с человеком, которому он когда-то наставил рога, Василий и вовсе не имел желания, даже ради такой сенсации.
Марго незаметно щелкнула пальцами, и на мобильник Василия пришла эсэмэска.
– «Я виноват. Приезжай ко мне домой, все обсудим. Олег», – прочел главный редактор. – Что за…
– Постарайтесь убедить его, – посоветовала верная секретарша. – Я знаю, у Вас получится.
* * *
Шел урок русской литературы. Алла Сергеевна что-то вещала про Мастера и Маргариту, Ира слушала вполуха. И вдруг у нее возникла острая потребность взять Книгу – так иногда бывало, особенно в последнее время.
Ира вынула ее из сумки, раскрыла – и застыла в ужасе. Все так же были обуглены по краям несколько страниц, все так же на одной из них красовался герб рода Лизы… Но этот герб на глазах покрывался кровавыми пятнами, сливавшимися в одно.
– Алла Сергеевна, можно выйти?! – подскочила Ира.
– Нет, – строго сказала директриса. – Скоро будет звонок, тогда и выйдешь.
Ира села на место. Скорее бы этот звонок!..
* * *
Только отцу решилась Настя поведать о своей беде. Он и сам с полуслова догадался, что именно произошло. Правда, дочь ни в какую не хотела называть имени насильника. Олег был вспыльчив и мог натворить беды.
– Обещай, что не станешь ничего ему делать! – требовала Настя.
Но тут их разговор прервал звонок в дверь, и Олег пошел открывать.
– Ты?! – воскликнул он с порога. – Какого… ты здесь делаешь?
– Ты же сам отправил мне СМС, – ответил Василий, ибо это был он. – Я все понимаю и согласен поговорить спокойно.
Он без приглашения вошел в гостиную и вынул мобильник, чтобы показать сообщение от Олега. Но тут с дивана подорвалась Настя:
– Ты что здесь делаешь?! Убирайся из моего дома! Вон!
Олег опешил. Сам он собирался сказать Василию примерно то же самое, но не понимал, чем же тот не угодил Насте.
– В чем дело, дочка? Что случилось?
Василий растерянно хлопал глазами, переводя взгляд с Олега на Настю и обратно.
– Это твоя дочь?!
– Этот подонок изнасиловал меня вчера! – заорала Настя.
– Но я не знал, что это твоя дочь… Я думал, это проститутка…
Не следовало, ох, не следовало ему произносить такие слова. Потомок литовских рыцарей с яростным криком бросился на него и одним ударом кулака сбил с ног. Не дав опомниться, он схватил с полки мраморную статуэтку и в несколько ударов превратил голову обидчика в кровавое месиво…
Так и не дождавшись звонка, Ира решительно вскочила и помчалась к выходу. И в этот самый момент зазвонил телефон у Лизы . Заплаканная Настя сообщила ей о случившейся трагедии.
Когда она примчалась домой, отца в наручниках выводили из подъезда. Насти дома не было, она от страха куда-то убежала. И тогда Лиза в ярости бросился к демонам.
– Зачем вы это сделали?! – закричала она, оттолкнув Феликса. – Вы сделали из моего отца убийцу!
– Ты не поняла, что ли? Мы отомстили за тебя, – со своей вечной иронией ответила Марго.
– Вы разрушили мою семью!
– Мы уничтожили того, кто разрушил твою семью, – сказала Марго. – Он увел жену у твоего отца, изнасиловал твою сестру. Ты думаешь, он недостоин кары?
– Ты еще должна нас благодарить, – подкатил сзади Феликс, до сих пор весело корчивший рожицы у Лизы за спиной.
Девушка едва сдерживалась, чтоб не заплакать. Правду они говорили или издевались – скорее всего, второе, – но она ничего не могла им сделать.
– Лиза!
Из соседней комнаты вышла Настя.
– Ты что здесь делаешь?! – вскрикнула Лиза .
– Я не знала, куда идти… Кира привела меня к себе. Ты видела папу?
– Нет, мне не разрешили.
– Адвокат говорит, что поможет выиграть дело. Папа был в состоянии аффекта, – спокойно рассказывала Настя. – Этот подонок получил по заслугам.
– Что ты такое говоришь?!
– Ты же знаешь, что я права, – с уверенностью продолжала сестра. – Благодаря папе он больше не причинит нам вреда, и все будет хорошо. Мне надо лететь в Лондон, но я вернусь к процессу, – добавила она после паузы и счастливо сообщила: – Я нашла работу.
Лиза устремила злобный взгляд на Киру, но та развела руками:
– Я здесь ни при чем, она сама все сделала.
Лиза не верила. Слезы выступили у нее на глазах.
– Все будет хорошо, – сказала Настя. – С тобой Ира, береги ее. Ты же знаешь, как нам не везет в любви. Измени это, Лиз.
Марго подошла сзади и деликатно увела Лизу от сестры.
– Вот видишь, все довольны и счастливы, – сказала она. – Мы заботимся о твоей семье.
Лиза уже не сдерживала слез. Марго погладила его по щеке:
– Ты одна из нас. Мы твоя семья, Лиз. И так будет всегда. Поняла?
Ей ничего не оставалось, как кивнуть и поскорее покинуть эту проклятую квартиру.
Домой она шла словно в тумане, слезы застилали глаза. Сестра с ним не пошла, и она понимала, что, возможно, больше вообще ее не увидит.
Сорвав с двери бумажку с надписью «опечатано», Лиза вошла домой. Родная квартира встретила его вязкой, затхлой тишиной. В гостиной все было разбросано, стояли таблички с номерами улик, а возле дивана подсыхала кровавая лужа.
Одна. Совершенно одна. Тишина давила, захлестывала одиночеством и безысходностью. Лиза медленно сползла по стенке и долго сидела так, обхватив руками голову, чтобы не слышать этой проклятой тишины. Потом взяла коробку со старыми фотографиями, долго перебирала их – маленькие отблески былых счастливых времен. Где они были вместе, улыбались, радовались… И где еще не было никаких демонов.
А теперь у нее не осталось никого. Разве что Ира. Ира, которую она любила и от которой именно по этой причине старалась держаться подальше. Что, правда, не всегда получалось…
И она пришла. Позвонила в дверь, спросила несмело:
– Я могу войти?
Они долго стояли у двери, смотрели друг на друга. Наконец Лиза нарушила молчание:
– Настя уехала работать в Лондон, решила сбежать из этого ада. Я осталась одна.
Ира схватила её за руки:
– Лиз, не надо! Это неправда, ты не одна…
Она подняла на нее покрасневшие от слез глаза.
– Я с тобой! Я не могу видеть тебя такой, это разбивает мне сердце, – твердила Ира. – Я не смогла помочь, я…
– Ты сделала все что могла.
– Нет, это не так! – пылко возразила Ира. – Когда-нибудь я расскажу о себе все.
– Почему бы тебе не сделать это прямо сейчас?
– Потому что я не хочу терять тебя. Я люблю тебя так, что мне больно… И я буду рядом с тобой всегда, – она крепко обняла ее, прижала к себе.
– Ты не понимаешь, что говоришь, – мрачно ответила Лиза .
– Очень хорошо понимаю. И знаешь почему? Потому что внутри тебя – свет.