Глава 11. От себя не уйти...
Любую мелочь больно вспоминать.
Минуты удовольствия. Дни боли.
Все, что стократно прожито тобою,
И все, чего не довелось узнать.
Но все же, память не спеши стирать,
Не надо, не получится – я знаю.
Не убегай от призрачных страданий –
Природа справедлива и мудра.
Пройдут года. С тобой, но больше – без.
Снег припорошит душу и виски.
Из цепких лап полуночной тоски
Не вырваться, не вспомнив... Боль и блеск,
Сомнения, умение прощать,
Победы, одиночество, печали –
Все, что улыбкой на пути встречали,
И с чем не жаждем свидеться опять...
Не потечет Река Мгновений вспять,
И в этом – наше истинное счастье.
Почили вечным сном былые страсти,
Но почему так больно – вспоминать?..
(стихи В. Ивановой)
_____________________________________________________________
- А червяк не знал, что под землей окажется бетон... - глубокомысленно выдал Наруто, когда впереди в очередной раз показалась лестница на нижний уровень катакомб. Ямато на эти слова лишь хмыкнул. По здравом размышлении, команда решила не соваться в змеиное логово всей толпой. Пока им был нужен лишь Сай, поэтому не стоило привлекать к себе излишнее внимание. После жаркого обсуждения на «охоту» отправился капитан и Наруто. Ямато был выбран без разговоров, потому как он единственный из группы безошибочно чуял местонахождение предателя. А вот Узумаки с трудом удалось уговорить окружающих, что он способен себя защитить в случае нападения. Даже не восстановив уровень чакры до конца, блондин являлся весьма опасным противником. Да и опыта в захвате языков у юноши было не меньше, чем у старших коллег... И теперь два шиноби Конохи осторожно передвигались по темным коридорам базы, оказавшейся гораздо больших размеров, чем можно было предполагать ранее.
- Мы уже близко... - тихий шепот Ямато скользнул по слуху Наруто подобно невесомому касанию крыла бабочки. Блондин кивнул, показывая готовность к любым неожиданностям. Две тени бесшумно двинулись к цели, почти скользя над поверхностью пола. Напарникам было не впервой заниматься подобной деятельностью, и они понимали друг друга без слов.
Когда показалась массивная дверь, и Ямато дал сигнал что это именно то помещение, где находится Сай, Наруто вытащил из подсумка небольшую ампулу с мутно-белым туманом внутри. Юноша, пристально глядя в глаза напарника, дотронулся до кончика носа пальцем и кивнул на дверь. Мужчина ответил коротким кивком, показывая, что верно понял инструкции. Узумаки приблизился к комнате и, бесшумно приоткрыв деревянную створку, бросил ампулу внутрь. Отсчитав пять секунд и задержав дыхание, шиноби Конохи проникли в помещение. Член Корня безвольной куклой лежал на полу около письменного стола. Газ парализовал все его мышцы, а вскоре предателя покинуло и сознание. Ямато закинул тело на плечо и постарался как можно скорее оказаться в коридоре – ему не хотелось присоединиться к Саю, вдохнув столь убойный препарат. Наруто последовал примеру капитана.
- Интересно, почему тащить эту бессознательную тушку должен именно я?! – ворчливо заметил мужчина.
- Потому что вы явно покрупнее меня будете... - в тон отозвался Узумаки, не забывая осматривать окружающее пространство на предмет врагов. – И кто-то ведь должен быть свободен в действиях, если случится нападение. В подземельях от ваших древесных техник толку немного. Впрочем, если вы хотите быть погребенным под тоннами земли...
- Все-все! Заткнись, ради Ками-сама! Я понял.
- Да неужели?!
Тихо переругиваясь, напарники с каждым шагом приближались к выходу на поверхность. Наруто беспокоил тот факт, что катакомбы оказались весьма безлюдными. Но, было вполне возможно, что противники находились в отдаленных от места проникновения диверсантов помещениях столь огромной базы. Похоже, что удача пока была на стороне шиноби Листа.
- Сенсей... - Сакура неуверенно обратилась к наставнику, как только Ямато и Наруто скрылись в недрах базы.
- Что? – Какаши отвлекся от разглядывания окрестностей, услышав в голосе ученицы нешуточное волнение.
- Меня беспокоит Наруто...
- А, ты об этом... - мужчина напрягся, обдумывая ответ: - Меня тоже шокировали подобные перемены в его поведении, но... А что мы вообще о нем знаем?! Когда он был в команде №7, мы видели только то, что хотели видеть. Думаю, что сейчас ты не будешь с этим спорить?
- Но я же училась вместе с ним в Академии много лет подряд?! – долго сдерживаемые эмоции девушки, наконец, вырвались на свободу, Сакура уже много дней подавляла чувство замешательства и жгучее любопытство. Но в то же время она боялась подойти к напарнику и напрямую задать тому несколько вопросов. Напряжение росло, и появление сенсея послужило своеобразным толчком к выплеску противоречивых эмоций.
- Знаешь, Сакура, я в своей жизни повидал много разных людей и иногда среди них попадались такие же типажи, как и наш Наруто. Талантливые актеры, прекрасные психологи... - в негромком голосе чувствовались оттенки горечи. Какаши не стал говорить своей ученице, что большинство имен таких людей выгравировано на мемориале погибшим. Почти все они погибли молодыми. – Привычка всегда носить маску отличает разведчиков ото всех остальных шиноби. И я сейчас говорю не о масках АНБУ.
- Разведчики? – недоуменно переспросила Харуно.
- Да, недавно Наруто ясно намекнул на свои тесные связи с разведкой. Поэтому сейчас от него можно ожидать всего.
- И что нам делать? Я не знаю, как ко всему этому относиться... - плечи девушки опустились и она расстроено вздохнула.
- Единственное, что мы можем сделать – это поддерживать Наруто в любой ситуации и не отворачиваться от него, что бы не случилось. Он все тот же Наруто, которого ты знала много лет, просто с небольшими дополнениями... Постарайся найти в нем то, что осталось неизменным и тебе станет легче. – Какаши успокаивающе сжал руку медика. – Все будет хорошо...
- Спасибо! – девушка слабо улыбнулась. Внезапно Хатаке насторожился, но тут же успокоился, взглядом показав ученице на что-то за ее спиной.
- Наконец-то... - облегченно выдохнула Сакура, как только увидела напарника. На лице блондина царила ехидная ухмылочка, а усталый взгляд Ямато говорил о том, что диверсия прошла явно не скучно. Отсутствие внешних повреждений выдавало тот факт, что напарникам не пришлось участвовать в сражении. Это вселяло в душу Харуно спокойствие
- Ну и тяжелый же он... - пожаловался Ямато, пристраивая безвольное тело Сая у крупного камня. – А по виду и не скажешь...
- Хватит болтать попусту – подал голос Какаши, подходя поближе. Команда расположилась достаточно далеко от базы, ведь никому не хотелось быть замеченными раньше времени. – Долго он еще в себя приходить будет?
Капитан лишь пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд бывшего командира и кивнул в сторону Узумаки. Юноша обернулся, почувствовав пристальное внимание к своей персоне. До этого он внимательно осматривал предварительно связанного члена Корня.
- Очнется минут через пять... Я использовал экспериментальный препарат, поэтому могут быть побочные эффекты – задумчиво потер шрам над бровью блондин. – Но, если честно, меня как-то мало волнует его самочувствие. Главное, чтобы на вопросы отвечать мог.
- Скорее всего, у него стоит ментальный блок, так что вряд ли он сможет поделиться с нами информацией, даже если захочет – Хатаке слегка поежился от равнодушия, прозвучавшего в голосе ученика. Да и был ли Наруто его учеником хоть когда-нибудь? Копирующий с трудом привыкал к новому образу самого непредсказуемого ниндзя. Хотя, он-то и раньше подозревал нечто подобное... А вот Сакуре и Ямато приходилось явно тяжелее осознавать реальность, повернувшуюся к ним совершенно новой гранью. Разговор, произошедший несколько минут назад только укрепил Хатаке в его подозрениях.
- Это не проблема, я могу сломать почти любой блок, но... - тут юноша слегка замялся и сразу же заработал удивленный взгляд сенсея. – Это не совсем законно, и мне бы не хотелось, чтобы потом мои действия использовали против меня же самого.
- Я не буду разглашать то, что увижу и использовать это против тебя, если ты честно ответишь мне на один вопрос... - медленно начал говорить Копирующий, обдумывая каждое слово. Харуно не вмешивалась в происходящее, но для себя твердо решила, что в случае непредвиденной ситуации встанет на сторону Наруто, что бы он не делал. В ушах то и дело звучал голос сенсея, объясняющий необходимость поддержки для блондина. И будь она проклята, если посмеет поступить вопреки этим словам! Девушке понравились, хоть и нервировали изменения, произошедшие в поведении Узумаки, и она мимолетно пожалела о том факте, что не может относиться к напарнику романтически. Сакуре всегда нравились брюнеты, и много лет назад медик решила, что Саске лучший объект для первой любви. Обидно было так ошибиться с выбором избранника... Но сейчас не время было думать об этом. Харуно для себя решила, что в любой ситуации останется другом Наруто, робко надеясь, что юноша согласится принять ее в качестве подруги и будет хоть немного ей доверять. Сакура не была глупой девушкой и прекрасно видела, что нынешний Узумаки не доверят никому... Отвлекшись на свои мысли, девушка чуть не пропустила беседу Какаши и блондина...
- Хорошо... Я согласен – синие глаза смотрели прямо, но на их дне можно было различить легкую настороженность.
- Ты сказал, что можешь сломать почни любой ментальный блок, что включает и печати безопасности... - Копирующий тоже не отвел взгляда. – Хотя Хокаге и доверят тебе, как мы можем быть уверены, что ты в один прекрасный момент не окажешься предателем?
Команда замерла от ожидания ответа на столь неприятный вопрос, а Наруто на это лишь устало улыбнулся и прикоснулся указательным пальцем к собственному лбу. Легкий импульс чакры и на коже мягко засветилась сложная вязь символов.
- Эту печать не под силу взломать никому. Любой намек на предательство, и она сожжет мой мозг, а потом и тело. Это цена за излишнюю осведомленность...
- Ками-сама... - тихо прошептала Сакура.
