Глава 20
Я пробиралась сквозь людей, обсуждающих победителя гонки. Пол всеми силами старался, чтобы я не столкнулась ни с кем больными местами. Мое сердце делало тройное сальто. Несмотря на то, что я не участвовала в гонке, не могла сдержать радость за победу Адама. Такое чувство, словно я сама ехала по этой трассе, все эмоции были на мне и во мне. Я испытала такой драйв, который не ощущала даже сидя за рулем своей тачки.
Адам все еще был на улице, в безопасной зоне от разъеренной толпы. С кем-то разговаривая, он не сразу заметил меня, а когда увидел, его лицо расплылось в сияющей улыбке.
— Это было прекрасно! — крикнула я и прыгнула к нему на шею.
— Полегче, сладкая. Не забывай про свои больные места, — улыбнулся Адам, мягко прижимая меня к себе за талию.
— Да к черту мои болячки! Ты прекрасно справлялся с крутыми поворотами, нереально круто объезжал и обгонял других участников!
— Надеюсь, я получу за это награду, — прошептал он мне на ухо, и, прежде чем отстраниться, укусил меня за мочку уха.
Мое тело сразу же проснулось и оно уже было готово к запоминающимся ласкам Адама. Поборов желание кинуться на него на глазах тысячной толпы, я отстранилась от парня, держа его за бицепсы и смотря в глаза.
Кажется, мир перестал существовать для нас. Был только пузырь, обволакивающий меня и Адама. Поддавшись вперед, я оставила на сладкопахнущей шее Адама, едва ощутимый поцелуй. Почувствовав его улыбку, я отстранилась. Это значит «да», он получит награду.
Мое состояние уже намного лучше, чем несколько дней назад, поэтому я могу себе позволить уединиться с ним. Помимо всего этого, мне надо было узнать, куда делась Кессади и что с ней стало. Ведь все эти дни, ребята отказывались поднимать разговор о ней. Но сегодня я намерена все узнать, потому что должна.
Спустя час, народу остаётся уже не так много, а спустя еще час, мы уезжаем из места, где проводилась гонка. Я сижу рядом с Адамом, который держит одной рукой мою руку. Нет, мы по-прежнему не чувствуем всякой сладкой влюбленности друг к другу. Нам просто хочется насладиться последним днем, проведенном в компании друг друга.
Пол разрешил мне ехать с Адамом, хоть я и дала обещание уехать с ним. Сейчас все отправляются на грандиозную вечеринку в честь закрытия гонки года. Дан тоже должен там присутствовать, но мы, получив выигрыш, показываем всем мысленно средний палец, и уезжаем в другой отель. Мы хотим остаться одни, утонуть в страсти, пучине сладостей исходящих от прикосновения наших тел. Мы хотел перенестись в другую вселенную.
Адам останавливается возле ближайшего отеля и злорадно мне улыбается. Да мы самые настоящие хулиганы, что тут скажешь! Он быстро заглушил двигатель и, выйдя из машины, обошел ее, чтобы открыть мне дверь. Не успела я до конца вылезти, как он прижал меня к краю крыше и крепко поцеловал.
Когда холодное железо соприкоснулось с моей горячей кожей и больными лопатками, я думала, что вскрикну от боли. Но ничего не произошло. Я не почувствовала боли. Быть может, она отступила, а быть может, ее заглушила страсть, исходящая от нас, как дым изо рта после затяжки сигареты.
На ватных ногах, я побрела за Адамом, который буквально бежал в сторону входа. Я не помню, как мы сняли номер и я не помню, как мы добрались до нужной двери. Весь мой разум полностью заволокла пленка тумана. Когда голова немного «протрезвела», я ощутила, как моя спина соприкасается с холодным кафелем.
Руки Адама дрожали от возбуждение, которое чуть ли не сочилось струями подобными лавы текущие как по вулкану с его тела. Он поспешно снял с меня одежду, стараясь быть предельно аккуратным в больных местах. Мои ноги... если бы он не держал меня так крепко одной рукой, я бы свалилась на колени.
— Черт! Что же ты делаешь со мной? Ты заставляешь меня хотеть тебя так сильно... изнемогать от удушающего желание, — шептал Адам. Положив свои большие ладони на мои щеки, он прижался своими губами к моим и оттянул мою нижнюю губу зубами, заставив задохнуться. — Все твои татуировки... твое тело... мне хочется исследовать его. Взять лупу и увидеть каждый изъян, каждый шрамик, а потом поцеловать тебя, заставить желать меня так же сильно, как я желаю тебя.
