Глава 9. Когда За Спиной Стоит Ангел
А тем временем Вадим, разбитый и несчастный, обессиленно сидел на диване, и в его глазах стояли слезы. Такого шока он не испытывал никогда в своей жизни. Пять минут назад он получил электронное письмо под милым названием «Сюрприз». Но, боже, он не пожелал бы никому получать такие «сюрпризы»! Его жена… в постели с каким-то типом…
Елена с убитым видом стояла рядом, не решаясь приблизиться к мужу:
– Я ничего не помню… Уверена, он меня чем-то усыпил!
– Хватит! – взвыл Вадим. – Избавь меня от подробностей!
– Но я не виновата!
Вадим тяжело вздохнул и поднялся:
– Я видел фотографии, Лена! Я не выдержу подробного рассказа, мне достаточно и этого!
Елена немного помолчала, а потом тихо спросила:
– Ты не сможешь простить меня?
Вадим тяжело вздохнул. Он бы и рад поверить в ее невиновность, он с удовольствием простил бы ее – но эти мерзкие фотографии так и стояли перед глазами. Любой взгляд на жену напоминал ему о них, и это причиняло невыносимую боль. Он не хотел, нет – он просто не мог видеть сейчас Елену, прикасаться к ней.
– Нет, – выдавил он. – Сейчас я… просто не могу.
Эту ночь он провел на диване.
Утром угрюмая, невыспавшаяся Ира в тяжелых раздумьях вошла в школьный двор.
– Привет! – Лиза со своей ослепительной улыбочкой появилась словно из ниоткуда. – Ты чего без настроения?
– Потеряла…
– Расскажешь, в чем проблема? – Лиза заботливо взяла ее за плечи. – Может, я смогу помочь?
– Вряд ли, – покачала головой Ира. – В моей семье сейчас…
Она не успела договорить – из за угла донеслись громкие крики, похоже, там шла драка. Среди прочих Ира узнала голос Сашки. Недолго думая, она бросилась туда, и Лиза поспешила следом.
– Вор! Мочи его!
Протолкавшись сквозь толпу зевак, Ира с ужасом увидела, как двое прихвостней Серого прижали Сашку к стене, а их вожак с удовольствием лупил его кулаками:
– Ты это надолго запомнишь! Чтоб знал, как воровать!
– Отвали! – орал Сашка, с разбитой губы которого капала кровь. – Я же извинился!
– Извинений мало, – заржал Серый, а следом и его подхалимы. – Попробуй только посмотреть на мой рюкзак, и тебе конец!
С этими словами он так ударил Сашку в живот, что тот скорчился и, если бы его не держали, упал бы.
– Перестаньте! – заорала Ира, расталкивая зевак. – Отпустите его!
Серый замахнулся для нового удара, но тут его руку перехватила Лиза:
– Хватит.
– Чего лезешь?! Он спер у меня мобильник, – Серый попытался высвободить руку, но ему это не удалось.
– Но вернул же?
– Вернул, и что?
– И то, – категорично ответила Лиза, не выпуская его руки. – Конфликт исчерпан.
Серый нагло ухмыльнулся прямо ей в лицо, и тогда Лиза заломила ему руку так, что тот взвыл от боли.
– И еще, – спокойно продолжала она, держа руку Серого в том же положении. – Если я еще раз увижу тебя с ним рядом, мобильник станет самой незначительной твоей потерей. Понял?
– Понял…
Лиза отпустила его.
– Чего уставились? – рявкнул Серый на толпу. – Шоу закончилось!
Его прихвостни наконец отпустили Сашку и поспешили смыться вслед за своим лидером. Сашка, держась за живот, сел прямо на снег.
– Саш, ты как? – подскочила к нему сестра. – Может, врача?
– Я в порядке, – огрызнулся он и, неуклюже поднявшись, заторопился на уроки.
Ира горестно вздохнула, глядя ему вслед, – она просто не понимала, что происходит с братом. Только ли конфликт между родителями так дурно повлиял на его характер, или, может, были другие причины?