- Не стоит меня жалеть! – твердо продолжил Узумаки. – Я согласился на подобную меру добровольно. А теперь, не пора ли нам, наконец, заняться нашим пленником?
Этим вопросом блондин вывел всех из оцепенения. Тяжело вздохнув, Наруто подошел к Саю, пару секунд назад пришедшему в сознание. Легкий укус пальцев и на висках предателя кровью вычерчены угловатые линии неизвестных символов. Узумаки быстро сложил серию печатей и крепко обхватил голову Сая ладонями, пристально глядя ему в глаза. Несколько минут юноши не двигались, а потом Наруто с болезненным стоном осел на землю:
- Моя голова... Сакура, не могла бы ты...
- Конечно! – девушка моментально оказалась подле напарника и бережно прикоснулась к золотистым волосам руками, сияющими зеленым светом.
- Что с ним? – Какаши с интересом разглядывал предателя, вновь потерявшего сознание.
- Я полностью скопировал некоторые моменты из его памяти... - блондин, благодарно кивнув Сакуре, поднялся на ноги и приблизился к сенсею. – Обычно после подобной процедуры объект превращается в растение, но блок Сая был слишком сильным и в самом конце запустил программу самоликвидации. Не зря же эта техника попала в раздел запретных... Кстати, не советую вам ее использовать...
- Почему? – Копирующий поправил протектор на левом глазу, которым несколько минут назад жадно ловил каждое движение Узумаки.
- Во-первых, то, что вы видели лишь часть техники, и чтобы освоить ее полностью нужен не один год. В противном случае вы рискуете попасть под откат и потерять уже свой разум. Поверьте мне в том, что последствия могут быть поистине ужасны. Вы, сенсей, можете быть очень сильным и опытным шиноби, но об этих техниках вы знаете только понаслышке...
- Но мне доводилось видеть нечто подобное не раз... - возразил Какаши.
- Вы, скорее всего, видели жалкую подделку! – отрезал Наруто. – Простого наблюдения за исполнением техники не достаточно для ее освоения, для этого необходимо изучить горы дополнительного материала и проходить тренировки под строгим присмотром наставника. Мне доводилось видеть то, что осталось от людей, рискнувших обойти правила! Многим нравится называть себя специалистами по запретным техникам. Это немало льстит самолюбию самоуверенных глупцов! Даже истинные мастера не рискуют пользоваться этими техниками без серьезной на то причины! Даже если вам каким-то чудом удастся освоить подобное, то чтобы не сдохнуть и не сойти с ума от отката, вам понадобится накачать себя наркотиками по уши. У вас нет врожденного иммунитета! Послушайте доброго совета и не лезьте в это дело!
Хатаке ничего не ответил на весьма жесткую и непочтительную лекцию своего ученика. Ему не часто приходилось выслушивать подобные отповеди, но это всегда касалось чего-то важного. Какаши не мог просто проигнорировать слова Наруто в угоду своей гордости, ведь все, что он узнал о своем ученике, говорило, что тот не будет бросаться словами попусту. Так может стоит воспринимать это всерьез?
- Так ты узнал что-нибудь полезное? – Ямато решил вмешаться в беседу, пока все еще не зашло слишком далеко. Мужчину немало удивило изменившееся поведение Узумаки, но капитан не был знаком с ним достаточно близко, чтобы понять всю глубину произошедших перемен. Холодный расчет и проявившаяся жесткость характера Наруто импонировали офицеру АНБУ, поэтому он относился ко всему происходящему довольно спокойно, быстро свыкнувшись с новым образом недавнего подопечного.
- Да, я узнал все, что хотел и даже больше... - блондин отвел взгляд от Хатаке. – Оказывается, здесь временно обитает наш старый друг Саске... Надеюсь, никто не против поздороваться с ним?
Возражений не последовало, и Узумаки продолжил:
- Точное место обитания этого представителя некогда великого клана Учиха неизвестно. Думаю, что нам стоит разделиться и начать поиски. И, естественно, постараться избегать нежелательных встреч...
- Глубины твоего сарказма меня просто поражают, Наруто – покачал головой Копирующий. – А ведь я только начал узнавать тебя... Что же будет дальше, если это только начало?
Узумаки предпочел не отвечать на этот явно риторический вопрос, лишь равнодушно пожав плечами. Четверка шиноби Листа скрылась в темных переходах катакомб, оставив все сомнения и вопросы на более позднее время...
Коридоры и двери комнат мелькали одни за другими, дыхание сбилось от волнения, но Сакура не останавливалась ни на секунду. Сколько времени прошло с момента начала поисков, девушка не знала... Она старалась действовать осторожно, чтобы факт их проникновения на базу как можно дольше оставался тайной подчиненных Орочимару. Именно эта предосторожность заставила ее замереть перед очередным перекрестком бесчисленных переходов. Чужое присутствие ощущалось на уровне инстинктов.
Затаив дыхание, Харуно приблизилась к повороту, до боли сжимая в руке кунай.
- Сакура, это я... - раздался шепот знакомого голоса, но девушка не спешила выдавать себя. – Вчера мы прочитали очень шокирующее послание от нашего лидера...
- И его нам показал человек, внезапно резко изменивший поведение... - закончила фразу Сакура и спокойно сделала шаг вперед.
- Молодец, что догадалась об условной фразе – похвалил ученицу Какаши. От него неуловимо веяло запахом крови, что говорило о неожиданной стычке с противником. – Думаю, что дальше нам не следует разделяться. Я нашел Саске...
- Где?! – вскинула голову Харуно. – А капитан Ямато и Наруто в курсе?!
- Они и сами нас найдут – под маской не было видно ехидной усмешки. – Я очень сомневаюсь, что Саске согласится пойти с нами добровольно... Вскоре вся база будет знать о нашем местонахождении. Но, что поделать...
- Сенсей, вы стали намного разговорчивее, чем раньше – заметила Сакура, следуя за мужчиной по очередному коридору.
- Я подумал, что пора и мне поменяться в соответствии с новым ходом событий – теперь усмешку можно было без труда расслышать и в голосе. – Мы почти на месте...
Договорить Хатаке не успел. Впереди полыхнула чакра и раздался взрыв. Катакомбы содрогнулись, и с каменных стен посыпалась мелкая пыль.
- Вперед! – скомандовал сенсей и два шиноби быстрыми тенями скользнули к месту взрыва. Похоже, что кто-то из команды нашел Саске раньше...
Первое, что увидели Какаши и Сакура, прибыв, это множество тлеющих кусочков дерева. На некоторых еще плясали язычки огня. Сам Ямато спиной упирался в каменистую поверхность, когда-то бывшую одной из стен коридора. Рядом стоял черноволосый юноша с мечом в руке. Клинок легко проткнул и джонинский жилет и грудь мужчины. Воздух вокруг двух фигур дрожал от сверкающих вспышек молнии и пах озоном. Болезненный кашель Ямато и струйка крови, текущая по его подбородку, заставили Копирующего действовать незамедлительно.
Фигура Хатаке превратилась в смазанную тень, и, секунду спустя, у шеи Саске вспыхнул сноп искр от столкнувшихся куная и короткого меча. Ямато медленно осел на землю, не в силах пошевелиться от боли и потери крови. Еще несколько заблокированных ударов и бывшие учитель и ученик застыли напротив друг друга, готовые в любой момент начать новую атаку. Никто не произнес ни слова...
Сакура не вмешивалась в битву, застыв на границе тьмы коридора и света солнца, пробившегося сквозь разрушенный свод большой залы. Девушка яростно спорила сама с собой, ведь она не знала, как ей следует поступить в такой ситуации. Встреча с духом во время песчаной бури несколько дней назад, заставила ее задуматься о своей жизни. И о Саске... Несколько бессонных ночей куноичи перебирала каждую частичку своих воспоминаний и пришла к неутешительному выводу: Учиха Саске был не тем человеком, в которого стоило влюбляться. Эта любовь не принесла Сакуре ничего, кроме боли и разочарования. Сначала девушка винила в неудачах только саму себя, но со временем поняла, что это было весьма ошибочное суждение... Смысла возвращать Саске в родную деревню по личным причинам теперь не было... Как только подобный вывод закрепился в ее разуме, Харуно поняла кое-что другое... Предательство младшего Учиха и его побег из Конохи к Орочимару принес деревне столько проблем, что ни один житель Скрытого Листа не встанет на его сторону. Даже бывшие одноклассники. Теперь было два пути: либо вернуть Саске в Коноху для суда, либо убить его на месте. И в данный момент Сакуре предстояло решить, что важнее: былая привязанность или интересы родной деревни...
Куноичи колебалась до того момента, пока не увидела то, что заставило ее сердце сделать однозначный выбор...
...Шаринган против Шарингана... Талант против таланта... Опыт против энергии молодости... Учитель против ученика... Тяжелая битва не для тела, а для совести, которая рвет душу изнутри чувством вины. И Какаши допустил фатальную ошибку... Уже занесенный для удара кулак, окутанный искрящимися гранями «чидори», остановился в паре сантиметров от сердца черноволосого юноши. Учитель не смог убить собственного ученика...
...Сакура стремительно сорвалась с места в тот момент, когда на каменный пол брызнула багровая кровь из глубокой раны, оставленной на теле сенсея узким клинком. Она была опасно близко к сердцу... На лице Саске не дрогнул ни один мускул в тот миг, когда его рука покрылась россыпью рубиновых капель. В черных глазах застыло равнодушие.
- Как ты посмел?! – гнев Сакуры влиял на силу ударов, которыми девушка пыталась достать бывшего напарника. Теперь уже не осталось сомнений – Саске пересек запретную черту, попытавшись убить своего бывшего наставника. Мрачный и высокомерный мальчик превратился в одержимого жаждой мести и силы юношу, способного совершить что угодно на пути к своей цели. Теперь он был готов предать или убить любого...
Сакуре было страшно. Она до дрожи в коленях боялась проиграть, потому что тогда Ямато и Какаши умрут. Девушка прекрасно осознавала, что у нее мало шансов на победу, но... Упрямство и гордость не позволяли сдаться. Поэтому удар следовал за ударом, пыль от разбитых каменных стен летела во все стороны, а в изумрудных глазах горело пламя решимости. За друзей Сакура была готова убивать и умирать. Как и в битве с Сасори, как и на миссиях, за три последних года. Страдать из-за Саске она будет потом. Проще один раз оплакать его смерть, чем мучить себя каждый день сомнениями.