Легкие перестали работать, я кусала губы от нетерпения. Мне хотелось поцеловать его, но я не могла этого сделать, потому что Адам всячески отворачивался. Видимо, он решил поиграть со мной. Что же, я не против. Ожидание в подобных вещах — приводит к безумию, заставляет гореть.
Взяв мои руки в свои, Адам пригвоздил их к стене и улыбнулся мне. Только сейчас я заметила, что мы находимся в душевой.
— Не двигайся, — сладко промурлыкал Адам, и вышел из кабинки.
Я его послушала. Мне интересно, что он будет делать. Через открытую стеклянную дверцу, я увидела, как Адам снимает с себя одежду. Он знает, что я за ним наблюдаю, поэтому делает все медленно.
Вот я вижу, как моему взору обнажаются шесть кубиков, затем накаченные грудные мышцы, а затем самая сладкая часть тела (по крайней мере для меня) — руки. Его большие, умопомрачительные руки. Кажется, они удержат любого, даже самого тяжёлого человека в мире.
Закусываю губу до сладостной боли и наблюдаю за тем, как он борется с пуговицей и молнией на джинсах. Хочется оторваться от стены, подбежать к нему, и сделать все самой — быстро, за долю секунды.
Но я стою.
Не позволяю себе сдвинуться.
С растегнутыми джинсами, Адам словно хищник забирается внутрь и, расставив руки по обе стороны от моей головы руки, снова целует меня. Медленно, будто пробует мои губы на вкус, заставляя становиться их мягче и податливей. Бархатный язык нежно проходит по моему нёбу.
— На тебе слишком много одежды, Сара Джеймс, и это меня напрягает. Будь хорошей девочкой и повернись ко мне спиной.
Слушаюсь. Снова.
Чувствую, как его пальцы пробегают по моему позвоночнику, оставляя после себя линию мурашек. Затем его руки мягко проходят по моей талии, останавливаясь на пуговицах джинс. Опускаю голову и вижу, как его пальцы ловко справляются с ними. Адам поворачивает меня лицом к себе и плавно опускается на колени. Картина заставляет меня сначала взорваться изнутри, а потом собраться по щепкам.
Его руки спускают с меня джинсы и помогают выбраться из них. Откинув в сторону уже не нужную вещь, он начинает оставлять на моем теле мелкие влажные поцелуи. Запускаю руку ему в волосы и откидываю голову на стену. Вскоре, лицо Адама снова находится напротив моего.
Поддаюсь вперед и целую его. Не сразу замечаю, как на нас начинает литься теплая, как река в которой мы плавали, вода.
— Я хочу тебя искупать, а потом укутать в бархатное полотенце, и уложить в кровать, — хрипло произнес Адам и потянулся к застежки моего лифчика.
Оставив нас без одежды, он снова повернул меня лицом к стене и начал аккуратно намыливать. Было безумно приятно. Ощущение, как мужские руки с шершавыми пальцами проходят по твоей коже — просто не передаваемые. Невозможно не замурлыкать, чувствуя как белая пена обволакивает твое тело.
Мы долго стояли под струями душа, уделяя некоторым местам наших тел особое внимание. Как и было обещано, Адам после всех маневров купания, обернул меня в полотенце и подняв на руки, отнес в кровать.
Как только я была прижата к матрасу, для меня перестало существовать абсолютно все, что находится за пределами этого номера. Руки Адама были повсюду, и кое-где, задерживались на более долгое время. Его губы не хотели отрываться от моих и моего тела. Температура в комнате поднялась до ужасающих градусов от нашего частого дыхания. Я больше не могла ждать, поэтому притянула его к себе и страстно, даже в какой-то мере властно прижалась своими губами к его.
Адам знает, что это значит, а поэтому дал мне это, потянувшись к тумбочке, где обычно хранят кое-что хорошенькое отели. Справившись со всеми трудностями жизни, он оказался во мне так глубоко, как только мог, заставив забыться, откинуться на подушку и выдохнуть его имя, прежде чем окончательно упасть в пропасть, сладкую пытку.
★★★
Утро. Четыре ноги. Четыре руки. Они сцеплены. Мои глаза встречаются с закрытыми веками Адама Дана. Мы снова сделали это. Из-за чего я проснулась в такую рань?
Телефон.
О нет.
— Адам, — вяло бужу его я.