Сашка, прежде чем идти на уроки, решил привести себя в порядок. Он зашел в туалет, умылся, полюбовался на распухшую губу. На душе было отвратительно. Вчера, наслушавшись мудрых, как ему казалось, речей той странной девочки, он взял чужое без спросу и чувствовал себя крутым, которому все нипочем. А сегодня – избит и опозорен на всю школу. Выходит, быть плохим – совсем не так круто, как она говорила?
– Никто не имеет права так обращаться с тобой! – раздался за спиной знакомый голос. – Не позволяй Серому унижать себя.
Сашка вздрогнул, поднял голову – и увидел в зеркале ту самую девчонку, стоящую у него за спиной. Резко оглянулся – рядом никого не было.
Что за дьявольщина?! Он заметался, хотел бежать прочь, но в этот момент зловещая девчонка вышла из-за угла.
– Ты же помнишь, до чего он довел Андрея, – невозмутимо продолжила она. – А теперь взялся за тебя.
– Что тебе от меня надо? – нервно спросил Сашка. Ему было страшно.
– Мне от тебя – ничего, – глядя ему в глаза, ответила Агнесса. – Это я нужна тебе. Серый заставил смеяться над тобой всю школу, – тон ее стал повелительным. – Отомсти ему!
Вот этого Сашка жаждал сейчас больше всего на свете!
– Но… как это сделать?
И тогда эта невероятная девчонка вынула из кармана дорогой мобильник и протянула ему. Сашка сразу узнал его – это был новенький телефон директрисы. Что требовалось от Сашки – он как-то сразу понял без слов.
Немного поколебавшись, мальчишка взял телефон.
* * *
Елена Лазутчикова переступила порог больницы с тяжелым сердцем. И дурные вести не заставили себя ждать. Сначала на нее набросилась дочь Кравцова, грозила судом. Учитывая, что она была по профессии адвокатом, это были не простые угрозы. Сам Кравцов был еще жив, но в критическом состоянии. Ему срочно требовалась повторная операция, но заведующая, Нина, и слышать не хотела, чтобы ее проводила Лазутчикова .
– Люблю больницы! – разглагольствовал Феликс, развалившись на кровати Мартина и сплетая трубки из капельницы какую-то несуразную фигурку. – В них постоянно кто-то умирает.
– А я люблю принимать в этом деятельное участие, – подхватил Мартин, оседлавший тумбочку.
– Я заметил, – ухмыльнулся Феликс. – И выходит весьма недурно.
– Это комплимент?
– Погоди, дай подумать, – важным тоном изрек Феликс, подняв палец. – Э-э-э… Нет!
Демоны весело захохотали.
– Выметайтесь отсюда. Оба!
В двери палаты стоял человек в хирургическом костюме.
– Ваше место в преисподней, – тихо и грозно сказал Михаил, подходя ближе.
– Потому что ты так сказал? – осклабился Мартин, поднимаясь, и оба демона двинулись навстречу неожиданному противнику.
– Потому что так было и будет всегда.
Один короткий взмах – и оба, не успев опомниться, по дуге отлетели назад и шмякнулись в стенку. Какое-то время длилась потасовка, в которой были задействовано все, что попадалось под руку, включая подставку для капельницы, судно и мебель. Наконец Мартин, шатаясь, поднялся:
– Ты же знаешь, что тебе нас не убить!
Под властным взглядом Михаила Мартин, а за ним и Феликс, потирая ушибленные места, побрели на выход. Михаил проследил в окно, как они забрались в большой черный внедорожник, идиотски улыбаясь, помахали ему руками и укатили.
Елена, сидевшая на скамейке у входа, даже не заметила, что ее злополучный «пациент» покинул больницу. Слезы застилали ей глаза. Время от времени пиликал мобильник – звонила Ира, – но мать не брала трубку.
А Ира вся извелась, пытаясь дозвониться до мамы. Чувство тревоги перешло все границы. Уроки, перемены – она звонила и звонила, но трубку никто не брал.
В конце концов девушка не выдержала и, сбежав с последних уроков, направилась в больницу.