- Ненавижу тебя! – как плевок в лицо черноволосого юноши. Тот на эти слова лишь зло усмехнулся. Парень чувствовал, что Харуно начала уставать и теперь наслаждался чувством собственного превосходства. Как и раньше, он был сильнее своих напарников-неудачников! Наконец, ему надоело уворачиваться от ударов Сакуры, и Учиха-младший перешел в нападение...
...Шаг за шагом девушка отступала. Пока еще удавалось сдерживать гибельный напор Саске, но это не могло продолжаться долго. У Харуно не было того боевого опыта и выдержки, что была у капитана Ямато, сенсея и... Наруто. Волнение за напарников туманило разум и замедляло реакцию. И, наконец, настал момент, когда лопатки девушки коснулись камня стены. Отступать было больше некуда... Сакура обреченно закрыла глаза, увидев искрящийся молниями клинок, который неумолимо приближался к ее груди. Зачем Саске использовал стихию? Она бы и так проиграла... На губах появилась грустная улыбка...
- Не так быстро, Учиха Саске...
Этот голос девушка узнала бы из тысячи. Куноичи тут же распахнула глаза. В нескольких сантиметрах от ее груди клинок Саске напоролся на багровое лезвие катаны, которую с обманчивой легкостью держал Наруто. Его взгляд и улыбка не предвещали ничего хорошего.
- Сакура, займись ранеными – произнес Узумаки, не глядя на напарницу. Он не отрывал глаз от своего противника. – Ниже падать уже некуда, Учиха? Сенсей, напарница, кто следующий? Ребенок? Ах да, как же я мог забыть о брате?!
- Заткнись, неудачник! – ледяное равнодушие исчезло из взгляда антрацитово-черных глаз. Губы исказились в презрительной усмешке. – Следующим будешь ты!
- Да неужели?! – Наруто не мог удержаться от поддразнивания противника. В груди словно свернулась змея неприязни, заставляющая губы произносить одну колкость за другой.
Что-то яростно прошипев, Саске атаковал. Но каждый его удар мечом проходил впустую. Наруто просто делал небольшой шаг в сторону, уходя с линии атаки, и сверкающее молниями лезвие бессильно скользило по красноватой стали. Узумаки даже не утруждал себя контратакой. На его лице застыло брезгливо-недоуменное выражение.
- Что ты махаешь мечом, словно палкой?! Впрочем, этот жалкий выкидыш великого клинка Кусанаги большего и не достоин... - Наруто старался задеть Саске как можно больнее. Узумаки жалел лишь о том, что когда-то дал обещание Итачи не убивать его младшего брата. И теперь Наруто методично выводил Саске из себя, заставляя его делать больше ошибок. – Мне надоело играться...
...Как только стих звук его голоса, Узумаки исчез... Вокруг Саске мелькала лишь тень, и черноволосый юноша с трудом успевал отражать атаки бритвенно-острой катаны, с каждым разом делая это все медленнее... Искры от столкновения клинков летели во все стороны, просто не успевая гаснуть до появления следующих... Постепенно на теле младшего представителя клана Учиха стали появляться неглубокие порезы, будто нанесенные профессиональным хирургом... Саске почти не обращал на них внимания, ведь кровь из ран почти не текла, да и опасности такие порезы не представляли. Брюнет предпочел не задумываться над причиной, по которой Наруто атаковал именно так... Заподозрил неладное Учиха только тогда, когда его внутренности свело судорогой и появились перебои с чакрой.
Узумаки сбавил темп и удовлетворенно улыбнулся. Все шло именно так, как он и рассчитывал... Не зря же клинок, что он сейчас держал в руках, назвали «Кровопийцей». Как и все клинки Мечников Тумана, он тоже был весьма необычен. Лезвие «Кровопийцы» было закалено в крови, за счет чего и приобрело столь специфический цвет. Этот клинок при желании владельца мог как поглощать чужую кровь, так и при порезах вводить в организм противника частичку своей. Такая кровь действовала подобно яду, медленно нарушая функции внутренних органов и контроль чакры. И чем больше было подобных ран, тем быстрее действовал яд.
Саске до сих пор не понял причину своего ухудшившегося самочувствия, но игнорировать свое состояние и дальше не мог...
- Шаринган! – в покрасневших глазах вспыхнули три запятые. Даже сейчас Учиха недооценивал своего противника, решив использовать наложение иллюзии.
Наруто совершенно беззвучно развеял гендзюцу и одним плавным движением «Кровопийцы» выбил клинок из рук Саске. В тот же миг багровое лезвие коснулось сонной артерии, видной сквозь фарфорово-бледную кожу шеи.
- Тебе никогда не превзойти брата... - Наруто решил морально добить противника. – Итачи будет сильнее всегда, что бы ты ни делал... Маленький глупый брат...
Узумаки прекрасно осознавал, ЧТО он сейчас делает... Учиха-младший и так был психически неуравновешен, а Наруто безжалостно ломал то, что осталось от его личности... Это была жестокость в чистом виде, но блондин уже просто не мог остановиться. Его ярость подогревала обида за Итачи. Наруто не мог осознать, почему Саске даже не попытался выяснить причины, по которым его старший брат вырезал весь свой клан. Либо Учиха-младший был слеп, либо слишком глуп, чтобы посмотреть дальше своего носа. Как человек, боготворивший Итачи на протяжении всей своей жизни, мог так легко сдаться?! Принять на веру то, что говорят окружающие?! Ведь именно Саске, а не все остальные обитатели Конохи жили рядом с его братом. И неужели привязанность к Итачи оказалась для мальчика столь слаба?! Пойти по пути ненависти и отрицания окружающей действительности было проще всего...
... Наруто было физически больно за Итачи, ставшего для мальчишки-сироты семьей. Узумаки бы в жизни не поверил в ту ложь, что говорилась в официальной версии произошедшего. А ведь он знал Итачи намного меньше времени, чем тот же Саске... И когда Наруто убедился в правильности своих подозрений, неприязнь к младшему Учиха перешла на качественно иную ступень. И сейчас Узумаки не мог удержаться от мести... Блондин наслаждался болью и ненавистью, вспыхнувшей в кроваво-красных глазах.
- Пора заканчивать... - спокойно подвел итог шиноби Листа, мгновенным ударом вырубая ослабившего внимание противника. Саске безвольно рухнул на землю.
- Не торопись праздновать победу... - голос, прозвучавший откуда-то сверху, заставил Наруто отвлечься от разглядывания предателя. Этой заминкой и воспользовался вовремя появившийся Орочимару. Бессознательного брюнета мгновенно поглотила змея, тут же развеявшаяся дымом. – Он мне еще нужен.
- Орочимару! – сквозь зубы выдохнул Узумаки. У него сейчас не было сил для битвы. Впрочем, и у саннина тоже...
- До встречи, мой лучший враг... - мужчина не стал терять времени и скрылся с помощью пространственной техники.
- Чтоб тебя... - блондин зло пнул первый подвернувшийся камень и обернулся к Сакуре. – Как они?..
Коноха. Ранее...
Шикамару, тяжело вздохнув, отодвинул от себя стопку бумаг. Отчеты АНБУ за последнюю неделю были просмотрены досконально. Пришло время делать выводы... Нара устало потянулся, от долгого сидения на одном месте затекло все тело, но юноше было не привыкать.
- «Два года копался в бумагах... Стал Советником – и снова занимаюсь тем же...» - самоирония всегда была отличительной чертой юного гения. – «Но кто бы мог подумать?..»
Чтобы разложить всю полученную информацию «по полочкам», Шикамару решил немного расслабиться и подумать о чем-нибудь отвлеченном. В частности, о своей жизни, круто изменившейся в одночасье.
- «Всему виной мои амбиции...» - скрывать что-то от самого себя юноша не привык. – «Лень – это конечно здорово, но... гены матери никуда не денешь... Вот и получилось из меня непонятно что – мозги и склонность к лени от отца и гордость матери. Ками-сама, да я с детства хотел, чтобы ко мне относились как к равному, прислушивались к моим советам и уважали за профессионализм... Получил?!»
Теперь было уже поздно трепыхаться и идти на попятную. И Нара-младший понимал это как никто другой. Следовало смириться с неизбежным и делать свою работу. Хотя было немного неловко вспоминать свою отвалившуюся челюсть и вытаращенные глаза при виде Наруто. Но кто бы на его месте не удивился?! Чего-чего и мог ожидать Шикамару от бывшего одноклассника, но только не такого!!! Да, подозрения в том, что блондинчик не так-то прост как кажется, у Нара возникли уже давно. Но то, что Узумаки окажется Советником Хокаге и легендарным «Призраком», Шикамару не ожидал даже при всей своей фантазии...
Тогда, в кабинете Цунаде, Нара с трудом взял себя в руки. Дальше-больше... Поход в секретный архив, Совет Четырех, разборка в Песке – все это позволило составить новое представление о личности Узумаки Наруто. А уж почитав отчеты о работе «Призраков», Шикамару поклялся не удивляться больше никогда...
Но стоило вернуться к настоящему, проблемы-то никуда не делись. Путем логических размышлений и просмотра данных от наблюдателей из АНБУ, удалось вычислить предателя, сдавшего Совет Четырех Данзо. Но кто бы мог подумать на этого человека?! А теперь и посоветоваться было не с кем... Цунаде отправилась в отдел Ибики Морино, куда уже доставили парочку бойцов Корня. Похоже, придется все делать самому...
Выйдя из комнаты, Нара кивком показал двум нин-хантерам следовать за собой.
- Мы идем за предателем – счел нужным сообщить Шикамару, и получил от сопровождения только пару согласных кивков.
Передвигались по ночной деревне с большой осторожностью. Слух улавливал звуки боя, но вмешиваться было нельзя – Шикамару не имел права упустить предателя... Наконец, перед глазами показался нужный дом. Застыв перед закрытой дверью, Нара знаком показал «Охотникам» повышенную боевую готовность. Через пару секунд он уже вежливо стучал в дом.
