Конец
У омеги, кажется, текут слюнки, когда он, Тэ, смотрит на меню с различными вкусностями. Чон пробегается глазами по всем блюдам, задерживая взгляд на мясе по французски и довольно тычет пальцем в красиво изображённое приготовление.
Альфа, подзывая к себе официанта, наблюдает за восторженным Тэхёном, который вот уже некоторое время не выходил из дома. Он перелистывает страницы, останавливаясь на сладком и шепча Чонгуку о том, что хотелось бы попробовать что-нибудь необычное, но в то же время вкусное. Поэтому старший заказывает на десерт два кекса внутри которых заточено шоколадное напополам с ванильным мороженое.
- И кто же такой Чонджу? - Тэхён отпивает из принесённого официантом ранее стакана вишнёво-яблочный сок, морщась от приятной кислинки во рту.
И тут начинается рассказ Чонгука об омеге, которому когда-то было отдано его сердце. О том, как он, будучи ещё совсем зелёным, ухаживал за этим ненавистным Чонджу, как добивался его ещё со школьных времён. Чонгук рассказывает о первом поцелуе в кабинке туалета, о том, как впервые получил пощёчину и решил, что больше не будет таким настырным и пугающим. Альфа оправдывает все свои глупые поступки подростковым максимализмом, говоря, что время пришло, и он остепенился.
Чон старший говорит о том, как впервые привёл своего парня в дом, познакомил с родителями, говоря, что хочет свадьбу, но те были против. То ли из-за того, что Гуку тогда было каких-то 19 лет, то ли из-за того, что Чонджу, несмотря на свой возраст, а на тот момент ему было 21, был очень избалованным.
- Он был не самым покладистым... просто привлекал меня чем-то, - Чон пережевывает поданную еду, иногда запивая её горьким кофе.
Спустя пару минут альфа оступается, рассказывая об их первом сексуальном опыте и том, как Чонджу чуть не забеременел. У бывшего Кима сводит скулы, потому что слышать об этом неприятно. И младшему вообще пофиг, что он сам настоял на том, чтобы Гук рассказал историю до конца.
- Эй, ты покраснел, - Чон прикладывает пальцы тыльной стороной к щеке, - тебе плохо?
- Я убью его, - резко меняется в лице омега, отвлекаясь от еды и кладя руки на выпирвющий животик, - он такой подонок! Позорит всех омег, - Тэ срывается на крик, не замечая взволнованных взглядов со стороны.
- Люди подумают, что мы ругаемся, - Чон оглядывается по сторонам, протягивая ладонь любимому и беря его руку в свою, - не кричи так больше; сейчас десерт принесут, - пытается успокоить разбушевавшегося Тэхёна Чонгук.
Младший ещё несколько минут дуется, но после отвлекается от плохих мыслей, концентрируя всё своё внимание на кексе, пахнущем так сладко и знакомо, что Тэ невольно вспоминает, как когда-то слизывал шоколад с торса Чонгука. О, да. Было очень пошло, но в то же время вкусно. Тэ давится сладостью, краснея и кашляя одновременно.
- Ты чего? - Гук подлетает к мужу, становясь со спины и аккуратно водит по кругу на лопатках.
Тэхён притягивает аккуратно Чонгука за накачанную руку, думая, что он скорее уже хочет ощутить всю мощь тела своего мужа. Он приближается к уху как-то непозволительно долго, позже шепча то, о чем думал минутой ранее.
Чон старший заливается краской, косясь на озабоченного и уж очень чувствительного к разным запахам мужа. Альфа садится обратно на стул после того, как его омега приходит в норму и продолжает спокойно поедать кекс. А Чонгук смотрит на него, вдыхая сладкий аромат и вспоминая тот самый вечер на двоих. Внизу живота потихоньку образовывается тугой, неприятно тянущий узел. Шатен вспоминает жаркие поцелуи в постели, то, как его муж царапал спину в те моменты, когда особо получал удовольствие, утопая в объятиях и пошлых прикосновениях.
Но потом, когда взгляд поднимается к беременному мужу, поедающему с огромным удовольствием выпечку, возбуждение немного спадает. На смену ему приходят немного иные чувства - нежность и успокоение. Чонгук с обожанием смотрит на испачканную в шоколаде и сахарной пудре моську, как омега сладко причмокивает, облизывая длинные пальцы. Выглядит и мило, и сексуально одновременно, поэтому губы старшего атакует немного дурацкая улыбка, как бы говорящая "Да, я влюбился в этого мальчишку-поросёнка, но посмотрите, он же чертовски сексуален". Альфа заказывает ещё пять таких кексов, прося, чтобы их принесли через минут десять.
- Теперь домой? - старший, вставая и направляясь в туалет, останавливается рядом с мужем, наклоняясь и целуя в мягкую щёку, - собирайся, я пока пойду помою руки...
***
- Когда ты познакомишь меня с родными? - грубый голос парня заставляет Хосока отвлечься от очень важного дела - игры в приставку. Выжженные белой краской для волос пряди прилипли к вспотевшему лбу и теперь выглядят грязными.
Чон томит, не желая отвечать на вопрос. Потому что сам не знает на него ответ, потому что боится признаться себе, что, возможно, никогда и не познакомит.
- Мне страшно, - откладывая джойстик в сторону, дрожащим голосом говорит Хо, - я... понимаешь... это сложно.