В больничном холле было пустынно. Ира свернула в знакомый коридор, как вдруг услышала за спиной мужской голос:
– Ее нет.
Не обратив внимания, она хотела последовать дальше, но голос повторил громче:
– Ира! Твоей мамы нет в больнице.
Теперь она оглянулась. Тот самый странный доктор стоял у стены, озаренный, как ей показалось, каким-то теплым сиянием…
– Меня зовут Михаил, – сказал он. – Я такой же, как ты.
– Как я… – Ира поняла, что он имеет в виду. – Понятно. Тебя послал Ян?
– Нет. Я поддерживаю жизнь в человеке, которого чуть не убила твоя мама.
– Моя мама?! – не поверила своим ушам девушка. – Где она? Чем я могу ей помочь?!
– Ты должна вернуть Книгу, Ира. Тогда ты сможешь спасти свою семью.
– Но ее нигде нет! – в отчаянии воскликнула она. – Я пыталась найти… Помоги мне!
– Я не в силах тебе помочь, – развел руками Михаил. – Ты должна по-настоящему захотеть этого, тогда Книга найдет тебя сама.
Тепло улыбнувшись, он пожелал ей удачи и ушел. Ира осталась стоять, растерянно глядя ему вслед.
* * *
Саша напряженно приник к стеклянной двери классного кабинета. Минуту назад туда вошла директриса, и теперь он слушал, как она жаловалась биологичке на пропажу мобильника.
Саша бысто набрал номер директрисы на своем вечно ломающемся телефоне, который сегодня неожиданно стал работать исправно.
В классном кабинете зазвучала мелодия популярной песни. Директриса и учительница вздрогнули и повернулись в сторону задних парт. Мобильник заливался в чьем-то рюкзаке.
– Такая же мелодия стоит у тебя на звонке, – ошеломленно сказала биологичка.
Она бегом кинулась на звук и моментально вычислила рюкзак, в котором звонил телефон.
В этот момент прозвенел звонок, и в класс стали заходить ребята. Серый беззаботно прошел к своей парте.
– Сергей, это твой рюкзак? – спросила биологичка.
– Мой, – не чувствуя никакого подвоха, ответил Серый.
– Открывай, – велела она.
– Пожалуйста, не надо, – попыталась вмешаться Алла Сергеевна. – У нас могут просто совпадать музыкальные вкусы…
Но учительница уже запустила руку в раскрытый рюкзак, и на свет был извлечен мобильник директрисы. В классе воцарилась немая сцена.
– Завтра же родителей в школу! – вынесла гневный вердикт Алла Сергеевна.
Сашка мрачно уставился в пол. Месть свершилась, справедливость восторжествовала – но отчего же на душе было так тяжело?
* * *
За окном уже совсем стемнело. Вадим рисовал, ломая карандаши и чертыхаясь, он старательно трудился все эти дни, и сегодня у него получилась наконец достойная внимания картина. Ангел и демон сходились в своей извечной битве. Внешним видом они напоминали обычных людей – никаких рогов, хвостов и крылышек, – но все же сразу было видно, что это не просто люди, а именно ангел и демон – живые воплощения Добра и Зла. И победить в этой схватке должен был демон. Потому что в руках он держал пылающий огненный меч – у ангела же не было ничего, да и выглядел он слабее. Зло всегда побеждает – эти слова художник услышал вчера от сына, и огненный меч тоже позаимствовал с его рисунка.
– Вадик… Ужин готов, – робко предложила Елена.
– Спасибо, я не голоден.
Жена открыла было рот, чтобы что-то сказать, но передумала и, понурившись, побрела на кухню.
Ира тяжело переживала этот разлад. Она подошла к отцу, положила ему руку на плечо:
– Ты почему не идешь ужинать, пап?
И тут ее взгляд упал на рисунок.
– Папа, что это?!
Так и не дождавшись ответа, Ира в ужасе прошла в свою комнату, села и заплакала. Ее семья рушилась, и она ничем не могла этому помешать.
– Ну где же ты, Книга, когда ты так нужна?!