- Сейчас открою... - за дверью послышались торопливые шаги. – Шикамару! Что ты делаешь здесь среди ночи?
- Здравствуй, Шизуне... Я хотел бы с тобой побеседовать... - на последних словах юноши в дом проскользнули две смутные тени. Нин-хантерам понадобилось всего несколько секунд, чтобы скрутить девушку.
- Что происходит?! – в темных глазах ученицы Хокаге плескалась паника.
- Вы обвиняетесь в государственной измене и содействии военному перевороту! – отчеканил Нара-младший, в его глазах было едва сдерживаемое презрение и гнев. – Не говоря уже о хищении свитка с запретными техниками... Если бы расследование поручили не мне, у вас бы все могло получиться...
Девушка опустила голову, повиснув на руках «Охотников». Через миг она уже яростно впилась взглядом в юношу:
- Это ты предпочитаешь лизать пятки сумасшедшей старухе! Верный цепной пес, как и демон! Мне жаль Коноху... Надеюсь, что вы попадете в ад, которого заслужили...
Шикамару на эти слова лишь хмыкнул, получив подтверждение своим выводам. Нин-хантеры же не были столь сдержаны – один из них коротко и жестоко ударил Шизуне в солнечное сплетение, заставив девушку согнуться от боли, от второго удара «Охотника» остановил голос напарника:
- Она получит свое от Ибики! Я за этим прослежу.
Нара сделал вид, что ничего не видел и не слышал, предпочтя заняться поисками свитка. У него на это ушло всего полчаса, видимо, его вскоре собрались уносить. Закончив, юноша повернулся к своему сопровождению:
- Один из вас доставит Шизуне к Ибики, а второй займется свитком. Я не хочу рисковать и ставить под опасность обе цели одновременно. Мне же еще нужно кое-что осмотреть...
- Но тогда мы не сможем вас охранять – возразил один из «Охотников» в маске ворона.
- Я укроюсь где-нибудь здесь и дождусь вашего возвращения. Сейчас приоритетом является доставка предателя к Хокаге. Не беспокойтесь, я не буду нарываться на неприятности...
- Есть!
Через секунду юноша остался в комнате в гордом одиночестве. Тяжело вздохнув, он скрылся в одной из темных комнат, прислушиваясь к каждому шороху. – Что ж, у меня еще есть работа...
Через десять минут Шикамару проклял свое решение. В дом Шизуне пожаловали бойцы Корня. Юноша рыбкой нырнул в распахнутое окно, жестко приземлившись на дорогу, и рванул в спасительную тень переулка. Он надеялся, что оперативники Данзо не успели его засечь. Напрасно... Через минуту Нара почувствовал за собой погоню, навскидку он определил их количество – шестеро на одного. На относительно открытой местности у брюнета не было ни шанса на победу, да и чакры не хватило бы на всех сразу...
Мгновенно оценив ситуацию, Советник свернул в еще один переулок. В одном из тупиков скрывался вход в подземные катакомбы. Темные коридоры освещались весьма скудно, пламя светильников колебалось под порывами воздуха, создавая на стенах пляску теней. Где-то неподалеку раздавался стук капель воды о камни. Но Шикамару не стал заострять на этом внимание, он даже не смел надеяться, что погоня его потеряла. В узких переходах у него был хоть какой-то шанс оторваться от преследователей.
От быстрого бега и бесконечных поворотов сбивалось дыхание и пульс стучал в висках. Нара кожей чувствовал опасность. На грани слуха юноша уловил эхо от шагов бойцов Корня. Остановиться и принять бой прямо сейчас было бы особо изощренным способом самоубийства...
Шикамару на ходу укусил пальцы на руках и, замедлившись, мазнул выступившей кровью по шероховатой поверхности стены. Сзади послышались крики боли и сдавленные ругательства. Юноша похвалил себя за предусмотрительность и продолжил путь. Не зря он дотошно заучивал планы подземных коммуникаций и тоннелей. Как Советник он имел возможность активировать множество раскиданных по катакомбам ловушек. В одну из них и попалось двое из шести преследователей, судя по крикам. Облегчения Шикамару не испытывал, ведь и четверо оставшихся являлись серьезной угрозой. Вряд ли они согласятся добровольно отпустить сына одного из членов Совета Четырех...
... Какое-то неясное предчувствие заставило брюнета остановиться и принять бой. Благо, что теней здесь было в избытке. В тот момент, когда противники показались из-за поворота, окружающая тьма шевельнулась и парализовала их.
- «Всего двое?» - удивился Нара. – «А где остальные?»
Видимо, оперативники решили разделиться и обойти цель с разных сторон. Припомнив план ближайших коридоров, юноша постановил, что пара минут в запасе у него еще есть. Шикамару выпрямился и завел правую руку за спину, коснувшись рукавом затылка и сжал ладонь. Это действие могло бы показаться странным, если бы противники не сделали то же самое. Один из бойцов Корня впустую захватил воздух, но в руках другого оказалась рукоять катаны. Вскоре, в тусклых отблесках пламени сверкнуло льдисто-стальное лезвие. Повинуясь жестам Шикамару, враг резко взмахнул клинком, одним движением лишив напарника головы. Все попытки побороть хватку теней шли прахом, у младшего представителя клана Нара оставалось еще достаточно чакры, чтобы удерживать контроль. Следующим движением юноша заставил противника приставить окровавленное лезвие к своему горлу. Одно резкое движение, и еще одно тело падает на холодные камни подземелий.
Шикамару пару раз судорожно вдохнул. Это были не первые убитые им люди, но с таким хладнокровием юноша делал это впервые. Впрочем, сейчас было не время предаваться размышлениям – еще двое бойцов Корня были живы и настроены весьма недружелюбно.
Нара успел пройти мимо еще одного поворота прежде, чем интуиция недвусмысленно подала сигнал об опасности. В руках мгновенно появились кунаи, пальцы побелели на рукоятках, а ладони чувствовали каждую ниточку тканевой оплетки. Пара глубоких вдохов и сознание становится кристально ясным, уши улавливают даже малейший шорох шагов. Оперативники Данзо отлично тренированы и им не занимать опыта подобных операций. Но Шикамару не мог позволить себе проиграть. Только не сегодня... Медитация помогла сосредоточиться и взвинтить боевые инстинкты до предела. Шиноби – это элитные убийцы, и забывать об этом нельзя ни на миг, иначе – смерть. Убей или умри – это закон природы. Однажды ступив на этот путь, повернуть назад уже не сможешь. Шикамару понимал это как никто другой, но случай почувствовать подобное на собственной шкуре ему выпал всего третий раз в жизни. И воспоминания о первых двух до сих пор отдавали горечью на губах и появлялись в ночных кошмарах.
Время вышло... В тусклом свете факелов три тени начали смертельный танец. От каменных стен отражалось эхо от столкновения клинков. Отбивать атаки катан парой кунаев было неимоверно сложно, но юноша запретил себе испытывать страх или сомнения. Легкое движение вправо и шестьдесят сантиметров острейшего металла со свистом скользят мимо левого уха. Обратным движением подчиненный Данзо старается перерезать противнику горло, но гибкая фигура юноши снова меняет положение. Шикамару не делал резких шагов – в замкнутом пространстве узкого коридора использование подобного стиля привело бы к неминуемой смерти. Поэтому Советник уклонялся от атак плавными, текучими движениями, пропуская клинки врагов в опасной близости от тела. Малейшая ошибка – и конец неизбежен... Выбрать момент для атаки удавалось интуитивно, и с каждым ударом пальцы все больше покрывались чужой кровью. Шикамару старался не думать о собственных ранах, ведь боль могла отвлечь. Юноша сражался яростно и жестоко, походя на дикого зверя. Резкий выпад и противник падает на землю, а из перебитой артерии фонтаном хлещет горячая кровь. Второй боец замер всего на миг, но этого хватило, чтобы кунай оказался в его сердце по самую рукоять.
Нара позволил себе выдохнуть, чувствуя, как боевой транс отступает, оставляя после себя ломоту во всем теле. Шикамару устало повернулся и отправился прочь от места жестокой расправы – у него оставалась еще куча дел.
Через несколько минут юноша достиг выхода из катакомб. Снаружи слабо чувствовалась чакра отца, и брюнет безбоязненно покинул тьму подземелий. Рядом с главой клана Нара с ноги на ногу переминались Ширануи Генма и Яманако Ино. Что здесь делала напарница, юноше было совершенно непонятно. Шикаку пристально осмотрел сына, и в глубине его глаз появилось непонятное выражение. Нара-старший только сейчас до конца осознал, насколько изменился его ребенок. Брызги чужой крови на лице и сталь в глубине карих глаз говорили лучше любых слов. Перед ним стоял закаленный в боях воин.
- Генма, отведи Ино в безопасное место – глава клана прервал затянувшееся молчание. – А у нас, сын, еще много работы...
Джонин и светловолосая девушка скрылись за углом, из-за которого через минуту вышли представители клана Хьюга.
- Что-то случилось... - Шикаку насторожился, увидев Хиаши. В глазах надменного аристократа бушевал шторм эмоций, грозя похоронить под собой любого, кто неосторожно приблизится.
- Хината... - сквозь зубы выдавил из себя Хьюга и отец с сыном поняли все мгновенно.
- Ты его достанешь! – пообещал Нара-старший, сделав шаг вперед и крепко сжав плечо Хиаши. – Нужно найти Хокаге...
Команда Какаши. Настоящее время...
Хатаке медленно выплывал из вязкого забытья, внутри что-то болезненно пульсировало и это была не физическая боль. Память возвращалась рывками: темные коридоры, яркий свет, «чидори» и равнодушные глаза напротив. Какаши прикусил губу, чтобы удержать стон.
- «Я все же поплатился за свою ошибку... Гребаный сенсей! Бездарность! Как я мог настолько просчитаться?! Самонадеянный гений, чтоб меня! Да за всю карьеру шиноби я ни разу не колебался! А тут... Лучше б этот сопляк сдох вместе со своим кланом, проблем было бы меньше! Черт бы тебя побрал, Итачи! Вечно выкидываешь какие-нибудь сюрпризы... Пусть Хокаге удавится – больше ни одну команду генинов не возьму! От предыдущих огреб проблем по самый Шаринган! Учиха... Встречу – убью!»
