Сломанная кукла

Почему исправлять ошибки намного сложнее, чем их совершать? Или я делаю ошибку прямо сейчас? Еду на огромной скорости к дому Камиллы. Тот маршрут, который навсегда въелся в память, пропитал собой каждую клеточку мозга, теперь мне его не забыть.

Голова гудела и трещала, я совсем ничего не понимал. Складывалось ощущение того, что я где-то далеко, но точно не в своей машине. Сейчас я думал лишь о том, что сказать Камилле, но слов в голове так много, так много несвязных между собой предложений, от чего можно прийти к выводу, что сказать мне ей вовсе нечего.

Что ей будет от моих слов? Ведь она слышала уже миллионы таких же от других парней.

Думал ли я о последствиях с тех пор, как встретил её? Только сейчас я понял, что нет. Сколько глупых поступков я совершил... И теперь мне больше не выпутаться, остаётся только идти дальше.

Камилла мой свет, но кто сказал, что её свет не так опасен как моя тьма? Кто бы мог подумать?

В какой-то степени я даже немного боюсь её, боюсь её власти надо мной, ведь сейчас эта власть в руках именно у неё. Пока она не полностью под моим присмотром я не смогу управлять её. Камилла слишком строптивая, неукротимая, но разве не это меня в ней привлекает? Именно это я увидел в её глазах тогда, в нашу первую встречу. И всё, что я видел в её наглом, бесстыдном взгляде это непогасаемый огонь, неужели именно тогда я поставил себе цель потушить этот огонь?

Кажется, в последнее время я совсем начинаю забывать, кто я. Ну какой психиатр будет пытаться потушить огонь, загасить потенциал и ощущение свободы в человеке? Мне страшно от того, в кого я превращаюсь, но ещё страшнее то, что Камилла такая одна. Особенная. Моя.

Остаётся совсем немного до её дома, ладони совсем вспотели, холодные капли заструились по моим вискам, в них же спустя время запульсировало, в горле неистово пересохло, а сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки.

И в таком состоянии я с её появления. Абсолютно потеряв покой, я не видел ничего перед собой, кроме неё. Камилла словно мой маяк, но я вижу, как со временем он гаснет, теряет связь со мной, хотя всё должно быть наоборот. Камилла должна светить лишь только для меня или погаснуть вовсе. Навсегда.

Я остановил машину чуть дальше её дома, чтобы Камилла случайно не увидела. Мою машину она узнает сразу и тогда моему последнему шансу конец.

Руки сами соскользнули с руля, потому что были больше не в силах его удерживать. Они такие, словно я их только что помыл. Даже сам руль стал мокрым.

Чёрт, даже воды в машине нет.

Надо хоть немного успокоиться и выходить из машины уже. Не могу сосредоточиться, слова вылетают из головы, предложения составить тем более не могу.

Вдох-выдох.

Пора.

Осторожными шагами иду вперёд, поднимаюсь по лестнице, рассматриваю стены так, будто бы вижу их в первый раз, провожу по ним пальцем так, словно прощаюсь. Надеюсь, что так. Что мне больше не придётся приезжать в этот забытый богом район, чтобы провести пару часов с Камиллой.

Хочу просто повернуть голову в другую сторону, чтобы увидеть её. Хочу видеть её спящую, а потом и сонную по утрам без косметики, которая будет по обыкновению чем-то недовольна, но зато со мной рядом.

Стою чуть не вплотную к её двери уже несколько минут и собираюсь с мыслями, но их нет... В голове просто пусто. Придётся импровизировать, больше ждать времени нет. Три коротких стука в дверь и всё внутри меня сжалось ещё сильнее.

Послышались тихие медленные шажки, и всё вокруг словно остановилось. Никаких посторонних звуков, даже своё дыхание не слушал, лишь её маленькие и тихие шаги, которые были всё ближе и ближе, пока Камилла не остановилась около двери.

Послышался громкий поворот ключа, ручка стремительно опустилась и передо мной показалась она. Всё такая же красивая, с такой же гордостью в глазах, но уже совсем грустных глазах. Лишь они выдавали её потерянное состояние.

Только увидев меня, она сразу же хотела с силой закрыть дверь, и я поставил свою ногу в проём, отчего спустя пару секунд я, кажется, даже услышал хруст от силы удара, но сейчас меня это ничуть не волновало.

— Уходи, — кратко сказала она, вновь пытаясь закрыть дверь, однако я не убирал свою ногу, несмотря на жуткую боль.

— Камилла, пожалуйста, послушай меня. Нам нужно поговорить, — на секунду она отпустила дверь и взглянула на меня своими большими карими глазами, которые так выделялись на фоне её бледной-бледной кожи. И в миг её взгляд изменился, стал жёстким, и она вновь посмотрела на меня, не выражая никаких эмоций.

— Нам не о чем говорить, — и тут она вернулась к попыткам закрыть дверь.

— Камилла, прошу... Да, я идиот, просто полный придурок, но и ты должна понять меня. Ты первая девушка на моём пути, кого я хотел уберечь от себя. Мне казалось, что мы отправляем друг друга, но только сейчас я понял, с какой силой и с каким трепетом я люблю тебя. Ради твоей улыбки я готов на всё, мне больно смотреть на твою грусть. Ты тот самый человек, за которого я готов бороться до конца. Прошу, прости меня. Я хочу вернуть тебя...