Она долго лежала в темноте, погруженная в свои тяжелые мысли, пока в конце концов ее не сморил крепкий сон.
А когда Ира утром проснулась, то первым делом увидела Книгу, лежащую на прикроватной тумбочке. Остатки сна слетели мгновенно, Ира подскочила, схватила фолиант в руки, раскрыла.
В этот раз там не было никаких изображений: из Книги просто полился свет – мягкий, теплый, он разливался вокруг, окутывая Иру с ног до головы, и ее охватило удивительное состояние, чем-то похожее на невесомость.
– Ии-ир! – раздался с кухни голос брата. – Кое-кто проспал!
– Иду, – ответила Ира, одеваясь.
– Мам, – ябедничал братишка. – Кое-кто решил прогулять!
– У меня проблемы с дикцией? – громко спросила Ира, выйдя из комнаты. – Сказала же – иду.
Похоже, брат ее не услышал, потому что покосился на дверь и проворчал:
– Если бы я проспал, меня бы в одних трусах на улицу вытолкали.
Оглох он, что ли, подумала Ира. Сашка встал из-за стола и пошел к холодильнику. Он шел прямо на сестру, даже не пытаясь обойти ее. Она в последний момент отпрянула, но все равно брат налетел на нее плечом.
Удивительное дело – Ира совершенно ничего не ощутила, прошла как сквозь воздух! Сашка, похоже, тоже не заметил столкновения.
– Ну что ты кричишь? – в кухню, ссутулившись, вошла мама, и вид у нее был несчастный и замученный. – Отца разбудишь.
Отец спал на кухонном диванчике. Он коротал здесь уже вторую ночь.
– А почему Ире можно прогуливать, а мне нет? – обиделся Сашка.
– Ира не прогуливает, она ушла раньше тебя, – ответила мама. – А вот ты опаздываешь.
И тут до девушки дошло – да ведь они не видят ее! Она стала неосязаемой невидимкой, которую вдобавок невозможно услышать!
– Доброе утро, мам! – как можно громче сказала Ира.
Мама даже не посмотрела в ее сторону. Догадка оказалась верной. Она – ангел. А ангелы бывают невидимыми. Они творят добрые дела тихо, и подсказанные ими советы люди обычно воспринимают как свои собственные мысли…
Еще одна догадка озарила Иру. Так вот что она должна сейчас делать!
Сашка ушел на занятия, а мама еще какое-то время стояла и смотрела на спящего мужа. Наконец она тяжело вздохнула и пошла собираться на работу.
– Подожди, мам! – сказала Ира уверенно.
Мама остановилась. Обернулась, о чем-то раздумывая. Ира сконцентрировала свое внимание на спящем отце – и мама подошла к нему.
– Поцелуй его, – сказала Ира.
Елена наклонилась и поцеловала.
– Прости меня, пожалуйста, – прошептала она.
– Конечно я тебя прощаю, – сказала Ира отцу едва ли не в самое ухо. Тот приоткрыл глаза.
– Конечно я тебя прощаю! – повторила Ира.
– Конечно я тебя прощаю, – ответил Вадим жене.
Елена просто расцвела в улыбке. На цыпочках выйдя из кухни, она пошла собираться на работу.
А Вадим встал, прошелся по кухне, разминаясь, и направился к своему рабочему столу. Ира следовала за ним. Он взял со стола завершенный вчера рисунок, где демон убивал огненным мечом поверженного ангела, и залюбовался – хорошо сделано!
Ира стояла рядом и, сконцентрировав все внимание, смотрела на отца пристально и сурово.
Вадим перестал улыбаться. Теперь он смотрел на рисунок словно впервые и недовольно качал головой.
Что я рисую? Зачем мне нужно это торжество Зла над Добром? Насиловать себя, свой талант ради денег?!
Ну уж нет! Душа художника не продается! И не нужна мне такая работа!