Ярость схлынула, оставив неприятный осадок. Только теперь Копирующий ниндзя почувствовал тепло в груди и чужую чакру. С трудом приоткрыв глаз, мужчина постарался оглядеться.
- С возвращением, сенсей... - мягкое приветствие Сакуры.
Значит, это тепло было медчакрой... Хатаке пригляделся к девушке повнимательней: бледное, осунувшееся лицо, темные круги под глазами и взгляд... он был полон невыразимой печали и усталости... Что же мы с тобой сделали, девочка... Рука, будто налитая свинцом, с трудом оторвалась от земли, пальцы коснулись щеки в немом извинении. Сакура вздрогнула и склонила голову – она все поняла без слов...
Харуно помогла сенсею приподняться, и Какаши ощутил под лопатками гладкую поверхность камня. Солнечный свет заливал поляну, прорываясь сквозь густые ветви деревьев. Неподалеку лежал Ямато с перетянутой бинтами грудью, его джонинский жилет был залит кровью. Наруто сидел, опираясь о ствол дерева и крутил на пальце кунай: три оборота в одну сторону и три – в другую. Юноша услышал слова напарницы и повернул голову в их сторону. Хатаке в тот же миг ощутил на себе неожиданно тяжелый взгляд. Какие эмоции за ним скрывались, было не разобрать. Какаши не дрогнул и не отвел глаз, Наруто отвернулся первым. И только сейчас, ударом под дых, до Копирующего дошло... Все эти изменения, ранее воспринимаемые немного поверхностно, были не просто так. У этого молодого шиноби было не меньше битв и потерь, чем у самого Какаши! Абы от чего взгляд не приобретает стальной блеск и глубину, полную глухой тоски... С этого самого момента легендарный Джонин не сможет относиться к своему бывшему ученику как раньше. Сердце не позволит.
- Что там произошло? – хрипло выдохнул Какаши, тишина его угнетала.
- Капитан Ямато был тяжело ранен, потом вы последовали за ним – Наруто говорил совершенно безэмоционально, даже не повернув головы. – Сакуре пришлось вмешаться и Саске ее чуть не убил...
Копирующий дернулся, кинув пристальный взгляд на девушку. Та никак не отреагировала, методично собирая лекарства в сумку.
- Я успел вовремя – продолжил Узумаки. – Мне почти удалось его убить, но Орочимару спас его... Видимо, не хотел так бездарно потерять свою лучшую подопытную крысу... Вам с Ямато было необходимо оказать медицинскую помощь и нам с Сакурой пришлось покинуть базу.
Какаши кивнул и устало закрыл глаза, слабость накатывала волнами, неся с собой сонливость. Голос Наруто звучал, словно сквозь вату и вскоре Хатаке погрузился в сон...
... Через двое суток команда уже направлялась к одному из торговых городов. Сакура поставила старших коллег на ноги за рекордно короткое время, но им еще нельзя было сражаться или передвигаться слишком быстро, что не поднимало настроения. Не было произнесено всего чуть больше десятка слов за все время, потому что говорить о поражении или изгнании из Конохи всем хотелось в последнюю очередь. Остановиться в одном из крупнейших городов на континенте предложил Наруто, и никто не стал с ним спорить. Сквозь ветви деревьев пробивались лучи солнца, лес дышал спокойствием...
... Сакура чуть не сбила с ног резко остановившегося Узумаки, рядом спустились с ветвей и Какаши с Ямато, недоуменно переглянувшись. Лицо Наруто сейчас больнее всего напоминало застывшую маску, губы были плотно сжаты до белизны, а в синих глазах бушевали эмоции невероятной силы. Юноша не обратил внимания на свою команду, его взгляд был прикован к противоположной стороне лесной прогалины. Там, расслабленно опираясь на ствол дерева, стоял высокий темноволосый мужчина.
... На красных волосах кровь была почти не видна, но изумрудно-зеленая трава проста залита ею... Под ладонями сердце бьется все реже, а потрескавшиеся губы шепчут всего два слова:
- Останься в живых...
Отголоски испытанной когда-то боли сейчас снова рвут сердце на части, по подбородку течет кровь из прокушенной губы... Наруто прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, но это не дало никакого эффекта. Узумаки чувствовал, как его самоконтроль осыпается стеклянными осколками, а каждая острая грань оставляет новый шрам на душе...
Через силу Наруто шагнул вперед, и команда даже не попыталась остановить его. Мужчина тоже покинул тень, и лучи солнца отразились в золотых глазах. В каждом его движении ощущалась сила и грация хищника.
- Тодо Хейске... Второй Мечник деревни Скрытого Тумана... «Волк»... - с губ Наруто сорвались начальные слова древнего ритуала, но голос его показался шиноби Конохи совершенно чужим. – Право мести...
- Ученик Третьего Мечника деревни Скрытого Тумана... - в тон отозвался враг. – Право долга...
Договор заключен. Ни один невиновный не пострадает в этой битве. Древний кодекс Мечников священен. Наруто имел право отомстить за смерть учителя и лучшего друга, а Тодо Хейске обязывал долг уничтожить ученика одного из предателей, ведь для Тумана Аи Сецуна был самым настоящим предателем.
Какаши крепко сжал плечо Сакуры, приказывая не вмешиваться. Он слышал о Кодексе... Вопросы можно было задать и потом, если Наруто выживет. О Втором Мечнике ходило множество разнообразных слухов, но все они сходились в одном: этот человек был чрезвычайно опасен.
Противники сорвались с места одновременно и через долю мгновения вороненая и багровая сталь сплелись в смертельном танце. Когда клинки успели появиться в руках, никто из команды Какаши не заметил. Тодо Хейске виртуозно владел любым видом холодного оружия, а уж этот меч был воистину легендой. «Дитя Мрака» - так его назвал слепой кузнец двадцать лет назад. «Кровопийца», некогда принадлежавший Третьему Мечнику Сецуна Ае и перешедший по наследству Наруто, был создан тем же мастером. И если багровый клинок имел влияние на кровь, то «Дитя Мрака» уничтожало чакру. Любое прикосновение темной стали к человеку заставляло каналы чакры непроизвольно выбрасывать энергию наружу в хаотичном порядке. Это сильно влияло на контроль чакры и даже самый опытный шиноби не мог противопоставить подобной способности ничего. Также нельзя было забывать о полутораметровой длине меча и его острейшей заточке.
Узумаки было неимоверно сложно драться с этим человеком. Хейске был сильнее, старше и намного опытнее. Аи многому научил Наруто, но ведь и он проиграл своему бывшему коллеге. Юноша прекрасно осознавал свои шансы, но не мог себе позволить отступить. В ушах до сих пор звучали последние слова умирающего «Призрака»:
...- Останься в живых...
Волна холодной ярости смыла все хладнокровие, пальцы до боли сжимали рукоять клинка, внутри все дрожало от неистового желания убить врага. Наруто раз за разом пропускал удары, парируя только особенно опасные. Узумаки не мог себе позволить проиграть...
...Останься. В. Живых...
Тодо Хейске не впервые участвовал в подобном поединке. Использовать техники было запрещено Кодексом. Сейчас все решит честная сталь, талант и воля к победе... Второй Мечник как никто понимал мотивы врага, ведь Сецуна Аи был и его другом тоже. Для Хейске долг оказался превыше дружбы, но как же хотелось, чтобы все закончилось не так! Убивать своих друзей – самая страшная обязанность шиноби. Воин не имеет права идти против закона и приказа главы деревни...
... Клинки сталкивались со звоном, высекая искры. Казалось, что даже воздух замер от ожидания развязки этой драмы. Древнейший танец со смертью, каждое поколение обретающий новые па. Два человека, два легендарных меча, две правды – кто победит?.. У одного за спиной четкий приказ: «Убить предателя и его ученика». У второго слова лучшего друга:
... ОСТАНЬСЯ В ЖИВЫХ!!! ...
Пронзительный свист заставил клинки разомкнуться и две тени замерли словно статуи.
- Меня вызывают – задумчиво сказал Мечник, волчьи глаза скрылись в тени ресниц. – Закончим в следующий раз...
- Не смей уходить! – звенящая ненависть в голосе Узумаки пробирала до костей.
- Извини... - как и несколько месяцев назад Тодо Хейске превратился в россыпь капель, исчезнувших мгновение спустя. Блондин инстинктивно сделал шаг вперед, но тут же застыл на месте. Через секунду багровый клинок выпал из ладони, а сам Наруто опустился на колени, с бессильной яростью сжав зубы.
- Ненавижу! – выдохнул он в пустоту. – Ненавижу...
Какаши покинул тень деревьев и медленно подошел к ученику, узкая ладонь легла на плечо, а темно-серый глаз поймал взгляд пронзительно-синих. Наруто мог оттолкнуть сенсея, но не стал этого делать – Хатаке действительно мог понять его.
- Иногда я жалею, что шиноби все же люди... - тихо сказал Наруто, не сводя застывшего взгляда с того места, где исчез враг.
- Да, я тоже... - от понимания в голосе Копирующего хотелось завыть, как раненый зверь. – Идем отсюда, и можешь ничего нам не рассказывать.
Узумаки протянул руку за упавшим клинком и вскоре тот исчез в одном из свитков. Сакура порывалась что-то сказать, но взгляд сенсея заставил проглотить все вопросы. Последние дни выдались неимоверно тяжелыми и отдых команде Какаши требовался как воздух. Четыре человека продолжили путь к городу, погрузившись в размышления о произошедшем.
Коноха. Ранее...
На крыше резиденции Хокаге собралось немало шиноби. По периметру статуями застыли представители клана Хьюга, они искали штаб АНБУ Корня и самого Данзо. Каждого из Хьюга охранял боец АНБУ Хокаге. Около Цунаде в напряженном ожидании стояли члены Совета Четырех, а Шикамару о чем-то тихо переговаривался с командиром «Охотников».
- Есть! – один из подчиненных Хиаши заставил всех обратить на себя внимание. – На западе от главных ворот область, защищенная барьером и около нее три десятка АНБУ.
- Это не наши – холодно отозвался глава личной гвардии Хокаге.
- Корень – мрачно переглянулись остальные.
- Где Данзо? – Цунаде не хотела упустить своего главного врага.