— Ммм?
— Телефон звонит.
— Пусть звонит, ты что, не разрешаешь ему этого делать?
— Адам.
— Ммм?
— Возьми гребанную трубку, пока я тебя не изнасиловала.
Улыбается как Чеширский кот, но глаз не отмыкает.
— Ах ты ненасытная шалунишка.
— Адам!
— Бука, — мямлит он и, откинув мои ноги, садится на постели. Проходит руками по лицу и тянется к телефону на тумбочке. Берет трубку и я слышу, как ему кричат, где носит его чертову задницу. Моментально краснею. Не стоило нам сваливать с такого важного события, из-за какого-то минутного желания.
Стоило, еще как стоило...
Он долго что-то объясняет собеседнику, и каждое его слово пропитано едкой ложью. Говорит, что сломалась машина и пришлось переночевать в ближайшем номере. Только глупец поверит ему. Такие машины, как у Адама Дана, не могут сломаться ни с того ни с сего.
Положив трубку через десять минут, он снова откидывается на белую подушку и смотрит на меня.
— Это была потрясающая ночь, но, к сожалению, нам надо выдвигаться. Мой самолет прилетит через четыре часа, поэтому надо возвращаться в отель и собирать вещи.
— Что с Кессади? — Мне надо узнать. Просто необходимо.
— Сладкая...
— Адам.
— Она свалила. Я сказал ей, что если она не хочет проблем с полицией, то пусть берет ноги в руки и уезжает так далеко, как только сможет.
— И что она ответила?
— Отказалась. Нет, не правильно. Кессади сказала, что будет ждать меня в нашей бывшей квартире. Как-никак, нам придется серьезно поговорить, и я ничего не могу с этим сделать.
— Ты ведь ничего не чувствуешь к ней, правильно?
Он выдохнул:
— Она стала похожа на безумца. Если быть обезбашенным, то в меру, а Кессади ее не знает. Я не хочу проблем, но с ней без них не обойтись.
— И что ты будешь делать?
— Расставлю точки над «i», и уеду к брату.
— Я буду ждать нашей следующей встречи с большим нетерпение, — призналась я.
Глубоко внутри, мне было жаль с ним расставаться. Но по-другому никак. Это не сопливая сказка, в которых герои влюбляются друг в друга и идут за ручку до конца. Мне такого даже ждать не хочется. Я в реальности, а как правильно, она любительница разводит людей, как гулящие девушки разводят ноги. Мне не терпится вернуться в Техас, но мне так же не хочется расходиться с Адамом. Слишком круто было проводить с ним время.
— Я буду делать то же самое, — улыбнулся он.
— И все же, ты называешь меня сладкой только из-за моей фигуры?
— Нет. То была просто отмазка.
— Поведаешь истину?
— Потом, — положив руку мне на щеку, он поддался вперед и запечатлел на моих губах поцелуй.
Когда Адам поднялся, у меня появилась прекрасная возможность полюбоваться его задом.
Оказавшись в своем номере, я сразу же набрала Пола. Надеюсь, он забронировал два билета до дома, ведь добираться нам придется самим.
Что ж, я еду домой с деньгами, которые вручил мне Адам. Но в общем, домой я еду совсем ни с чем, если не считать конверта. Но я рада, что у меня была возможность хотя бы повеселиться здесь и познакомиться с прекрасными людьми.
Узнав, что наш самолет вылетает через два часа, я в панике выбежала из номера, чтобы попрощаться со всеми, с кем успела наладить общение. Первым был номер Хлои и Тима.
— Привет! — обрадовалась девушка, открыв дверь.
— Как дела? Собираетесь? — улыбнулась я, проходя внутрь.
— Да. А ты?
— Я уже закончила, вылетаю через два часа.
— Так не хочется прощаться, — она кинулась ко мне в объятия и я ощутила еле заметную боль в лопатке, когда она к ней притронулась. Это хорошо. Я почти выздоровела.
— Мы еще встретимся, — заверила ее я.
— Конечно, ведь ты оставишь свой номер, — подмигнула Хлоя. — Позвонишь мне, когда доберешься до Техаса?
Мы еще долго разговаривали. Хлоя сказала, что теперь они с Тимом официально вместе, и что ей искренне жаль из-за того, что я не смогла принять участие.
Попрощавшись, я спустилась в бар, надеясь, что Брент будет на месте. Мне повезло, удача на моей стороне.