Вадим решительно разорвал рисунок, бросил в пепельницу и поджег. Секунду спустя туда отправились остальные эскизы и наброски с демонами и чудовищами. В пепельнице заполыхал настоящий костер, нарисованные монстры корчились в пламени. Ирин взгляд зацепился за темную фигурку демона, прежде вздымавшего огненный меч, а теперь словно пытавшегося прикрыть рукой голову. Но тут по картинке пополз огонь, и через пару секунд демон обратился в щепотку серого пепла.
Вадим снова улыбнулся – казалось, у него с души свалился камень.
Елена Лазутчикова и Слава шли больничным коридором и беседовали, а за ними, никем не видимая, кралась Ира. Впрочем, кралась она скорее машинально – все равно ее никто не видел и не слышал. По словам Славы, Кравцов был еще жив только каким-то чудом.
Они вошли в кабинет заведующей, и Ира юркнула следом.
Девушка молча слушала, как мама пытается убедить Нину позволить ей провести повторную операцию, но та была категорична:
– Я не могу идти на такой риск!
– Нина! – взмолилась Елена. – Наша работа – спасать людей! Я совершила ошибку, но я не могу бросить пациента в таком состоянии. Я врач прежде всего. Пожалуйста! Ты можешь отстранить меня после, даже если операция пройдет успешно.
Нина на миг задумалась, но вновь покачала головой:
– А если нет?
– Нельзя терять время! В таком состоянии он долго не протянет.
В поисках поддержки Лазутчикова оглянулась на Славу, но тот тоже покачал головой:
– Без согласия дочери Кравцова мы ничего не можем делать.
– Получи ее согласие, – обратилась Елена к заведующей. – Просто не говори, что оперировать буду я.
– Лена, – осторожно подбирая слова, ответила Нина. – Ты лучший хирург из тех, с кем я когда-либо работала. Но – нет. Я не могу…
– …я не могу помешать тебе провести эту операцию. Все в твоих руках. Будь осторожна. Удачи, – заговорила Ира, сконцентрировав на заведующей все внимание.
– …не могу помешать тебе провести эту операцию, – неожиданно для себя сказала Нина. – Все в твоих руках, будь осторожна. Удачи!
Лицо Славы вытянулось, а Елена едва не подпрыгнула от радости:
– Спасибо! Я не подведу!
И она чуть не бегом выскочила из кабинета. Ира поспешила за ней.
– Ты разрешила ей? – изумился Слава.
– Я же сказала, – властным начальственным тоном ответила Нина и тут же растерянно переспросила: – Что? Я так сказала?
Ошарашенный ассистент только кивнул.
Операционную приготовили быстро.
– Ну как настрой, готова? – поинтересовался Слава, пока Елена мыла руки.
– Да. Через две минуты начнем.
– Не волнуйся, мама, – с улыбкой сказала Ира. – У тебя все получится.
Елена, конечно, не услышала этих слов, но почувствовала себя немного спокойнее. Она сделала глубокий вдох и шагнула в операционную. Немного подумав, Ира пошла следом.
Во время операции Слава то и дело поглядывал на Елену, но ничего странного в этот раз не происходило. Лазутчикова вновь подтверждала свою славу лучшего хирурга больницы.
– Все идет отлично! Молодец!
Елена только улыбнулась в ответ и продолжила свою работу.
И вдруг в ее голове вновь зазвучал уже знакомый протяжный свист. Лазутчикова попыталась отогнать дьявольское наваждение, но тут в сознании снова все поплыло, она почувствовала, что руки стали плохо ее слушаться, а сама она впадает в какое-то странное, похожее на наркоз состояние.
Слава это заметил тут же:
– Лена? Что случилось?
На лбу у Елены выступил пот, медсестра хотела промокнуть его тампоном, но Лазутчикова молча покачала головой и – от греха подальше – отдала ей скальпель.
– Я не могу…
– Лена, опять? – рассердился Слава. – Да что с тобой?!
– Не знаю… – простонала Лазутчикова , чувствуя, как ее охватывает паника. – Не могу… Продолжай ты.
Она тяжело дышала, ее бросало то в дрожь, то в пот.
– Мама! – закричала Ира. – Возьми себя в руки! Ты можешь, ты сильная!