- На территории Конохи не обнаружен – ответил еще один Хьюга. – Скорее всего, он за барьером.
- Итак, господа! – повысила голос Сенджу. – Мы не имеем права проиграть! Переворот должен быть подавлен, а его зачинщики казнены! Разрешаю вам не брать пленных. Первый и третий отряд АНБУ оцепят территорию. Второй и четвертый займутся зачисткой второстепенных помещений на базе. Пятый отряд под командой Хиаши Хьюга, а также его бойцы займутся лично Данзо. Яманако, вы идете с первым отрядом. Нара и Акимичи со вторым. Шикамару и двое «Охотников» останутся со мной. Еще двое нин-хантеров будут курьерами для координации боевых действий. Оставшиеся идут в сопровождении глав Совета. Всем все ясно?! Приступать!
- Есть! – слаженный хор голосов и крыша опустела.
Хиаши Хьюга никогда не считал себя идеальным отцом, он вообще плохо представлял себе воспитание девочек. Если бы у него родился мальчик, проблем было бы намного меньше. Необходимость соблюдать традиции и излишняя требовательность к окружающим создали Хиаши репутацию жесткого и высокомерного человека. Он всерьез считал, что Хината не сможет возглавить клан, но это не говорило о том, что Хьюга-старший не любит дочь. Возможно, стоило почаще показывать девочке свою привязанность, но теперь... Вид Хинаты, истекающей кровью, чуть не заставил сердце главы клана остановиться. Родители не должны хоронить своих детей. Боль от потери никогда не исчезнет, и Хиаши намеревался заставить Данзо ответить за это сполна. Просто смерти старика для убитого горем отца будет недостаточно...
- Хиаши-сама, мы уже рядом – тихий шепот одного их «Охотников».
- Я знаю, Неджи... - мужчина покосился на племянника. Маска скрывала лицо юноши, но догадаться о его чувствах было несложно – он готов был разорвать Данзо на кусочки.
...Битва началась стремительно: звенящая тишина, и через миг – хаос. Пятый отряд АНБУ и полтора десятка представителей клана Хьюга не стали задерживаться, предоставив сражаться с охраной другим отрядам.
Подземелья, в которых располагалась база Корня, напоминали сущий лабиринт. После пересечения барьера бьякуган смог увидеть то, что за ним скрывалось. Отряды, направленные на зачистку, растворились в боковых ответвлениях главного коридора, с ними Хиаши отправил и несколько Хьюга. Наверняка, вся база была нашпигована различными ловушками, поэтому следовало соблюдать предельную осторожность.
- Данзо двумя уровнями ниже и там полно охраны... - мрачно заметил Неджи, он сам вызвался идти вместе с дядей.
- Всем приготовиться! Вряд ли нас пропустят без боя! – приказал Хиаши своему отряду. И не зря...
Через несколько минут хаос битвы поглотил всю группу. Бойцы Корня не жалели собственных жизней для защиты своего предводителя. Сегодня боги войны будут довольны: немало душ попадет в их чертоги, а кровь вдоволь окропит алтари Битвы. Жизнь шиноби – вечное сражение, в конце которого лишь два пути: жизнь или смерть. Для воина большая честь погибнуть в битве, защищая свой дом или друзей. Эта простая истина известна многим, но не все готовы ступить на этот скользкий и опасный путь.
Кровь кипит в жилах, а разум растворился в тумане смутных видений. Будущее не определено, и сейчас у противоборствующих сторон равные шансы на победу. В чью пользу склонятся весы Судьбы: фанатично преданных Данзо бойцов Корня или воинов, пошедших за своей Хокаге, чтобы защитить будущее своих детей?! В эту ночь верен только один девиз: «Все или ничего!»
Густая кровь брызгами осела на лице и губах, Хиаши поморщился, ощущая приторно-сладкий вкус. Он не считал убитых врагов, ведь его целью был только Данзо. На пешек не стоит обращать лишнего внимания – слишком много чести... Отточенные за десятилетия движения несли смерть каждому, кто встанет на пути главы клана Хьюга. Стиль «мягкой руки» не подвел – ни один противник уже не поднимется с каменных плит. Смутное движение за спиной и у левого плеча застыла фигура нин-хантера. Неджи не позволял себе отставать от дяди и его удары были не менее смертоносны. Сегодня они пойдут по головам, ведь мольба об отмщении распирает грудь и заставляет болезненно сжиматься сердце. Позор с чести семьи можно смыть только кровью врага...
Массивные двери преградили путь к комнате, где ощущалась чакра главы Корня. Добраться сюда было неимоверно трудно, и спутники Хиаши получили тяжелые травмы. К последнему рубежу осталось двое: сам глава Хьюга и Неджи.
Охраны снаружи не было, но внутри комнаты находились еще два человека, кроме Данзо. Вряд ли его будут охранять слабаки...
- Займитесь Данзо, я возьму остальных на себя... - тихий шепот Неджи был почти не слышен, но его дядя стоял слишком близко, чтобы пропустить эти слова.
- Будь осторожен! – последнее напутствие и дверь разлетается в щепки от удара мужчины. Бьякуган тут же спасает от атаки одного из телохранителей, Хиаши проскальзывает между бойцами Корня и оказывается лицом к лицу с тем, кого недавно поклялся убить с особой жестокостью. Сзади слышен лязг металла: Неджи не теряет времени даром...
- Это измена, Хиаши-сама? – Данзо не потерял самообладания.
- Отправляйся в Ад!!! – жестко ответил Хьюга и нанес по фигуре старика удар впечатляющей силы. Стиль «мягкой руки» был смертоносен и многие враги клана узнали это на собственной шкуре.
Несмотря на почтенный возраст, Данзо сумел уклониться от атаки. Хьюга не собирался оставлять противнику время для контратаки, нанося удар за ударом. Уклонившись, глава Корня оказался вне зоны досягаемости Хиаши.
- Похоже, мне придется использовать против вас ЭТО... - задумчиво прошептал старик, разматывая бинты на правой руке. Из-под ткани показались пальцы с длинными черными когтями, а кожа напоминала темно-красную чешую. Рука выглядела совершенно нечеловечески. Когти подцепили повязку на глазу, и та мгновенно оказалась разрезанной на кусочки. Веко неторопливо поднялось, и из-под ресниц сверкнул... Шаринган! Левой рукой Данзо поудобнее перехватил трость и та преобразовалась в узкий клинок.
Использовать масштабные техники в замкнутом помещении было чрезвычайно опасно, поэтому исход битвы мог стать каким угодно...
- Приступим! – Данзо сделал шаг в сторону Хиаши и тот с трудом заблокировал удар, сила главы Корня невольно внушала уважение. Похоже, убить его будет гораздо сложнее, чем рассчитывал Хьюга...
Неджи не следил за боем дяди, предпочтя полностью сосредоточится на своих противниках. Эти двое работали вместе чрезвычайно слаженно, было ощущение, что они находятся в постоянном ментальном контакте. Неджи не был мастером боя на мечах, но его навыки позволяли ему сражаться на равных с половиной нин-хантеров. Но эти двое...
Боец Корня в маске «Сокола» начал быструю, но осторожную атаку. Вокруг юноши взметнулся вихрь стальных ударов, которые, казалось, сыпались со всех сторон. Племяннику Хиаши пришлось уйти в глухую защиту, а потом уходить из-под удара в немыслимом кульбите. Телохранитель Данзо взвинтил темп и атаковал на пределе. Неджи пришлось сделать то же самое, чтобы избежать его атак. Скорости были почти равны. Юноше удавалось избегать ударов только благодаря ловкости и гибкости. «Сокол» ни разу не подставился под удар. Нет, он допускал небольшие ошибки, которые давали Неджи возможность перейти в контратаку, но это не приносило существенной пользы. Со стороны этот поединок представлял довольно странное зрелище: то один, то другой противник исчезали из вида, а потом появлялись в другом месте. Удары были совершенно не заметны. Этот бой напоминал какой-то необычный танец.
Но не стоило забывать и о втором противнике – он не был столь искусен в мечном бою как «Сокол», но тоже представлял немалую опасность. Этот боец носил маску «Медведя» и был немного медленнее своего напарника. Неджи сдерживал его с помощью стиля клана Хьюга: юноша просто выпускал чакру через тенкецу на своем теле, создавая нечто, похожее на щит из чакры. Сейчас следовало больше внимания уделять «Соколу» - он был более опасен.
Клинки сталкивались раз за разом, металл вибрировал от ударов, отдаваясь болью в ладонях. Следовало менять тактику, если Неджи собирался остаться в живых... Боец Корня особо удачной атакой разрубил маску, до сих пор закрывающую лицо представителя клана Хьюга. Фарфоровые осколки разлетелись в стороны с негромким хрустом, юноша с трудом избежал смерти, уклонившись в последний момент. Пальцы засветились голубоватой чакрой и, найдя брешь в защите противника, ударом выбили клинок из его руки. Но Неджи и сам лишился своего меча, другим ударом лишив оружия и «Медведя». Теперь исход битвы решит тайдзюцу... Ну а в боевых искусствах мало кто сможет превзойти Хьюга...
Юноша понимал, что внезапностью атаки, лишившей врага оружия, он добился колоссального преимущества и не желал его упускать. Подставив под падающий меч ногу, защищенную металлом и, поймав его носком, «Охотник» отправил клинок подальше от поля боя. «Сокол» стал осторожнее и старался не блокировать удары, а уворачиваться от них. Но, уйдя в глухую оборону, он проиграл. Удары Неджи были стремительны и непредсказуемы, ладони плели вокруг бойца Данзо узор атаки, а тот ничего не мог поделать. Удары сыпались со всех сторон, казалось не осталось точки, куда они не могли достать. При этом бьякуган позволял атаковать из-за спины, сверху, снизу, с боков, наискось – из любой позиции. Член Корня отбивался, но он тоже понимал, что проигрывает. Тогда он решился на атаку. Улучив момент, «Сокол» увернулся от удара и перешел в наступление. Неджи несколько мгновений отражал удары, а потом рванулся навстречу врагу. Он понимал, что нельзя и дальше затягивать бой, поэтому, не теряя времени, совершил кувырок вперед, мгновенно оказавшись за спиной противника. Один мощный удар в основание затылка, хруст костей, и враг падает на пол без малейших признаков жизни. Теперь нужно было заняться «Медведем»...