— Смотрите-ка кто к нам пожаловал! — расплылся в счастливой улыбке он. — Пришла за последней порцией моего фирменного коктейля?
— И это тоже, — хохотнула я и собиралась сесть на высокий стульчик, когда он остановил меня движением руки.
— Я хочу обнять тебя полностью, напоследок. Проходи, — сказал Брент, открывая для меня стойку и я принимаю его приглашение. Как только я оказываюсь на другой стороне, он прижимает меня к себе за бедра. — Я буду скучать по тебе, детка. Хоть мы и не слишком знакомы, мне хватило времени, чтобы понять, что ты охренительная девчонка.
— Я буду скучать по твоему фирменному коктейлю.
Когда на очереди остался только Адам, я, направляясь к нему в номер, почувствовала, как потеют мои ладони. С чего я так волнуюсь? Мы были близки во всех смыслах, а значит, простое прощание не должно вызывать у меня дрожь в коленках.
Оказавшись около нужной двери, я, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, постучала в нее. Открыл мне Эван.
— Привет, — ухмыльнулась я, увидев на нем одно полотенце. Волосы парня были мокрые, что доказывало тот факт, что он только-только вышел с душа.
— Привет. Пройдешь?
— А Адам здесь?
— К сожалению, нет. Ему что-то передать?
— Да, скажи ему, что я уезжаю.
— И все? — киваю.
Еще немного топчусь на месте, а затем прощаюсь и удаляюсь.
Немного расстроена из-за того, что мне не удалось с ним попращаться. Но я рада, что мы сегодня были вместе. Это не будет значит, что я молча сбежала в Техас. В моем номере уже сидит Пол и ждет моего возвращения.
Подойдя к нему, я словила его осуждающий взгляд. Он уже сделал мне выговор за то, что я не появилась на вечеринке вчера вечером, поэтому сейчас ничего говорить не стал. Обменявшись некоторыми бессмысленными словами, мы взяли сумки в руки и покинули номер.
После того, как я замкнула его и последний раз посмотрела на дверь, тяжело вздохнув. Номер «257» — я никогда тебя не забуду.
Очень жаль, что мне не удалось попрощаться с Мэттом и Джошем. Но я получила от них эсэмэски, в которых они пожелали мне всего самого светлого, а также споткнуться и убиться по дороге в аэропорт, за то что я не появилась на вчерашней вечеринке.
Отдав ключи за номер, мы вышли из отеля. На улице нас уже поджидало такси с открытыми дверцами. Я кинула чемодан в багажник, а затем сумку на заднее сидение, и когда собралась нырнуть следом за ней, услышала крик позади себя.
— Сара! — кричит знакомый голос. Оборачиваюсь и вижу бегущего ко мне Адама. Сердце неистово сжимается. Черт, я к нему конкретно привыкла. — Фух, еле успел! — задыхаясь говорит он.
— Адам, — на выдохе произношу я и кидаюсь ему на шею, в буквальном смысле этого слова.
— Напиши когда доберешься, — прошептал он мне на ухо. — Я буду по тебе безумно скучать, Сара Джеймс.
— Я больше не сладкая? — притворно обиделась я.
— Ты самая сладкая шоколадка на свете, — ухмыльнулся он. — Я жду твоего сообщения.
— Я жду нашей следующей встречи. Я жду тебя, Адам.
— Жди меня, сладкая. Обещаю, мы еще встретимся.
★★★
Я привыкла прощаться с людьми, но я никогда не думала, что это может быть настолько тяжело (если не считать Элисон). Сейчас, сидя в самолете и готовясь к взлету, я мотала как пленку картинки минувших дней. Снова. Я снова отдалась воспоминаниям.
Никогда мои поездки не были настолько увлекательными. Я никогда не привязывалась к другим мужчинам. К Адаму я привязалась как к другу. Мы отлично провели время. Даже Тэйлор (с которым мне тоже не удалось попращаться из-за его уезда ночью), не смог сделать дни такими насыщенными, как Адам.
Многие говорят, что любовь приходит после ненависти. Я не ненавидела Адама, по-началу он просто меня бесил. Но все же, никакая любовь ко мне не пришла. Да и зачем она мне, верно? Сейчас, в таком молодом возрасте, я хочу раскрывать крылья и летать там, где мне нравится, а не бояться, что меня посадят на цепь, и единственное, что я смогу сделать — это взлететь на пару метров. Мне нужна свобода. Она единственная, с кем я уже столько лет остаюсь в хороших отношениях.