Брови молодого человека сводятся к переносице, делая взгляд более суровым и жестким. Но Чон Хосок слишком хорошо знает своего парня, чтобы поверить в то, что тот злится.
- Чего ты боишься? - высокий, крупный по своему телосложению парень подползает к альфе ближе, кладя мягкие, даже несмотря на то, что множество раз крашенные волосы на колени, впиваясь уж слишком милым взглядом в лицо, - того, что не поймут твои чувства, или того, что не примут наши отношения? Ты же сам говорил, что твои родители адекватные люди...
Хосок задерживает взгляд на вздымающейся груди любимого, как спокойно он дышит, но чётко слышит, как быстро стучит его сердце. Он нервничает. Нервничает, но не показывает этого, пытаясь казаться взрослым.
- Мы - альфы, Намджун! То, что делаем мы против природы, против правил! - Хосок срывается, прикрикивая на растерянного мальчишку. Этому блондину, влюбившемуся в альфу, всего-то девятнадцать лет. Старший альфа старше его на десять лет. Это не мало... Намджун хороший человек. Честный, порядочный, думающий не по своим годам. Парень шикарный любовник, психолог и друг. Он идеальный.
- Кого это волнует? - по коже Чона бегут мелкие мурашки, когда он замечает внимательный, пронзающий взгляд своего парня. Намджун выглядит так, словно по его достоинству прошлись в испачканных с налипшей грязью сапогах, - если ты меня любишь, то какой смысл в этой природе и тем более правилах? Если я хочу тебя физически и морально, то почему это нужно считать плохим? Потому что мы оба альфы? Почему, если тебе нравится не пихать, а когда в тебя пихают, то это неправильно?
Чон переваливается ловко, седлая своего парня и глядя в его тусклые глаза. Хосок, словно охотящаяся рысь, приближается к пухлым губам Кима, сдерживая тянущиеся к талии чужие руки своими, сводя их над головой.
Старший целует страстно, прикусывая язык и губы, позже собирая с них оставшиеся чужие слюни. Хо исследует чужой рот в тысячный раз, кажется.
Мужчина вбирает в свой рот чужой язык, посасывая его и кряхтя от удовольствия. Под задницей чувствуется чужое возжбуждение, по которому старший уже не первый раз елозит. Хосок обнимает за крепкую спину долго, крепко и очень жадно, пытаясь, кажется, слиться с парнем в единое целое.
Хосок думает о том, что по-настоящему он счастлив именно сейчас. Ему нравится чувствовать себя слабым, ему нравится, когда грубые руки Намджуна ложатся на его тонкую талию, сильно сжимая, так, что аж в глазах темнеет. Ему нравится то чувство, когда над ним доминируют, и он считает это отклонением от нормы. Единственная проблема Хосока - забота о мнении окружающих.
- Или ты боишься, что это всё не серьёзно? - Нам говорит те самые слова, над которыми уже около месяца думает Хосок. Мужчина всю голову себе забил мыслями о том, что Ким - всего лишь обычный подросток, которому хочется попробовать всё. В его теле бушуют гомоны, и всё это - юношеский максимализм, не позволяющий думать наперёд.
Хосок правда не хочет обижать Кима. Но получается само собой. После затянувшейся тишины подросток аккуратно касается щеки Чона, ведя по скуле и останавливаясь на худой шее. Намджун встаёт с нагретой кровати, натягивая огромную чёрную футболку с принтом группы "KISS", целует альфу куда-то за ушком и бредёт к балкону.
- Я покурю и вернусь, - малец не хочет показывать все свои эмоции, считая себя взрослым. Но кто объяснит этому подростку, что Хосок боится не только за себя.
Быстро удаляющаяся фигура приковывает взгляд. Чону и правда интересно, почему они так отличаются друг от друга абсолютно всем? То есть... Намджун, несмотря на свой юный возраст, очень высокий, мускулистый и выглядит минимум на 23. Хосок же, в свои-то годы, намного ниже, да и таких бицепсов у него нет. Если не считать запаха, Намджун превосходит его, как альфа, во всём.
Старший альфа много думает о том, что Намджун ни разу за год их с ним отношений не позволил усомниться в своих чувствах. Он познакомил Хосока со всеми друзьями и даже некоторыми родственниками, включая отца и папу. Никогда не отчитывал за пьянки с друзьями, но ругался несколько раз из-за поцелуев с другими на нетрезвую голову. Чон думает о том, сколько понадобилось усилий Киму, чтобы его родители приняли старшего. И они ведь действительно приняли. Первое время, конечно, было трудно, но позже стало легче и лучше.
- Я люблю тебя, - как только балконные двери впускают обратно озябшего от холода младшего альфу, потирающего замёрзшие плечи ладонями, на него тут же налетает раздосадованный Чон, обнимая с новой силой и целуя холодные губы со вкусом никотина, - завтра! Завтра я познакомлю тебя со своим двоюродным братом... не то, чтобы я боялся вести тебя сразу к родителям, просто встреча с ним предаст и тебе, и мне уверенности...
Сегодня Хосок останется ночевать у своего парня. Они будут всю ночь разговаривать о том, как лучше себя вести Киму в компании брата и его беременного мужа. Будут говорить о том, как же всё-таки хорошо, что они встретились той ночью в баре. Младший альфа залюбуется светлой улыбкой Хосока, забудется и поцелует его, плавясь от ощущений. А под утро, когда солнце начнёт появляться на горизонте, оба парня уснут, ставя будильник на 15:35...