Сосредоточившись на новом противнике, Неджи все же позволил себе слегка оглядеться. Это чуть не стоило ему жизни... От увиденного юноша впал в ступор и его противник не замедлил этим воспользоваться. Машинально отражая удары, Хьюга пытался осмыслить то, что успели ухватить его глаза...
... То, что Данзо владел одним из додзюцу, было большим сюрпризом для Хиаши. Благо, что бьякуган не поддавался гендзюцу. Но все же, шаринган давал главе Корня немалые преимущества: например, он мог читать атаки противника. Но не это поразило молодого Хьюга, а рука Данзо... С ее помощью старик мог встречать удары «мягкой руки» напрямую, не беспокоясь о поражении тенкецу. Также, с черных когтей периодически срывались красные молнии, прожигающие камень. Данзо был очень силен и быстр, и Хиаши приходилось нелегко. Длинные волосы растрепались, по виску текла кровь, а лицо было покрыто многочисленными царапинами.
Особо сильным ударом глава Корня впечатал Хьюга в стену, отправив вдогонку пучок молний. Хиаши закашлялся, пытаясь снова обрести равновесие, удар такой силы заставил его потерять ориентацию в пространстве. Данзо не собирался упускать свой шанс на победу, он сделал шаг вперед и занес свой узкий клинок для смертельного выпада... Неджи почувствовал, как его кровь застыла в жилах, сердце пропустило удар...
Секунду спустя противник юноши был мертв, хотя это потребовало пропустить несколько ударов. Юноша ощущал, что его рука и несколько ребер сломаны, но он не обратил внимания на острую боль, все его мысли были впереди – около дяди...
Когда-то Неджи желал ему смерти, обвиняя Хиаши в гибели его брата-близнеца Хизаши, приходившемся отцом нин-хантеру. Но приоткрывшаяся завеса тайны над этим случаем, позволила Неджи узнать правду. Сейчас он не испытывал ненависти к дяде, а Хинату и Ханаби стал считать своими сестрами всерьез. Гибель Хинаты больно ударила по младшему Хьюга, и теперь он не мог позволить умереть еще одному дорогому для него человеку.
Мысли промелькнули на краю сознания, а тело уже находилось на линии атаки меча, мгновением спустя клинок вонзился Неджи в живот. Болезненный вздох юноши встряхнул Хиаши и глаза мужчины потрясенно распахнулись. «Охотник» намертво вцепился в руку Данзо, не позволяя ему сделать и шага. Глава клана Хьюга воспользовался предоставленным шансом, с наслаждением нанося смертельный удар. Мужчина вложил в атаку столько чакры, что голова старика слетела с плеч. Падая, уже мертвое тело потащило за собой и клинок, крепко сжатый в ладони. Фонтан крови окропил каменный пол, Неджи секунду стоял неподвижно, прежде чем начать падать. Хиаши не позволил ему коснуться земли, подхватив племянника в последний момент.
Рана юноши была очень серьезна, по подбородку текла кровь, а каждый вдох сопровождался хрипом. Потеря крови была ужасающей, жилет АНБУ не защитил хозяина от прямого удара. Хиаши судорожно оторвал рукав от своей одежды, зажав им рану, из которой толчками выплескивалась кровь. Неджи нужно было немедленно доставить в госпиталь. Хьюга бережно подхватил племянника на руки и направился к выходу с базы. Его побелевшие губы шептали, словно молясь:
- Не умирай... Я не могу потерять еще и тебя...
...Вдох – выдох...
...Вдох – выдох...
... Красные капли тяжело падают вниз, разбиваясь при столкновении с землей на множество частичек. Запах крови сводит с ума, все тело онемело, пульсирующая боль жаром течет по венам. Бешеный пульс не дает вздохнуть, искусанные губы приоткрыты, но из них вырывается лишь болезненный хрип, больше похожий на стон. Глаза закрыты, но под веками то и дело вспыхивают черные молнии боли.
Единственное, что не позволяет Неджи сойти с ума – это тепло чужого тела, к которому его судорожно прижимают сильные руки. Тихий ласковый шепот держит сознание на краю тьмы. Юноша не разбирал слов, но интонации голоса были до боли знакомы... Кто бы это ни был, но он позволял измученному телу цепляться за жизнь изо всех сил. Тихий, мягкий голос ласкал слух, обволакивая разум. Тепло распространялось по телу, подавляя болезненные спазмы...
- «Надо будет поблагодарить этого человека, если выживу...» - это была единственная связная мысль Неджи в данный момент...
... На улице начался дождь, смывающий гарь с камней и стен. Из окон госпиталя вырывался свет – сегодня у медиков было много работы...
Дверь резко распахнулась, и в светлое помещение ворвался глава клана Хьюга с окровавленным телом на руках. Он и сам выглядел раненным, но не обращал на этот факт никакого внимания.
- Где Хокаге-сама?!
- Я здесь! – Цунаде появилась из-за поворота и, мгновенно оценив ситуацию, начала отдавать распоряжения: - Носилки сюда, быстро! Подготовить операционную!
Медики тут же засуетились, Неджи осторожно поместили на носилки и со всей возможной скоростью понесли в сторону реанимации. Сенджу скрылась за дверью, предварительно окатив Хиаши внимательным взглядом. Через минуту из операционной вышел один из медиков и принялся лечить мужчину. Тот даже не посмотрел в сторону работника госпиталя, его взгляд упирался в закрытую дверь.
За три часа, в течение которых длилась операция, Хиаши даже не пошевелился. Когда уставшая Цунаде вышла в коридор, мужчина вздрогнул.
- Жить будет! – ответила Хокаге на вопросительный взгляд.
- Данзо мертв... - с трудом выдавил из себя пару слов Хьюга.
- Отправляйся домой... - посоветовала Сенджу. – Подробности опишешь в отчете. Жду тебя на доклад вечером.
Хиаши коротко поклонился и направился в поместье. Над горизонтом вставало солнце, символизируя начало нового дня. Небо окрасилось в багровые цвета, напоминающие кровь. Этой ночью погибли многие, и создавалось впечатление, что природа оплакивала их...
У ворот поместья мужчина встретил представителя побочной ветви и поинтересовался у него о том, куда унесли тело Хинаты. Хиаши шел по дому, стараясь не прислушиваться к разговорам окружающих. Краем глаза он заметил свою младшую дочь – она была бледна, а под глазами появились темные круги.
В светлой комнате царила абсолютная тишина – члены клана предпочли не входить сюда. Девушка была переодета в чистую одежду и, казалось, что она просто глубоко заснула...
Хиаши сделал несколько шагов, прежде чем упасть на колено. Пальцы коснулись холодной щеки Хинаты и убрали прядь иссиня-черных волос. Хьюга судорожно вдохнул и вцепился в кимоно дочери, волосы скрыли выражение его лица, лишь плечи судорожно вздрагивали. Горе отца было безмерным... Никто никогда не видел слез на лице Хиаши, даже брата он оплакивал в одиночестве. Глава Хьюга не имел права показывать свою слабость никому...
Команда Какаши. Настоящее время...
Денсецу был самым крупным торговым городом на юге континента, через него каждые два дня проходили караваны, а улицы были переполнены людьми. Затеряться в таком месте было проще простого.
- Почему мы должны выглядеть именно так? – проворчала Сакура, разглядывая рукава своего нежно-розового кимоно с вышитыми на мягкой ткани веточками белых цветов. Розовые волосы были собраны в изящную прическу.
- Что тебе не нравится? – Наруто поудобнее устроился на подушке. Пришлось купить повозку, чтобы поддержать легенду. Узумаки стряхнул невидимую пылинку с плеча, пальцы с удовольствием скользнули по насыщенно-синему кимоно. На рукавах блеснула золотая нить, которой были вышиты оригинальные узоры. Светлые волосы ухоженной волной разметались по спине и плечам. Наруто выглядел как настоящий аристократ. Какаши пришлось снять свою маску и покрасить волосы в черный цвет, чтобы его не опознали сразу же, глаз прикрывала темная повязка. Он и Ямато играли наемников, нанятых для охраны богатеньких деток, отправленных в путешествие. – Мы с тобой сводные брат и сестра, поэтому не забывай обращаться ко мне соответствующим образом. Мы не знаем, что сейчас происходит в Конохе, но то, что нас объявили предателями известно многим. Не хотелось бы ввязываться в бой со своими же...
- И как долго мы будем в городе? – в этот момент повозка как раз пересекла городскую черту и направилась к гостинице. Сакура осторожно выглянула наружу, слегка отодвинув ткать, закрывающую обзор.
- Сколько потребуется, столько и будем – буркнул блондин. – Я постараюсь побольше узнать о Конохе.
Заселение в гостиницу прошло без проблем. До вечера путешественники отдыхали, а Наруто успел послать кому-то короткую записку. Как только на город опустилась тьма, и загорелись фонари на улице, Узумаки куда-то засобирался. Какаши ушел за пару часов до него. Сакуре и Ямато блондин сообщил, что направляется на встречу со своим информатором и вернется к утру. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, Наруто разгладил складки на черно-красном кимоно, пришедшему на смену дорожному. Вскоре дверь за ним захлопнулась, погружая комнату в задумчивую тишину...
... Какаши очень неуютно ощущал себя без привычной маски, но личным комфортом пришлось пожертвовать ради безопасности. Раны, благодаря стараниям Сакуры, зажили очень быстро. Идея о маскараде, как ни удивительно, пришла в голову Наруто. Хатаке устал поражаться многогранности своего бывшего ученика, но решил не трепать себе нервы. Копирующий ниндзя о многом хотел бы спросить блондина, но не решался – иногда, знать много было опасно. Хотя о том, что связывает Второго Мечника Тумана и Наруто узнать было чрезвычайно любопытно. Кодекс Мечников был легендой, но ему неукоснительно следовали все выдающиеся мастера клинка. Ритуальный поединок, свидетелем которого стала команда Конохи, впечатлял. Увидеть в бою мастеров подобного уровня можно было нечасто. Но откуда у Наруто «Кровопийца» и каким образом он стал учеником «Ската», являвшегося Третьим Мечником?! Вопросы, вопросы... А где ответы взять?!