Но мама не слышала ее слов.
Мартин, довольно улыбаясь и зажмурив от наслаждения глаза, стоял посреди больничного коридора и самозабвенно насвистывал.
– Концерт окончен! – жестко велел Михаил, останавливаясь рядом.
– Тихо, – театрально воздел руки демон. – Смерь рядом с нами, не спугни. Дай насладиться этой музыкой!
Вместо ответа Михаил схватил его за грудки и швырнул вперед. Демон пролетел совсем немного и упал, приземлившись всем телом на песок. Не больничные стены были теперь вокруг, а пустынный каменистый морской берег и древние безжизненные руины чуть поодаль. Рваные облака застилали небо, закрывая солнце.
Впрочем, Мартин тут же вскочил на ноги и набросился на Михаила, стоявшего рядом. Сбив его с ног, демон попытался ударить в лицо, но был отброшен в сторону. Быстрее молнии он снова оказался рядом, и за этим последовала яростная схватка. Демон в черной кожанке и Михаил в своем хирургическом костюме бились не на жизнь, а на смерть. Вцепившись друг другу в глотки, они упали и покатились по камням.
– Зачем ты притащил меня сюда?! – прохрипел Мартин, подхватываясь. – Сам знаешь, что тебе никогда нас не победить. Ни-ког-да! – он зло рассмеялся. – Вы нуждаетесь в нас! Нет света без тьмы, добра без зла. Признай это!
Михаил ничего не ответил, только окинул демона взглядом, в котором сквозила жалость. Мартин взмахнул рукой, и возникшая ударная волна едва не сбила Михаила с ног, но все же он устоял.
И тогда Мартин метнул в Михаила длинный кривой нож. Михаил ловко увернулся, но за первым ножом последовал второй, третий, четвертый, десятый… Михаил вынужден был отступить. В этот момент среди рваных темных туч на миг показалось солнце. Яркий его луч упал на землю, а вместе с ним – длинный светящийся меч. Оба соперника бросились к нему, но перехватить сияющее оружие успел все-таки Михаил.
С легкостью отразив мечом последние брошенные ножи, он пошел прямо на Мартина. Тот испугался, метнулся прочь, но зацепился за камень и упал, а в следующий миг Михаил приставил меч к его горлу.
– Тьма – это отсутствие света. Мы не нуждаемся в вас, – сказал он. – Пришел твой последний час, Мартин.
С этими словами Михаил вонзил сияющий клинок в грудь демону. Глаза Мартина налились чернотой, но в следующий миг тело его охватило пламенем, оно в считаные секунды обуглилось и рассыпалось в прах.
Холодный морской ветер тут же принялся разметать этот пепел во все стороны, и только почерневший меч остался торчать посреди каменистой площадки.
Михаил повернулся и пошел прочь – по больничному коридору.
…Елена Лазутчикова сделала глубокий вдох. Дьявольская мелодия прекратилась так же внезапно, как и началась.
– Мама! – теребила ее Ира. – Возвращайся к работе, спаси его.
Елена замерла – ей показалось, что она услышала голос дочери. Еще раз глубоко вдохнув, женщина подошла к операционному столу:
– Позволь мне продолжить.
– Лена, ты не можешь в таком состоянии вести операцию, – возразил Слава.
– Со мной уже все в порядке, – уверенно ответила Елена. – И больше этого не повторится. Мы должны спасти его.
Ей подали скальпель.
– Поздравляю! – расплылась в улыбке Нина, когда уставшая, но довольная Елена вышла из операционной. – Слава сказал, ты была на высоте.
– Спасибо!
– Я знала, что ты справишься.
Ира стояла за спиной у матери. И вдруг она увидела Михаила. Тот шел по коридору шатаясь, белоснежный его костюм был перепачкан, а на щеке запеклась глубокая рана. Но ореол теплого света вокруг него, казалось, стал чуть ярче.
– Подожди! – окликнула Ира, подбегая ближе. – Я вернула Книгу!
– Я не сомневался в этом, – с ласковой улыбкой ответил он. – А теперь мне пора.