— Мне плевать. Проваливай, — она скрылась за дверью, но продолжала её удерживать. Голос Камиллы дрожал до такой степени, что я с трудом понял, о чём она мне пыталась сказать. Я отчаянно пытался придумать решение, уверенный в том, что без неё уходить не буду. Не готовый её оставить я понял, что готов на всё.

— Чего ты хочешь? Я готов встать перед тобой на колени, если ты желаешь этого... — на пару секунд всё затихло, тишина впервые была настолько удушающей. Такой, что я словно услышал писк в своих ушах, который уже был готов оглушить меня. В этот же момент открылась дверь, и я увидел Камиллу — всю красную, в слезах и с дрожащими губами, которые вот-вот готовы сорваться на крик. Она взглянула на меня, утёрла слезы, отчего карие глаза покраснели ещё больше.

— Желаю. Вставай.

Чёрт, что?! Я думал, её ответом будет отказ, неужели она правда хочет видеть меня на коленях перед собой? Готов ли я так унизиться перед ней? Понимая, что прямо сейчас мы перейдём черту, я раздумывал слишком долго. Когда я встану на колени, Камилла наивно подумает, что власть в её маленьких нежных руках, но как же она ошибётся... Пока пусть думает, что она завладела мной, что может управлять.

Но разве это не так? Разве Камилла не владеет мной, не она ли полностью заняла собой мой разум и не даёт мне спокойно жить? Если бы у руля была не она, то вряд ли бы я сейчас пришёл так унижаться перед ней. Камилла, ты меня обыграла, и прямо сейчас я встаю на колени не в знак твоей победы. Моё унижение перед тобой, милая, лишь блеф, чтобы завоевать твоё доверие в который раз.

Поверь, любимая, ты ещё пожалеешь, что поставила меня на колени пред собой.

За первым коленом последовало и второе. Я стою на коленях перед девушкой, которую безумно люблю и ищу прощение в её глазах, но нахожу там нечто большее из раза в раз...

Но произошло то, чего я совсем не ожидал — по глазам её рекой заструились слезы, губы задрожали ещё больше, Камилла разрыдалась и упала на колени рядом со мной. Упала она с огромным шумом, было понятно, что Ками сильно ударилась коленями, но, видимо, ей на это было сейчас плевать. Она обвила рукой мою шею и продолжала плакать, пытаясь что-то рассказывать мне.

— Джозеф, это я должна вымаливать у тебя прощение прямо сейчас. Я... Я просто хочу тебе признаться, и если ты захочешь после этого расстаться, то я правда пойму тебя. Слушай и не перебивай. Знаешь...

Конечно, родная, теперь я знаю о тебе всё, начиная со школы.

— Когда мы с тобой только познакомились, я лишь хотела тянуть с тебя деньги. Считала, что ты такой же как и все, тот, от которого я буду получать деньги и всё, хотя это было рискованно, ведь ты психиатр. Со временем мне показалось, что у меня появились чувства к тебе, они меня пугали, но ещё больше меня пугало то, как сильно меня тянуло к тебе. И я решилась...

— Ты моя десятая попытка, но на этот раз удачная.

— Так я думала до того момента, как ты меня бросил. Мне было так больно и обидно, как не было никогда, хотя мальчики, парни, мужчины, даже мой чёртов отец делали мне больно, а ты… Ты сделал больнее всех их, неужели так и правда было правильнее?

— Камилла, я…

— Тише! Тихо… — прикрикнула она, готовая сказать что-то ещё. Камилла почти коснулась губами моего уха, я почувствовал, как солёные слезы скатываются по её щекам, падая на мою шею.

— Возможно, это будет очень глупо и наивно, но я хочу быть с тобой. Хочу попробовать в последний раз. Пожалуйста, не делай мне больно, я больше не выдержу. Обещаешь?

— Обещаю.

Камилла прижалась ко мне ещё крепче, разрыдавшись ещё сильнее. Чувствуя собственную беспомощность, я стал целовать её мокрые, солёные от слёз щеки, вытирал большими пальцами влагу с её прекрасного бледного лица. Наши носы соприкоснулись, и я взглянул прямо в её карие, в этот момент почти жёлтые глаза, и увидел в них намного больше, чем обычно. Вся обида и боль этого мира была в её покрасневших глазах. Всё, что я сейчас вижу это разбитый на мелкие осколки человек. Осколки настолько мелкие, что я не смогу их собрать, зато смогу построить что-то абсолютно новое.

Так и стояли мы минут десять точно на коленях перед друг другом и перед всем миром. Я понял, что смогу сказать это только сейчас или вообще никогда.

— Камилла, честно сказать, не могу предугадать твою реакцию прямо сейчас, но как ты смотришь на переезд ко мне? Сейчас.

Надеюсь, что меня ещё кто-то читает. Простите за то, что так сильно пропала, мне правда очень стыдно. Хочу пообещать, что больше так пропадать не собираюсь, но кто знает. ОГЭ, девятый класс, нервы:)
У меня десятого числа устный русский, пожелайте мне удачи и отпишите что-нибудь по главе, будет интересно почитать ваше мнение, если я не потеряла последних читателей.
В любом случае спасибо, что читаете❤️
И, кстати, благодарю за 10k прочтений, это огромная цифра для меня!