Поездка в Денсецу могла немного помочь, у Какаши было множество знакомых в определенных кругах, и получить информацию было не слишком сложно – деньги решали все... И сейчас Хатаке направлялся в очень популярное место среди людей не часто соблюдающих законы – это были подземелья, переделанные под клуб. В нем заключались и расторгались сделки, можно было завербовать наемников, выпить и закусить, а также по определенным дням проводились подпольные бои – на мечах и врукопашную. Сегодня был один из таких дней, поэтому поймать нужных людей было намного больше шансов, чем обычно. Попасть на подобное сборище было не слишком сложно, главное было знать куда идти... На входе требовалось показать пальцами несколько знаков, которые использовались в качестве пароля, и перед вами открывался путь в царство порока...
Бои еще не начались, и Какаши решил обойти громадное помещение, в котором располагалось подобие помоста и амфитеатра, где находилось бесчисленное множество столиков. Хатаке надеялся, что найдет сегодня кого-нибудь из своих знакомых достаточно быстро. Похоже, удача была на стороне джонина – всего полчаса понадобилось, чтобы заметить ярко-рыжую шевелюру одного из известных контрабандистов. Имя этого человека было Акио Монтаро, Какаши познакомился с ним более пяти лет назад и они иногда сотрудничали – Монтаро поставлял информацию, а Копирующий доставал какие-нибудь редкие вещицы. И сейчас Хатаке надеялся восполнить недостаток сведений и получить ответы на некоторые вопросы...
Акио тепло поприветствовал подошедшего джонина, предварительно выслушав от него условную фразу, и мужчины завели разговор, обсуждая всякую ерунду. Через некоторое время, выдержав приличия, Какаши перешел к сути дела. Тихий шепот с каждым словом заставлял Копирующего удивленно изгибать бровь. Кто бы мог подумать, что Третий Мечник Тумана «Скат» предал свою деревню и у него был светловолосый ученик. Сопоставить факты мог бы даже идиот, а уж им то Какаши точно не был. К сожалению, информации было не слишком много, но джонин решил довольствоваться и этими крохами. Монтаро пригласил Хатаке провести вечер за его столом, тем более скоро должны были начаться бои. Какаши счел, что отказаться было бы проявлением крайнего неуважения к собеседнику, поэтому он с комфортом устроился на соседнем стуле. Тут же в его руке оказался стакан с каким-то спиртным напитком.
- Смотри-ка, Какаши, Шинигами тоже пришел... - Акио указал на высокого мужчину, вошедшего в зал. Черное кимоно резко контрастировало с абсолютно белыми длинными волосами, заплетенными в тугую косу. Этот человек был очень известен в определенных кругах. Его настоящее имя не знал никто, а прозвище он получил из-за благоговейного страха пред своей персоной. Шинигами прославился абсолютной жестокостью – на то, что осталось от перешедших ему дорогу, было страшно смотреть даже ветеранам войны. Ходили слухи, что от Шинигами было невозможно что-то скрыть, а кто-то шептал, что даже мертвые говорят с ним... Неудивительно, что этот человек был самым влиятельным и самым известным лидером преступной организации на всем континенте. Он не скрывался в тени – с ним просто боялись связываться, даже дайме предпочитали закрывать глаза на его действия. Было известно, что Акацуки и Орочимару предлагали ему сотрудничество, но Шинигами отказал им, а те ничего не смогли с этим сделать. И вот теперь Какаши получил возможность увидеть легенду теневого мира во плоти, а не довольствоваться слухами. Хотя приближаться к нему Хатаке не собирался, он не сделал бы этого даже под страхом смерти.
- Ты чего застыл?! – поинтересовался Акио, а в его глазах явственно полыхал огонек любопытства.
- Да так, задумался... Интересно, что он здесь делает? – Какаши моргнул и отвел взгляд от мрачной фигуры.
- Не знаю, и знать не хочу! – Монтаро вздрогнул. – И тебе не советую.
Хатаке согласно кивнул и перевел взгляд на арену – там развязалась настоящая бойня. Зрители как загипнотизированные следили за подобным зрелищем. Мужчина незаметно поморщился, ведь даже если он и был шиноби с руками по локоть в крови, ему не нравилась бессмысленная жестокость. Копирующий отвел взгляд от бойцов и глаза сами ухватились за темную фигуру с длинными волосами. Это было похоже на наваждение. Сцена, попавшая в поле зрения джонина, чуть не заставила его выплюнуть изо рта спиртное: к Шинигами подошел Наруто!!! Перепутать было невозможно: золотые волосы шелковой волной лежали на дорогом кимоно черно-багрового цвета, синие глаза смотрели холодно и повелительно – весь облик юноши выражал царственное величие и силу. Шинигами поднялся со своего места и грациозно склонил голову в приветственном поклоне, и Наруто ответил тем же. После нескольких слов эта странная пара удалилась вглубь коридоров, телохранители последовали за ними... Какаши потрясенно тряхнул головой, пытаясь привести мысли в хоть какое-нибудь подобие порядка. Что, черт возьми, здесь происходит?!
Наруто старался не морщиться от сигаретного дыма, витающего в воздухе. Прямо пред юношей открывалась взгляду ложа для особых гостей, но Наруто нужен был один конкретный человек, расслабленно сидящий в удобном кресле. Вокруг него, кроме телохранителей, не было никого – никто не имел желания подвергать себя опасности. Репутация Шинигами внушала трепет и страх всем окружающим. Узумаки с трудом подавил самодовольную ухмылку, его безмерно веселило подобное положение вещей, но и плюсов в таком отношении было немало – ни один дурак не осмелится подслушивать!
- Приветствую, Шинда* Намекадзе... - Наруто бесстрашно смотрел прямо в обсидиановые глаза. У них было только два выражения – равнодушие и жестокость... Это были глаза, которые могли принадлежать тысячелетнему демону. Впрочем, подобное предположение было не так уж далеко от правды – Шинда Намекадзе в клане был самым лучшим демонологом и некромантом. Его связь со смертью была очень крепка, и люди попали в точку, дав ему прозвище «Шинигами». Мало кто знал, что Шинда был основателем клана Намекадзе, и ему было более четырехсот лет. Этого человека мало заботили людские войны, герои и их стремления – все поглотило равнодушие... Единственное, о чем заботился Шинигами, был клан – за него он был готов порвать глотку любому. И теперь Наруто нужен был совет прапрадеда, хотя, глядя на это лицо язык не поворачивался назвать этого мужчину дедом. Шинда выглядел лет на тридцать пять и, если бы не снежно-белые волосы и равнодушные старые глаза, можно было бы легко ошибиться в выводах о его возрасте.
- Здравствуй, Наруто... - уголок губ мужчины чуть дрогнул в улыбке. – Или мне называть тебя Намекадзе-сама?
- Не издевайся... - тяжело вздохнул Наруто, он уже привык к тому, что Шинда всегда говорит с сарказмом. – Я хотел с тобой поговорить...
- Тогда идем отсюда, здесь слишком шумно – старший Намекадзе только несколько секунд смотрел в глаза своего потомка, а потом отбросил свою насмешливо-покровительственную манеру речи. Какие бы слухи о нем не ходили, но и Шинды были драгоценные люди, просто их количество было очень ограниченно.
Две фигуры скрылись в глубине переходов и у одной из дверей, беловолосый мужчина одним движением руки отослал телохранителей. Комната была очень уютной и два представителя клана Намекадзе с комфортом устроились напротив друг друга.
- Итак? – начал первым Шинда, не сводя пристального взгляда с юноши.
- Ты ведь наверняка осведомлен о том, что происходит в Конохе? – увидев утвердительный кивок, Наруто продолжил: - Но проблема не в этом... С недавнего времени со мной начало происходить нечто странное...
- что именно? – пронзительный взгляд черных глаз замораживал кровь. Только тот, кто был близок для Шинды, мог заметить в его глазах нешуточную обеспокоенность. Мужчина давно оставил пост главы клана, предав его потомкам, но его мудрость и опыт были бесценны, поэтому уже несколько столетий Шинда являлся главой совета Старейшин клана. И он беспокоился о каждом своем родиче.
- Это напоминает раздвоение личности... - Наруто было очень трудно говорить, но поделиться своими проблемами он мог только с этим человеком. – И мне страшно... Я перестал понимать, кто я... Грань между моими масками и моей сутью стерлась, и я перестал понимать, где игра, а где я сам...
- Ками-сама... - в голосе Шинды появилась горечь и оттенок очень давней боли. – Почему же вы так верны этой деревне? Она разрушает все, что может... Твой отец, а теперь и ты жертвуете своим рассудком, чувствами и жизнью ради кучки неблагодарных людей и их домов...
- Не говори так...
- А как мне еще говорить?! – глухо заметил старший Намекадзе. – Коноха забрала у меня правнука, а теперь забирает и тебя! Похоже, я проклял своих потомков! Мой сын и твой прадед не дожил до сорока, мой внук и твой дед умер в тридцать, а твой отец в двадцать пять! Как долго проживешь ты?! И Коноха только способствует твоей скорейшей гибели...
Шинда поднялся и отвернулся к маленькому окну, через которое проникал свет звезд:
- Я больше не хочу хоронить своих детей...
Наруто с трудом вдохнул. Он никогда не смотрел на ситуацию с такой стороны, а сейчас попытался поставить себя на место своего предка, и ужаснулся... Сердце защемило от стыда и понимания. Юноша медленно встал с кресла и подошел к мужчине почти вплотную, тот даже не шевельнулся. Наруто осторожно сжал пальцами ткань кимоно и прислонился лбом к спине Шинды.
- Прости меня, я такой глупый... - пробормотал юноша, и его пальцы судорожно вцепились в ткань. – Я клянусь, что не умру раньше тебя!
- Ну хоть на этом спасибо... - горький смешок эхом отразился от стен комнаты. – Как же я стар для всего этого...
- А вот теперь ты говоришь глупости... - в голосе Наруто была болезненная нежность. У юноши было очень мало людей, которых он так искренне и глубоко любил, и Шинда Намекадзе был одним из них.
- Хватит уже сопли распускать! – в голос мужчины вернулись насмешливые нотки. – Думаю, тебе интересно узнать последние новости из столь обожаемой Конохи?..
* Шинда – «Мертвый».