– Ты уходишь? Но куда? А если мне понадобится твоя помощь?
– Ты не останешься одна. А за меня не волнуйся, я прожил прекрасную жизнь. Удачи тебе!
И он пошел дальше по белоснежному, ярко освещенному больничному коридору, пока не исчез с глаз в потоке света…
– Ира?! – изумленный мамин возглас вырвал девушку из раздумий. – Ты что здесь делаешь?
– А-а… – промямлила Ира, соображая, что теперь она снова видна. – Ты не отвечала на звонки, и я беспокоилась. А почему вы такие счастливые?
– Твоя мама провела самую трудную операцию в своей жизни! – гордо объявила заведующая. А мама вдруг, поддавшись порыву чувств, заключила Иру в объятия:
– Ты мой ангел! Теперь все будет хорошо.
* * *
Саше было страшно. Эта зловещая девчонка, чьи речи поначалу казались ему такими убедительными, преследовала его на каждом шагу. На переменах он то и дело ощущал на себе тяжелый, жуткий взгляд ее темных глаз. Теперь он боялся ее, а еще у него было тяжело на душе из-за всего того, что он натворил по ее наущению. Он ведь не хотел этого, правда! Просто… просто эта девчонка обладала каким-то дьявольским умением внушать. Гипнотизерка она, что ли?..
Так Саша раздумывал, шагая по коридору по направлению к холлу. И вдруг его сердце ушло в пятки – страшная девчонка стояла прямо посреди прохода и не сводила с него своего немигающего взгляда.
Что она еще задумала? Из-за нее он уже стал вором, а теперь, чего доброго, она его толкнет и на убийство?!
Сашка, не задумываясь, юркнул в дверь туалета. Прислушался, подождал пару секунд…
– Ты слабак!
Сашка боязливо оглянулся – знакомая темная фигурка стояла у него за спиной.
– Неправда, – собрался он с духом. – Я не слабак!
– Теперь Серый будет изо дня в день над тобой издеваться, пока ты не прыгнешь с крыши, как Андрей, – своим властным тоном продолжала девочка.
Ну точно, провоцирует на самоубийство, подумал Сашка.
– Уходи! – заорал он. – Я не буду тебя слушаться!
И тут девочка исчезла прямо на его глазах! Но не успел Сашка удивиться, как она снова вышла из-за угла, загородив путь к выходу.
– А ведь я могу дать тебе все что угодно! – теперь ее голос был вкрадчивым. – Это легко.
– Дай пройти!
– Тебе надо всего лишь плохо себя вести, и я подарю тебе все, что захочешь! – она смотрела ему прямо в глаза. – Как тебе такой план?
– Кто ты? – не удержался Сашка от мучившего вопроса.
– Угадай, – ухмыльнулась Агнесса.
– Ты – зло, – только так он и сумел выразить свою догадку.
– Ой, только не плачь! – хмыкнула она.
– Уходи! – решительно заорал Сашка. – Я не хочу тебя больше видеть! Слышишь? Я не хочу быть плохим!
Сказав эти слова, он крепко зажмурился, чтобы не поддаться ее дьявольскому гипнозу. И решился открыть глаза, лишь когда хлопнула дверь и раздались чьи-то посторонние шаги.
В туалет вошла Лиза.
– Ты чего такой зашуганный? – обратилась она к Сашке. Тот оглянулся по сторонам:
– Она ушла?
– Кто? – удивилась Лиза.
– Злая девочка …
– Саш, ты в мужском туалете!
– Ладно, проехали, – смутился мальчик и выбежал в коридор.
– Саш, а почему Ира не в гимназии? – крикнула Лиза ему вслед, но тот был уже слишком далеко.
Тогда Лиза – в который уже раз за сегодня – попыталась дозвониться до Иры, но автоответчик вежливо посоветовал ей перезвонить позже или оставить сообщение.
– Ир, привет, – сказала она тогда в трубку. – Я понимаю, что ты отключила мобильник, чтобы отдохнуть от назойливых поклонников, но пожалуйста, перезвони мне. Я волнуюсь…
– В твоем положении только и остается, что волноваться, – прищурилась «злая девочка», материализуясь рядом.
А Сашка дошел до конца коридора, но прежде, чем свернуть за угол, остановился и прислушался. Там, за углом, находился кабинет директрисы, и сейчас до мальчишки донесся ее строгий голос:
– …Такие поступки в нашей школе недопустимы! Но в этот раз мы ограничимся предупреждением и трудотерапией.
Сашка осторожно выглянул из-за угла. У кабинета стояли Алла Сергеевна и родители Серого, и он сам топтался рядом, уныло разглядывая пол.
– Сережа! – горестно вздыхала мать. – Я до сих пор не могу понять – почему? У тебя же все есть…
– Вот именно! – рявкнул отец. – Не отказывали ни в чем, и вот они, плоды вседозволенности! Теперь ни телевизора тебе, ни компьютера – месяц!
– Не надо кричать, я тебя прошу, – схватила его за руку жена. – Не на всю школу…
– Уже и так вся школа знает, что наш сын вор!
И тогда Саша решительно вышел из-за угла:
– Серый не вор!
– Саша, неприлично вмешиваться в разговор, тем более, если тебя это не касается, – сказала Алла Сергеевна.
– Только меня он и касается, – мотнул головой мальчик. – Это я украл ваш телефон!
Воцарилась тишина.
* *
Только вечером Ира вспомнила о своем мобильнике, который отключила еще утром, отправляясь в больницу. Включила – и обнаружила голосовое сообщение.
«…Перезвони мне, я волнуюсь!» – звучал из трубки милый сердцу голос. Обрадованная Ира несколько раз подряд набрала номер Лизы, но услышала только долгие гудки. Тогда она отправила ответное сообщение:
– Лиз, привет! Я в порядке. Тут такое было! Позвони, как получишь это сообщение. Пока!
И, счастливая, растянулась на кровати, предаваясь мечтам.
«..Позвони, как получишь это сообщение. Пока!» – прослушивала Лиза , направляясь в свою комнату.
Почти одновременно с Ирой она нажал кнопку «отбой» и бросила телефон на кровать.
– Даже не перезвонишь ей?
У окна, скрестив руки на груди, стоял Ян. Вот уж кого Лиза никак не ожидала здесь увидеть!
Пока девушка пыталась подыскать слова для ответа, Ян разочарованно протянул:
– Значит, это все-таки игра. А я-то думал…
– Я не обязан тебе ничего объяснять!
– Когда Ира узнает, кто ты, тебе придется объясниться с ней, – продолжал Ян.
Лиза растерялась, но постаралась сохранить невозмутимость:
– Если ты так заботишься об Ире, то почему не расскажешь ей про меня?
– Ира должна сама все узнать, – возразил Ян. – Когда-нибудь она научится распознавать истинное зло, несмотря на свои чувства.
– Ты знаешь, кто я, – Лиза сумела изобразить саркастичную ухмылку. – Зачем тогда пришел?
– Ты была другой, – грустно ответил Ян, и Лиза перестала ухмыляться. – Каждую минуту я слежу за тобой…
Секунду спустя Лиза обнаружила, что находится в комнате одна.
Сашка в резиновых перчатках долго и безуспешно пытался смыть со стены гимназии большое и уродское граффити, но краска только размазывалась по стене. В сердцах он швырнул тряпку на землю. Вот такую «трудотерапию» ему прописали в наказание за украденный мобильник.
– Что, запрягла тебя директриса? – ухмыльнулся проходивший мимо Серый. – Да не дрейфь! – добавил он, видя, как Сашка отшатнулся, и протянул руку.
Сашка пожал ее прямо в своей измазанной перчатке.
Серый деловито оглядел Сашкино чистящее средство.
– Этим ты еще долго оттирать будешь. Это я тебе как автор граффити говорю! – усмехнулся он. После чего вытер руки о штанину и удалился, беззлобно бросив на прощание: – Приятного тебе вечера, лузер!
Сашка не обиделся. Теперь на душе у него было легко и радостно.